Как привлечь иностранного туриста - Павел Кларк, Сергей Шпилько - Город - 2005-10-08

С. БУНТМАН – Программа «Город». Итак туристов, приезжающих в Россию стало меньше. Сразу представляю гостей. Сергей Шпилько – президент Российского союза туриндустрии. Здравствуйте. Добрый день.

С. ШПИЛЬКО – Добрый день.

С. БУНТМАН – Павел Кларк – председатель правления Московской ассоциации туристических агентств. Добрый день.

П. КЛАРК – Добрый день.

С. БУНТМАН – Давайте сразу, Сергей Павлович, вы обнародовали цифры вчера на пресс-конференции, насколько я понимаю. Или когда, позавчера это было?

С. ШПИЛЬКО – Вчера.

С. БУНТМАН – Позапозавчера мы читали, а позавчера это было. Что уменьшилось по сравнению с 99-м годом на 6,9 %, по сравнению с 2003-м годом на 9,2 количество прибытия иностранных туристов. А когда у нас был пик?

С. ШПИЛЬКО – Вообще пик был в конце 90-х. А если брать 93-й, пик был перед взятием Белого дома. Конец 80-х – начало 90-х.

С. БУНТМАН – Это увлечение перестройкой: посмотреть на новый Советский Союз, Россию, как свободную страну. Более эмоциональные были, даже несмотря на то, что многое было не готово к приему туристов тогда. Скажите, Павел, вы согласны что ситуация ухудшающаяся сейчас?

П. КЛАРК – Общая ситуация по России, она ухудшающаяся, несмотря на то, что в Москву поток растет. В этом году он вырос на 6, на 7 процентов, но общая ситуация по России, она действительно становится хуже. Но здесь я бы хотел сказать, что не бывает туризма в Москву, бывает туризм в Россию, так же как не бывает туризма в Париж, а бывает туризм во Францию.

С. БУНТМАН – Почему? Мне всегда казалось, что в столицу или в крупнейшие города. Как, например, есть туризм, а есть туризм в Нью-Йорк. Это особая статья. Есть же люди, которые просто приезжают в Москву, в Троице-Сергиву или вместе с Питером.

С. ШПИЛЬКО – Москва, Золотое кольцо, Санкт-Петербург собирают порядка 80 % всего.

С. БУНТМАН – Вот, основной поток у нас получается: Москва, Золотое кольцо, Санкт-Петербург. Давайте тогда сейчас посмотрим. У нас пишут, кроме забавного, замечания в Интернете. Как пишет краевед Лана, что лучше было бы, если Дэн Браун написал что-нибудь таинственное про библиотеку Ивана Грозного обнаруженную, чтобы весь мир это читал, а потом водили экскурсии по местам.

П. КЛАРК – Есть резон, кстати, в такой точке зрения, потому что Новую Зеландию, скажем, открыл «Гарри Поттер». Для туризма массового в Южную Корею они там поставили супермодный сериал, который и в Японии стал очень популярным, это подстегнуло потоки. Такие пиар ходы, они интересные.

С. БУНТМАН – В Новой Зеландии, скорее, «Властелин Колец». Все стали смотреть, где снимали. Все понятно. Но если в Париже, например, дэнбрауновский маршрут «Кода Да Винчи» с массой придуманных на ходу вещей. Я очень плохо отношусь к этой книжке, она увлекательная, но можно было обойтись без тех глупостей, которые там написаны. Но, во всяком случае, народ ходит по этим местам. Но это дополнительный маршрут. В Москве же есть масса всего другого, что можно далеко до Дэна Брауана развить. Давайте сразу посмотрим. Здесь другой у нас слушатель пишет вот так: «Нужен сервис, инфраструктура, доброжелательные лица, стабильная политическая обстановка. Где это все?» Прав ли наш слушатель? И в чем причина снижения потока туристов?

С. ШПИЛЬКО – Прав. Если к этому еще добавить решение вопроса упрощения въезда. То есть страна должна быть просто гостеприимной, профессионально гостеприимной со всем, что выше перечислено было. А причины мы не стали сами выдумывать. Мы опросили 115 туроператоров, которые специализируется в области въездного туризма, и сделали такой рейтинг проблем из 27 регионов страны, которые препятствуют развитию въездного туризма. Вот, я все перечислять не буду. Их здесь много, порядка 30. Но если брать первые наиболее острые: это рост цен на основные услуги, входящие в турпакет для иностранцев и туристов – это главная проблема на сегодня, это недостаток рекламы за рубежом туристских возможностей страны, дефицит современных гостиниц туркласса – это действительно одна из основных проблем, дефицит современных автобусов экскурсионных и т.д., дефицит информации: различные карты, буклеты, уличные указатели и т.д. Кстати, Москва ввела, за что ей спасибо большое, эти указатели.

С. БУНТМАН – Это имеется в виду по всей России, то, что вы сейчас перечислили?

С. ШПИЛЬКО – Да, это по всей России. Конечно, есть и такие причины, как: на седьмом месте оказалось опасение стать жертвой терактов.

С. БУНТМАН – Здесь мы не одиноки.

С. ШПИЛЬКО – Это дефицит современных круизных судов, высокая стоимость тур виз, криминогенная ситуация в стане, неадекватное поведение, злоупотребление в отношении иностранных туристов со стороны сотрудников милиции, таможни, пограничников. Режим регистрации иностранцев на территории страны. Налоговое законодательство и т.д.

С. БУНТМАН – Сейчас я у Павла спрошу. Павел, есть что добавить, прибавить, уточнить в этом списке? Какую бы вы иерархию выстроили? По-вашему, какую бы вы иерархию выстроили?

П. КЛАРК – На самом деле Советский Союз в индустрии провел большую работу, и она достаточно объективная, поэтому мне возразить здесь нечего, добавить тоже. Единственное, что хотелось бы сказать. Что поездка иностранца в нашу страну начинается с получения визы. А это кончено ужасная ситуация, то, что происходит. Во-первых, разброс цен, визы варьируются с 25 евро до 180 евро.

С. БУНТМАН – Это как, поясните?

П. КЛАРК – Это зависит, во-первых, от страны, потому что в каждой стране устанавливаются свои тарифы, от срочности получения визы. То есть визу можно получить и за неделю, и за две недели, и за один день. Только цена будет разная. Наверное, было бы правильно, чтобы наши консульства за границей все-таки ориентировались и зарабатывали деньги не на срочность получения визы, а на количестве туристов.

С. БУНТМАН – Я сейчас хочу уточнить. Правильно ли я понял, что зависит не от страны, а от страны, откуда въезжают, да?

П. КЛАРК – Да.

С. БУНТМАН – То есть, скажем, в какой-нибудь азиатской стране… Вы можете привести примеры?

П. КЛАРК – Каждое консульство оно устанавливает, например, в Италии 28 евро, в Испании 59 евро стоит виза средняя.

С. ШПИЛЬКО – Я могу вас сказать, что, допустим, во Франции 35 евро, до 300 с лишним, если за один день. Вы знаете. Я только хотел вот, что подчеркнуть, если можно, в этой связи. Конечно, это очень большая проблема и не только от срочности, там много других проблем. Насколько выдается виза, какие документы нужно оформлять, нужно ли французу ехать в консульство из другого конца страны для того, чтобы оформить эту визу или можно это сделать по электронной почте, как у нас Испания собирает документы, и те же Штаты, кстати, тоже. Это многократная виза или немногократная. Вы едите, вы получаете фактически сразу как минимум двух-, трехкратную визу. За сколько она выдается. В Англии пожалуйста, за два – три дня вы получаете. Во многих, кстати говоря, странах западноевропейских. Если говорить по существу, то проблема в чем, та система, которая сейчас существует, она была создана лет 10 назад, наша фискальная визовая политика.

С. БУНТМАН – А, по-моему, именно 10. У меня такое ощущение, что 95-й год был ключевым.

С. ШПИЛЬКО – Дело в том, что в МИДе в свое время пошли по такому пути, что мы не будем пытаться, это очень тяжело - выбивать деньги из Минфина, дайте нам возможность зарабатывать. Нынешнее руководство МИДа придерживается достаточно конструктивной позиции, то есть это профессионалы действительно, дипломаты, они понимают, что система не адекватна мировой практике.

С. БУНТМАН – Ну так что мешает ее изменить?

С. ШПИЛЬКО – Изменить ее мешает, на мой взгляд, в первую очередь позиция того же Минфина, потому что нужно обрабатывать большое количество виз. Здесь просто нужно выделить деньги из федерального бюджета. Это очень на самом деле небольшие суммы, которые исчисляются, может быть, несколькими десятками (двумя – тремя), десятками миллионов долларов в расчете на год, для того, чтобы страна в своих консульствах (действительно, с кем встречаются в первую очередь - с консульскими сотрудниками), во-первых, выглядела достойно, во-вторых, чтобы они могли по количеству людей, по тому, как они оборудованы, эти консульства, чтобы они могли обрабатывать эти большие потоки, чтобы они могли вести электронный прием этих документов, обработку. Этот вопрос технический сегодня в первую очередь упирается в то, чтобы Минфин или правительство, если хотите, выделил необходимое количество средств для этой работы. Что касается МИДа, я еще раз говорю, департамент консульской службы мне кажется, сейчас настроен конструктивно.

С. БУНТМАН – Геннадий, наш слушатель тут же выступил с высокопатриотическими заявлениями: «Все, что вы сказали о получении виз, точно такие же проблемы существуют например, при получении визы в Швейцарию. Там тоже разброс в зависимости от срока, от 80 франков до 500. А визу за один день не получите для туриста ни за какие деньги. Так что ваши объяснения не понятны».

П. КЛАРК – Если можно, я очень коротко прокомментирую. Я не хочу сказать, что у нас нет проблем с визовым обеспечением российских граждан, выезжающих в другие страны. Я хочу сказать об одном, о том, что Швейцария – это одна страна, а если брать большинство европейских стран, то на моей памяти за 10 лет многократных с ними конфликтов ситуация категорически улучшилась, улучшилась принципиально очень по многим странам. Другое дело, что нельзя… я против этой позиции, как вы к нам, так и мы к нам.

С. БУНТМАН – Вы не понимаете. Хотите объясню патриотическую технологию? Сейчас за две секунды я вам объясню патриотическую технологию, как это делается. Делается так. Геннадий, извините, вашу технологию объясняю. Берется самый сложный плохой тяжелый случай из зарубежной жизни. И говорится, а у нас не хуже. И все, и больше ничего не надо делать. Это называется патриотическая технология.

П. КЛАРК – Если можно… просто этот вопрос очень политический и принципиальный. Часто слышишь, пусть они к нам лучше, и мы к ним тоже. Но нельзя забывать две вещи. Наша страна является объективно миграционно опасной для других стран. Как по транзитной эмиграции, так и сами доноры этих эмиграционных потоков. У нас были такие случаи. Недавно автобус почти целый с осетинами остался в Европе и т.д. А те страны являются миграционно безопасными по отношению к нам, и та же Швейцария, и Япония и любые другие. Поэтому предъявлять одинаковые требования объективно нельзя. А потом та позиция, которую мы в результате выработали в области визовой политики тогда еще, в 90-е годы, она опасна не только с точки зрения того, что мы не добираем доходов на туристах. Она опасна и с точки зрения безопасности, потому что когда мы за деньги выдаем эти визы направо и налево в миграционно опасных странах: в Пакистане, и в целом ряде других – это что, не проблема.

С. БУНТМАН – Вот еще.

П. КЛАРК – Еще о безопасности. Если визу можно получить, заплатив деньги, за полдня. Как это согласуется с представлениями о том, что…

С. БУНТМАН – Вот. Здесь это правильно подчеркнуто. Хорошо. Если будет, что прибавить нам о визах, о системе, о ценах, о неразборчивости и задирании носа по отношению в основном к странам, которые могут стать источниками, что греха таить, богатого обеспеченного туриста, который сможет стать хорошим потребителем в России. Следующее. Павел спросил, какую следующую после оформления вы бы отметили причину снижения потока туристов в Россию?

П. КЛАРК – Я думаю, что это, наверное, цена на туристическую поездку в Россию. Цена растет ежегодно. Причем за последние несколько лет она выросла в два, а то и в два с половиной раза. То есть сейчас она приравнена к 1400 – 1500 евро. Это достаточно дорого, потому что за эти деньги…

С. БУНТМАН – Это включает перелет?

П. КЛАРК – Да. За эти деньги люди могут поехать и в Лондон, и в Париж. Я уже не говорю о других странах Восточной Европы. Поэтому зачастую они выбирают именно поездки в более дешевую Восточную Европу и в другие страны. Цена растет не по дням, а по часам.

С. ШПИЛЬКО – В Европу, я извиняюсь, Восточную получится в 2 раза дешевле. А если «Лоу кост» компании, этими бюджетными авиакомпаниями, то студенты пьют пиво в Лондоне, потом едут в аэропорт, платят 30 евро и продолжают его пить в Кракове через пару часов. Как только пустили эти бюджетные компании, за год в Польше на треть вырос въездной турпоток.

С. БУНТМАН – Разве они не летают в Россию?

С. ШПИЛЬКО – Две компании в Домодедово. Но все-таки там не 30 евро, конечно, там 100.

П. КЛАРК – Да, там 99 евро, по-моему.

С. БУНТМАН – Следующее. Можно ответить, что там богатые люди могут и заплатить, чтобы увидеть нашу великую страну.

П. КЛАРК – И платят.

С. БУНТМАН – Но немногие получается.

П. КЛАРК – Меньше одного процента мирового турпотока, даже если считать не тех, которые официально указали, что они с туристскими целями, а если взять все 22 миллиона с лишним, которые к нам въезжают за год, все равно получается около одного процента международных прибытий. Вы сами понимаете – на долю такой страны.

С. БУНТМАН – Понятно. Из чего складывается вот такая высокая цена, кроме перелета?

П. КЛАРК – Причем цены растут на все: на гостиницы цены растут постоянно. Ежегодно мы наблюдаем рост цен в России. На основной переезд из Москвы в Питер, на железную дорогу тоже цена растет, причем в разы растет. Цена на экскурсии, на музеи, на услуги гидов.

С. БУНТМАН – Извините, здесь бы я открыл скобки. Есть еще такая вещь не столько экономическая, сколько психологическая, с которой мы сталкиваемся постоянно. Сейчас на той неделе должны дети приехать из лицея французского. Они изучают русский язык, все еще изучают русский язык и все еще хотят это делать. У них обмен будет с Нижним Новгородом. Можно, конечно, смеяться сколько угодно: французские с нижегородскими. Но у них с Нижним Новгородом обмен. Они, естественно, два дня хотят провести в Москве, чтобы увидеть, пойти в Кремль. Меня попросили узнать цены. Наши ребята, референты, узнали цены. Когда мы посмотрели это, насколько больше платит иностранец , не гражданин России, за все: за музеи, за экскурсии в Кремль, за гида. При этом ведь не могут люди устроиться с иностранными языками, как не могли в 70-х, не могут и сейчас. У нас два гида с французским языком. Группа, я понимаю, не больше 15-ти человек, это понятно, мне это ясно, хрупкое все, и надо небольшие группы водить. Но гидов не хватает с языком. Потому у нас в один день двум группам школьников не получится пройти. Вот как это?

С. ШПИЛЬКО – Вы знаете, я хочу сказать, с одной стороны, да, дороже, чем у нас (мы сравнивали цены на музеи), получается только, если брать такие наиболее известные наши музеи, как «Тауэр» и «Музей Ватикана».

С. БУНТМАН – А это дорогие музеи?

С. ШПИЛЬКО – Это дорогие музеи. Я не говорю, «Мадам Тюссо» и т.д. С другой стороны, если говорить о музеях Московского Кремля и об Эрмитаже, то эти два лидера на рынке, мы им благодарны, потому что они в прошлом году первый год, когда они (была огромная работа в этом направлении проведена) не повысили цены. И это впервые за последнее время.

С. БУНТМАН – Я должен, кстати, сказать, что музей Кремля, здесь, это не их вина. Это установление, которое есть. Они-то делают все возможное и они оптимизируют. А то, что им не дают ставки на экскурсоводов, это не их вина.

С. ШПИЛЬКО – Я извиняюсь, что я перебиваю. Более того, нельзя не сказать спасибо комендатуре Московского Кремля, потому что они пошли на то, чтобы пускать не в 10, а в 9.30. На самом деле они много делают объективно для того, чтобы улучшить ситуацию, но общая тенденция, она без комментариев.

С. БУНТМАН – Понятно. Принципиальный вопрос задает Андрей, типичный вопрос, тоже, обожаю эти вопросы: «Уважаемые господа, а нужны ли нам дешевые заграничные туристы? Как правило это наркозависимая молодежь, всякие больные венерическими заболеваниями и т.п. шелупонь. Может быть ограничиться состоятельными людьми?»

П. КЛАРК – Как правило, это пенсионеры. Они составляют самое большое количество.

С. БУНТМАН – Наркозависимые пенсионеры, да?

П. КЛАРК – Нет, это люди, которые заработали нормальные деньги и…

С. БУНТМАН – Называется без порток, а в шляпе. В гордой позе, главное, постоять, от этого увеличится благосостояние страны. Мы продолжим наш разговор. Но я бы хотел еще. Есть ли у нас реальные возможности? Как вчера вы сказали, что необходимо принять безотлагательные меры. Можно ли их принять, если это не дежурный призыв? А что можно действительно сделать? Перечислить причины – мы к этому перейдем через 5 минут после кратких новостей.

НОВОСТИ

С. БУНТМАН – Мы продолжим говорить о туризме в России. И у нас гостях Сергей Шпилько - президент Российского союза туриндустрии и Павел Кларк - председатель правления Московской ассоциации туристических агентств. Вот, мы поговорили о цене, что дорого съездить в Россию. Хотя очень забавно Александра здесь возмущается, что в Ростове Великом в Музее Кремля одинаковая цена для иностранцев и для школьников. Браво, Ростов Великий!

С. ШПИЛЬКО – Сейчас скорее должно возмущать, что она разная. Другое дело, что для отдельных категорий (школьники), для них, конечно, желательно, чтобы были льготы.

С. БУНТМАН – Самое интересное, что для пенсионеров всех стран, которые могут объединяться, для школьников всех стран, которые тоже могут соединиться, должны быть скидки. Я очень благодарен французскому государству, которое мне как стажеру университета делала всевозможные скидки во все очень дорогие музеи, за исключением музея восковых фигур «Грелен». Вы «Тюссо» упомянули. А вот за исключением «Грелена» делали все скидки. Потому что это тоже фактор гостеприимства. Давайте сейчас еще перечислим вот эти причины. И теперь посмотрим, как их можно устранить. Наверное, гостиницы, наверное еще есть автопарк, есть инфраструктура, информация. Я бы информацию поставил не в первую очередь, потому что информация… все-таки надо нарастить НТБ материально-техническую базу.

С. ШПИЛЬКО – Вы знаете, не могу согласиться по поводу информации. На самом деле проблема очень большая, потому что сегодня то, насколько подробно, внятно мы можем из того же Интернета получить информацию о том, куда, на каких условиях можно добраться, это важнейший фактор мировой конкурентоспособности турпродукта. Если говорить о том, что можно сделать, здесь есть и причины, которые сложно быстро устранить. Например, дефицит гостиниц. Ясно, что это в первую очередь результат в целом не очень мажорного инвестиционного климата, того, что сроки окупаемости гостиницы 4-звездки, даже 3-звездки, они зашкаливают далеко за 7 лет, а офис в центре построить – это 3 – 3,5 года, а жилье – это 1,5- 2 года и т т.д и торговые площади. Но тем не менее есть вещи, которые может решить государство реально и быстро. Приведем пример, кто мешает тому же Минфину выделить эти несколько десятков миллионов долларов, улучшить положение наших консульских служб, чтобы визы стали… в Лондоне же договорились сейчас, что по всему ЕСу для россиян будет стоить 35 евро. Почему не сделать встречный шаг таким образом. Я думаю, что это и будет на самом деле сделано в такой достаточно ближайшей перспективе. Возьмем другую очень острую проблему – современные автобусы. Я не говорю о том, что наши автобусы уже… не то, что наши, те дешевые, которые по лизингу закупают. Там в общей сложности с налогами и с таможенными пошлинами получается, что нужно доплатить 40 % к стоимости автобуса, чтобы ввезти. Это примерно на 60 – 70 тысяч евро дороже, чем если покупать его в Польше или в Литве. Но это же и вопрос безопасности. Сколько у нас сейчас случаев с этими автобусами. Япония сейчас ввела условие, что своих туристов туроператоры могут отправлять за рубеж только при условии, что они будут обслуживаться автобусами с определенными системами безопасности.

С. БУНТМАН – Сергей Павлович, причем Россия может здесь пасть жертвой ситуации, которая складывается в других странах. Например, ситуация, которая в Египте с транспортом. Многие страны введут раньше, чем Россия обзаведется современным и безопасным парком автобусов, могут ввести санкции почти такие же, как самолетные. Причем не столько из-за нас, где все-таки меньше случается таких вещей, чем в супертуристических экзотических странах, чем в Египте, в Турции, где гораздо больше водят еще люди уровня наших маршруток. У нас проблемы с маршрутками, а в плотных туристических странах проблема с туристическими перевозками – это аналогичные проблема: не квалификация, плюс техническая база.

С. ШПИЛЬКО – Почему не снизить таможенные пошлины, все равно в ВТО вступать, все равно придется их снижать. Лучше это сделать раньше, не запустив ситуацию. То же самое с круизными судами. У нас дефицит острейший круизных судов. Сами не строим. Заказали теплоходы в Германии. Не могут реализовать проект, потому что нужно 23 % сверху заплатить. Но сверху заплатить 23 %, это не 9 лет срока окупаемости, а уже 12 -14. Кто пойдет?

С. БУНТМАН – Это из-за пошлины?

С. ШПИЛЬКО – Налог: 18 НДСа, плюс 5 %. 23 %, хоть убейся. Это нужно быть человеком рисковым, чтобы пойти на такие инвестиции. И это почему нельзя решить? Да эти суда, они на территории страны налогов дадут в течение одного – двух лет на порядок больше, чем можно содрать с этой фирмы, которая их пытается ввезти в страну.

С. БУНТМАН – Что это? Недостаток стратегического мышления, как вы считаете, господа?

П. КЛАРК – Здесь, наверное, трудно давать какую-нибудь оценку, потому что все виды транспорта, они составляют для нас проблему. Сергей Павлович сказал по поводу автобусов круизных, но самолеты – летать-то не на чем. «Аэрофлот» и национальные перевозчики не могут посадить, не могут вместить тех пассажиров, иностранных туристов, которые приезжают в Москву, поэтому львиная доля пассажиров, туристов прилетает чартерами, причем чартерами прилетают иностранными: итальянскими, испанскими, немецкими. И все та же проблема – нехватка самолетов. У того же «Аэрофлота» дефицит бортов – 27 – 30 бортов.

С. ШПИЛЬКО – В одних случаях это лоббирование нашего автопрома, если говорить об автобусах, а если брать шире, это просто невнимание к этой сфере, как и ко многим отраслям, которые могут обеспечивать реальную структурную перестройку экономики. Ну что с туризма взять, легче брать за визы и получать сразу в бюджет, чем собирать налоги сразу с тысячи предприятий, ресторанов, которые сувенирку делают, чтобы аккумулировать эти средства.

С. БУНТМАН – Визы – это реальные деньги от своих.

С. ШПИЛЬКО – Понимаете, ни газ, ни нефть. Это совершенно другой бизнес, более тонкий, более сложный. Либо государство делает на него ставку, и тогда оно делает просто все то же самое, что делают другие государства, как Польша, например, Венгрия.

С. БУНТМАН – А что делает сейчас Польша, например?

С. ШПИЛЬКО – Польша в следующем году выделяет на рекламу своих туристских возможностей больше 60 миллионов евро, а у нас из федерального бюджета выделяется порядка трех, если говорить именно о рекламе и научных исследованиях в этой области. И что? Румыния больше сейчас выделяет.

П. КЛАРК – На самом деле мы плавно переходим к тому, а что делать, собственно говоря. Я здесь хотел прокомментировать то, что Сергей Павлович сказал в самом начале.

С. БУНТМАН – Смотрите, это по заказу сделано! Сейчас «Си Эн Эн» включено, новостная программа, пока мы говорили об информации, о туризме в восточно-европейских странах, я просто здесь смотрю какой-то умопомрачительный клип о Вильнюсе. Пожалуйста, Павел.

П. КЛАРК – Пик прибытия иностранных туристов пришелся на конец 80-х – начало 90-х. Да в 80-е годы в начале миллионы приезжали. Почему? Потому что была государственная политика показать советский образ жизни, потом перестройку, иностранным гражданам. Миллионами издавались и тиражировались рекламные брошюры и распространялись через представительства тогдашнего министерства, Госкоминтуриста. И возили мы туристов, я еще в то время в «Интуристе» работал, и на ВАЗах, и на ЛИАЗах, это было унизительно, но тем не менее.

С. БУНТМАН – Но тогда это было. Я не хочу, чтобы они ехали в супер экзотику, в какой-то заповедник с непонятной огромной страной с совершенно другой жизнью, а сейчас-то мы хотим показать страну с глубочайшей историей, очень красивую, с множеством вещей. Но для этого теперь недостаточно, здесь надо делать идеологическую накачку.

П. КЛАРК – Не может все ложиться на плечи туроператоров. Государственная идея, а ее нет.

С. БУНТМАН – Борис здесь спрашивает: «На каком месте проблема стимулирования иностранного въездного туризма в Россию стоит в планах правительства? Ведь во многих странах туризм стал развиваться после того, как правительства этих стран приняли соответствующие меры».

С. ШПИЛЬКО – Вы знаете, не такой простой вопрос, потому что с одной стороны надо отдать должное. Нельзя сказать, что сейчас федеральное руководство (кстати, и региональные тоже), оно вообще не уделяет внимания этим вопросам развития туризма. Президента эпизодически в выступлениях рассказывает эту тему вполне значимо, у премьер-министра, у Германа Оскаровича Грефа, на президиумах заседания Госсовета уже несколько раз обсуждался вопрос. Отдельное агентство создали федеральное по туризму. То есть понемногу маховик раскачивается, но, к сожалению, очень медленно. И одно дело эти слова и другое дело… понятно, вводят тоннель на Красную поляну, и другое дело – эти простые… сейчас обсуждают вопрос введения свободных экономических зон туристско-рекреационных вслед за промышленным производством. Будет в ближайшее время, насколько я знаю, внесен соответствующий законопроект, И это хорошо. Вы пошлины снизьте на автобусы и круизные суда, вы снизьте стоимость на самолеты, то есть сделайте первые шаги, которые находятся в вашей прямой компетенции.

П. КЛАРК – И уж тогда, Сергей Павлович, освободите от НДС туроператоров, которые занимаются визовым туризмом, которые привлекают иностранную валюту.

С. ШПИЛЬКО – Это же экспорт. Посмотрите платежный баланс. У нас же по статье «Поездки» в платежном балансе Банк России показывает дефицит 10,5 миллиардов долларов США. Но показывает въездной туризм в статье «Экспорт». Если эта статья «Экспорт» с точки зрения того же Банка России, верните НДС, если это для всех очевидно, что это экспортной вид деятельности.

С. БУНТМАН – Логично получается. Что нам пишут. «Забугорных туристов пугает гражданское общество непуганых клептоманов». Что вы имеете в виду, господа, что у нас на каждом углу все тырят? Простите меня, не правда, не больше, чем где бы то ни было. И не это отпугивает, потому что в любом приличном месте, где может быть меньше написано, «осторожно, держите бумажники ближе к орденам». И случается масса всего. Россия в этом отношении не самая такая страна, не надо заниматься тем: или мы самые великие, или мы самые убогие. Обычные, такие же, как и все, только организовывать жизнь надо свою. «Почему у нас очень мало уделяется внимания целевому туризму, охоте, рыбалке?» В смысле въездной.

С. ШПИЛЬКО – Здесь ситуация тоже не совсем такая. Что значит, внимание уделяется? На самом деле это сегмент очень востребованный рынком, супервостребованный. У нас на Кольском полуострове порядка 18 баз рыболовных, которые работают, в основном, на иностранцев. Туры от 3 тысяч долларов, а, может, сейчас евро и выше, на семгу незарыбленную, такую естественную.У нас едут иностранцы и в дельту Волги, и на Таймень едут в Сибирь и т.д. Но опять возникает очень много технических проблем. Первое – чтобы развивать вообще экологический приключенческий туризм, включая спортивную охоту, рыбалку, нужны маломерные суда, импортные желательно, нужна малая авиация, потому что сплошь и рядом без нее не доедешь. Опять это вопрос тех же таможенных пошлин. Это вопрос других формальностей. Например, вы знаете, что у нас существует сертификация маломерных немоторных судов. То есть если мы байдарку грузоподъемностью 150 килограмм не зарегистрировали в ГИМСе (Государственная инспекция маломерных судов), то вас в мае, когда они выходят на охоту, на любой речке могут тормознуть, изъять эту байдарку и либо вы платите по 50, по-моему, или эквивалентную сумму 50, больше 50, либо идите дальше пешком. Понимаете, либо катамаран вместимостью до… Почему тогда лыжи не регистрировать, почему велосипеды не регистрировать? Там тысячи людей кормятся на этой ерунде, которая конечно с гостеприимством ничего общего не имеет, с безопасностью тоже. Я уже не говорю, это уже проблема егерей, колоссальная проблема егерей, потому что сплошь и рядом едут на егеря именно, а не на фирму. А попробуйте вырастить в нашей стране егеря, который не будет пить, будет говорить на иностранных языках, будет внахлыст ловить… Сколько лет нужно на это потратить? Чтобы он внахлыст ловил лучше, чем человек, который к нему приехал, а тот ловил с 10 лет в английском клубе, которому 300 лет. Понимаете?

С. БУНТМАН – Дело в том, что их можно воспитать, но здесь есть еще одна вещь. Сейчас, как всегда по всякому поводу по Руси, идет стон по разным всяким вещам. Один из стонов – это не задействованность и непривлекательность такой работы для очень многих толковых интереснейших людей. Существуют люди с прекрасным образованием, те же самые биологи, выпускники университетов. Существуют студенты, которые на это направлены. То есть не с пеленок можно воспитывать тех же самых егерей, если о них говорим. Но если это сделать интересным, современным, чистым, привлекательным для хороших ребят, то это вполне возможно.

С. ШПИЛЬКО – У того контингента, о котором вы говорите, есть одна проблема – психологическая. Нужно для этого, чтобы этим людям доставляло удовольствие обслуживать других, а это как правило… у нас же не мало таких, когда егерем работает человек, который взял несколько пиков семитысячников, он не столько их обслуживает, сколько грузит рассказами о семитысячниках и песнями под гитару. Это должен быть определенный психологический склад высококвалифицированного человека, которому нравится оказывать услугу другому.

С. БУНТМАН – Мы подошли к очень важной вещи. Павел и Сергей Павлович, это обслуживание. То есть здесь есть еще: или «я лакей, который иноземцу водку подносит и деву в баню вводит, или я гордый философ» - одно из двух. А человек, который… это меняется сейчас потихоньку. И абсолютно достойно можно работать и в ресторане, и в гостинице. Это меняется и вот здесь тоже взаимное движение должно быть по воспитанию такого человека. Но это уже изменение психологии общества, это тоже долгий процесс. Давайте резюмировать, господа. Можно ли, и какова будет тенденции дальше, как вы думаете? И еще раз резюмируем, какие нужно принять меры. Пожалуйста, Павел, потом Сергей Павлович завершит.

П. КЛАРК – Всегда, наверное, хочется смотреть в будущее с оптимизмом и надеяться на то, что мы вернемся к доперестроечному потоку иностранных туристов в Москву и в Россию. По крайней мере туроператоры, которых мы сегодня с Сергеем Павловичем представляем, делают все возможное и невозможное для того, чтобы это произошло. Мы можем это гарантировать на все 100 %. Но другое дело, что мы зачастую не в полном объеме ощущаем поддержку государства как в лице федерального агентства, и в лице региональных органов власти. К сожалению. Мы открыты и надеемся на диалог. Поэтому смотрим в будущее с оптимизмом.

С. БУНТМАН – Пожалуйста, Сергей Павлович.

С. ШПИЛЬКО – Если не будет ничего предпринято из того, что мы здесь сказали, довольно много чего сказали, хотя бы этот скромный перечень…

С. БУНТМАН – А что мы не сказали, кстати говоря? Если очень коротко.

С. ШПИЛЬКО – Мы не сказали, что что-то нужно делать с режимом регистрации иностранцев в стране. Когда иностранец едет с Шенгенской визой через все страны, приезжает сюда и должен, если он не в гостинице живет, регистрироваться в каждом городе в течение трех дней. Это же средневековье. И таких примеров можно привести много. Если не будут предприняты шаги в этом направлении, не увеличены средства федеральные из бюджета, реклама туристских возможностей страны, снижена таможенная пошлины, не упрощены туристские формальности для, я подчеркиваю, миграционно безопасных экономически развитых стран только, и целый ряд таких шагов не будет предпринят, то тогда в течение 3 – 4 лет у нас будет в лучшем случае стагнация потока, в худшем случае эти, мягко говоря, скромные турпотоки будут еще снижаться. Если эти меры будут предприняты, даже снизить стоимость виз, будет проще их получить, это позволит переломить эту тенденцию и действительно наращивать даже в ближайшей перспективе, в течение 2 – 3 лет, эти потоки активно увеличивать, создавать рабочие места, реальные доходы, налоги. Хотя, кончено, это такие вещи, их за год переломить сложно. Три года назад предупреждали, когда туризм рос вовсю, мы предупреждали, что этим кончится. Сейчас пришли к этой ситуации, что не повернуть ее вспять, либо нужны меры недорогие. Вот, что самое обидное, о копейках на самом деле в масштабе федерального бюджета идет речь.

С. БУНТМАН – Спасибо большое. И мы сейчас обсудили эту проблему. И у нас в гостях был Сергей Шпилько - президент Российского союза туриндустрии и Павел Кларк - председатель правления Московской ассоциации туристических агентств. Спасибо. У нас и следующая передача посвящена туризму, но там уже наши практические вещи. Ситуация тревожная Хочется, чтобы мы были нормальным хорошим гостеприимным домом, для этого надо стараться. Спасибо большое.

С. ШПИЛЬКО – Вам спасибо.

П. КЛАРК – Спасибо.