Вглядываясь в традиции - 2011-03-27
о.М.КОЗЛОВ: День за днем движемся мы по Великому Посту. Воскресенье, в которое вы услышите эти слова, называется «крестопоклонным». Оно находится в середине Великого Поста, и посвящено напоминанию христианам о том, что их жизнь не может быть свободна от несения креста. Эти слова иной раз понимаются плоско-моралистически. Ну, что нужно терпеть, Христос терпел и нам велел, что без того, чтобы смиряться перед властями, перед милиционерами, перед судьями Останкинского суда, ничего в жизни не получится правильного. Иные за это христианство упрекали, что, вот, оно такую социальную пассивность проповедует. Но если мы посмотрим на тех, кто эту заповедь исполнил (их называют святыми), то видим, что все не так просто. И, вот, память одного исключительно парадоксального святого будет на наступающих днях, 30-го марта. Святой известен даже и вне ограды церковной, ну, хотя бы по имени и по шедеврам мирового искусства. Святой Алексий, человек божий называем мы его на Руси, Сан Алесё, святой Алексей Римский – так он известен в западном христианском мире.
Святой древней неразделенной церкви, живший в те времена, когда гонения на христиан только-только, но уже кончились. Как в наше время: церковь стала легальной, множество людей в нее устремилось, перестало быть опасным быть христианином. И уже люди и высокого положения таковыми становились, масса.
Отец Алексия был сенатором римским, и он был из такого, весьма высокого социального слоя. И все было в жизни его хорошо. Был он юношей красивым и образованным, и невесту ему нашли тоже сенаторского достоинства и христианку, и красавицу.
А дальше происходит то, что очень трудно понять. В ночь после свадебного пира и обручения Алексий вручает ей застежку и перстень как залог того, что они некогда встретятся. Уезжает, неизвестно куда уезжает, из Рима. 17 лет он проведет в городе Эдессе, на другом краю империи, там, где нерукотворный образ Спасителя, первая икона. Проведет, отложивши все достоинства, все знаки своего положения как нищий, всеми презираемый, ну, попрошайка, каких мы сейчас многих видим.
Лет через 17 жители начнут понимать, что это не просто попрошайка – он тогда опять убежит, назад в город Рим, там, где его сначала оплакивали, потом искали, потом опять оплакивали. И даже, как трогательно повествует житие, один из слуг, посланных его отцом, видел его в Эдессе, но не узнал.
Не узнают его и теперь, когда он приходит в дом отца и просит таинственными словами своего родителя: «Прими меня так же, как некто из рода твоего странно пребывает там, где ты не знаешь». И еще 17 лет он проживет под лестницей отчего дома. Эта лестница сейчас украшена барочными узорами, золотом и составляет одну из главных достопримечательностей этого римского храма Святого Алексия.
И через 17 лет после этого чудесного вразумления люди по смерти его уже, во-первых, опознают его как сына хозяина дома, а потом как человека праведной жизни. Его канонизировали почти сразу. Если мы посмотрим, что в восточной, что в западной традиции средних веков сколько раз было переписано житие Алексия, человека божия, то получается, что текста мы не найдем средневекового, который равнялся бы с ним по востребованности.
И, вот, оказывается, что он напоминает нам о том, что христианство – это не бюргерские добродетели. Это не просто стать приличным человеком, это не как у Иудушки Головлева хорошохонько, светлехонько, теплехонько, уютненько, без нужды, без горюшка. Это такого рода отношение к себе и к ближним, когда ценность неба, царствия небесного иной раз требует исполнить слова Евангелия о разрыве здешних отношений, о том, чтобы прорваться к небу через беду, через горе, через то, что не только тебе плохо, но даже, может быть, тем, кто вокруг тебя, тоже плохо. Но ради этой единственной жемчужины, о которой Христос говорит, что ради нее только и стоено жить. Вот такой небанальный святой будет вспоминаться на этой неделе 30 марта.