«Как эти… с мачете»
Дорогие друзья, вы помните, что в предыдущей моей беседе о Перестройке я привел слова, сказанные на Политбюро Горбачевым в мае 1987 года: «В деле управления (экономикой – А.З.) мы идём, как эти, которые с мачете, – сквозь заросли джунглей пробираются. Прорубаемся. Все в крови, обдираем кожу, орём друг на друга, но продвигаемся…»
Сейчас мало кто понимает, а тогда, в начале Перестройки, еще меньше понимали грандиозность задачи возвращения к рынку после шестидесяти лет командно-административной системы. Никогда до Сталина такой экономической системы нигде в мире не было. Никогда. Все известные мне полит-экономические модели строились на рыночных принципах производства и обмена трудом и товарами. Рабские отношения могли включаться в рыночную систему, как плантационное рабство в Британских колониях Вест-Индии или в южных штатах США, в римских латифундиях или в Древнем Египте, но не подменять её. Большевики превратили всю Россию в одну громадную латифундию и рынок сохранялся только в международных торговых отношениях. Но в перспективе создания всемирной коммунистической тирании должен был исчезнуть и он. Пьер Элиот Трюдо как-то саркастически спросил у Брежнева – коммунисты хотят сделать весь мир коммунистическим, где же вы тогда будете закупать пшеницу?
Шутки шутками, но плановая экономика была крайне не эффективна именно экономически. Политически же она идеально подходила для тоталитарной тирании. Такие страны как Северная Корея и Куба контролируют население именно благодаря этой, заимствованной у большевиков системы организации народного хозяйства. Понятно, что для пресечения естественного желания людей к частной хозяйственной инициативе потребен не только Госплан, но и КГБ. Без секретной полиции Госплан был бессилен управлять экономикой, но и КГБ без планово-административной системы управления народным хозяйством долго бы не просуществовал – независимые экономические субъекты рано или поздно, революцией или коррупционным размыванием, но ликвидировали бы политическую тиранию, не соответствующую интересам экономически свободных субъектов.
Хотя создателем планово-административной системы в союзе с карательными террористическими службами был Сталин, наработки ее уже имелись в так называемой системе военного коммунизма плюс ВЧК, придуманной Троцким и Лениным.
Чтобы вогнать народ в эту систему и удержать в ней, понадобилось погубить около 25 миллионов человек в 1917-1953 годах в Красном терроре, Коллективизации, Голодоморе, Большом Терроре и послевоенном Голодоморе 1946-47 годов.
Задумав вернуть Россию к демократии, Горбачев и его сторонники с необходимостью должны были разрушить административно-плановую систему хозяйства и воссоздать рыночные отношения, бывшие в стране до 1918 года и возрожденные на короткое время Новой Экономической политикой (1922-1928). Но как это сделать не знал никто в мире и уже тем более сам Горбачев и его «прорабы», во многом остававшиеся в плену социалистических мифов. Потому с мачете абсолютной власти в руках они прорубались через дебри полит-экономической практики.
Задача была колоссальна – должны были возникнуть не только свободный производитель и свободный, имеющий средства, потребитель, но и вся система посреднических структур, необходимых в современной экономике – сырьевые и трудовые биржи, банки, твердые конвертируемые средства обмена и накопления – настоящие деньги. Не менее важно и еще более сложно было изменить сознание субъектов экономического процесса – советских граждан. Подавляющее их большинство привыкло к рабской системе гарантированного прожиточного минимума при ненапряженной, мягко сказать, работе и ничего менять не желало кроме размера зарплаты и качества доступных товаров в магазине. Работать как при социализме, а жить как при капитализме – таков был лозунг большинства. Перевоспитать людей мог только сам рынок и перевоспитать исключительно нищетой и недостатком во всём при открытых возможностях сделать жизнь лучше, обустроенней и богаче.
Ругать перестройщиков, что они совершили множество ошибок и привели страну к 10 тощим годам, не стоит. Вряд ли кто-то сделал бы принципиально лучше. Но то, что ныне все страны бывшего СССР живут в системе рыночной экономики, пусть во многом и ущербной в том числе и из-за тех, прошлых ошибок, – это их заслуга. Реформы Гайдара 1992 года и несовершившиеся реформы Явлинского, планировавшиеся в 1991-1996 гг. (о них пойдет речь позже) не могли бы даже замышляться, без того, что сделали «люди с мачете» в 1987-89. Об этих то прорубаниях через экономические дебри и пойдет речь в сегодняшней беседе, дорогие друзья.
Купить книгу Андрея Зубова «История России XIX столетия. XVIII век» на сайте «Эхо Книги»