Это происходит на низовом уровне — на уровне исполнителей
Неправильно говорить, что “система боится молодежи”. Неправильно также говорить, что Путин забился в бункер, всего боится и снова топает ножкой.
Преследование группы Стоптайм и множество подобных случаев показывают, как работает система. Странно, что люди, посвятившие свою жизнь разоблачению её порочности, до сих пор не понимают, что именно так она и функционирует.
Люди, которые работают внутри системы — полицейские, следователи, прокуроры, — вполне могут сочувствовать этой девушке Диане. Возможно, они не испытывают к ней ничего личного, но они — часть системы.
Есть должностные инструкции и указания начальства: пресекать «дискредитацию» специальной военной операции, жёстко наказывать любые публичные акции, которые бросают тень на «мудрость руководства» и ход операции. И они обязаны это делать.
Девушка спела на улице запрещённую песню, об этом узнали. Они обязаны среагировать. Среагировать так, как предписано. То есть наказать, пресечь. Если они не среагируют, начальство спросит, почему не приняты меры. «Ты что, хочешь нас подставить?» — скажет начальство. И начальство решит даже не то, что подчинённый — враг или сочувствующий, а то, что он нерадивый дурак, который подставляет их под возможные репрессии со стороны уже более высокого начальства.
Высокое начальство, которого все боятся, может быть, вообще не в курсе подобных эпизодов. Возможно, ему безразличны такие истории. Но так никто не подумает. Все будут рассуждать иначе: «А вдруг не безразлично? А вдруг обратят внимание и спросят — почему не приняты меры, почему ничего не сделано, почему отпустили?» Значит, лучше перестраховаться. Это принцип работы бюрократии: лучше перебдеть, чем недобдеть.
Лучше посадить человека на двадцать лет, чем сказать: «Это ерунда, не стоит внимания». Это системная логика, системная психология. Так всё и действует. Это страх перед наказанием со стороны начальства, страх сделать не то или, что ещё хуже, не сделать того, что от тебя ожидается.
Не нужно думать, что Путину докладывают о таких ситуациях и что он лично отслеживает, как эту девушку таскают по судам и спецприёмникам и дает указания. Это происходит на низовом уровне — на уровне исполнителей, которые переживают, что, если они не проявят должную бдительность, это скажется на их материальных и карьерных перспективах.
Ничего личного.