Кремль официально объявил себя «беспредельщиком»
На первое слабое место ответа Путину Трампу, переданного вчера через Reuters, я указал в своём вчерашнем же посте. Утверждение, что никто на Западе всерьез не обсуждал с российским руководством деталей мирного урегулирования, разбивается о вопрос о том, а чем собственно занимались сами многочисленные российские переговорщики, которые на протяжении полугода тратили бюджетные деньги, разъезжая то в Эр-Рияд, то в Стамбул, то в Вашингтон, то в Куала-Лумпур, то бог знает куда ещё. О чём они там тогда вообще со своими западными визави разговаривали?
Вторым уязвимым местом вчерашнего заявления Кремля является утверждение о том, что Россия готова предъявить претензии на новые украинские территории: дескать, да, пока мы планируем забрать только те четыре региона, которые вписали в свою Конституцию, но если украинский фронт рухнет, то прихватим что-нибудь ещё.
Особенно доставило использованное одним из российских источников сравнение действий Путина на международной арене с нехитрой логикой, которой руководствуется любой обжирающийся сверх меры чревоугодник: «Аппетит приходит во время еды». Дескать, раздухарившись в Запорожье, Путин захочет захватить ещё и Одессу.
В принципе, мир давно знал, что российский лидер предпочитает действовать в духе realpolitik, но столь открытое пренебрежение иными помимо грубой силы соображениями, обнуляет в том числе и тщательно выстраивавшийся Кремлём нарратив о каких-то особых правах России на Крым, Донбасс, Херсон и прочие территории Восточной Украины. Теперь получается, что Россия забирает себе то, что МОЖЕТ, а не то, на что имеет, как она считает, ПРАВО. По сути, своим вчерашним заявлением Кремль официально объявил себя «беспредельщиком».
***
Понятно, почему в Кремле сказали то, что сказали. Они пытаются повысить для украинцев цену сопротивления. Дескать, сдавайтесь, пока у нас аппетиты скромные, а то хуже будет. Логика ясна, вот только так оно не работает.
Украинцы прочитали послание ровно наоборот: да, россияне охренели, поэтому ни одна договорённость с ними не будет стоить той бумаги, на которой её напишут; они готовы предъявить претензии на всё, что угодно. Наиболее решительно настроенная часть украинского общества получила возможность вновь говорить о том, что договориться с Россией не получится, с ней можно только воевать. Сторонникам умеренности – дескать, давайте отдадим Путину то, что он хочет, и он от нас отстанет, – теперь нечего сказать. Ясно, что не отстанет.