Чего хотят США и Израиль?
Гибель Али Лариджани означает, что США и Израиль хотят уничтожения иранского режима, хотя сценарии могут быть разными.
Лариджани долгое время считался на Западе умеренным политиком, с которым можно договориться. Это было основано как на его бэкграунде (он принадлежал к консервативной части иранской элиты, но не к радикальным консерваторам), так и на опыте дипломатического общения с ним по ядерной проблематике. Но хотя Лариджани не говорил лозунгами, как Саид Джалили, но был менее удобным переговорщиком по сравнению с Хасаном Рухани и Мохаммадом Джавадом Зарифом. Его задачей было сохранить иранскую ядерную программу, выстроив систему ограничений таким образом, чтобы она могла продолжаться, несмотря на достигнутые компромиссы.
Но при Дональде Трампе Лариджани, не отказываясь в принципе от диалога с США (и потенциально он мог вновь стать переговорщиком, если бы Трамп на втором сроке не стал говорить языком ультиматумов), был сторонником стратегической ставки на развитие отношений с Китаем и Россией. И внутри страны он в последнее время являлся приверженцем жесткой линии в отношении протестующих, смыкаясь в этом отношении с радикальными консерваторами. И в качестве секретаря Высшего совета национальной безопасности Ирана координировал подавление протестов.
У него были непростые отношения с рахбаром Али Хаменеи – у клана Лариджани имелись собственные амбиции и свой кандидат в преемники Хаменеи (брат Али Лариджани Садек – аятолла и председатель Совета по определению политической целесообразности). Али Лариджани в связи с этим не был допущен на президентские выборы 2021 и 2024 годов – Хаменеи не хотел видеть его на посту президента, понимая, что это решающим образом укрепит позиции клана. В 2021-м Хаменеи ставил на Ибрахима Раиси, в 2024-м – на Саида Джалили. Но в 2025-м, после израильских и американских ударов, рахбар вернул Лариджани во власть, надеясь не на его личную преданность, а на верность режиму, который вместе с аятоллой Хомейни создавал аятолла Мотаххари – тесть Лариджани.
Мог ли Лариджани стать иранским вариантом Дельси Родригес? Думается, что он, помимо своей идеологичности (куда большей, чем у боливарианцев), прекрасно понимал, что любой представитель иранского исламского режима, отказавшийся от ядерной и ракетной программ и поддержки антиизраильских сил на Ближнем Востоке, потеряет легитимность в глазах сторонников. И при этом не станет более приемлемой фигурой для противников. Такая перспектива не могла его привлекать ни идеологически, ни прагматически.
Гибель Лариджани показывает, что США и Израиль «выбивают» дееспособные фигуры внутри иранской власти, не желающие идти на уступки. Иранский режим выживает сейчас за счет военной децентрализации, когда «ксировские», армейские и полицейские командиры действуют согласно ранее полученным приказам. Но такая децентрализация нуждается в координации в противостоянии с «врагом внешним и внутренним» – иначе она постепенно превратится в хаотизацию. Такую координацию осуществляли и Лариджани, и командующий «Басиджем» Голамреза Сулеймани, и министр разведки (иранская госбезопасность) Исмаил Хатиб, убитые в последние дни.
Чего хотят США и Израиль? Или появления все того же иранского варианта Дельси Родригес, согласного принять условия, на которые не пошли ни Хаменеи, ни Лариджани. То есть де-факто капитуляции режима, за которой может последовать его развал. Или ослабления режима до такой степени, что он может быть свернут изнутри (пока такой вариант не просматривается, но в будущем ничего исключать нельзя). И для этих сценариев есть еще один значимый интересант, который пока что держится в тени. Это Саудовская Аравия, которой стратегически выгодно ослабление позиций своего конкурента – Ирана.