Какой же он враг, если о россиянах он заботится не меньше, чем об украинцах?
Призывая Путина к прекращению войны, Трамп постоянно подчёркивает, что от неё гибнут не только украинцы, но и россияне. Это эффективный месседж, который не позволяет сформироваться образу президента США как «врага России». Какой же он враг, если о россиянах он заботится не меньше, чем об украинцах?! Всё это разрушает дихотомию «мы против них», являющуюся фундаментом, на котором стоит российский режим.
Ставя вопрос о спасении жизней россиян, Трамп как бы получает возможность апеллировать к российскому общественному мнению поверх головы Путина. Он рассказывает жителям России об их потерях – о том, о чём они никогда не услышат от собственных властей. Причём делает это Трамп сочувственно и дружелюбно, то есть, не вызывая эмоционального отторжения.
В своей риторике, касающейся войны, Трамп минимизировал долю политической составляющей, сделав упор исключительно на гуманитарном аспекте проблемы. Он не говорит о том, кто прав, а кто нет; кто агрессор, а кто жертва; не упоминает того, что Украина – демократия, а Россия – диктатура. Это правильный шаг с точки зрения давления на Путина. Теперь на фоне американского лидера российский президент выглядит политиканом, который гробит людей во имя политики. С учётом того, что политику люди нигде не любят, а политикам не доверяют, подобный подход в исполнении Трампа нельзя не признать разумным.
Ещё одним примером «дружелюбного» принуждения России к миру, мешающего «патриотической» мобилизации местного общественного мнения, является сегодняшнее заявление Трампа о том, что по его требованию Индия согласилась прекратить закупку российской нефти. Американский президент сопроводил эту новость ненавязчивым комментарием: «А потом, когда война закончится, они смогут снова ее покупать».
Ну и как после этого российским «патриотам» жаловаться на «антироссийские» действия американцев, когда те носят очевидно не «антироссийский», а «антивоенный» характер?