Арест собянинского чиновника. Пересоберут ли московскую элиту
Вчера в СИЗО по делу о взятке отправился бывший министр культуры Москвы, а ныне советник аппарата мэра по оккупированным территориям Украины Александр Кибовский. Сразу же начались разговоры: мол, это уж точно атака не на не в меру усилившегося в последнее время Собянина, и если бы речь шла о любом чиновнике московской мэрии, это была бы вполне легитимная версия. Но тут случай особый. Прежде, чем говорить о Кибовском, давайте разберём диспозицию, попробуем понять, в чём уникальность Сергея Собянина в путинской системе военного времени.
Как выглядит желательное поведение чиновника в такой системе в такое время? Эталонный пример здесь — Дмитрий Медведев. Каждый день отплясывает в своём «Телеграме» чуть ли не с опущенными штанами, каждый день обмазывается кровью, упивается смертоубийствами и пытается призвать ядерную войну. Такое поведение в наше время выглядит грамотным. Медведев — бывший президент, он живой ответ на вопрос «кто, если не Путин?» С ним у многих российских граждан связано воспоминание о самых светлых годах. В 2008, где был Дима Билан на Евровидении и сборная в четвертьфинале Евро, а не Часов яр, «Крокус», Пригожин и еврейский погром в Дагестане. О годах, когда слова «Россия» и «санкции» в принципе не могли употребляться в одном предложении. Когда вся нынешняя реальность звучала бы как горячечный бред, и мечта вернуть то время может жить не только в нашем сознании, но и в сознании тех, кто способен устроить заговор.
Медведев — этакий принц, у него есть собственная легитимность, а быть принцем при диктаторе смертельно опасно. Тот аттракцион самоуничижения, который Медведев каждый день устраивает — это его способ выжить, способ всем показать: я не бывший президент России, я Дика балаганный, я юродивый и ни в коем случае ни для кого угрозы не представляю. Каждый раз, когда Медведев выдаёт новую похмельную телегу, мы должны помнить: он остался жив в системе, где вообще-то жить уже не должен.
Собянин в каком-то смысле тоже принц. Он, хоть формально в табели о рангах и не второй политик в стране, но занимает вторую выборную должность. Собянин — глава столицы, он обладает гигантским административным и финансовым ресурсом. В любой номенклатурной заварушке, которая возникнет после Путина, Собянин будет в числе главных игроков, просто в силу своего положения. Если западные спецслужбы, аппараты правительств и дипведомств хоть чуть-чуть осознают реальность, то Собянин и Мишустин должны ими рассматриваться как главные субъекты будущих гипотетических переговоров. Не какое-то мифическое политбюро Путина, которым грезят многие журналисты, а те, у кого есть реальный ресурс для перехвата власти.
Казалось бы, в такой ситуации Собянин может вести себя как Медведев или даже хуже, переодеться в камуфляж и бросить все бесконечные пиар-ресурсы Москвы на пропаганду людоедства, стать первым среди буйных, десантника из Бучи назначить столичным министром образования, каждое попадание в жилой дом или больницу отмечать городским фестивалем и звать туда аниматоров в костюмах кассетных бомб, чтобы никому в голову не приходило связывать с Собяниным надежды на будущее. Чтобы никакой западный политик даже в горячке не рассматривал идею оказаться с ним в одной комнате. Казалось бы, человек в такой позиции должен обмазаться войной с ног до головы, но ничего похожего не происходит ни с ним, ни с Мишустиным. Оба потенциальных путинских сменщика, люди, от которых угроза режиму персональной власти исходит самым естественным образом, ни тот, ни другой совершенно не усердствуют в показном лоялизме.
Если представить инопланетную расу, до которой с Земли бы долетали только публичные речи Собянина, эта раса не очень была бы в курсе, что Россия участвует в войне. Москва всегда государство в государстве, но никогда это не было заметно настолько явно. Москва Собянина будто существует в другом году и другой стране, и все усилия мэра направлены на то, чтобы война Москвы не коснулась. Но почему-то такое поведение не вызывает подозрений. Никто будто бы не замечает, что тут такой умный кто-то выискался, который пытается быть святее Папы Римского: никуда не влезть, ничем себя не запятнать, думает о будущем и не планирует ложиться в пирамиду вместе с фараоном. Пока везде и всюду бардак, беспредел и посадки, Собянин будто заговорённый. Никаких претензий к нему и его команде не возникает, даже наоборот: близко связанные с ним люди взлетают на вершину номенклатурной пирамиды.
Получается некоторый парадокс, ведь военное министерство, которое выглядело неприкосновенным, изодрали в клочья, самые везучие уволены, самые невезучие в тюрьме, а то и в могиле. Ни один из бесноватых депутатов в обмен на фотосессию в окопе не стал ни губернатором, ни министром. Незабвенный Дмитрий Рогозин за боевую рану в ресторане получил только пенсионное кресло в СовФеде. Дмитрий Медведев при всей показушной лояльности как занимал несуществующую должность, так и занимает. Губернаторы приграничных областей, ставшие военными лидерами, на повышение не уходят. Люди, которые, казалось бы, всё сделали верно и угадали момент, в лучшем случае остаются при своих. А вообще камуфляж и буква z на лбу сейчас, скорее, делают их носителями мишени для тех, кто придёт громить и раскулачивать, с такими расправляются в первую очередь.
Казалось бы, посадка Кибовского, который вот только год, как перестал быть министром культуры Москвы, его посадка должна быть явным сигналом мэру: не всё коту масленица. Теперь вслед за прочими могучими кланами раскулачат и Собянина. Его очередь учить, чем отличается полубак от форштевня. Однако, на деле всё может быть иначе. Сейчас разберём ситуацию подробнее, но сначала небольшая реклама, посмотрите, пожалуйста.
***
Кибовский — довольно интересный персонаж. Он провёл на должности министра культуры Москвы 8 лет, вдвое дольше, чем его предшественник Сергей Капков, но при этом Капкова знали все. Его политика по преображению внешнего и культурного облика Москвы, каждый новый парк и театр получали полярные оценки и вызывали новые дискуссии. А вот фамилию Кибовский вряд ли вообще кто-то слышал. Он стал министром в 2015 году, и дата тут играет роль. Это посткрымкий год, тогда случился первый период серьёзного закручивания гаек в области культуры. Судя по тому, что мы знаем, Кибовский с самого начала пришёл как антипод Капкова. Тогда было решено: в новой политической реальности все те тысячи цветов, весь либерализм, который развёл в Москве Капков, не к месту. Кибовский пришёл в мэрию наводить идеологический порядок в том виде, в котором порядок понимает федеральное начальство, он пришёл как погромщик. При нём закрывались театры, лишались должностей худруки, режиссёры, руководители музеев и культурных пространств. Особенно его услуги пригодились в первый год войны, когда московская культура была под ноль зачищена от тех, кто высказывался против или слишком выразительно молчал.
Достаточно посмотреть интервью или любые публичные заявления Кибовского, чтобы понять: в нём нет тех типичных черт московского чиновника, к которым мы привыкли. Нет вот этой технократической отстранённости и способности на любой вопрос ответить так, чтобы ничего не сказать, но и чтобы за слова не притянули. Кибовский не просто подрисовывает, он зигует так, что кровь из ушей. Убивать, мочить, уничтожать, никакой пощады! Это не собянинский технократ, это Соловьёв для бедных.
Если до войны Кибовский был просто тихим инквизитором московской культуры, то после февраля 22 года он пожалуй что единственный большой чиновник мэрии, кто решил: на фестивале людоедства нужно быть главным упырём. Кибовский не просто делал грязную работу, он ею откровенно прям гордился, и с началом войны, как и многие, он ошибочно решил, что кровожадность теперь — фактор отбора, который может вознести на вершину карьеры. Но что-то пошло не так, никто не оценил его усилий по зачистке Москвы от крамолы и ереси. Никто не сказал «спасибо» за интервью с призывами убивать украинцев.
Уже в сентябре 23 года Кибовский был отправлен не на повышение, а на самую позорную должность, которую только можно представить в московском правительстве, и стал советником аппарата мэра и правительства Москвы по вопросам культурного сотрудничества с новыми субъектами РФ. Главного московского апологета войны из министров перевели на несуществующую должность взаимодействия с несуществующими субъектами федерации: ЛНР, ДНР, Херсонской и Запорожской областями. Культурного сотрудничества. Те, кто знаком с чиновничьей иерархией, понимают: советник — такая же должность, как Херсон — российский муниципалитет. Советников у президента, губернатора, любого органа власти может быть неограниченное количество. К слову «советник» и зарплата не всегда прилагается, не говоря уже о кабинете с секретарём.
Кибовского отставили в никуда, на пост, с которого точно нет пути наверх и сомнительно, что вообще есть путь куда-то. Поэтому, когда кто-то называет арест бывшего министра культуры Москвы атакой на команду Собянина, это звучит сомнительно. Если перекладывать номенклатурные чины на корабельные, то советник по новым территориям — это юнга, живущий в трюме с крысами. Часть команды, вопросов нет, но, когда его берёт за жабры портовая служба, это вряд ли атака на капитана. Из министров в советники — так не поступают с ближним кругом, даже с дальним не поступают. Своих перемещают либо вверх, либо по горизонтали, а не отправляют драить палубу. Скорее, похоже на то, что Кибовский был этаким ревизором, которого из центра прислали надзирать за идеологической чистотой московского начальника, и при первой же возможности начальник такого засланца слил.
Разбираться в хитрой спирали внутрипутинского каннибализма, кто, кого и по каким причинам сожрал — удовольствие сомнительное, но пока всё выглядит не как атака на клан Собянина, а как-то, что клан Собянина успешно удалил чужеродный себе элемент. Это совершенно не похоже на случай Тимура Иванова, когда действующего министра, который днём ранее сидел по левую руку от Шойгу, бросили в аквариум прямо в мундире. Кибовский ни в одном заголовке не фигурирует как советник, он везде бывший министр. Да мало ли бывших министров. Вообще нельзя сказать, что произошедшее бросает хоть какую-то тень на Собянина.
Скорее, мы видим ситуацию, когда чиновник вроде бы угадал все буквы, но не смог назвать слово. Что кто-то опять решил, что настали новые времена, и война всё спишет, если верно ей служить. В своём рвении зачистить культурную среду, потребности выслужиться Кибовский мог кому-то наступить на хвост, каких-то очень уважаемых людей обидеть, залезть свиным рылом куда-то не туда, замахнуться на кого-то не по чину. Судя по интервью, он явно из инициативщиков, из тех, кто не просто делает, что сказано, но пытается угадать, что будет сказано завтра и подсуетиться заранее. Таких в любой бюрократии не любят, а в нашей, которая должна изгибаться любыми углами под загогулины генеральной линии, вообще терпеть не могут. Есть уровень, на котором всё решают, кто у нас сегодня враг народа, а кто народный артист. Размахивать же шашкой в инициативном порядке опасно для здоровья.
Когда мэр Москвы всякий раз говорит так, чтобы ничего не сказать, всякий раз у него «чёрное с белым не берите, да и нет не говорите», а министр культуры вдруг какие-то невидимые полки куда-то на фронт повёл — это какой-то бардак, так не годится. Меню утверждает директор столовой. Придёт время человечины — тебе положат стандартную порцию, а пока рыбный день — жуй минтай и помалкивай. То, что там по телевизору говорят — это народу говорят, завтра будут другое говорить, а у тебя своё начальство, оно за тебя подумает и скажет, как будет надо. А пока не надо, засунь свою инициативу, куда солнце не светит.
Арест Кибовского не похож на начало новой волны репрессий, скорее, на продолжение старой. Пруд чистят от тины, которую бурным течением военного времени подняло на поверхность. Все эти люди, решившие, будто теперь всё делается иначе и можно прыгнуть выше головы, став амбассадором смертоубийств — они системе чужды. Своей публичной истерикой они нарушают тихий шелест бумажек, отвлекают серьёзных персон от серьёзных непубличных разговоров, а главное — слишком до фига о себе думают, считают, что со своим громким звездобольством можно поперёк батьки в пекло. Что можно занять место, которое не для них тут, вообще-то, стоит. Эта новая элита, как и старая элита, возомнившая себя новой, отлетает в СИЗО и на кладбище быстрее, чем чихнуть успевает. И тут нет ничего сенсационного. Процесс этот начался с первого года войны ещё в 2014, а с новым сроком Путина только ускоряется. Не каждый сотрудник ведомства, будь то министерство или мэрия, является человеком начальника. В каждой структуре есть чужеродные элементы, Кибовский выглядит именно таким, а его билет в кутузку на долгие годы — скорее, аппаратная победа Собянина, чем его поражение. До завтра!