Арест Z-блогера
На прошлой неделе произошло незаметное, но весьма символичное событие. Российские силовики пришли за Михаилом Полынковым. Это один из соратников Игоря Стрелкова-Гиркина, который уже без малого два года находится за решеткой. Кроме того, Полынков является одним из ключевых представителей тех провоенных спикеров, кто разочаровался в нынешней войне. И не просто разочаровался, а ещё и действия стал активные по этому поводу предпринимать, что, конечно, совершенно никуда не годится в глазах системы. Вероятно, вы никогда и не слышали его фамилии. Однако история Полынкова очень показательная, и в сегодняшней передаче мы её обсудим.
Перед тем, как заговорить о самом Полынкове, необходимо в целом дать характеристику окружению Стрелкова. Поодиночке большинство персоналий из этого круга не знамениты. Некоторые были на слуху 10-11 лет назад, но известность утратили. Тем не менее, у каждого из них есть преданные зрители и читатели. Их аудитории не обязательно пересекаются, и в совокупности стрелковцы влияют на мнение заметного числа россиян. Всех этих спикеров в 2014 году и после собрал вокруг себя Стрелков-Гиркин. Про них можно сказать true believers, то есть по-настоящему верующие. Они несут в лучшем случае моральную ответственность, а кто-то – и непосредственную вину за разрушение и кровопролитие. В 14-м и в 22-м они из идейных соображений разжигали провоенные настроения через свои медийные ресурсы. Некоторые приняли непосредственное участие в боевых действиях. Но уже с 23-го, у некоторых с 24-го годов, та же самая идейность побудила их создавать огромные объемы антивоенного контента, даже если сами они его таковым не считают. Сколько бы раз отдельные стрелковцы не выступали против позорного договорнячка, вся их медийная деятельность в целом подводит аудиторию к обратному выводу — бессмысленную мясорубку нужно остановить немедленно.
Какое-то время друзья Стрелкова шли в одном фарватере с Владимиром Путиным и его информационной обслугой. Однако развилка была неизбежна, потому что мы говорим о людях со своей системой ценностей. Они искренне хотели строить русский мир, а не русское кладбище. Теперь у них действительно болит душа за разоренной войной Донбасс, за истребленную в мясных штурмах донецкую молодежь, за сотни тысяч убитых и покалеченных российских мужчин. И они не могут молчать. Потому наступает в 23-м году ключевой момент, когда публицист и преданный стрелковец Максим Калашников едет в захваченный поселок Тошковка Луганской области, где фиксирует сплошные разрушения и гуманитарную катастрофу. Выслушивает рассказы немногих оставшихся жителей о мародерстве со стороны прошедшей через их поселок армии. И на камеру задает риторический вопрос — это что, это так мы помогаем Донбассу?
Вы знаете, какие все-таки очень нехорошие настроения. Что же вы с нами-то делаете? Нельзя, нельзя, чтобы освобождаемая территория превращалась вот в такие, в такую зону апокалипсиса, ребята, нельзя. Иначе грош цена всем нашим разговорам верховным о русском мире. От него будут бежать, как из зачумленного.
К слову, упомянутая Тошковка до сих пор стоит в руинах. Ничего не изменилось. Люди в ней так и выживают среди развалин, без света и воды.
В 2024 году легенда «Русской весны» стрелковский полевой командир Евгений Скрипник, он же Прапор, заявляет в интервью жене Стрелкова: на фронте, говорит, катастрофа и апокалипсис. Я своего сына туда не пошлю и никому не посоветую. Грех на душу не возьму.
Это ужасно, конечно. Все вот эти вещи, конечно, вот это вот, вот это… Низкая квалификация командования, недостойная вот этого, нашей армии и статуса нашей страны — это, конечно, ужасно. До хорошего это нас не довело. Уже не довело. Все придется начинать, ребята, с нуля. Все с нуля.
Вряд ли моя аудитория когда-нибудь слышала о другом товарище Гиркина — капитане третьего ранга в запасе Максиме Климове. Однако он регулярно приходит в московскую студию интернет-радио «Аврора», где собирает сотни тысяч просмотров, рассказывая про российскую армию такие вещи, о каких не пишут даже оппозиционные издания. Озвучу заголовок одного из эфиров: «Новый 37-й — групповое обнуление офицерского состава». Обнуление на современном военном жаргоне, как вы наверняка уже знаете, означает убийство. Кстати, это сравнительно недавняя передача. 4 мая 25-го года. Почти 350 тысяч просмотров только на Ютубе. Или вот ещё, в апреле нынешнего года: «Кровавый чемодан. Мясники должны ответить, или Суровая цена победы».
Один из главных отцов-основателей самопровозглашённой ДНР и её народной милиции Павел Губарев в 22-м году был несказанно воодушевлён началом полномасштабной войны. Сам пошел воевать в составе ДНРовского добровольческого формирования. И прям как Рамзан Кадыров назвал себя пехотинцем Путина. 8 октября 22 года Губарев писал:
Путин — политик третьего тысячелетия. С него оно началось, и его именем и делами будет связан весь исторический процесс следующих поколений русских людей. Многие лета, Владимир Владимирович.
Однако заключать контракт с Минобороны пехотинец Путина не стал. Ряды так называемых «добровольцев» со временем покинул, а тональность своих высказываний изменил. И вот 13 мая 1925 года он пишет:
Путинизм — это система властных отношений, основывающаяся на страхе. В путинизме страх — это основная эмоция, на которой строится вся система общества. Страх пронизывает всю систему. Элементы системы боятся друг друга. Бюрократы – силовиков, силовики – бюрократов, судьи – и тех, и других. Институты гражданского общества разгромлены и заменены имитирующими полностью управляемыми структурами. У граждан России нет законных способов демонстрации своей политической позиции.
Губарев регулярно называет армию России конвейером смерти для русских людей, а так называемую СВО — геноцидом русского народа. 11 мая этого года он едва ли непрямым текстом призвал к вооруженному отпору преступной власти. В тот момент все ждали, что Павел Губарев отправится по этапу вслед за Стрелковым-Гиркиным. Но пока пришли не за ним, а за Михаилом Полынковым.
Судьба Полынкова, известного также по позывному «Хрусталик», отчасти совпадает с историей упомянутого Губарева. Он — участник событий 2014 года, занимался организацией так называемого народного ополчения. В 2022 году воевать поехал лично, но, опять же, не в официальных вооружённых силах России, а в каком-то неопределённом статусе в так называемой народной милиции ДНР. Когда эту народную милицию стали окончательно вливать в российскую армию, Полынков поехал домой и попал в бюрократический лимб. Вроде как дезертир, а вроде как и нет. Контрактов-то ведь никаких не подписывал. Известно, что он в последние годы не скрывался и не прятался. Будучи женатым на российской актрисе Ольге Полынковой, открыто посещал театр и постил оттуда фотографии. Главное его детище — антивоенный проект «Солдатская правда», включающий канал в Телеграме, канал в Ютубе и сообщество во Вконтакте. Разумеется, он свой проект антивоенным не считает, но, как и в случае с другими стрелковцами, мнение Полынкова на этот счёт нас совершенно не интересует. По факту он создал важный канал информации, который доносит правду о творящихся в российских войсках катастрофе и апокалипсисе. Родственники военных обращаются к Полынкову, чтобы распространить информацию, как их родным на фронте угрожают обнулением или уже обнулили, сообщают и о запредельно бесчеловечном обращении с ранеными военнослужащими. В апреле наша редакция взяла для ролика одно из опубликованных в «Солдатской правде» видеообращений. Мы обсудили тогда лишь один конкретный случай, а опубликованных Полынковым обращений, как индивидуальных, так и коллективных, уже сотни.
Что делать? Сын получил несколько тяжелых ранений. После первого ранения он с железками, которые не дали ему вытащить, срочно отправили его обратно с перебитым ухом. У него нет барабанной перепонки, у него постоянно течет гной из уха. Не дали сделать операцию, потому что не хватает людей. Сейчас он получил тяжелое ранение, у него осколки в брюхе. Его обратно отправляют. Я стесняюсь спросить, а у нас президент — это царь и бог? У нас что, нету конституции? У нас нет трудовой инспекции, комиссии? У него контракта не существует, он свой долг родине отдал. Отпустите моего сына, я вас умоляю.
Какие-то истории имели продолжение. Полынков вместе с родственниками солдат писал заявление в органы – и вроде бы даже получилось добиться лечения для одного раненого мобилизованного, которого в 22-м году умудрились призвать с инвалидностью. Были и другие похожие случаи с более-менее позитивным исходом. Фактически, z-блогер занялся правозащитой.
Помимо этого, Полынков, на основе приходящих к нему сообщений от родственников, начал составлять собственную базу пропавших без вести. В ней на сегодняшний день 2770 человек. Каждому пропавшему посвящен отдельный пост. 17 июня, накануне задержания, было опубликовано аж 40 таких постов подряд. У Полынкова также до 1914 года был большой опыт поиска останков солдат Великой Отечественной войны. Поэтому в апреле этого года он создал общественную организацию «Красные каски» для поиска тел пропавших без вести российских военных. Ведь многие тела продолжают лежать на территории, давно захваченной армией России. В том же Бахмуте по состоянию на конец 2024 года под завалами оставались тела убитых. Об этом писала z-блогер Анастасия Кашеварова. Вероятно, они и сейчас там лежат.
Мы не знаем, что на самом деле происходит в голове у Полынкова, но занялся он определенно антивоенной деятельностью, никак иначе это не назвать. Человек этот с позывным «Хрусталик» начиная с февраля 2014 года делал все от него зависящее, чтобы случилась большая война и погибли сотни тысяч российских граждан. Но в сентябре 2023 года он опубликовал первый пост с хэштегом «Пропал без вести», а этой весной решил собирать убитых. Всё это, конечно, российскому государству не понравилось.
При задержании Полынкову выломали входную дверь. В операции участвовали одновременно МЧС, полиция, военные и сотрудники ФСБ. Сразу подключился телеканал РЕН-ТВ, который повесил на задержанного всё что только можно. Дезертирство, мошенничество, разглашение личных данных, дискредитацию армии. Часть товарищей Полынкова называют преследование политическим и связывают задержание с организацией «Красной Каски».
Пропавших без вести на этой войне уже десятки тысяч, а ищут их сотни тысяч россиян. Это одна из самых чувствительных тем для путинской системы. И поднимать ее не годится. Для системы неподконтрольное поисковое движение гораздо опаснее, чем призывы Губарева к вооруженному мятежу. У Губарева призывы пустые, ничем не обеспеченные. А в случае с Полынковым от искры может разжечься неслабое такое пламя. Движение имеет все шансы стать всероссийским. И десятки тысяч российских семей смогут консолидироваться и обрести голос.
Другая часть товарищей считает, что до Полынкова смог дотянуться, кто бы вы думали, Владимир Соловьев. Стрелковцы и соловьевская сетка — враги непримиримые. Соратники Стрелкова, и в том числе Полынков, не первый год последовательно критикуют Соловьева и его коллег за пропаганду ненависти, насаждение жестокости, призывы к убийствам и самоубийствам, развращение зрителей и нецензурную ругань в эфире. Прям как какие-нибудь либералы. Вот что, в частности, писал Полынков о телеканале «Соловьев live»:
В срамное Шапито-шоу кадры набираются по всего нескольким, но ключевым критериям. Абсолютная беспринципность, слепая вера в начальство, отсутствие своей точки зрения, ну и зашкаливающее хамство с безграничным сквернословием, помноженное на истеричность.
Полынков и сотоварищи часто указывали на противоречия и постоянные соловьевские переобувания. Соловьев в долгу не остался и устроил всему стрелковскому окружению травлю. Бьёт и в телевизоре, и через целую сеть телеграм-каналов. Конфликт обострился до крайности после знаменитого случая, когда друг Соловьева, командир 87-го полка Игорь Пузик, он же Злой, убил операторов беспилотников Дмитрия Лосаковского и Сергея Грицая. Тот и другой были близкими товарищами стрелковцев с 14-го года, и были они по-своему правдорубы.
Под крылом товарища Злого в полку процветают разнообразные вещи, которые не должны процветать. В частности, некто Сергей Вячеславович Смолкин со своей замечательной девушкой Кристиной, не знаю, как ее там по фамилии, занимаются торговлей наркотой, с которой, безусловно, имеет процент всё командование. Ну, как минимум старшее, да? Вот. И поскольку мы в этом никак не участвуем и всячески этому противодействуем, то основные задачи, которые у нас сейчас стоят, это выжить. А у них – сделать так, чтобы мы не выжили.
Соловьёв назвал убитых подонками, а их убийце стал создавать на своих телеэфирах ореол настоящего русского офицера. С того момента тяжёлый конфликт превратился в войну, и некоторые деятели в той среде считают дело против Полынкова частью этой войны. Что косвенно подтверждается восторгом по поводу задержания, которые синхронно высказали едва ли не все соловьёвские сотрудники.
Может показаться, что сегодняшний выпуск мы посвятили достаточно малозначительному событию. То ли из чиновничьего страха, то ли в рамках внутривидовой борьбы, наехали на очередного военблогера, далеко не самого известного. Казалось бы, это ничто на фоне большой войны, от которой пострадали миллионы людей. Но всё же история эта во многом показательная.
Во-первых, в путинском государстве любой человек с настоящими убеждениями неизбежно оказывается в оппозиции. Ему для этого не нужно быть ни либералом, ни демократом. Наличие каких угодно взглядов и верность им делают человека инородным телом, от которого система спешит избавиться. И надо полагать, это открытие предстоит сделать всем участникам войны, кто пошел на нее не за деньгами, а за идею. Если, конечно, они останутся живы.
Во-вторых, мы вновь видим, что всякий провоенный спикер, который стремится быть последовательным, в итоге, сам того не замечая, превращается в антивоенного активиста. Потому что любой человек, способный на обдумывание происходящего вокруг, не может прийти к иному выводу. Война эта России ни зачем не нужна. Страшные вещи происходят с нашими согражданами безо всякой цели и надобности. Сносить с лица земли города на Донбассе и втыкать на их руинах флаг – это задача, которая не стоит ни то что ни одной человеческой жизни. Она вообще не стоит ничего.
И люди совершенно из другой части нашего общества понимают это не хуже нас с вами. А система хорошо понимает, что они, как и мы, ей совсем не друзья.
До завтра.