ТРЕТЬЯКОВ ВИТАЛИЙ, журналист - День войны - 2004-02-03

Отец воевал, старший его брат погиб на войне, а отец мой, Анатолий Алексеевич, воевал с 1942 года, ушел раньше, чем был призывной возраст, и дошел до Калининграда. Его, слава богу, на войне не ранило, его, кстати, ранило, как ни странно, в Москве до войны тоже немецким снарядом, но времен Первой мировой войны. Они жили тогда на улице, которая ныне называется Большая Коммунистическая, и там до Второй Мировой войны, до Отечественной, играя во дворе, нашли снаряд ребята, кто-то по нему стучал камнем. Снаряд взорвался. Тот, кто стучал, фактически стал инвалидом, а отец был на другой стороне улицы, его ранило осколком в ногу, это у него единственное ранение немецким снарядом, но Первой Мировой войны. А Отечественную он прошел без всяких ранений, слава богу. Отец рассказывал, как при взятии какого-то прусского городка они набрели на винный склад и сильно перепились, взяв этот городок, что, в общем-то позволительно солдатам. А вот по материнской линии моя семья из Тульской области, из-под города Белева, деревня Петрищево, большая семья. И они, как тогда называлось, находились под немцами, на три месяца их оккупировали немцы. В частности, образ того, как они стояли за хлебом или за чем-то в очереди при немцах, и проходящий мимо немец ударил кого-то в этой очереди плеткой, вот эпизод, который я помню. Потом их освободила Красная Армия, во всяком случае, мою семью всю вывезли, в разные места. Мать отправили, она была еще школьницей, в Казань, там они работали на авиационном заводе, там она закончила ремесленное училище, а потом уже после войны перебралась в Москву.