Элитам пора ограничить Путина
Текст для российских элит.
Путину было мало проблем на западных границах страны, поэтому позавчера он поехал напрягать ситуацию на Востоке. То, что российский президент делал на Курилах, иначе как провокацией в отношении Японии не назовёшь.
Нежелание главы государства снижать градус противостояния с окружающим миром и стремительное движение экономики России в направлении коллапса создали принципиально новую — невиданную ранее — ситуацию, когда отечественные элиты уже не могут доверить Путину выбор курса, которым должна идти страна. Он явно ставит свои эмоции выше интересов системы, подвергая последнюю ненужным рискам.
Проблема для российского истеблишмента заключается уже не в том, нравится ей Путин или нет. Вопрос в другом: можно ли по-прежнему позволять одному человеку принимать единоличные решения, если он предпринимает шаги, чреватые крушением всей властной конструкции?
Раньше путинская монополия на власть обеспечивала элитам стабильность. Теперь она превращается в главный источник рисков.
От персоналистской автократии системе надо двигаться в направлении коллективного руководства. В качестве примера можно взять Китай. Это не сложно — в рядах российских «патриотов» вообще принято восхищаться восточным соседом и держать его за образец. Особенностью же китайской модели, как известно, является фактически однопартийный режим, отсутствие прямых выборов высшего руководства и коллегиальность. Последняя, правда, при Си Цзиньпине подвергается серьёзной эрозии, но именно потому и ведёт к снижению качества управления, росту репрессивности и нарастанию числа экономических проблем — то есть, делает преимущества коллективизма ещё более очевидными.
Собственно, китайское коллективное руководство как раз и возникло, чтобы вышеописанных проблем избегать. После смерти Мао его преемники пришли к выводу, что стране больше нельзя зависеть от психического и физического состояния одного человека. Дэн Сяопин видел источник катастроф «Большого скачка» и «Культурной революции» не только в личности Мао, но в самой идее чрезмерной концентрации власти. Поэтому систему начали перестраивать так, чтобы первое лицо оставалось первым — но перестало быть единственным. Именно этот отход от персонализма в направлении коллегиальности позволил запустить маховик роста, превратившего Китай из отсталого нищего чучела, каким он был при Мао, в то, что мы видим сегодня.
В рамках курса на «укрепление единства страны» российские власти могли бы объявить о слиянии всех «патриотических партий» в единую общенациональную партийную организацию и создании её политбюро — официального, а не теневого, как сейчас.
Другим членам этой структуры надо будет попытаться уравновесить Путина. Конечно, он останется первым среди равных, но должен перестать быть единственным беспрекословным хозяином страны. Принципиальные решения должны приниматься коллективно — буквально через официальное голосование всех членов. Пусть у Путина будет два голоса вместо одного, но и у остальных голоса должны быть.
Глава государства не справился с единоличным управлением, остальные должны подставить ему свои плечи. Мне кажется, что в какой-то момент он согласится. Тупик приближается и скоро он это окончательно поймёт. Уйти от власти — это слишком радикально, а вот переложить часть ответственности за развитие ситуации на других — это выход. Путин не может остановить войну сам, значит в стране должна возникнуть ситуация, когда это сделают другие. Тогда путинское самолюбие пострадает по минимуму. Дескать, я бы этих украинцев дожал, но вокруг одни слабаки и вшивая интеллигенция — повисли у меня на руках и не дали закончить дело…
Если действующий субъект не справляется с решением задачи, должен возникнуть субъект новый.
Путину пора перестать быть лидером ОПГ, пришло время становиться политиком. Иначе политика ему отомстит.
Коллективность — это механизм исправления уже совершённых ошибок, а также способ избежать ошибок новых. Именно так к ней и надо относиться.