Как Россия сама себя выпиливает из цивилизации
23 апреля 2026 г. на космодроме Куру в Гвианском космоцентре при демонтаже взорвана мобильная башня обслуживания для ракет «Союз-СТ». До этого на самой пусковой установке был разрезан легендарный «тюльпан» – четыре ферменные опоры, на которых висела ракета перед стартом, и выполнен демонтаж кабель-мачты.
До 24 февраля 2022 года с космодрома Куру ежегодно осуществлялось до четырёх пусков российских ракет «Союз-СТ» с разгонным блоком «Фрегат».
Как там вообще оказался стартовый комплекс для “Союза”?
Тут вот в чем вся фишка.
Во-первых, Россия никогда не могла запускать иностранные спутники с американскими комплектующими. Фэйсом не вышла. Точнее – такие спутники не могли быть ввезены в Россию и российские специалисты не могли подойти к американским космическим технологиям на пушечный выстрел. А спутники, даже не американские, но с американскими компонентами – это основная доля на рынке пусковых услуг. Поэтому в 2007 году во Французской Гвиане (Южная Америка) Европейским космическим агентством (ESA) была построена стартовая площадка ELS (Ensemble de Lancement Soyouz) с прицелом на запуски американских спутников на российских «Союзах». То есть формально Россия поставляла ESA “Союз-СТ” (специальная модификация в тропическом исполнении), а запуск выполняли европейцы. И все в шоколаде.
Во-вторых, Куру находится почти на экваторе (широта 5 градусов). А это значит, что при запуске спутников в восточном направлении (а это подавляющее большинство пусков в мире) к скорости, которую набирает ракета-носитель на участке выведения, добавляется скорость суточного вращения Земли, зависящая от широты космодрома (на полюсах – ноль, на экваторе – максимум).
Иначе говоря, Земля своим вращением сильно помогает ракете, которая, сообщая спутнику первую космическую скорость (около 7.91 км/сек), сама по себе может чуток расслабиться и набрать меньшую скорость – остальное добавит вращение Земли. И этот довесок весьма нехилый.
Например, при запуске из северного Плесецка Земля добавит 212 м/с, из Восточного – 285 м/с, с Байконура – уже 316 м/с, а из Куру – аж 460 м/с. Соответственно, одна и та же ракета, стартуя южнее, может вывести бОльшую полезную нагрузку за счет помощи Земли. Для примера: “Союз” на низкую околоземную орбиту может вывести с Куру на тонну больше, чем с Байконура.
Тут еще такая засада: самая лакомая орбита – это геостационарная, находящаяся в плоскости экватора, т.е. с нулевым наклонением. А широта Байконура 46 градусов с.ш., Восточного – 52, Плесецка вообще 63 градуса. То есть с территории России вывести спутник на геостационар с нулевым наклонением орбиты без поворота ее плоскости невозможно, а изменение наклонения орбиты – самый энергозатратный маневр. Поэтому все космодромы всегда стремятся разместить ближе к экватору, но у России с этим в силу географии непруха с рождения.
Например, если сравнивать Байконур с Куру при запуске на стационарную орбиту, то “Союз” с Байконура вытягивает 1.5-1.8 тонн, а из Куру – 3.0-3.25 тонн, т.е. без необходимости поворота плоскости орбиты на выведении, да с учетом прибавки скорости за счет широты грузоподъемность “Союза” УДВАИВАЕТСЯ. Настолько, что “Союз” из Куру при запуске на геостационар становится фактически “Протоном-М” с Байконура, выводящим туда же до 3.3-3.7 тонн.
Улавливаете? Это ракеты разного класса (средняя и тяжелая), “Союз” выводит с Байконура на низкую орбиту 8.12 тонны, “Протон-М” – аж до 23.7 тонн, но при запуске на геостационар у “Союза” из Куру и у “Протона” с Байконура грузоподъемность почти одинаковая.
К тому же большинство заказчиков спутников для “Союза” в Куру находились в США, поэтому Южная Америка была лучше Байконура также и с логистической точки зрения – из‑за территориальной близости к заказчику и без необходимости проходить таможенные границы.
И еще – с Куру куда не запускай, кругом океаны, слева Тихий, справа Атлантика, т.е. можно было пулять в ЛЮБОМ направлении на ЛЮБЫЕ наклонения орбиты без согласования полей падения отработанных ракетных ступеней. На нашей планете всего три таких уникальных точки для идеального космодрома – французская Гвиана, Сомали и Индонезия. И так случилось, что нам сильно свезло получить стартовый комплекс в Куру.
В общем, нам так поперло от успешного международного сотрудничества с ЕС, что даже появились планы дооборудовать стартовый комплекс до пилотируемого уровня и запускать с него не только грузы, но и космонавтов на орбиты любых наклонений на кораблях «Союз МС». К примеру, с Байконура долететь до китайской орбитальной станции нельзя, а из Куру – можно.
Короче – Куру для “Союза” и Роскосмоса (т.к. бабло от запусков оседало там и до нас с вами не доходило) – это был просто Клондайк.
Но нам же, мля, Киев подавай! А тут либо Киев, либо Куру – и в итоге имеем шиш с маслом в виде остатков Туапсе.
Последний запуск «Союза» с Куру был 10 февраля 2022 года, потом запуски полностью прекратились.
В марте 2022 года российские специалисты были отозваны с космодрома, а оставшиеся незапущенные ракеты и оборудование были опечатаны.
И вот пришла очередь демонтажа стартового комплекса для “Союза” в Куру – площадка понадобилась стартапу «Майя Спейс», который планирует запускать с нее многоразовые ракеты.
_______________
PS: Взорванная мобильная башня (МБО) служила для установки спутников на ракету‑носитель в вертикальном положении. Этим сборка “по-американски” на стартовом комплексе “Союза” во Французской Гвиане принципиально отличалась от “горизонтальной” технологии, традиционно используемой на Байконуре, Восточном и Плесецке.
МБО была специально спроектирована и построена российской стороной по требованию европейских заказчиков: вертикальная сборка выбрана для того, чтобы можно было запускать любые виды космических аппаратов с экваториального космодрома Куру при помощи российских «Союзов‑СТ».
Кроме того, в Южной Америке, где располагается космодром, среднегодовое количество осадков достигает 3000 миллиметров, а в сезон дождей в Гвиане бывают периоды, когда за сутки выпадает более 500 миллиметров осадков. В таких условиях работать со спутником и ракетой под открытым небом невозможно, так что МБО предназначалась в том числе и для защиты изделия и персонала от осадков.
Высота МБО (была) 52 метра, а рабочие площадки, установленные внутри башни, позволяли добраться до любого уровня «Союза» до высоты 36 метров. Весила башня около 800 тонн.