(Ино)агентство
Наверное, некоторые из вас, меня читающих, заметили, что моё имя не так давно было внесено в списки «иностранных агентов». Я в дни рождения не получал столько сообщений, сколько в эти дни. Злорадные и поздравительные, обеспокоенные и ободряющие, предлагающие юридическую поддержку и предлагающие провалиться в ад.
Спасибо друзья! Я рад всем пожеланиям, все они подтверждают тезис о том, что друзья познаются в испытаниях.
Для меня это «зачисление во враги» не принципиально, я агент со стажем, и ещё в далеком 1996-ом в Хакасии был объявлен, ни много ни мало, агентом ЦРУ. У меня даже статьи местных газет сохранились с тех пор. Около десятка судебных процессов, где прокуроры яростно требовали закрытия лютеранской церкви, были отбиты только благодаря максимальной гласности, тогда ещё работавшей в моей стране. Помню, как один из чиновников при встрече в суде сообщил мне о моем статусе чуть ли не резидента американской разведки, типа, ну а как ещё объяснить запрос по поводу Заякина от Сената США лично Черномырдину? Видели бы вы мои глаза в этот момент! (Я ничего об этом запросе не знал)
Но то были травоядные времена, когда дружить с Западом было модно. Наверное, поэтому тогда хакасские власти отыграли назад и закрыли глаза на моё тлетворное духовное влияние в республике.
Но нонеча не то, что давеча. Поэтому я не собираюсь судиться с этими ребятами. Суд – это когда правосудие, и это не про «там». Да и я давно, с марта 2022-го не «там», и взять с меня, ни там, ни здесь нечего.
Кроме, разве что, Царства Небесного, агентом которого я готов себя признать. Этим Царством я делюсь со всеми желающими почти тридцать лет.
А также готов, целиком и полностью признать предъявленное мне обвинение:
«Заякин распространял также фейки, направленные на создание негативного имиджа российской армии, выступал против СВО и в поддержку ВСУ и взаимодействует с нежелательной в России организацией».
Конечно, это ведь я создал весь этот негативный имидж российской армии, самой миролюбивой армии в мире.
А еще, если что, часовню тоже я… И президента Кеннеди… впрочем, это вряд ли, я тогда ещё не родился, так что только часовню.
Ну, а если без шуток, то в эти дни я вдруг вспомнил начало марта 22-го, когда мне только намекнули про «от трех до восьми за дискредитацию» по свежеиспеченной статье. Я тогда заговорил с друзьями об отъезде, и вдруг оказался будто бы в вакууме: меня обходили и огибали те, кто ещё вчера жал руку и говорил со мной о богословии.
Сегодня, в чужом краю, я вижу массу протянутых мне рук.
Рук друзей, таких же, как я агентов мира света и добра.
Агентов сопротивления злу, тьму и греху, что заполонили мою родину.
Это, хоть немного, помогает жить, испытывая постоянные стыд и вину перед Украиной.
Помогает идти и делать дело, хоть маленькое, но правильное.
И я благодарен Богу за то, что Он дает мне, да что мне, всем нам, чувствовать границы, за которыми компромисс превращается в предательство – себя, других, того человеческого, что только и делает нас образом Божиим.
Сорри за пафос (и он вытер скупую слезу).
