Александр Колпаченко - Военный совет - 2010-11-27

С. БУНТМАН: Добрый день! Анатолий Ермолин, Сергей Бунтман, ведущие этой программы, в полном составе сегодня в программе «Военный совет», Я напоминаю, что передача наша выходит на «Эхе Москвы» в прямом эфире после 12 часов по субботам, и в воскресенье вы сможете увидеть телевариант на телеканале «Звезда». Сегодня у нас в гостях начальник береговых ракетно-артиллерийских войск и морской пехоты Военно-Морского флота Российской Федерации Александр Николаевич Колпаченко, генерал-майор. Здравствуйте, Александр Николаевич!

А. КОЛПАЧЕНКО: Здравствуйте!

С. БУНТМАН: И у нас сегодня получилось…пристрелка такая с родами, видами у нас идет – то чуть-чуть после праздника, то чуть-чуть до праздника. А сегодня прямо день в день! Поздравляем!

А. КОЛПАЧЕНКО: Да, 305-я годовщина образования морской пехоты.

С. БУНТМАН: С чем это связано, с каким событием?

А. КОЛПАЧЕНКО: Это было еще указом Петра Первого 27 ноября, то есть, когда была Северная война. И своим указом постановил создать морских солдат для того, что вели они, в основном, тогда абордажные виды боевых действий. И в последующем пошло их развитием. Потом на Черном море, ну, и так далее. С этого момента считается день образования морской пехоты. 305 лет!

С. БУНТМАН: То есть, Россия учредила ту государственную практику, которая была и в морских сражениях, и высадки береговые были тогда очень распространены.

А. КОЛПАЧЕНКО: Конечно. Взятие крепости Корфу, потом…

С. БУНТМАН: Да. Потому что это большое заблуждение, что когда иногда показывали, срезая углы, говорили, что Ушаков Корфу взял с моря. А там такой десант был мощнейший!

А. КОЛПАЧЕНКО: С моря, они же морем пришли.

С. БУНТМАН: Пришли то да.

А. ЕРМОЛИН: Это корабли штурмуют бастионы, да? Из этой серии.

С. БУНТМАН: Ну, да, да. Кстати, в детстве один из любимых фильмов.

А. ЕРМОЛИН: Про морскую пехоту знают почти все, а вот про войска береговой охраны в меньшей степени. Когда этот функционал добавился? Когда появился? И в чем суть?

А. КОЛПАЧЕНКО: Да он практически все время был. Потому что морская пехота, она предназначена не только для того, чтобы высадки морских десантов – или как сейчас «воздушно-морских десантов» - захвата побережья противника, содействие войскам сухопутным, наступающим на приморских направлениях. Но есть еще задача. Это оборона мест базирования флота, противодесантная оборона в десантно-доступных местах побережья. Поэтому одна морская пехота, естественно, это дело не осилит. Поэтому есть и береговые ракетно-артиллерийские части, которые включают бригады и полки береговых ракетно-артиллерийских подразделений, оснащенные определенными типами ракет для поражения ударных группировок противника. И артиллерия. Сначала большую составляющую поражает, по мере приближения к берегу вступает артиллерия. Поэтому они не могут быть раздельными между собой.

С. БУНТМАН: Но организационно это принадлежит Военно-морскому флоту?

А. КОЛПАЧЕНКО: Да, и входит в состав. Всегда был, практически всегда. И они входят в состав сухопутной составляющей Военно-Морского флота, которая называется «береговые войска».

С. БУНТМАН: Как преобразования, которые в вооруженных силах сейчас и проходят и уже как-то приобретают новый вид, как это коснулось ваших войск?

А. ЕРМОЛИН: Или у вас все было в порядке?

А. КОЛПАЧЕНКО: Нет, было, в основном, все кадрировано у нас, поэтому за прошлый год у нас практически все соединения и части морской пехоты, в том числе береговых ракетно-артиллерийских войск, у нас части есть и ПВО, и мото-стрелковые даже – все перешли в разряд частей постоянной готовности, то есть укомплектовали полностью личным составом, вооружением, военной техникой. И на данный момент они полностью готовы, если понадобится выполнить ту задачу, которую поставит командование.

С. БУНТМАН: А структурно изменилось внутри? Потому что переход на сокращение уровней, действительно, управления, то, чем занимались все Вооруженные силы…

А. ЕРМОЛИН: У вас бригады?

А. КОЛПАЧЕНКО: У нас и бригады, и полки есть. Ну, все зависит от состояния казарменно-жилищного фонда, поэтому на данный момент есть и бригады. Это Балтика, Черноморский флот, Тихоокеанский флот. И север у нас, и Камчатка – там полки. А в последующем планируем это все довести до единой системы, бригадной, и дальше развивать. Тем более начальник Генерального штаба и министр обороны это дело поддерживают. В плане перевооружения. Идет. И в этом году, и в прошлом году по мере поступления новой техники идет перевооружение. Вот недавно мы приняли на вооружение новый плавающий бронежилет. Аналогов в мире нет! И начинаем уже со следующего года поставки. Они будут как и для морской пехоты, так и для моряков, которые на надводных кораблях. Аналогов нет!.

А. ЕРМОЛИН: А в чем принцип?

А. КОЛПАЧЕНКО: Не тонет! В том, что морские пехотинцы… вот последний случай, что захватывали танкер «Московский Комсомолец». Наш бронежилете, если солдат – не дай бог – где-то сорвется, в этом бронежилете уйдет глубоко-глубоко, а этот создает плавучесть, то есть он полностью снаряженный, с оружием, боеприпасами, бронежилет, который защищает и по некоторым параметрам превосходит то, что идет на вооружение сухопутных войск. Он в нем не утонет!

А. ЕРМОЛИН: А тяжелый?

А. КОЛПАЧЕНКО: Достаточно да. Броня есть броня.

С. БУНТМАН: Он сочетает в себе достоинства бронежилета и спасательного плота.

А. ЕРМОЛИН: Раз уж мы заговорили про новые разработки, инновационные, что еще, какие такие у вас есть перспективные или новейшие образцы вооружения, боевой техники?

А. КОЛПАЧЕНКО: Вы знаете, сейчас идет наработка этих всех вопросов. Военно-промышленный комплекс предлагает много различных вариантов. Ну, естественно, это под руководством министра обороны, начальника Генерального штаба. Это нельзя просто сразу, - что-то создали и чтобы оно пошло на вооружение. Надо провести испытания в разных средах: в воздухе, в воде, разных регионах: север, юг и так далее. И когда они пройдут, выявить недостатки, устранить, потом можно принимать на вооружение.

С. БУНТМАН: Вы насколько принимаете… собственно ваши войска, морская пехота насколько принимаете участие именно в испытаниях? И ваше мнение насколько ценится и оперативно учитывается?

А. КОЛПАЧЕНКО: Вооружение и военная техника унифицируется, чтобы не было что-то различное. Мы в основном, дает тактико-технические задания, то, что касается морской пехоты. Потому что она всегда где находится? Возле водной среды. А это соль, вода. В Основном, требования в таком плане. А что касается техники именно, нам надо плавающая, потому что высадка с кораблей идет, тем более современная – за горизонтом высадка. Чтобы к берегу не подходить.

А. ЕРМОЛИН: Вы как офицер, как генерал, тем более с опытом боевых действий, хорошо помните тот период, когда в «войсках дяди Васи» - как любовно называют ВДВ – в свое время специально и новые самолеты были разработаны специально для десантирования, появились боевые машины десанта. Мы ждем, когда такая очередная новая волна пойдет, или все-таки речь идет о доработке тех же БМД-3 и более новых, современных вариантов? Вот есть разница с тем, с чем вы заходили в Афганистан, и с тем, на чем вы сейчас действуете?

А. КОЛПАЧЕНКО: Сейчас, в принципе, большой разницы нет. Именно что касается бронетанковой техники. Ну, частично автомобильной. Хотя в автомобильной мы за этот год практически на 90 процентов поменяли все на новое. Но сейчас уже дан толчок - он уже давно идет – по созданию новой техники. Главнокомандующий в этом году подписал проект нового облика новой машины именно для морпехов.

А. ЕРМОЛИН: Интересно. Там предусмотрено капсульное бронирование?

А. КОЛПАЧЕНКО: Там предусмотрено все! Сейчас только осталось, чтобы это все оформить… такой новый облик, пройти согласование и открыть опытно-конструкторские работы. Я думаю, эта машина у нас появится в ближайшем… через 3-4 года точно будет.

А. ЕРМОЛИН: А может, лучше закупить те же боксеры, как мы сейчас делаем с «Мистралью»? Ведь тактико-технические характеристики поражают – там было 11 подрывов союзов в Афганистане. Представляете, у нас 11 бронетранспортеров на фугасах если бы было подорвано? Какие бы были жертвы! Человек сто. А у них двое погибших и раненные.

С. БУНТМАН: Задача неоднократно сформулированная, что как раз самое ценное – это военнослужащий, самое ценное – это человек.

А. КОЛПАЧЕНКО: То что касается… противоминной, да?

А. ЕРМОЛИН: И противобортовая тоже защита там сильная.

А. КОЛПАЧЕНКО: У нас делают те же «Тигры», сейчас «Медведь» создали. У нас тоже есть! Мы же должны какие-то технологии новые смотреть. Если мы будем жить в анклаве, нигде не общаться, ни с кем, не смотреть, где лучше, где хуже – инноваций и какого-то развития потом не будет. Что-то там посмотреть, что-то у нас есть. У нас Левшей столько много, столько много!

А. ЕРМОЛИН: Но и покупать надо не стыдиться, если есть интересные образцы вооружений.

С. БУНТМАН: Рассчитывать, считать и смотреть перспективу самое главное.

А. КОЛПАЧЕНКО: Ну, это уже решение принимает высшее военно-политическое руководство в этом плане.

А. ЕРМОЛИН: А мы для него и говорим!

С. БУНТМАН: Мы за разум и за перспективу. Настоящую.

А. КОЛПАЧЕНКО: Передового нельзя бояться. Не нужно бояться абсолютно! Есть где-то лучше – надо брать.

С. БУНТМАН: Ну, вот, смотрите, произнес Толя слово «Мистраль». Что будет означать покупка «мистралей» для ваших войск?

А. КОЛПАЧЕНКО: Понимаете, это универсальный десантный корабль-док. Его вместимость – батальон морской пехоты вместе с техникой. Дальность плавания больше 10 тысяч миль – это практически весь Мировой Океан. Военно-Морской флот представляет нашу страну, флаг нашей страны. Есть и дружественные визиты, есть просто показать , что мы есть, смотрите. Это чтобы повысить мобильность морской пехоты. Не в прибрежных где-то водах, а в водах Мирового океана. Это новое для нас. Я думаю, это плюс.

С. БУНТМАН: С одной стороны, объективно повысить. А для тех, кто служит – насколько сложна задача? Потому что это несколько другой корабль, вообще. Служить на нем надо по-другому. Да?

А. КОЛПАЧЕНКО: Я бы не сказал. Там условия, конечно, жизнеобитания, жизнеобеспечения получше – там и госпиталь есть, кубрики для матросов по другому… Но сама суть – это, в принципе, транспорт для переброски. А на чем перебрасывать будут… есть, конечно, разница. Но для морской пехоты она не основная. Выполняет задачу Военно-Морской флот, а морская пехота, она действует на берегу. Поэтому что самолетами доставлять, что кораблями, подводными лодками – без разницы, чем. Единственное, это, конечно, такой шаг вперед, большой шаг вперед.

А. ЕРМОЛИН: Тут, наверное, надо сказать, что это не просто транспортное средство, а это, по сути дела, командный пункт. В чем его уникальность состоит?

А. КОЛПАЧЕНКО: Универсальный. Почему он и называется «универсальный». Можно и пункт управления делать в любой точке Мирового Океана. Это и госпитальное, и просто транспортное судно, и для переброски морской пехоты, да и не только морской пехоты – сухопутных войск куда надо.

А. ЕРМОЛИН: Мы же, ведя переговоры с французами, имели в виду не просто то, что мы будем это у них постоянно покупать. А имеем в виду трансфер технологий. То есть, это та самая модернизация, о которой мы говорим. То есть, надо не бояться западных инноваций. Мы уже упоминали Петра Первого – он не боялся учиться у тех, кто сильнее.

А. КОЛПАЧЕНКО: Чего бояться? Надо брать новое. Ну, если нету у нас, значит, у них надо взять. Потом развивать эти технологии, эти инновации уже у нас. Тут бояться не надо ничего.

С. БУНТМАН: Но на другом уровне- идти вперед все время.

А. КОЛПАЧЕНКО: Даже свое видение… Они по-своему, в своем ракурсе видят, мы немножко по-своему. Вот они сделали – мы нарастили. Был бы скелет, а остальное нарастет!

А. ЕРМОЛИН: Есть какая-то видимая перспектива по срокам, когда вы ждете?

А. КОЛПАЧЕНКО: Идут переговоры. Сейчас они как бы в заключительной стадии. Я думаю, год-два, и он появится.

А. ЕРМОЛИН: А какая техника стоит на вооружении у морской пехоты сейчас? Мы немножко затрагивали вопрос, но мы про прошлое больше говорили.

А. КОЛПАЧЕНКО: Пока, будем говорить, техника – это бронетранспортеры плавающие БТР-80, машина пехоты БМП-2. Это основное, включая артиллерию, ПВО. Пока та техника еще, которая досталась нам от Советского Союза. Она уже отремонтированная, где-то новую выпустили, на Тихий Океан мы отправили. Ну, пока как бы есть узлы, агрегаты, которые модернизируются. Потому что глубокая модернизация – это один из вариантов, но надо идти дальше, надо уже думать, как… Поэтому Главнокомандующий подписал то, что я говорил, на новую боевую машину морской пехоты. Там много что заложено. Если она появится, это будет прыжок. Не скачок – прыжок вперед!

А. ЕРМОЛИН: А что-нибудь меняется в тактике десантирования? Вы изучаете опыт действий, то, как действовали те же американцы в Ираке, Кувейте? Там огромное значение придавалось сверхточному оружию. У вас, наверное, нет на вооружении этого? Значит, с кем-то взаимодействовать.

А. КОЛПАЧЕНКО: У морской пехоты сверхточного нет оружия, если так брать. Это задачи другой составляющей, например, береговых ракетно-артиллерийских войск. Но они поддерживают нас. Конечно, тактику изучаем. Без этого нельзя. Мы не говорим, что это противник, вероятный – не вероятный, просто как соседи. Вот у них такое есть, что у нас есть… Естественно, у нас на каждых учениях… в прошлом году на Балтике «Запад-2009» было одно. Сейчас на Тихом океане – «Восток-2010» - мы там другие формы и способы применения морской пехоты использовали. Все это нарабатывается. И учатся, естественно, командиры, как младшие, так и старшие. Не стоим на месте.

С. БУНТМАН: Короткий вопрос пришел по смс +7 985 970 4545: «Кому подчиняются соединения морской пехоты после создания новых военных округов, после новой нарезки на четыре военных округа?»

А. КОЛПАЧЕНКО: Главнокомандующий Военно-Морским флотом, т.е. флоты наши по своим специальным вопросам, они подчиняются Главнокомандующему. А округа и все, что на территории округа находится, подчиняется как бы ему. Основная задача наша – это боевая подготовка, методологическое сопровождение, руководство, уставы, наставления, ну, и боевая подготовка, естественно.

С. БУНТМАН: Мы сейчас прервемся на 5 минут. Я напоминаю, что у нас в гостях Александр Колпаченко, генерал-майор, начальник береговых ракетно-артиллерийских войск и морской пехоты Военно-Морского флота России. Встретимся через 5 минут на «Военном совете».

НОВОСТИ

С. БУНТМАН: Мы продолжаем наше заседание. В гостях у нас Александр Колпаченко, генерал-майор, начальник береговых ракетно-артиллерийских войск и морской пехоты Военно-Морского флота России. Говорим мы обо всем, задавайте вопросы обо всем, что касается этих войск. +7 985 970 4545. Александр Николаевич, вот Андрей из Петербурга как всегда задиристо:»Кто будет управлять «мистралями», когда загублена система подготовки офицерских и командных кадров!?»

А. КОЛПАЧЕНКО: Это касается, наверное, моряков. Потому что морская пехота не командует…

С. БУНТМАН: Я понимаю. О моряках мы, Андрей, говорили неоднократно. А как готовят кадры морской пехоты?

А. КОЛПАЧЕНКО: Офицеров готовят у нас в разных училищах. Что касается офицеров чисто морской пехоты, десантно-штурмовых подразделений морской пехоты – в двух училищах. Это Рязанское Высшее воздушно-десантное командное училище. На каждом курсе по взводу. И частично небольшая – это Дальневосточное. Там и раньше готовили. Естественно, по другим специальностям… Артиллеристы в своих училищах, ПВО – в своих и так далее. Практически во всех училищах, но вот основа – эти два училища сейчас.

А. ЕРМОЛИН: А курсанты форму носят десантную или сразу же…

А. КОЛПАЧЕНКО: Пока да. Я был недавно в училище. В Рязани. День Победы – идут голубые береты и идут еще черные. Будем решать этот вопрос.

С. БУНТМАН: Конечно. Потому что, например, в артиллерийских училищах десантники когда учились, они со своими… все свое.

А. КОЛПАЧЕНКО: Как положено.

А. ЕРМОЛИН: А вот как вы считаете, вам больше подходят контрактники или можно смириться с тем, что к вам и срочники сейчас приходят служить?

С. БУНТМАН: И вообще какое соотношение между контрактными и срочными есть и оптимально для вас, для вашего рода войск?

А. КОЛПАЧЕНКО: Сейчас у нас небольшой процент контрактников – где-то доходит до 20. Тут вопрос спорный. Конечно, есть брать контрактника, который обучился и уже служит 3-5… – вопросов нет, конечно. Все-таки защита родины, это как бы должна быть всеобщая обязанность, а он получается как наемник. Это мое мнение. По призыву , конечно, сложнее. Приходится каждые полгода начинать с нуля готовить. Естественно, должны в армию идти с нормальным образованием, нормальной головой. И с желанием! То, что сейчас министр обороны делает, правильно – убрать несвойственные функции. Чтобы солдат занимался чисто боевой подготовкой. Вот он когда он с утра встал, побежал на занятия, ночные и так далее… не метет территорию, не чистит картошку, как раньше было, а только занимался боевой подготовкой – это даст плоды.

А. ЕРМОЛИН: Все-таки в защиту контрактников. Вот наш опыт – в «Вымпеле» приходил лейтенант – десантник, пограничник – год уходил на одиночную подготовку разведчика. То есть, только через год его допускали к групповому слаживанию, что называется. Получается, что даже если вы так же интенсивно будете заниматься в течение года, как год заканчивается – до свидания! Когда служить-то?

А. КОЛПАЧЕНКО: Конечно, хорошо, когда контрактник придет, даже пускай год. Потому что есть разные специальности. Одних можно за 3 месяца научить – автоматчиков - одиночным действиям, потом в составе определенных подразделений. А есть специальности, которые надо так осваивать… тем более техника современная идет, даже бежит впереди некоторых молодых людей, которые приходят из наших общеобразовательных учреждений. Поэтому, наверное, начинать надо оттуда – с детского садика, со школы. Чтобы уже приходил человек, который бы быстро схватывал то, что ему преподают. А есть же такие, что сколько ему не говори, он может и не понять, о чем ему говорят. Определенные трудности есть.

С. БУНТМАН: Мне кажется, что перспектива современная должна состоять в том, что военная профессия от любого звания, что именно почетная профессия. Почетная и уважаемая. И когда человек даже думает – я вот на несколько лет займусь этим, и буду учитывать, сколько за это платят, но прежде всего, это уважаемая профессия, будь я даже рядовой. Тем более такая вещь как морская пехота, как десант. Если говорить об элитных войсках, то это они и есть.

А. ЕРМОЛИН: У вас же конкурс, наверное, в ваши войска? Вряд ли вы испытываете кадровый голод. Молодежь, наверное, хочет у вас служить?

А. КОЛПАЧЕНКО: Если брать офицеров?

А. ЕРМОЛИН: В первую очередь, срочники.

С. БУНТМАН: Срочников как вы отбираете?

А. КОЛПАЧЕНКО: Ну, конечно, идут люди, идут. Те, которые … мечтали. Есть которые экстремалы…

А. ЕРМОЛИН: А кто, кстати, вам больше нравится – мечтатели или экстремалы? При равных условиях вы кого возьмете – мечтателя или экстремала?

А. КОЛПАЧЕНКО: Я уже давно не выбираю, выбирают командиры частей.

А. ЕРМОЛИН: Но вы заказываете.

А. КОЛПАЧЕНКО: Знаете, среднее.

С. БУНТМАН: Мечтатель-экстремал?

А. КОЛПАЧЕНКО: В этом ракурсе, да.

С. БУНТМАН: Мне кажется, действительно, необходимо всячески подчеркивать, чтобы человек, когда он отслужил свое – будь то по контракту, будь то по призыву – чтобы он говорил: «я – морской пехотинец», и чтобы было видно это во многом. Как во многих странах просто за десятилетие создался культ представлений о том, что человек из морской пехоты, человек из десанта…

А. ЕРМОЛИН: У нас то же самое. «В зоне особого внимания», «Ответный ход» - культовые фильмы.

А. КОЛПАЧЕНКО: Сейчас завершают создание нового фильма, именно про морскую пехоту. Его и на Тихом Океане снимали, на Балтике, сейчас на Черном море заканчивают. Должно что-то получиться, потому что давно про морскую пехоту не было художественных фильмов.

А. ЕРМОЛИН: А вот возвращаясь к теме ограниченного срока службы. Очевидным становится, что вновь переименованный ДОСААФ должен что-то делать для того, чтобы к вам приходили уже подготовленные ребята.

А. КОЛПАЧЕНКО: Ну, решение – год – это военно-политическое руководство. Наша задача: есть решение – мы должны его выполнять. Если будем влево-вправо, я считаю, неправильно. А система ДОСААФ, она сейчас апробирует, чтобы придти к понимаю, что же там готовят. Не так как в Советском Союзе – всех подряд готовили. Конечно, если водитель пришел, то он уже должен иметь какую-то практику. Это же не просто машина – автомобиль. Есть же и другие машины, - и для ракетной установки, там же совершенно другое нужно. Там же и радисты, те же водолазы…Во-первых, когда придет в армию, он будет понимать, что именно пойдет по этой специальности. Ему уже будет проще и адаптироваться в военных условиях к военной службе и так далее.

С. БУНТМАН: Чтобы им не затыкали какие-нибудь дыры.

А. ЕРМОЛИН: Вы должны быть и заказчиками для этой системы.

А. КОЛПАЧЕНКО: естественно. Сейчас идет вот эта притирка всех вопросов.

С. БУНТМАН: Скажите, а все-таки постоянная дискуссия и какая-то очень большая неясность все равно, несмотря на все разъяснения, остается с подготовкой офицеров, с сокращением приема, с приостановкой приема. Потому что очень много выпустили, как это объясняют, и нет таких должностей при всей организации. Вот ваши войска удовлетворены численно и качественно тем, какие приходят к вам офицеры?

А. КОЛПАЧЕНКО: Пока да. А то, что наборы сократили, а где-то вообще не взяли… Видите ли, за последнее время пошло сокращение офицерского состава, потому что в некоторых частях было больше офицеров, чем солдат. Чем они занимались? Да ничем не занимались, если по честному. Наверное, настал такой период, что год или два набора не будет. Там определенные трудности есть, в военных учебных заведениях. Это касается профессорско-преподавательского состава – чем же они будут в это время заниматься? Не разбегутся? Но все равно тот потенциал, который есть, он останется. Остальные в этот перерыв научной работой пусть занимаются, двигают военную науку вперед. В войска едут… там им больше что-то расскажут, посмотрят, и потом будут преподавать.

А. ЕРМОЛИН: Ну, там же сержантов сейчас будут набирать. Училища, по сути дела, будут готовить сержантов сейчас.

А. КОЛПАЧЕНКО: А они уже готовят. К нам в морскую пехоту на базе Рязанского училища готовят. А по другим специальностям – в других учебных частях.

А. ЕРМОЛИН: Скажите, как профессионал. Вот наше кино сумело создать образ настоящего сержанта – прапорщик Волонтир из известного фильма… Почему не получается? Почему таких прапорщиков, сержантов в реальности нет?

А. КОЛПАЧЕНКО: Любая реформа… одни ее сразу воспринимают, другие сразу противники становятся. А третьи – это которые сомневающиеся, которых, наверное, большая часть получается. Так вот, если в общей массе взять, да? И вот эти сомневающиеся, им надо какой-то период пройти адаптации, чтобы понять, что же происходит. И потом человек или принимает, или не принимает. А то, что реформа необходима была, это однозначно. Никто ни в этом и не сомневается. Время покажет.

С. БУНТМАН: Время должно показать. Но это очень интенсивно надо делать, с теми же новыми сержантами. Очень важно, чтобы в обозримое время уже посмотрели те самые, кто колеблется, кто сомневается, посмотрели бы на некоторые примеры – как готовят, сколько за это получают, насколько профессиональные люди получаются, какие навыки нужны… Надо посмотреть на результаты. Это очень важно.

А. КОЛПАЧЕНКО: Это же тоже время. И разное – почти 3 года. За эти три года надо и психологию офицеров поменять. Потому что был офицер, был прапорщик, мичман, был сержант. Прапорщик или мичман это как бы ближе к офицерам. Сержант это ближе к рядовому составу. Это тоже психологию надо поменять! Что это тоже такой же будет помощник… Я сам помню. В Афганистане у меня Александр Кривошеев такой… я у него учился первые полгода, как и что делать, хотя я старший лейтенант был, а он обычный сержант. А если он станет профессионалом в своем деле , это огромный плюс будет. Если командир небольшого подразделения профессионал, ты ему дай солдат – он их подготовит. Они на него будут смотреть и за ним идти. А если он никто и никак – никто за ним не пойдет. Вот такой вопрос.

С. БУНТМАН: Александр Николаевич, как решается проблема материальные? И проблемы денежные, и проблемы, например, квартирные.

А. КОЛПАЧЕНКО: По деньгам проблем нет у нас уже давно. Все вовремя получают…

А. ЕРМОЛИН: А сколько?

А. КОЛПАЧЕНКО: По-разному получают.

А. ЕРМОЛИН: Но в целом офицеры довольны зарплатами? Какая вилка? Тысяч 30 получают?

А. КОЛПАЧЕНКО: Понимаете, сколько денег не давай, их всегда будет мало.

А. ЕРМОЛИН: Это правда.

А. КОЛПАЧЕНКО: Ну, определенное количество, конечно, есть. По разному.

С. БУНТМАН: Повышение в следующем году будет? Вас оно коснется?

А. КОЛПАЧЕНКО: Этого я не знаю. Обещают. А по квартирам… Сейчас уже второй год интенсивно строятся квартиры для военнослужащих. И вот президент поставил задачу: в этом году, частично, может быть, в следующем, закрыть те, которые увольняются.

А. ЕРМОЛИН: Мало времени в этом году остается. Один месяц!

А. КОЛПАЧЕНКО: Знаете, дома же тоже не сразу строятся. Если начинают строить в январе, то он тогда в декабре…

А. ЕРМОЛИН: А зачем тогда обещали про декабрь? Знаете, как год назад нам говорили? Декабрь - точно - все - будут обеспечены…

А. КОЛПАЧЕНКО: Если обещали, значит, выполнят. Именно последние месяцы прямо пошли-пошли квартиры строиться. А дальше уже будут решаться вопросы уже те, которые служат. Хотя и там тоже идут подвижки большие у нас. На Дальнем Востоке очень хорошо пошли эти вопросы.

А. ЕРМОЛИН: А лейтенанты поверили в ипотеку? Покупают?

А. КОЛПАЧЕНКО: Мой сын старший в этом году оформил ипотеку. Три года прошло после училища. Все, без вопросов! Раньше, конечно, сомневались. Был бы лидер. Кто-то попал первый – и народ поверил. Года три назад, когда начинали, никто не мог понять. Хотя разъясняли, народ боялся. Привыкли: подойдет время, значит, я получу квартиру. А тут непонятно.

А. ЕРМОЛИН: Не секрет – где сын квартиру себе взял?

А. КОЛПАЧЕНКО: В Пскове, он там служит. На ту сумму, которая ему положена, трехкомнатная шикарная квартира. В Москве на эту сумму, конечно…угол…

А. ЕРМОЛИН: Ну, Псков тоже не последний город.

С. БУНТМАН: Все-таки по ценам не Москва!

А. КОЛПАЧЕНКО: Но тем не менее. Тем более, у нас в Москве практически уже не осталось каких-то частей, все же выведены. Они, в принципе, не нужны в Москве.

А. ЕРМОЛИН: А не чувствуете, нет злоупотреблений?.. Когда это все начиналось, мы разговаривали с офицерами, и писали нам офицеры, что вот я хочу купить эту квартиру и дешевле, а мне навязывают вот эту и дороже, хуже и дороже.

А. КОЛПАЧЕНКО: Нет такого. Ты сам выбираешь. Тебе дается сумма денег, вот на эту сумму ты можешь хоть однокомнатную купить. Сумма с годами будет, конечно, индексироваться…

А. ЕРМОЛИН: А государство за тебя будет выплачивать, пока ты служишь. Хороший экономический способ.

А. КОЛПАЧЕНКО: И молодой человек через три года не ждет, когда ему служебную отстроят, взял и купил. Все! Единственное, получается, что он как бы привязан к ней.

А. ЕРМОЛИН: Зато это не морковка, которая раньше у тебя висела… Это как раз честный договор между тобой и государством.

А. КОЛПАЧЕНКО: Если он десять лет прослужил, включая даже военное училище, и по каким-то оргштатным мероприятиям сократили его должность, и он увольняется, то после 10 лет государство все равно ему оплачивает эту ипотеку. До конца.

А. ЕРМОЛИН: Это работает?

А. КОЛПАЧЕНКО: Наверное, да.

А. ЕРМОЛИН: А много у вас офицеров выведено за штат, ждут увольнения?

А. КОЛПАЧЕНКО: Да. Идет процесс. Много. Сокращение пошло.

А. ЕРМОЛИН: Наверное, это самый сложный контингент? Ведь много недовольных.

А. КОЛПАЧЕНКО: Ну, конечно, все понимают, что идет реформа, понимают, что необходимо. Косность же есть, консерватизм, что вот мы были, у нас было столько-то народа, мы тут работали… Да, сейчас нагрузка увеличилась на тех, которые остались, в несколько раз. Но если офицер 20 лет прослужил, а ему еще 5 лет служить, привык он к армии… Если из аквариума рыбку взять и бросить в океан – совершенно другое! Тяжело. А перестройка идет, конечно.

С. БУНТМАН: Скажите, как вы против пиратов действуете?

А. КОЛПАЧЕНКО: Сейчас он ходит 18 групп на разных кораблях Военно-морского флота, которые сопровождают транспорты гражданские в качестве подразделений антитеррора. Это серьезно. И подготовка определенная. И будет это все.

А. ЕРМОЛИН: Какая, кстати, нормативная база для этого существует? Я знаю по истории группы «А», многие там по 5-7 лет под судом находились. Почему стрелял? Почему убивал? Какие последствия? Здесь же надо как-то защищать офицера в этом плане.

А. КОЛПАЧЕНКО: Вопрос сложный.

А. ЕРМОЛИН: Потому и спрашивал.

А. КОЛПАЧЕНКО: У нас даже когда на Кавказе эти вопросы были, и в том же Афганистане, если что-то не так было, то тоже прокуратура – а почему, а как… Есть приказ, есть старший начальник, который принимает решение. А приказы должны выполняться. Не обсуждаться, а выполняться. Пока вот так, наверное. Я думаю, это все сейчас подойдет, подвижка пошла.

С. БУНТМАН: Как взаимодействуете с другими флотами, другими вооруженными силами, которые там же, в этих местах, вокруг Сомали и так далее, действуют?

А. КОЛПАЧЕНКО: Знаете, моряк моряка видит издалека. Поэтому там всегда придут на помощь, потому что понимают. Как обычно. С искрами в глазах и сжатыми скулами. Или, наоборот, с радостной улыбкой! То есть, все абсолютно нормально.

С. БУНТМАН: Праздник вспомним ваш, Александр Николаевич. Я думаю, что самое время поздравить тех, кто служил. И вы можете тоже сказать несколько слов тем, кто нас слушает, кто нам посмотрит.

А. КОЛПАЧЕНКО: Да. От своего лица и от главнокомандующего морским флотом всех ветеранов, в первую очередь, тех кто служит, генералов, офицеров, матросов, сержантов хочу поздравить с этой знаменательной датой и всем пожелать здоровья крепкого, оптимизма в жизни. Остальное все приложится.

С. БУНТМАН: Это точно. Сегодня серьезно празднуют?

А. КОЛПАЧЕНКО: Идет концерт, ветераны собрались, довольно такое солидное мероприятие. И на каждом флоте это празднуется с размахом. Но без фанатизма.

С. БУНТМАН: Но без фанатизма. Плюс ко всему, у вас очень удобно по времени года – это все-таки не 2 августа.

А. КОЛПАЧЕНКО: Знаете , как говорят? Родителей и Родину не выбирают. Так получилось, значит, так получилось. Новый год тоже зимой. Все радуются.

С. БУНТМАН: Ну, что ж, вспомним и Петра Первого, который учредил морских солдат. Александр Николаевич, большое вам спасибо! И вам успехов. И мне бы очень хотелось, во-первых, чтобы были ясные дела сейчас, вот в тех преобразованиях, которые идут в Вооруженных силах. И чтобы как можно больше было понимания и, я бы сказал, сотрудничества и с теми, кто недоволен, и считает, что надо бы по-другому. Чтобы все время был диалог, одно и то же дело делается.

А. КОЛПАЧЕНКО: Естественно. По-другому не может быть.

А. ЕРМОЛИН: Чтобы вы поменьше воевали и побольше учились.

С. БУНТМАН: Но были готовы, самое главное.

А. КОЛПАЧЕНКО: Спасибо!

С. БУНТМАН: Спасибо большое! Я хочу сказать, что у нас на «Военном совете» Александр Николаевич Колпаченко, генерал-майор, начальник береговых ракетно-артиллерийских войск и морской пехоты Военно-Морского флота России. Всего доброго! Слушаем радио, смотрим телеканал «Звезда» по субботам и воскресеньям, и встречаемся здесь, у нас.