Круглогодичный призыв
Депутат Картаполов под занавес весенней сессии Государственной Думы внёс законопроект, который де-факто отменяет призывные кампании как класс. Теперь период призывных мероприятий растягивается на целый год.
Есть и хорошая новость. Из текущего текста следует, что отправка призывников непосредственно в войска будет осуществляться в прежних призывных рамках: дважды в год. На весь год растягивается только бюрократическое оформление, начиная с медкомиссии. Это, правда, тоже во втором чтении может измениться. Других хороших новостей в связи с этой законодательной новацией у нас нет.
Разберем внесенный законопроект по его базовым качествам чисто как документ. Посмотрим на него.
Итак, разбираем законопроект. Во-первых, внес его депутат Картаполов, глава Комитета Госдумы по обороне. То есть, считайте, внесло проект Министерства обороны. В истории депутата Картаполова практически нет непринятых законопроектов. Вся рамка военного законодательства, выстроенная за последние три с половиной года — дело рук Картаполова. Не нужно к этому законопроекту относиться как к вольной депутатской инициативе для привлечения внимания. Если Картаполов что-то вносит – значит, всё уже согласовано. Дальнейшая судьба законопроекта — чисто технический вопрос, прохождение формальных процедур – и всё.
Во-вторых, законопроект внесён прямо накануне итогового заседания весенней сессии Государственной Думы, которое случится сегодня, 23 июля. Он внесён в самый последний момент, что, вообще, довольно удивительно. Дата вступления закона в силу установлена на 1 января 2026 года. Абсолютно непонятно, почему его нужно вносить именно сейчас? Почему бы не дождаться, например, начала осенней сессии? Единственная плюс-минус рабочая гипотеза — принятие закона в последний день на итоговом заседании сразу в трех чтениях. Госдума прибегает к подобному не так часто. Благо, есть и другие фокусы. Всегда можно, например, во втором чтении к закону о защите редкого вида тюленей добавить ритуальное сожжение иностранных агентов. Но в принципе, когда прям очень надо, такой спешный финт сделать можно. Практика трёх чтений одним днём есть, и она обширная.
В-третьих, автор законопроекта ссылается на некое указание президента ПР-1271 от 6 июня, которое нигде не опубликовано. При этом указания и поручения президента публикуются на сайте Кремлин.ру, если не содержат секретных сведений. Таким образом, это секретное указание выпущено аж полтора месяца назад, но основанный на нем законопроект появляется именно сейчас, не раньше и не позже, ровно под занавес сессии.
Исходные параметры сразу говорят — закон будет принят. Тут даже дискуссий быть не может. Вопроса остается только два — когда он будет принят и с какой целью?
Можно, конечно, чтобы сохранить добросовестность рассуждений, предположить, что возникновение законопроекта в базе думы накануне последнего дня сессии — чистое совпадение. Ведь его маринуют уже под осеннюю сессию, что звучит логично — дата вступления в силу — 1 января будущего года. Но такие совпадения – мы в них не то чтобы сильно верим, честно говоря. Давно и чётко сложившаяся практика свидетельствует, что заведомо непопулярные законопроекты принимаются в режиме спецоперации, когда текст законопроекта становится законом до того, как кто-то успел его прочесть и поднять шум. Собственно, иллюстрацию сего мы видели несколько дней назад, когда совершенно новая правовая реальность — административные штрафы за поиск экстремистских материалов — возникла просто из ниоткуда, во-втором чтении закона, никак с этими делами не связанного. Когда всё развернулось настолько неожиданно, что даже думская оппозиция, а также ведущие стукачи и пропагандисты заропотали от офигения. Вернёмся после рекламы.
***
Продолжим.
Так что же сейчас внесли под последнее заседание весенней сессии?
Независимо от того, к чему готовятся и что имеют в виду, расширение призывного периода на весь год — это мера, которая, очевидно, не понравится никому. Не понравится она гражданам России мужского пола от 18 до 30 лет. Не понравится и их родителям, жёнам, братьям, сёстрам, друзьям — никому. Раньше существовал более-менее ограниченный период, когда мужчине призывного возраста нужно переживать. Период, когда ему может прилететь электронная повестка со всеми прилагаемыми к ней пирогами, вроде полного поражения в правах и запрета на выезд из страны. С принятием же закона это всё сможет случиться в любой момент. Опасаться утраты отсрочки, ожидать призывного рейда в университет, погрома силовиками ночного клуба или спортзала с отправкой в военкомат, опасаться всех приколов и перегибов призывной кампании с момента вступления закона в силу – нужно будет не часть года, а весь год.
Такие перемены по определению не поддаются пиару. Нельзя гражданам продать идею, что их жизнь похорошеет от перспективы загреметь в армию в любой момент 12 лет подряд. Нельзя никого убедить, что хорош тот сценарий, в котором военкомат может призывать людей без перерыва и выходных, а тех, кого не призовет, ожидает весь ассортимент последствий разом. Такие вещи стараются принимать двумя способами. Либо «под ёлочку», прямо перед Новым годом, когда вся страна уже, не отрываясь, режет оливье. Либо в разгар каникул и отпусков, когда внимании к новостям минимально.
Если закон этот-таки решат протащить сразу в трёх чтениях, то станет понятна обсуждавшаяся нами пару дней назад спешка. Быстренько всё обстряпать сейчас, чтобы к осени, когда народ вернётся из отпусков и начнёт вертеть головой, обозревая, что успело случиться, чтобы к этому моменту все о новшестве успели позабыть. Предположение это, в общем, если окажется верно, будет означать, что российское государство занимается весьма привычным для себя напёрсточничеством. Что с 1 января граждан призывного возраста можно будет брать тёпленькими. Не будет ни новостей, ни обсуждения. Просто принятый закон тихо вступит в силу.
А может вступить и не 1 января. Во второе чтение закона можно воткнуть поправку, что он с 1 августа начнёт действовать. Но это мы всё узнаем сегодня.
Вероятно, закон вступит в силу пакетом с еще одной новацией, внесенной неделю назад тем же Картаполовым, которая гласит, что уклонение от постановки на воинский учет — это отныне основание для лишения российского гражданства, приобретенного пока.
Все эти прелести наступят в любом случае. Закон будет принят, если не сегодня в трех чтениях, то осенью. Такое развитие событий нас немного удивит, если осенью, но сути дела не изменит.
Теперь нужно подумать, в чем глобальный замысел закона о круглогодичном призыве. Мы тут можем только рассуждать, исходя из того, каковы будут прямые у закона последствия. А таковое пока видится одно. Закон позволит сильно разгрузить военкоматы. Мероприятия, не связанные с отправкой на срочную службу, прежде всего медкомиссии, теперь не будут сжаты в рамке призывной кампании, а будут растянуты на целый год. Вся деятельность военкоматов весной и осенью будет сводиться к тому, чтобы уже готовых призывников, прошедших медицинское освидетельствование и все прочие бюрократические процедуры, просто отправлять в войска.
Почему вдруг этим озаботились? Почему разгружать военкоматы понадобилось именно сейчас? Система в том виде, в котором она есть, работала всю дорогу. Жалобы Картаполова на аврал, с которым его закон призван бороться, особо раньше не высказывались.
Ответ, который хочешь не хочешь, а в голову лезет — мобилизация. Мы с вами еще пару лет назад говорили, что призывной период — это такое время, когда по вопросу возможной мобилизации можно подрасслабиться немножко. Ну не вывезут военкоматы две задачи разом. Мобилизация 2022 года вынудила перенести призыв на месяц. И каждый раз, когда вновь начинали ходить слухи о грядущей мобилизации, мы говорили, что всё станет ясно ближе к призывной кампании. О её переносе придётся объявить за некоторое время, а если по этому поводу будет молчок, значит всё спокойно.
Круглогодичный формат работы такую проблему ликвидирует. В период, когда военкоматы заняты отправкой призывников в войска, они будут загружены не больше, чем в остальное время. Не будет периода, когда мобилизация чисто технически затруднена. Её можно начать в любой момент, что станет для всех неожиданностью, никаких намёков заранее и даже объявления при старте не будет. Если вы собираетесь повышать пропускную способность военкоматов, то вы, очевидно, собираетесь пропускать через них больше людей. Или, по крайней мере, иметь такую возможность.
Юрист правозащитного проекта «Призыв к совести», беседовавший с «Медузой», предполагает еще одну косвенную цель. Размазанный на весь год призыв способен серьезно призывников расслабить. Если прохождение процедур в военкомате не связано с немедленной отправкой в войска, это может внушить чувство ложной безопасности. Люди не будут настолько активно отстаивать свои права, как в случае, когда между медкомиссией и отправкой в часть нет зазора.
Как бы то ни было, мы должны с вами вот какую вещь понимать. Пару дней назад в контексте блокировок и явного стремления к изоляции российского интернета мы об этом говорили, но уместно напомнить.
Россия находится в состоянии большой войны. От того, что кому-то надоело слушать новости, что кто-то с головой ушел в частную жизнь, погрузился в какие-то другие дискуссии, от того, что война максимально рутинизировалась, она не закончилась. Более того, и это статистический факт, война с каждым днем становится масштабнее, пожирает больше людей и больше денег. У нас во второй половине 2025 года – ни единого основания предполагать, что война закончится через месяц, через год или через два. У нас есть все основания предполагать, просто по линейке прочертив нынешний тренд, что через год Путин будет убивать в полтора раза больше людей, чем сейчас, а через два года – вдвое больше.
Пока отправка на войну, за исключением той самой прошлой мобилизации и особых случаев вроде принуждения срочников, носит добровольный оплачиваемый характер. Но это совершенно не значит, что в таком режиме можно жить вечно. Что к нему следует привыкнуть и забыть о реалиях. Жить так, будто войны нет. Война есть. В любой момент и безо всяких предварительных анонсов Путин может дать отмашку для новой мобилизации. Не потребуется никакого нормативного оформления. Указ о мобилизации от осени 22-го года действует и просто неофициально стоит на паузе.
Все мужчины призывного и мобилизационного возраста в России сейчас живут по доверенности. Потому что пока есть бабки, пока есть те, кто готов за них свою жизнь продать, Путин считает, что не может себе политически позволить мобилизацию. Но когда бабок станет меньше, или тех, кто готов продать жизнь, меньше будет, ничего тогда особо не помешает Путину бесплатно нахватать мужчин на улицах.
Самая важная сейчас задача — не пытаться угадать, когда у Путина в голове прощелкнет и он решит, что пора загребать. Предугадать невозможно, а когда случится — будет поздно рассуждать. Надо понимать, что для воюющей такую войну страны, с такими массовыми потерями, массовая мобилизация — это естественное состояние.
То, что происходит в России сейчас, это совершенно противоестественно. Никакой бюджет не выдержит массовой войны наёмниками. Это неизбежно закончится. Так всегда продолжаться не будет. Моментальное закрытие границ для всех мужчин от 18 до 65, как сейчас происходит в Украине, и постепенный призыв их всех в армию безо всяких выплат – это обычное состояние, а не то, что происходит сейчас. И обычное это состояние может наступить в любой момент безо всякого предупреждения. Вся нормативная база под это готова. И нужна только отмашка Путина. Которого от этой отмашки останавливают лишь представление о политических рисках. Но учитывая уровень запуганности общества и его контроля силовиками, сложно полагаться на такой фактор как на что-то надежное.
Воюющее государство всегда воспринимает граждан как ресурс для войны. Любое воюющее государство. А уж наше-то – тем более. Полагать, что сторожа овощебазы за 3 миллиона российское государство ресурсом для войны считает, а вас нет – это очень опасное предположение.
Главная задача сейчас – внимательно следить за тем, как государственная машина обеспечивает Путину такую возможность. Сначала государство приняло целый ворох законов, сильно ограничивающих возможность боеспособных мужчин сбежать и спрятаться. Теперь последовательно пытается заниматься изоляцией российского интернета. То есть лишает вас доступа к информации и неподконтрольной связи. Пугает вас, чтобы вы такие каналы как мой не смотрели, где вас сразу предупредят, как только что-то начнет затеваться. Занимается разгрузкой военкоматов и настройкой их работы под большой объём переработки людей в солдат.
Когда государство совершает такие шаги, делает оно их явно не от скуки. Особенно если в спешке. Если почему-то вот уже через полгода нужно привести военкоматы в круглосуточный режим работы. Почему-то уже к осени нужно задушить WhatsApp. Почему-то отныне время не ждёт.
С одной стороны, не нужно воспринимать каждое подвешенное на стену ружьё как оружие, которое застрелит именно вас. С другой стороны, не надо забывать, что вы живете в воюющей стране. В государстве, которое будет искать – кем и на какие средства воевать дальше.
Любое действие государства, любые его попытки себя перенастроить – нужно воспринимать через эту призму. Через идею, что государство, может, и не пойдет на охоту за людьми прямо завтра, но почву, чтобы это сделать, оно готовит, а охотиться будут за вами.
До завтра.