Илья Хржановский: DAU не является инструментом российской государственной культурной политики
Я считаю необходимым публично ответить на совместное заявление Министерства культуры Украины и Министерства иностранных дел Украины в связи с включением фильма DAU в конкурс 83-го Венецианского международного кинофестиваля.
В заявлении содержатся фактически неверные утверждения и существенные искажения, создающие ложное представление о происхождении фильма, его финансировании, отношении к российскому государству, участниках проекта, а также о моей позиции и деятельности. Они требуют прямого ответа.
1. DAU — не российский фильм и не представляет Россию на Венецианском международном кинофестивале
DAU участвует в конкурсе как немецкий фильм, созданный в копродукции с Францией и Швецией.
Его институциональное финансирование осуществлялось европейскими телеканалами и киноинституциями, среди которых ARTE, WDR, Шведский институт кино и нидерландский Hubert Bals Fund.
На протяжении последних семи лет DAU не получал финансирования ни от российского государства, ни от российских государственных институций, ни от компаний, связанных с российским государством, ни от частных инвесторов, проживающих сегодня в России. Фильм был завершен без российского финансирования.
Утверждение о нынешней связи DAU с российским государством или его «сетями влияния» противоречит структуре финансирования и производства фильма. Российское государство не финансировало фильм, не участвовало в его создании и не имеет отношения к его распространению.
2. DAU не является инструментом российской государственной культурной политики. Это художественное высказывание о природе тоталитарного зла
Фильм исследует проникновение тоталитарной системы в частную жизнь человека — отношения, любовь, сексуальность, работу, научные амбиции, страх, компромисс и предательство. Его сюжет — постепенная утрата человеком автономии и превращение политической системы во внутреннюю часть его существования.
DAU не представляет современную Россию, не стремится ее легитимизировать и не может служить оправданием политической системы, ответственной за войну против Украины.
3. Я не являюсь гражданином Российской Федерации
В заявлении меня называют «режиссером из государства-агрессора».
Я не являюсь гражданином Российской Федерации. Я гражданин Германии, Великобритании и Израиля.
Я отказался от российского гражданства в знак протеста против государственной политики Российской Федерации и ее войны против Украины.
Определение «режиссер из государства-агрессора» создает ложное впечатление о моей нынешней политической и институциональной связи с российским государством.
4. Моя позиция в отношении войны России против Украины была и остается однозначной
Я публично поддерживал Украину задолго до полномасштабного вторжения.
После аннексии Крыма в марте 2014 года я подписал открытое письмо российских кинематографистов в поддержку Украины.
24 февраля 2022 года, в первый день полномасштабного вторжения России, я был среди первых подписантов публичного обращения с требованием немедленно прекратить войну.
С начала полномасштабного вторжения я последовательно выступаю против российской агрессии и поддерживаю Украину. Моя позиция в отношении режима Владимира Путина и войны публична и неизменна.
5. Российское государство рассматривает мою деятельность как враждебную
В России я официально признан «иностранным агентом».
XZ gGmbH, организация, основанная Михаилом Зыгарем и мной после начала полномасштабной войны для противодействия российской пропаганде, была признана Генеральной прокуратурой Российской Федерации «нежелательной организацией».
В феврале 2024 года Андрей Луговой направил в Генеральную прокуратуру жалобу на деятельность XZ. Британское публичное расследование ранее назвало его одним из ответственных за убийство Александра Литвиненко в Лондоне.
Луговой обвинил XZ в деятельности, направленной на «свержение существующего политического строя в России», и потребовал вмешательства правоохранительных органов. После этого XZ была признана «нежелательной организацией», а Министерство юстиции России внесло меня в реестр «иностранных агентов». Мои фильмы в России не показывают.
6. Сергей Адоньев финансировал широкий проект DAU, но не фильм, представленный сегодня в Венеции
История DAU началась в 2005 году, до участия Сергея Адоньева, и завершается сейчас, в 2026 году.
Адоньев финансировал широкий художественный проект DAU с 2008 по 2019 год. В 2019 году его финансирование полностью прекратилось, и с тех пор он не имеет финансовых отношений с проектом.
Он не финансировал завершение фильма, отобранного в конкурс Венецианского кинофестиваля.
В период участия в проекте Адоньев не находился под санкциями, введенными против него значительно позже. Использование его нынешнего санкционного статуса для характеристики финансирования, предоставленного много лет назад, искажает хронологию.
7. Гражданство Теодора Курентзиса не является доказательством связи DAU с российским государством
Большая часть съемок с участием Теодора Курентзиса проходила в 2008–2011 годах, когда он был гражданином Греции и не имел российского гражданства. Российское гражданство он получил позднее, в 2014 году.
Теодор Курентзис никогда не поддерживал войну России против Украины. При этом верно, что он не делал публичных политических заявлений против войны.
Как бы ни оценивать его решение не выступать с такими заявлениями, судить о человеке по факту наличия у него того или иного гражданства — и тем более использовать гражданство, полученное спустя годы после основной части съемок, как доказательство нынешней связи фильма с российским государством — некорректно.
8. «Культурный проект», упомянутый в заявлении, — Мемориальный центр Холокоста «Бабий Яр»
В заявлении говорится, что я «возглавлял культурный проект, финансируемый российскими олигархами, связанными с Кремлем», но сам проект не называется.
Речь идет о Мемориальном центре Холокоста «Бабий Яр» в Киеве, где я был художественным руководителем.
Проект пользовался публичной поддержкой президента Украины Владимира Зеленского и правительства Украины. В 2021 году Центр участвовал в организации мероприятий к 80-летию трагедии Бабьего Яра с участием президентов Украины, Германии и Израиля.
Наблюдательный совет проекта возглавил Натан Щаранский; в совет вошли Леонид Кравчук, Александр Квасьневский, Йошка Фишер, Светлана Алексиевич, Святослав Вакарчук и другие международные общественные деятели.
Среди доноров были Михаил Фридман и Герман Хан, но финансирование ими не ограничивалось. Проект также финансировали Виктор Пинчук, Владимир Кличко, президент Всемирного еврейского конгресса Рональд Лаудер и другие доноры. После начала полномасштабной войны и введения санкций Фридман и Хан прекратили участие в проекте.
В 2021–2022 годах я выступил продюсером двух документальных фильмов Сергея Лозницы, созданных в рамках работы Мемориального центра: «Бабий Яр. Контекст» получил специальный приз жюри «Золотой глаз» на Каннском кинофестивале, ряд других международных наград и вошел в шорт-лист Европейской киноакадемии, а «Киевский процесс» был представлен на 79-м Венецианском международном кинофестивале.
В 2021 году проект Мемориального центра получил международную премию Dezeen как культурный объект года, а цикл публикаций о Бабьем Яре и Центре — награду American Jewish Press Association за материалы о еврейском наследии и еврейской жизни в Европе.
В 2023 году проект Мемориального центра The Closed Eyes, посвященный памяти мирных жителей Украины, погибших в результате российской агрессии, получил две награды Webby Awards. В том же году проект получил Премию Томаса Дж. Додда по международному правосудию и правам человека.
В 2023 же году я по собственной инициативе покинул пост художественного руководителя, поскольку не считал возможным продолжать эту работу, находясь за пределами Украины и не разделяя тяготы с людьми, живущими там.
Мемориальный центр продолжает работать. Его мемориальные объекты, архивные исследования, установленные имена и истории жертв и базы данных продолжают служить сохранению памяти о Бабьем Яре. В 2024 году документальное наследие архивов Украины благодаря работе Центра было внесено в Международный реестр программы ЮНЕСКО «Память мира».
Представление моей работы в Центре как деятельности в интересах Кремля без учета украинского государственного контекста, международного руководства, структуры финансирования и международного признания искажает характер проекта.
9. Съемки DAU в Харькове не превращают фильм о советском тоталитаризме в отрицание украинской идентичности
DAU в значительной степени снимался в Харькове в 2008–2011 годах. Харьков — украинский город, сегодня регулярно подвергающийся российским атакам. Я разделяю боль харьковчан и всех украинцев — друзей, сотрудников, обычных людей — из-за смертей и разрушений, причиненных войной.
DAU не утверждает российский суверенитет над Харьковом, не представляет современный Харьков российским и не отрицает украинскую идентичность. Изображение советского периода не означает одобрения советской имперской системы. Напротив, разрушение индивидуальной свободы этой системой — одна из центральных тем фильма. Построенный в Харькове Институт был задуман как замкнутый советский мир, в котором существуют персонажи.
А в харьковских натурных съемках уникальная архитектура города (чудовищно пострадавшая сегодня от российских атак) играет очень важную роль.
10. Украина была и остается важной частью моей жизни и работы
Я много лет жил и работал в Украине и остаюсь с ней глубоко связан. Поэтому совместное заявление двух украинских министерств особенно болезненно для меня.
Я понимаю необходимость во время войны внимательно проверять источники финансирования культурных проектов, политические связи и возможные инструменты российского влияния. Именно поэтому стандарты фактической точности должны быть особенно высокими.
У фильма еще не было мировой премьеры, и публика его еще не видела. Не следует преждевременно оценивать его на основании ложных ассоциаций, искаженной хронологии или предположений, противоречащих документированной истории проекта.
Я был и остаюсь противником войны России против Украины и политической системы, которая сделала эту войну возможной.
Противостоять тоталитаризму означает в том числе защищать фактическую правду.
Илья Хржановский.