Иранская война Дональда Трампа приостановлена – настало время переговоров
В последние дни США максимально завысили ставки, угрожая уже не вогнать Иран в каменный век, а уничтожить иранскую цивилизацию. Так как ракетными ударами сделать это невозможно, то заговорили о возможности ядерного удара, что выходило бы за все конвенциональные рамки. Похоже, что такой вариант всерьез не рассматривался, но Такер Карлсон даже призвал американских военных не подчиняться президенту, если тот отдаст приказ о применении ядерного оружия. Это демонстративный разрыв между Трампом и радикальными MAGA-изоляционистами.
Наземную операцию в США, видимо, посчитали слишком рискованной. Во-первых, не гарантирован успех, будь то высадка на острове Харк или захват иранского урана. Во-вторых, неизбежны значительные потери, что будет негативно воспринято в американском обществе. Причем планировать наземную операцию приходилось «на ходу», в режиме импровизации, который вообще свойственен этой войне. А это повышало риск провала, причем в условиях, когда война и сейчас крайне непопулярна среди американцев.
Теперь в США возобладала позиция «умеренных» – таких как вице-президент Джей Ди Вэнс, который отвечал за переговоры в Исламабаде. Но неясно, получит ли Вэнс дивиденды внутри страны с учетом хорошо известного эгоцентризма Трампа – и он может не простить своему вице-президенту, что тот был прав, предостерегая от рисков иранской войны. В геополитическом выигрыше Пакистан, который выполнял посредническую функцию – она стала возможной с учетом его выстроенных отношений с США, Ираном и Китаем.
Трампу надо было объявить о победе – а это было невозможно без открытия Ормузского пролива, после которого ожидается снижение нефтяных цен и, соответственно, стоимости бензина в США (это важнейший фактор перед промежуточными выборами в ноябре). Иран отступил, согласившись на то, что в рамках двухнедельного перемирия пролив будет открыт.
Тем самым Тегеран отказался от плана загнать Трампа в угол, продолжая военные действия, несмотря на потери и разрушения. Похоже, что это стало следствием разногласий в самой иранской элите, значительная часть которой (в первую очередь, реформисты, но, видимо, не только они) хочет «нормальности», имея в виду экономическое развитие, а не непредсказуемую войну с более ресурсным противником.
Теперь есть три варианта развития событий. Первый – возобновление военных действий через две недели или раньше. Сильный аргумент против него – обе стороны, похоже, выдохлись и, как минимум, хотят взять длительную паузу. Но есть проблема военачальников из КСИР, которые искренне ненавидят США и их союзников и вряд ли отказались от идеи отомстить за погибшего рахбара и генералов. Тем более, что и в мирное время они могут быть мишенями для ударов со стороны США и Израиля (есть прецедент с гибелью Касема Сулеймани).
Второй вариант – достижение договоренностей, основанных на компромиссе. Например, США не платят Ирану унизительных репараций, но соглашаются на то, что Иран введет сбор в размере примерно двух миллионов долларов за каждое судно, проходящее через Ормузский пролив, и разделят этот сбор с Оманом. Характер договоренностей по ядерной проблеме может быть близким к сделке, заключенной при Бараке Обаме и расторгнутой Трампом еще во время своего первого срока (Трамп, конечно, постарается показать, что сделка куда более выгодная для США, но демократы будут возражать). Трамп дает понять, что сделка близка, но это далеко не факт.
Третий вариант – «ни мира, ни войны, а Ормузский пролив открыт». Договориться за две недели не удастся, но военные действия не возобновятся. Возможно, что с этим сценарием связано заявление Эммануэля Макрона о том, что около 15 стран планируют миссию по обеспечению безопасности судоходства в Ормузском проливе. Ситуация в этом случае будет оставаться неустойчивой с существенными рисками возобновления войны.
***
Ключевой фигурой в иранской войне Дональда Трампа стал Пит Хегсет. Отставной майор, тележурналист без серьезного управленческого опыта, ставший «министром войны».
Триумфом Хегсета стала венесуэльская операция с захватом президента Николаса Мадуро. Однако в ситуации с Ираном все куда сложнее. The Washington Post пишет, что позиция министра по войне с Ираном вызывает сомнения внутри администрации США. По данным издания, американские чиновники считают его оценки чрезмерно оптимистичными и опасаются, что они вводят руководство страны в заблуждение. В частности, источники газеты утверждают, что заявления Хегсета о серьезном ослаблении иранских ракетных и дроновых возможностей не соответствуют внутренним разведывательным оценкам. А внутренние документы Пентагона прямо противоречат его публичным заявлениям.
Демократы в Палате представителей готовят инициативу об импичменте Хегсета, но реальных возможностей уволить министра у них не видно. Но и у республиканцев растут претензии к министру, который ведет себя крайне необычно. Наряду с войной с Ираном он занимается внутренней войной с министром армии США Дэном Дрисколлом, одним из близких друзей вице-президента Джея Ди Вэнса. Дрисколл проявляет самостоятельность, выстраивает отношения с генералами и принял участие в переговорах по Украине без санкции Хегсета. В прошлом году его рассматривали как возможного преемника Хегсета, но захват Мадуро укрепил позиции «министра войны» в глазах Трампа. И Хегсет перешел в заранее подготовленное наступление.
Целью был начальник штаба армии генерал Рэнди Джордж, который тесно сотрудничал с Дрисколлом. Хегсет потребовал от него немедленно уйти в отставку, что тот и сделал. Исполнять его обязанности стал нынешний заместитель начальника штаба армии генерал Кристофер Ланив, протеже Трампа и Хегсета.
Отставка генерала Джорджа – далеко не первая в высшем военном руководстве при министре Хегсете. Но есть некоторые особенности. Республиканцы в Конгрессе спокойно отнеслись к смещению в прошлом году председателя Объединенного комитета начальников штабов Чарльза Брауна (чернокожего) и начальника штаба ВМС Лизы Франкетти (женщины). Они были назначены при Джо Байдене и стали символами политики разнообразия, равенства и инклюзивности (DEI), неприемлемой для республиканцев.
Джордж тоже был назначен при Байдене, но он не был связан с политикой DEI. Генерал сделал классическую военную карьеру. В чине лейтенанта воевал против Саддама Хусейна во время операции «Буря в пустыне», уже в нынешнем столетии неоднократно участвовал в боевых действиях в Афганистане и Ираке. В 2003-2004 годах командовал десантниками в Киркуке, на севере Ирака. В Афганистане был командиром пехотной бригады. Среди его наград – медаль «Пурпурное сердце», вручаемая за ранение.
Мало того – чтобы расчистить путь генералу Ланиву к должности начальника штаба, Хегсет добился досрочного ухода в отставку замначальника штаба армии, генерала Джеймса Мингуса, который за свою карьеру 12 раз направлялся в Ирак и Афганистан – и также награжден «Пурпурным сердцем». Ланив – также заслуженный военачальник, но сейчас чаще вспоминают, как он понравился Трампу в начале прошлого года. Тогда президент сказал: «Этот человек словно сошел с экрана? Если бы я снимал фильм, я бы выбрал его на главную роль».
Республиканцы в Конгрессе демонстративно высоко оценили деятельность генерала Джорджа. Председатель Комитета по вооруженным силам Палаты представителей Майк Роджерс заявил, что в период, когда Джордж занимал пост начальника штаба армии, «мы добились больших успехов в увеличении набора новобранцев, повышении эффективности и модернизации армии». Конгрессмен Остин Скотт охарактеризовал Джорджа как «великого генерала, принципиального лидера и преданного американца». Конгрессмен Рич Маккормик назвал Джорджа «блестящим умом».
Эти комплименты – опосредованные упреки в адрес Хегсета, заставившего уйти в отставку столь достойного военачальника. Республиканцы не идут против Трампа и его «ближнего круга», но уже начинают выражать недовольство их действиями.