1000 дней позора
Тысяча дней моего ЛИЧНОГО позора. Моего личного позора, как гражданина Российской Федерации. Этот позор можно и обязательно нужно пытаться смывать.
Но его никогда не смыть полностью.
Что бы ты ни делал, что бы я ни делал, нужно повторять: «А Украину бомбят». Так поэт Дельфинов сказал. А я добавляю: мы бомбим. Россия бомбит.
И нет никакой другой России. Люди другие есть. Их (нас) мало. Но мы есть. А России другой нет. Есть только одна Россия. Та, что бомбит.
Нельзя тысячу дней прожить войной только. Есть дети. Есть радости малые и большие. Увлечения есть разные. И жизнь продолжается. Продолжается для всех, кроме тех украинцев, что погибли безвинно. Все они погибли безвинно. Жизнь полная продолжается для всех. Кроме тех, что искалечены невосстановимо. Врачи пытаются. И многое получается. Но почти никогда — полностью. И никогда — у всех.
Нельзя тысячу дней прожить войной только. И не получается всё время думать о войне. Не нужно этого. Достаточно просто просыпаясь, или планируя отпуск длинный или короткий совсем, открывая новое дело, достаточно сказать себе одно: а Украину бомбят; мы бомбим.
Психологи говорят, что всё нужно делать с точностью до наоборот. Тогда ты сохранишься. Но я добавлю — сохранишься в образе биологического субъекта только. Но человек в тебе умрёт. НЕТ и не бывает человека БЕЗ СОВЕСТИ. Что-то аморфное только. Нечеловеческое. Биомасса.
Сегодня мало значения имеет то, что ты делал и кем ты был до начала большой войны. До 24 февраля проклятого 2022 года. Это я о россиянах. Был ты инженером, депутатом, режиссёром, писателем, чиновником… Поддерживал Демсоюз, СПС, Яблоко, Парнас, коммунистов, националистов…
Или даже в Газпроме работал. Плевать. Возврата назад нет и быть НЕ МОЖЕТ. Ничто и никогда не вернётся к 23 февраля того проклятого года.
Сегодня имеет значение только одно. Имеет значение только, — хороший ты солдат или нет. Хороший ли ты солдат на своём фронте: медицинском, культурном, медийном, информационном, политическом, писательском. А для самых смелых и отчаянных — на настоящем или партизанском. А для тех, что в России — на фронте борьбы с самим собой.
Надо сохранить совесть и человека в себе. Равно как и для меня, и для всех тех, что не в России. И в России.
Совесть ведь не знает, где ты живёшь. Она знает и чувствует только одно — живёшь ты человеком или уже нет. Тело живёт. А человек умер. Такое бывает нередко. Совесть просто увидела, что ты уже умер. И ушла.
1000 дней ПОЗОРА. Тысяча дней и моего личного позора.
Глубокие соболезнования всем украинцам, потерявшим родственников, близких, потерявшим друзей, потерявшим дом, потерявшим мир…
