Кто оказался «клоуном», а кто — «четким пацаном»
Несколько дней назад президент Украины Владимир Зеленский посетил Славянск, бывший одним из центров «русской весны» в 2014 году, а ныне находящийся в прифронтовой полосе. Ранее Зеленский уже посещал населенные пункты Киевской и Харьковской областей, а также Херсон — непосредственно после того, как их оставляла российская армия.
Визави Зеленского Владимир Путин за 9,5 месяцев СВО ни разу не побывал на «освобожденных» от «нацистской киевской хунты» территориях. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на все неудобные вопросы на этот счет отвечает стандартными отговорками: мол, обязательно съездит, но когда-нибудь потом.
Разница в поведении двух глав государств бросалась в глаза еще в мирное время: один на церемонии инаугурации жал руки всем желающим, другой сажал представителей «ближнего круга»на другом конце 10-иметрового стола. Но с началом боевых действий она стала просто разительной и очевидной всему миру.
К управленческим и полководческим талантам Зеленского масса вопросов, а некоторые его политические заявления крайне сомнительны. Однако ему нельзя отказать в личной и политической смелости. Он ведет себя как законно избранный глава государства, находящийся на легитимной территории своей страны. И такое поведение — одна из причин сокрушительного поражения России в информационной войне, успехи на фронтах которой в современном мире не менее важны, чем события на поле боя.
Поэтому Time закономерно признал Зеленского человеком года. В то время как его российский коллега своими действиями в течение нынешнего года напрочь разрушил репутацию мачо, которую с таким целенаправленно формировал два десятка лет бесчисленными ныряниями за амфорами и полетами с журавлями.
До конца года Путин планирует посетить Донбасс. Но, как это традиционно для российской власти, слишком поздно и слишком мало. Во-первых, это будет выглядеть запоздалым подражанием Зеленскому. Во-вторых, пребывание не превысит пары-тройки, часов.
Но, главное, нарастают сомнения в том, что это будет сам Путин, а не его двойник. Путин слишком дорожит собою — «главным достоянием России», чтобы подвергаться риску.