Деды воруют не только бюджетные миллиарды, но и будущее думающей молодёжи
Когда читаю о молодых политзаключённых, кровь стынет в жилах, потому что легко представляю себя на их месте.
Миллениалы любят поныть: мол, плохие времена нам достались — кризисы, войны, сплошные стрессы и т.п.
Я росла в 90-е, пришла в оппозиционное движение в 2005 году, т.е. в 16 лет. Моё детство пришлось на MTV, «Тату» и драки депутатов Госдумы по телевизору.
Мы были тем непуганым поколением России, которое боролось с авторитаризмом, но не представляло, что через 15-20 лет за аналогичную деятельность будут не штрафы в 500 рублей и три часа в отделении полиции, а многолетние тюремные сроки.
То есть мы, российские миллениалы, успели застать времена, когда можно было громко высказываться без последствий (в то время интересных школьников и студентов даже приглашали к работе в различные молодёжные парламенты).
Понятно, к чему всё шло, ровно об этом мы предупреждали, но, в отличие от сегодняшних 14-20-летних, у нас было это время.
Юность — это время, когда можно быть живым (не стесняться, не бояться, ошибаться).
Бунтующий подросток — это норма. И когда такого юного человека государство закатывает в асфальт, оно рушит своё же будущее.
Алексею Бадмаеву из Бурятии, когда Россия напала на Украину, было полных 18 лет. Он не смог спокойно смотреть на происходящее, задонатил украинскому блогеру $6, высказывал свои антивоенные взгляды в университете, за что получил 14 лет строгого режима.
В колонии Верхнеуральска Алексей не вылезает из ШИЗО, т.к. продолжает отстаивать свои права.
«Родители всегда учили меня добру. Мать говорила защищать слабых и помогать людям. Учила никому не желать зла, — пишет он из колонии. — Учила никогда не врать и говорить всегда правду».
Я начинала в петербургском «Молодёжном Яблоке», в начале десятых часть бывших младояблочников создала своё движение «Весна».
Деятельность таких организаций можно описать так: студенты петербургских вузов, зачастую выходцы из интеллигентных семей, которые не согласны с действующим режимом, собираются в кафе/у кого-то дома, дебатируют, придумывают протестные акции, рисуют плакаты и выходят в пикеты.
Сейчас многие активисты «Весны» — фигуранты уголовных дел.
После начала войны участники движения выступали координаторами нескольких уличных антивоенных акций, а также акций против мобилизации осенью 2022 года.
В апреле 2026 г. ребята получили огромные тюремные сроки (от 6 до 12 лет).
Анну Архипову суд приговорил к 12 годам лишения свободы, Яна Ксенжепольского — к 11 годам, Василия Неустроева — к 10 годам, Павла Синельникова — к 7,5 года и т.д.
«Самым тяжёлым для меня стало обвинение в политической ненависти, так как ненависть — это то чувство, которое мне максимально не свойственно. Даже в самом отвратительном негодяе я стараюсь видеть хорошее. Это чистая правда. Я просто не способна на ненависть, так с детства было», — отметила в последнем слове Анна Архипова.
Деды воруют не только бюджетные миллиарды, но и будущее думающей молодёжи.
Мы не должны забывать о политзаключённых.
P.S. Пока Бадмаев и Архипова отбывают гигантские сроки ни за что, Александр Донцов и его мать Наталья Василенко, убившие гражданку Казахстана Айгуль Сайлыбаеву в Германии, свободно разгуливают по Москве.
Если кто не в курсе, в 2024 г. в Бенсхайме Наталья Василенко вместе с сыном Александром зарезала свою невестку на седьмом месяце беременности. Позже родственники-убийцы скрылись в России. Россия отказывается их выдать.
Донцов даже преподаёт в Высшей школе экономики.
Такая вот духовность по-путински.