Хотят ли русские войны? Динамика общественного мнения
За последнее время мы обсудили множество способов, которыми Владимир Путин обеспечивал себе легитимность все эти годы. Мы говорили, почему именно сейчас, на втором году войны, эти способы стали ненадёжными и, более того, неконтролируемыми. Но до сих пор мы обсуждали легитимацию только через выборы. Точнее, через ту процедуру, которая сейчас в России вместо них. Между тем, у президента России были и другие способы приобрести немного легитимности. Конечно, не такие глобальные, как вся эта возня с ЦИКом раз в шесть лет – но тоже важные для устойчивости системы. Один из таких способов – опросы общественного мнения. Власть использует их как этакие маленькие референдумы, задача у респондентов у них одна – согласиться с решением правительства. Этот процесс социологи называют аккламацией. Вождь принял решение, народ кивнул, и теперь можно говорить, что это воля народа. Вы поддерживаете войну или хотите, чтобы вам голову оторвали? Закономерный ответ – конечно, поддерживаем. А значит, такова воля народа.
Опросы, с одной стороны, нужны режиму для получения обратной связи от подконтрольных жителей. Мол, нормальных выборов нет, народ никак не может выразить пожелания или недовольство, вот власть и проводит опрос, держит руку на пульсе, и как только результаты показывают, что режим перегибает палку – власть может сориентироваться и отползти. Не надо QR-кодов, например, завершай мобилизацию, не начинай новую. Получать достаточно объективные данные можно даже во время войны, но это чертовски трудная задача. Перед каждым опросом нужно проводить огромное количество аналитической работы – консультации с экономистами, политологами и иже с ними. Поэтому делают так редко. С другой стороны, как тут не смухлевать-то? Они же и с выборами-то мухлюют, с процедурой, прописанной в законе, за которую может наступить уголовная ответственность. А тут опрос общественного мнения – не затратный, не регулируемый, но который, тем не менее, может подтвердить, что российский народ пламенно предан президенту. А что может быть приятнее президенту, чем народ, согласный сгинуть в пекле бессмысленной войны?
И, конечно, власть мухлюет. Всё время правления Владимира Путина опросы общественного мнения работали на внутреннюю аудиторию, убеждали элиты и граждан, что народ любит вождя. После начала войны у опросов появилась ещё одна опция, теперь они показывают международному сообществу, что российское общество агрессию поддерживает, Путину верит и вообще дикие люди, что с них взять? Возможности для манипуляций в опросах больше, чем реальных референдумах, ведь всегда можно не публиковать данные, которые власти не нравятся.
Например, в России довольно давно не публикуется электоральный рейтинг президента Путина. Последний такой рейтинг опубликовал Левада-центр в апреле 2021 года. В нём лидировали 4 персоны: Путин с 40%, Жириновский с 4% и Зюганов с Навальным по 2% получали. С тех пор Леваде запрещено публиковать электоральный рейтинг, потому что они признаны иностранными агентами, а официальные же службы, ВЦИОМ и ФОМ, перестали публиковать рейтинг ещё раньше Левады, в 2019 и 20 году, и вы не поверите, под каким предлогом. Мол, идёт второй срок президента, говорили они, а третий не предусмотрен конституцией, Путин не сможет баллотироваться – так что опрос проводить незачем. Конечно, это никак вообще не было связано с тем, что рейтинг Путина упал до 40%. Ну а то, что его не возобновили после обнуления – потому что зачем? На выборах сюрприз будет. Но есть смутное ощущение, что если бы электоральный рейтинг президента был 80%, как вещает Песков, то никто бы его скрывать не стал. Его бы везде публиковали, пускали бы бегущей строкой в прайм-тайм, и школьникам бы в разговорах о важном тоже рассказывали.
Но вернёмся к тому, как можно ещё влиять на результаты опросов. Можно формулировать опросы так, чтобы респондент дважды подумал, прежде чем дать неодобряемый ответ. Например, вот так. Ну ладно, это из другой оперы. Ну и всякие другие фокусы можно предпринимать, начиная от целенаправленного подбора респондентов, заканчивая прямой фальсификацией. Словом, есть много способов провести опрос так, чтобы потом публиковать результаты можно было спокойно и говорить людям: «Посмотрите, вы этого хотите, оказывается». Народ кивнёт, ещё раз убедится, что это он сам по доброй воле таких глупостей захотел, элита скажет, что народ одобряет, президент лучше всех знает, чего хочет народ, а международное сообщество скажет, что, мол, русским всё нравится. И вот оно, дополнительное очко в копилку легитимности президента.
Но в последнее время эта машина стала давать сбой. Независимые проекты, проводящие исследования общественного мнения в России, показывают, что мнение-то изменилось у россиян, что война больше у россиян не популярна. Более того, наша динамика опросов, которые проводятся ассоциированными с властью социологическими службами, тоже показывает на ту же самую тенденцию. Сейчас поговорим об этих изменения и на что они окажут влияние, но сперва небольшая реклама.
***
Продолжим. Какие изменения фиксируют опросы общественного мнения в России? Политик Алексей Меняйло вместе со своими единомышленниками, социологами, аналитиками и специалистами по big data, организовал исследовательский проект «Хроники». Проект этот провёл целую серию исследований и делает такие вот выводы. Во-первых, россияне, которые поддерживают войну, в меньшинстве. Их значительно меньше, чем тех, кто против продолжения войны. Во-вторых, ядро поддержки войны за 23 год уменьшилось и составляет 12%. В это ядро поддержки включены те, у кого есть последовательная позиция. Это люди, которые одновременно высказались в поддержку войны, не поддержали бы решение Путина вывести войска и начать мирные переговоры без достижения целей войны и которые считают, что приоритетом государственных расходов должна быть армия. В феврале таких людей было 22%, то есть, за 8 месяцев их количество упало до 12, почти вдвое. В-третьих, 44% респондентов сообщают о снижении дохода их семей. 20% сообщили об исчезновении из продажи важных для них лекарств – в октябре 22 года таких было 16%. Только 5% ожидают, что увеличение госрасходов на оборону приведёт к тому, что что-то упадёт в карман им самим или их семьям. 52% россиян за последнее время сталкивались с приступами тревоги или депрессии, причём чем ниже люди оценивают свой материальный статус, тем чаще они сообщают о таких приступах.
Все осмысленные индикаторы показывают снижение поддержки россиянами боевых действий, всё меньше людей хотят продолжать войну. Впервые решение Путина вывести войска без достижения целей СВО поддержали бы больше россиян, чем не поддержали бы, 40% против 33%. Причём количество тех, кто поддержал бы вывод войск, остаётся стабильным – весь год держится на уровне 39-40%, а вот количество тех, кто не поддержал бы, систематически снижается. В феврале этого года было 47%, а в июле 39%. Ядро сторонников скорейшего завершения войны плюс-минус остаётся одинаковым, в феврале их было 20%, в октябре 18.5%. В эту группу «Хроники» отнесли тех, кто одновременно не выразил поддержку войну, поддержал бы решение вывести войска и считает, что приоритетом расходов должна быть социальная сфера, а не армия. По всем индикаторам группа сторонников войны меньше противников, а ядро поддерживающих войну составляет абсолютное большинство, и, скорее всего, это не случайное отклонение, а результат динамики, которая длится большую часть 23 года.
Также результаты исследований говорят о том, что людям не особо нравится рост расходов на оборону в ущерб социальной сфере. Почему-то поддерживают подобное, в основном, пенсионеры – хотя, казалось бы. Получается, что в обществе складывается новый консенсус. Его ещё нельзя назвать антивоенным, но быть за войну в России означает быть в меньшинстве. И это отличная новость для нас с вами.
Более того, есть ещё одна группа исследователей, которая изучает динамику общественного мнения, Russian field. Их выводы такие: большинство россиян не поддерживает новую волну мобилизации. Более 60% испытают негативные чувства, если мобилизация всё-таки придёт. Люди буквально отвечают, что будут расстроены и возмущены. На вопрос, стоит ли продолжать СВО или переходить к мирным переговорам, почти половина, 48%, говорит, что стоит переходить к мирным переговорам. За продолжение войны выступает 39% и, кстати, даже среди тех, кто получает информацию из телевизора – даже среди них больше тех, кто за переход к мирным переговорам. 74% россиян поддержали бы решение Путина о прекращении войны, тут динамика тоже в сторону антивоенной позиции.
А что насчёт доверия официальным данным о войне? Половина опрошенных официальным данным не верит, и число тех, кто не доверяет, впервые выше числа тех, кто доверяет. Всё время наблюдения доверие к официальным источникам падало, а недоверие росло. Для сравнения посмотрим на результаты Левады. Согласно их оценке, большинство граждан, 82%, одобряют деятельность Владимира Путина, для 64% дела в стране идут в правильном направлении. И в то же время научный руководитель Левада-центра Лев Гудков, анализируя последний опрос о том, как граждане видят проблемы российского общества, говорит, что россиян на протяжении 25 лет исследований общественного мнения волнуют одни и те же вещи: рост цен на тарифы, бедность, безработица, коррупция. Сейчас к этому прибавилась война. Граждан как не беспокоили, так и сейчас не беспокоят виртуальные угрозы от русофобского Запада и его тлетворное влияние. Никто не волнуется за традиционные ценности или величие державы. Так что мы имеем все основания утверждать, что все эти сущности выдуманы.
Независимые опросы показывают, что гражданам война надоела, что граждане не поддерживают самый главный проект Путина и его главный вопрос жизни, вселенной и всего такого. Люди хотят здоровую экономику, нормальную медицину, доступное жильё и современное образование. Они не хотят сложить голову под Авдеевкой ни за что. В этой ситуации всё сложнее конструировать преданное лоялистское большинство, которое хотя бы на бумаге, хотя бы на сайтах провластных социологических служб подтверждало бы, что граждане эту власть поддерживают, что они хотят продолжения как войны, так и правления Путина, Из этой позиции всего полшага до момента, когда граждане заметят, что сторонники войны в меньшинстве. Потом нужно будет ещё полшага, чтобы все поняли, что сформировалось новое большинство, большинство, основной запрос которого на мирную жизнь и будущее, что мясные штурмы и разрушенные украинские города никому, кроме Путина и его ближайшего окружения, не нужны.
Получается совершенно некомфортная ситуация для проведения выборов. Как-то очень уж они не ко времени. Ведь в таких персоналистских режимах, как наш, положение автократа незыблемо, пока система не даст первую трещину. Пока общество не увидит правителя в момент слабости. Затем очень быстро все понимают, что автократ в реальности не нравится никому. Этой ситуации власти изо всех сил пытаются сейчас избежать. Сейчас очень многие россияне считают примерно так: «Путин и война не нравятся мне, но нравятся большинству». Качественный переход случится, когда все поймут то, что уже есть сейчас: Путин не нравится нам всем. Путин не нравится большинству. Когда первая слабость проявится, уже будет неважно, что 99% конструкции власти цела. Легитимность в такой системе – как закалённое стекло. Она либо есть, либо расходится сотнями трещин с одного удара.
Раньше Владимиру Путину нужно было лишь подтвердить существующий статус. Типа, я здесь главный, я сильнее всех и все так считают, а значит, готовы подчиняться. Теперь же ему придётся заново доказывать свою силу, доказывать, что он достоин стать президентом, что никто другой на эту роль не годится. Первое было просто, второе посложнее. Его режим давно довольствовался легитимностью на минималках, не замахивался на поддержку, довольствовался пассивностью граждан. Сейчас он загнал себя в трудности, предложив гражданам войну. И всё большему числу людей это предложение не нравится. Не получается выжать у народа заветное «не против». Да, народ всё ещё разобщён и деполитизирован, но не надо думать, что власть в безопасности. Едва ли так может думать даже сам Путин. За последние сто с небольшим лет в России случилось пять революций. И перед каждой люди выглядели не заинтересованными и инертными, но перед каждой возникал момент, и люди с внезапным энтузиазмом принимали участие в политических событиях. Это плохие новости для Путина – ведь его власть длится не пока его поддерживает народ, а пока все думают, что народ его поддерживает. И, судя по опросам, этому времени планирует приходить конец. Через три с половиной месяца у нас планируется большой, нечестный, но важный опрос.
До завтра!