Игра в «СВО»
Вот, скажем, игроман. Ну тот же Фёдор Михайлович, к примеру, с его рулеткой.
Сначала он, может быть, просто развлекается: ну что тут такого страшного, казалось бы… А может быть, даже и надеется выиграть крупную сумму, поправить свои дела. Поднять на ноги семью. Отыграться, в конце-то концов, обязательно отыграться!
И – продолжает играть, поднимает ставки. Вот-вот должно ему повезти, счастье тут, совсем рядом! Нельзя же бросать дело, когда столько в него вложено! Никак нельзя. Тем более, вот совсем недавно повезло, значит, еще повезет, и по-настоящему!
То кроваво-красное, то зловеще черное, то и вовсе бессмысленное зеро. А счастья всё нет, и уже не будет.
Он уже сам не замечает, что проиграно куда больше, чем можно было бы выиграть в этом заведении, что его собственная жизнь и жизнь его близких подчинена одной цели: играть. Уже не мираж выигрыша, а сама игра и есть единственный для него смысл. Все вокруг – ее заложники. Все они – ставки, притом уже проигранные.
Это к вопросу о том, сколько может продолжаться то, что он так упорно называет буквами “СВО”.