А поутру они проснулись, или С понедельника начинаем новую жизнь
Изменения в составе российского правительства носят содержательный, но при этом конъюнктурный характер, нисколько не затрагивая принципов построения системы власти и принятия решений в стране.
Ключевым элементом сегодняшних перестановок – единственным , о чём имеет смысл говорить всерьёз, – является резкое бюрократическое возвышение минфиновского тандема: министр Силуанов получает статус вице-премьера, а его первый заместитель, Ирина Окладникова, попытается установить контроль над работой аппарата правительства.
Такой шаг, безусловно, означает ослабление премьер-министра Мишустина, который теряет одного из своих «лейтенантов», вице-премьера Дмитрия Григоренко. Григоренко, руководивший аппаратом правительства до сего времени, отвечал за прохождение всех решений правительства и за то, какие из подготовленных документов попадут на подпись к премьеру, а какие останутся ждать своей очереди. Любой документ он мог отправить на дополнительное согласование или снятие разногласий, а мог своей властью признать любые возражения малозначащими. Сочетание должности руководителя аппарата с должностью вице-премьера сильно повышало статус Григоренко, делая его неформально вторым по значимости человеком в правительстве.
Помимо руководства аппаратом Григоренко отвечал в правительстве за продвижение цифровизации и за внедрение современных технологий, что всегда требует дополнительных расходов и смещает приоритеты правительства от обсуждения содержательных вопросов, стоящих на повестке дня. А главным вопросом на сегодня становится контроль за расходами бюджета. В этом году они окажутся более чем на 10% выше запланированного уровня, увеличивая дефицит федерального бюджета вдвое. На следующий год в бюджет заложена жёсткая консолидация – замораживание или сокращение расходов по всем направлениям, кроме военных расходов и обслуживания госдолга. Справиться с такой задачей без получения дополнительных полномочий сложно даже самому сильному министру финансов. А в прошлой конфигурации правительства у Григоренко в руках был контроль за программой «Управление государственными финансами», что позволяло ему при необходимости «ставить на место» министра финансов. Провести в такой конструкции бюджетную консолидацию… увольте…
Объяснить это Путину, у которого в глазах всегда стоит призрак августа 1998-го, не очень сложно – достаточно сказать: «А Вы помните, как это было тогда?!» Продвижение Силуанова на пост вице-премьера ставит его вровень с главными лоббистами увеличения бюджетных расходов Мантуровым/Голиковой/Хуснуллиным/Савельевым-Никитиным, и, следовательно, сущностные разногласия между ними теперь будут выноситься не на рассмотрение тандема Мишустин-Григоренко, а передаваться в Кремль.
Для такого противостояния Силуанову нужен союзник в правительстве, которым, по должности, будет Окладникова, которой будет поручено сообщать просителям, что «денег нет, но вы держитесь!»
Аппаратный рост Ирины Окладниковой усиливает позиции еще одного вице-премьера, Александра Новака. Во-первых, Окладникова до перевода в Москву работала в администрации Красноярского края, вотчине Новака. Во-вторых, в Минфине она долгое время работала под руководством Новака, отвечая за финансирование отраслей промышленности. Помня о том, что Новак и сам в прошлом был заместителем министра финансов, можно уверенно говорить о том, что это ведомство закрепляет за собой позицию «кузницы кадров».
Сказав всё это, я должен вернуться к тезису, озвученному в начале – эти перестановки носят конъюнктурный характер, отражая самую острую проблему сегодняшнего дня. Но при этом они лишают правительство возможности смотреть в завтрашний день и заниматься сколь-нибудь значимыми стратегическими вопросами. Горизонт планирования у министра финансов России – конец бюджетного года, и с 1 января всегда начинается новая жизнь. По таким правилам теперь будет жить всё правительство.
Купить книгу Сергея Алексашенко «Шанс. Америка — Россия: окно возможностей» на сайте «Эхо Книги»