Когда рядом две войны, странно упоминать на сцене только одну
Источник: Telegram-канал Александра Баунова
Был вчера на одном из первых концертов нынешнего мирового тура Zucchero. Он в отличной форме конечно. Сидячий партер на болонском стадионе довольно стремительно превратился в стоячий. Эрик Клэптон в Лукке (компьютер попытался исправить на «в Луцке», но нет) тоже был хорош. И у обоих были песни про войну. Ну как про войну, про жизнь, но проиллюстрированные видео войны. Клэптон сосредоточился на израильско-палестинской (это кроме цветов гитары). Дзуккеро показал обе, но гораздо больше украинскую. Там даже мрачные кадыровцы в раскоряку брели вдоль развалин.
И тут стало ясно, чего вот этого самого и не хватило у Клэптона. Он совершенно имеет право ставить вопросы по поводу войны на Ближнем Востоке. Но когда рядом две войны, странно упоминать на сцене только одну. Логика понятна: за Израиль и Палестину, вообще за Ближний Восток мы на за Западе ответственны (хотя бы как спонсоры разных мирных соглашений и поставщики помощи), а за Россию — нет, она сама по себе, поэтому надо указать нашим правительствам, как они провалились.
Ну во-первых, нет, за Россию тоже ответственны. Россия прямо в этот самый момент воюет на деньги, вырученные с Западного рынка, структура которого складывалась все путинское время и раньше. Да и соглашения тоже. Во-вторых, если исходить из того, что рок-музыкант — это против шерсти, то еще непонятно, в какую сторону в Европе нынче растет шерсть. Как ни странно, в моменте обратить внимание на украинскую войну здесь сейчас трудней, чем на ближневосточную — по крайней мере в аудитории, которая слушает Дзуккеро и Клэптона.
Украинская война вытеснена. С одной стороны, из прямой угрозы она превратилась в войну между обломками империи на европейской периферии (про это я писал вот тут). С другой стороны, додумывать, во что она может превратиться, слишком страшно и отрывает от повседневности. Ни Израиль, ни Палестина, ни даже Хамас не угрожают Европе напрямую (исламисты угрожают, но их много разных, и Хамас там далеко не первый, скорее последний в очереди), а вот про Украину — это же открыто говорит глава ядерной державы — война с Западом. Но додумывать этот сюжет слишком страшно, это же надо все бросать и делать что-то. А у Клэптона с упоминанием одной и неупоминание другой получается антиимпериалистический штамп: бей по тем, за кого Америка, а Маркс разберет своих.
Напомнить об украинской войне стадиону итальянцев и гостей очередной местной столицы (тут все города столичные, как мы помним), как ни странно требует выхода из комфортных отношений между музыкантом и публикой.
Всегда думал, что чем камернее площадка, тем лучше концерт и теснее общение с музыкантом. Сцена Клэптона у стен Лукки была большой, но определенно меньше Болонского стадиона Дзуккеро, но общение получилось теснее, потому что свет, звук, камера, атмосфера, хиты не к концу, а ближе к середине, чтобы не было ощущения «а лучшее вино сберег доселе», с гарлемским хором опять же. Правда и разница в возрасте в пользу итальянца. Еще Клэптон был мрачно молчалив, не общался с публикой, отыграл полтора часа и ушел. А Дзуккеро трепался и отыграл в итоге почти три. А музыкально оба прекрасны конечно.