Эксперимент Соловья
Валерий Соловей начал любопытный эксперимент. Он фактически сейчас пишет альтернативную политическую историю сегодняшней России. Да-да, это именно не политический анализ, а сериал в жанре альтернативной истории. Нам трудно, конечно, привыкнуть к мысли, что можно сочинять сериал в форме квазианализа. У нас в голове плотно сидит догма о разделении жанров (здесь, мол, наука, а там литература), но на самом деле все новаторские идеи находятся на стыке разных творческих миров. И только зрительский интерес может показать, насколько востребован на рынке массовых развлечений очередной жанровый переворот. Судя по тому, что российский зритель все чаще переходит от оценки «Брр, что за чушь!» к вопросу «Ха-ха, а что же будет дальше?», Соловью эксперимент пока удается.
Сильным ходом сценариста стало, бесспорно, приглашение на главную роль неформального правителя России мрачного, аскетичного и загадочного Николая Патрушева. Массовый зритель, почитающий усатого грозного Сталина и травящий анекдоты про лысого Никиту-кукурузника, должен клюнуть именно на Патрушева, а не на какого-нибудь там Михаила Мишустина, хотя по конституции именно премьер-министр должен исполнять обязанности главы государства. Но причем здесь конституция, если у нас сериал, а не политический анализ?
Впрочем, сериалы снимать тяжело. Главная их проблема состоит в том, что с какой-нибудь сто двадцать пятой серии зритель начинает скучать и переключать каналы. Требуется принципиально новый сюжетный ход. И тот, кто придумал начальные ходы, втянувшие в сериал миллионы зрителей, может не справиться с развитием сюжета. Давно уже не работают методы Агаты Кристи, когда для удержания читателя можно было добавить к первому трупу еще парочку. Теперь нужны ведьмы, дементоры или что-то совсем необычное. Справится ли Соловей?
Кстати, у нас есть еще один похожий опыт трансформации жанров – телеграм-канал Дмитрия Медведева. Если слегка упростить, я бы сказал, что иностранный агент Валерий Соловей пишет утопию, а заместитель председателя Совета безопасности Дмитрий Медведев – антиутопию. И все это в жанре альтернативной истории. Удивительно, не правда ли? Но, каково время, таковы и истории.