Трамп хочет «забрать» Гренландию. Это может обеспечить США лидерство в Арктике

Отвечая на вопросы журналистов на борту президентского самолёта, Дональд Трамп сказал: «Если мы не заберём Гренландию, её заберут Россия или Китай, я этого не допущу». Поэтому, по его мнению, США «так или иначе заберут» Гренландию, которая должна согласиться на «сделку» с Вашингтоном. Трамп добавил, что сейчас «оборона Гренландии — это две собачьи упряжки», в то время как, по его утверждению, «там повсюду российские и китайские эсминцы и подводные лодки».

Однако два дипломата из стран Северной Европы, знакомых с ходом совещаний НАТО, заявили в комментариях The Financial Times, что высказывания Трампа о российских и китайских военных судах у берегов Гренландии не соответствуют действительности. Об этом же, уточняет издание, говорил и министр иностранных дел Норвегии Эспен Барт Эйде: по его словам, хотя Россия и Китай активны в регионе в целом, именно вблизи Гренландии этой активности «очень мало».

Ранее источники The Economist и Politico сообщали, что у США есть несколько сценариев действий в отношении Гренландии — от «сделки» без прямой аннексии острова до силового захвата.

О том, как изменится баланс сил в регионе, если США всё же получат Гренландию, «Эху» рассказал исполнительный директор проекта «Арктида» Наиль Фархатдинов.

Он отметил, что новые заявления американской администрации звучат на фоне затянувшейся паузы в международном сотрудничестве в Арктике. Арктический совет, который был ключевым органом такого взаимодействия, формально продолжает работу, но встречи на министерском уровне не проводились с 2021 года.

Участие России в его деятельности затруднено после присоединения к НАТО ещё двух арктических государств, а представитель США в Арктическом совете подчеркнул, что приоритеты работы теперь определяются лично Трампом: во главу угла ставятся национальная безопасность и экономическое развитие, а не климат и не исследования, что требует реформирования самого совета.

«Более того, совет изначально не предназначался для обсуждения вопросов безопасности — напротив, он был попыткой сформировать мирную повестку, время которой, вероятно, уходит», — говорит Фархатдинов.

Что касается прямого взаимодействия США с Россией, то, напомнил Фархатдинов, несмотря на заявления российских официальных лиц (в частности, Кирилла Дмитриева) о «зреющих» масштабных совместных проектах, год переговоров различной интенсивности так и не принёс конкретных результатов.

«Вопрос контроля над Гренландией формально может показаться избыточным — у США уже есть широкие возможности для развёртывания оборонной инфраструктуры на острове. Однако нынешний статус региона предполагает рамки международного сотрудничества, принятые в иных геополитических реалиях. Вероятно, Трампу необходим прямой контроль, исключающий необходимость согласований и излишнюю публичность», — полагает директор «Арктиды».

По его словам, такой контроль, в частности, позволит США «эффективно наблюдать» за развитием и секьюритизацией Северного морского пути, остающегося для России ключевым стратегическим проектом, и его выделенным в отдельный нацпроект расширением — Трансарктическим транспортным коридором, который должен связать Санкт-Петербург с Владивостоком. 

Фархатдинов добавил, что в глобальной арктической логистике, помимо Северного морского пути, существует и Трансарктический маршрут, проходящий в районе Северного полюса, и Россия ещё в 2007 году провела символическую акцию, установив национальный флаг на дне океана в этой точке. Таким образом, по словам эксперта, «борьба за ресурсы и шельф Северного Ледовитого океана продолжается». При этом важно учитывать, что США не ратифицировали Конвенцию ООН по морскому праву, поэтому в вопросах демаркации шельфа Вашингтон может действовать, опираясь исключительно на собственные национальные интересы.

«В перспективе это будет значить установление лидерства США в Арктике, так как территориальная протяженность перестанет быть бесспорным преимуществом РФ: американское участие в Арктике будет опираться на Аляску с одной стороны и Гренландию — с другой», — резюмирует Фархатдинов.