Израиль принял закон о смертной казни для террористов
Израиль принял закон о смертной казни для террористов.
Сначала немного истории — как вообще евреи относились к смертной казни? Талмуд упоминает четыре возможных способа смертной казни: побитие камнями, сожжение, казнь мечом и удушение. Кнессет решил остановиться только на последнем. Но в Мишне сказано: «Синедрион, приговаривающий к смерти раз в семь лет, называется кровожадным; рабби Элазар бен Азария говорит: «Даже раз в 70 лет»; рабби Тарфон и рабби Акива сказали: «Если бы мы заседали в Синедрионе, смертные приговоры никогда не выносились бы», а раббан Шимон бен Гамлиэль сказал: «Если так, они бы умножили число убийц в среде Израиля». Напомню, что в современном Израиле смертная казнь применялась всего два раза. И один из них — по ошибке.
Попробую спокойно и без эмоций объяснить, в чем проблема с этим законом. Давайте рассмотрим основные доводы защитников концепции смертной казни:
1. Это восстанавливает справедливость.
Нет. Сама идея, что убийство террориста может восстановить справедливость, глубоко ошибочна. Было множество случаев, когда террорист взрывал себя вместе с невинными людьми. Разве кто-то в этот момент считает, что если террорист уже погиб, то значит справедливость восстановлена? Нет, это работает не так. Добавлю, что как правило на теракт отправляют оболваненных пропагандой людей. Подростков, которых с детства учили, что убив неверных ты попадешь в рай. Женщин, которые пытаются смыть позор со своей семьи. Людей отправляют на теракт под угрозой насилия или обещая деньги семье.
Для уменьшения уровня терроризма нужно бороться с организаторами и вдохновителями террора. У Израиля для этого есть все возможности — он уничтожил всю верхушку ХАМАС, всех организаторов 7 октября. Это было правильное решение. Но семьи террористов продолжают получать пенсии, детей продолжают учить джихаду — именно с этим надо бороться, а не с ликвидированными исполнителями терактов. Большинство людей в террористической структуре — это планировщики, финансисты, вербовщики, логисты, идеологи. А не исполнители. Любой совершенный теракт — это провал спецслужб. Казнь исполнителя кажется справедливой, но она только прикрывает этот провал.
2. Это расплата за чудовищный теракт 7 октября
Нет. Закон не имеет обратной силы и все террористы, захваченные после 7 октября, под этот закон не попадают.
3. Не будет тогда обменов одного нашего заложника на сотню террористов.
Нет. Это не решается смертной казнью — это изначально была ошибка. Нельзя было менять Гилада Шалита на 1027 заключенных, включая осужденных за массовые убийства. Среди освобожденных был Яхья Синвар — впоследствии организатор резни 7 октября. Все равно переговоры об обмене заложников будут продолжаться. Ведь нет закона, запрещающего эти переговоры. К тому же в тюрьмах Израиля все равно останутся десятки тысяч арабов — на них тоже будут смотреть как на обменный фонд для захвата новых заложников.
4. Это напугает потенциальных террористов и сократит количество терактов.
Нет. Невозможно напугать смертной казнью террориста, который готов подорвать себя. Мученичество работает, если казнь становится символом. История показывает, что казни создают мучеников и радикализируют следующее поколение. Мобилизующий эффект для вербовки — работает очень хорошо. Жестокость наказания никак не влияет на террористов — это проверено практикой в десятках странах. С террором спецслужбы сражаются совсем другими способами.
5. Дешевле повесить, чем содержать пожизненно.
Нет. Государство не должно думать в таких категориях. Вероятность судебной ошибки слишком высока. Добавлю, что террористов и так стараются не брать в плен, расстреливая их на месте.
6. А вот в США тоже есть смертная казнь
Нет. В Штатах смертная казнь применяется после многих лет апелляций, с участием присяжных, при единогласном решении. Израильский закон в военных судах — простое большинство судей, без присяжных, обязательный приговор. Это разные правовые системы под одним названием. То, что несколько государств сохраняют смертную казнь, не делает ее правильной. Напомню, что с 1990 года смертную казнь отменили более 50 государств.
Добавлю, что у этого закона есть очень много минусов. Эксперты считают, что закон плохо сформулирован и содержит «размытые и чрезмерно широкие определения терроризма», что означает возможность применения смертной казни за «действия, которые не являются терроризмом». Закон будет применяться только к арабам, что совершенно недопустимо с правовой точки зрения — еврейский терроризм тоже существует. Для страны, уже находящейся под следствием МУС, дополнительная международная изоляция — вполне конкретные правовые риски.
Закон применяется в военных судах к палестинцам в Иудее и Самарии. Эти люди — не граждане Израиля. Они не голосовали за Кнессет, принявший закон. Они не имеют представительства в системе, которая теперь может их казнить.
Это ужас простых решений — вместо серьезной и кропотливой работы предлагаются простое, жестокое и неэффективное решение. Которое очень нравится обывателям. Без сомнения, партия ультраправого Бен Гвира получит больше голосов на выборах. Самое страшное во время войны — стать похожим на своего противника. Иран вешает людей на башенных кранах, стоит ли брать с него пример?