Юрий Трофимов - Непрошедшее время - 2015-07-26

Майя Пешкова― По счету 15-й фестиваль «Интермузей», проходивший по традиции в Манеже с 11 по 15 июня, стал историей. Но для меня это ежегодное событие в мире культуры значимо, и часто возвращаюсь мысленно к мероприятиям, встречам, книгам, проектам. Фестиваль с его многоголосьем ждут не только музейщики, где представляют не столько отчеты, в которых захватывающие истории, рассказы, перспективы развития и многое другое, словом та информационная радость, без которой жизнь видится скучноватой. 232 музея страны и некоторые зарубежные государства были представлены в этом году. Запала я на фестиваль, простите за жаргонизм, на который всегда зову друзей с домочадцами, и которые после посещения Манежа мне говорят об открытии знаний и неизведанных сокровищ, где провести лето, куда податься. Тема фестиваля этого года «Развитие музея. Развитие территории». Запала. Мне очень нравится это слово на выступлении Юрия Трофимова, кандидата исторических наук, директора Омского музея изобразительных искусств. Как здорово он выступал! Не поленилась, заглянула на сайт. «Омский областной музей изобразительных искусств, - там написано, - имени Врубеля – гордость города и области. В его великолепных залах представлено огромное количество музейных сокровищ, все виды и жанры изобразительного искусства». Далее я вас не стану мучить цитатой, но только скажу, что строим маниловские планы на нынешний летний сезон в ожидании господина директора, подумалось: «Не променять ли мне поездку на Запад на поездку в Омск, тем более что там такие грядут события». О чем я говорила с Юрием Трофимовым.

Как давно этот музей создан? Сколько ему лет?

Юрий Трофимов― Нашему музею 90-лет. Он был создан в 1924 году. В декабре прошлого года мы праздновали 90-летие. Совместили свое 90-летие, мы широко отметили и юбилей Эрмитажа. Эрмитажу было 250 лет в декабре прошлого года. В связи с этим еще и потому, конечно, что мы работаем над созданием центра Эрмитаж-Сибирь в Омске, была сделана программа «Наш Эрмитаж». Она включает в себя выставку «Наш Эрмитаж». Это экспонаты, которые показаны в постоянной экспозиции нашего музея. Их несколько десятков. Это те экспонаты, которые либо поступили из Зимнего дворца при формировании музея, либо имеют аналогии с коллекцией Государственного Эрмитажа. Таких около 50. И чем больше мы изучаем нашу коллекцию, тем больше выявляется аналогий с Эрмитажем, тем больше предметов, оказывается, имеют происхождение из коллекций Эрмитажа. Сейчас, буквально накануне фестиваля «Интермузей» мы издали книжку «Наш Эрмитаж». Это каталог, альбом выставки. Здесь мы представили с подробной аннотацией каждый такой экспонат.

М. Пешкова― Проследили ли Вы судьбу этих экспонатов? Как они попали из Санкт-Петербурга в Омск?

Ю. Трофимов― Очень интересное исследование. Безусловно, мы… Каждый год сотрудники музея выезжают в Санкт-Петербург и работают в архиве Эрмитажа с тем, чтобы узнать судьбу и происхождение наших экспонатов, предметов нашей коллекции и о том, что после революции в 20-е годы прошлого века был Государственный музейный фонд. Он формировался из разных коллекций: из дворцов, из частных собраний. И уже из общего музейного фонда государственного передавались предметы в музеи, иногда и в регионы. Благодаря нашему 1-му директору, Милёхин, он настоятельно просил, чтобы в 1-ю картинную галерею в Сибири попали предметы из Государственного музейного фонда.

М. Пешкова― А после этого где еще открылись картинные галереи? В каких городах Сибири?

Ю. Трофимов― Ну, сейчас в каждом крупном городе есть картинная галерея, не только в крупном, но и в городах их многие десятки. В Омске в свое время 1-я в западной Сибири картинная галерея образовалась – 1924 год. И в первые пять лет существования из Государственного музейного фонда 5 тысяч экспонатов поступило к нам. Это костяк нашей коллекции. Сейчас в нашем музее 10 тысяч экспонатов. Постоянно формируем нашу коллекцию. Ежегодно несколько сотен экспонатов поступает в наши фонды.

М. Пешкова― Каким образом нынче формируется коллекция? Вы выбираете по каким-то каталогам? Как экспонаты из центра России попадают в Сибирь, в частности в Вашу галерею?

Ю. Трофимов― Наш музей сейчас формируется несколькими направлениями. 1-е из них – это дары, дары современных художников. Мы делаем выставки, договариваемся с художниками. И к нам поступают эти произведения не только сибирские, но и в целом лучших художников России. В нашем музее несколько коллекций. Это западноевропейское искусство и русская живопись XIX века. Это и скульптура, и графика, и народное искусство, и археология, и фарфор, и стекло. То есть коллекции многообразные. И мы все стараемся формировать. Конечно, большей частью формируется современное искусство. 1-е – дары, я повторюсь. 2-е – это закупка. И 3-й путь – экспедиции, потому что музей ежегодно выезжает в экспедиции в регион, в районы нашей области. В Омской области замечательные народные искусства, по-моему, дополняются ежегодно. Это и декоративно-прикладное искусство.

М. Пешкова― Кружева – это ваш промысел или нет?

Ю. Трофимов― Не совсем, я бы сказал, наш промысел. Вот лоскутное, конечно. Лоскутное, игрушка, это замечательная роспись по дереву, все это есть. Этот фонд пополняем. Надо сказать, что очень внимательно относимся к хранению, изучению, реставрации экспонатов. И сейчас у нас в Омске крупнейшие в Сибири реставрационные мастерские. Мы не только пополняем коллекции, мы следим за тем, чтобы они достойно и правильно изучались, хранились и реставрировались.

М. Пешкова― А принимаете ли Вы экспонаты других музеев на реставрацию?

Ю. Трофимов― Это бывает, конечно. В 1-ю очередь мы занимаемся своими коллекциями. При обращении к нам других музеев мы никогда не отказываем, мы стараемся помогать нашим коллегам. Ежегодно мы проводим несколько семинаров по реставрации и стараемся сделать так, чтобы Омск стал площадкой для изучения, для реставрации и площадкой для обучения реставраторов всей Сибири. Например, в июне традиционно у нас проходит международный семинар по изучению реставрации западноевропейской живописи. Он же 3-й. Я только недавно приехал на фестиваль музеев непосредственно после того, как кончился семинар в Омске.

М. Пешкова― Похвастайтесь, какие работы Вы отреставрировали.

Ю. Трофимов― У нас 15 реставраторов в мастерских по всем материалам. И, конечно, есть реставраторы по живописи. Мы реставрируем экспонаты и XVII, XVIII, XIX веков.

М. Пешкова― Где учились Ваши реставраторы этому искусству?

Ю. Трофимов― Реставраторы у нас обучаются прежде всего, конечно, в столицах. В Москве, в Санкт-Петербурге проходят стажировки. У нас хорошие связи с различными институтами реставрации в Москве и с Эрмитажем, конечно. В этом году мы планируем провести семинары о реставрации от Эрмитажа по реставрации камня и скульптуры. Это будет осенью. В Москве мы очень хорошо сотрудничаем с Государственным институтом реставрации ГосНИИР, и они как и наши голландские коллеги участвуют в большом семинаре в июне. В этом семинаре участвует 11 регионов от Урала до Дальнего Востока, до Владивостока. Каждый музей старается прислать своих кураторов и реставраторов на эти семинары. Мы вместе обсуждаем проблемы, связанные с изучением западноевропейского искусства. Это очень интересный семинар. Он традиционный. Мы надеемся на его продолжение.

М. Пешкова― Я хотела спросить, в каком помещении размещается Ваш музей? Это что? Новое здание? Или это какое-то старое реставрированное? Насколько я понимаю, в Сибири не прокатилась Великая Отечественная война. То есть Сибирь не бомбили. Значит, все здания целы? Я правильно понимаю?

Ю. Трофимов― Да. И у нас сейчас два здания. Они оба являются памятниками истории и культуры регионального значения. Старейшее из них – это бывший дворец губернатора западной Сибири. Ему 150 лет. 2-е здание, мы называем его Врублевский корпус. Именно там находятся полотна Врубеля в нашей экспозиции. Это здание столетней давности. И там, и там есть экспозиции и помещения для хранения фондов. И там, и там есть реставрационные мастерские. Мы сейчас находимся на пороге реконструкции нашего 3-го здания, потому что…

М. Пешкова― Кому оно принадлежало до революции?

Ю. Трофимов― До революции оно принадлежало страховому обществу «Саламандра» и было построено петербургским архитектором Веревкиным. Ему тоже 100 лет. Такой небольшой уголок Санкт-Петербурга в Омске.

М. Пешкова― И улицы там тоже расположены как в Петербурге? Круг и расходящиеся лучи или нет?

Ю. Трофимов― Не совсем так. Я бы сказал, что там есть несколько зданий, которые построены архитекторами из Санкт-Петербурга. И улица носит название Музейная. Именно там в свое время в XV веке возник 1-й в Омске музей. Потом он переехал в другое место, но улица название Музейная свое сохранила, и вот сейчас…

М. Пешкова― Боже мой! Как интересно!

Ю. Трофимов― … именно там появляется на этой Музейной улице памятник истории культуры 100-летней давности, появляется центр Эрмитаж-Сибирь. Реконструкция этого здания входит в план празднования 300-летия города Омска. На будущий год ему 300 лет. Это был сибирский город, который был основан…

М. Пешкова― Он студенческий?

Ю. Трофимов― … Петром I.

М. Пешкова― Боже мой! Какие тесные у вас исторические связи…

Ю. Трофимов― 1716 год. Да. Это сибирский град Петров. Мы такие связи между нашими городами поддерживаем тем, что в Омске создается сибирский центр Эрмитаж-Сибирь в составе музея имени Врубеля, именно на площадке нового нашего здания будут проходить выставки из Государственного Эрмитажа, будет работать молодежный центр Эрмитаж-Сибирь, детский центр Эрмитаж-Сибирь. Это здание будет реконструировано в течение 2-х лет. Сейчас уже выделено серьезное федеральное финансирование для… Министр культуры России и мы начинаем реконструкцию здания. Эти…

М. Пешкова― Что нужно сделать? Простите, что нужно сделать? Перекрытия поменять? Стены…

Ю. Трофимов― Понимаете, в чем дело…

М. Пешкова― … воссоздать заново какие-то, нет?

Ю. Трофимов― Здание сейчас представляет собой помещение, где нет перегородок. Только несущие стены. Нам необходимо, во-первых, сделать реставрацию фасадов, укрепить инженерную инфраструктуру здания и, конечно, сделать современный музейный центр. В этом здании более 4-х тысяч квадратных метров площади. Будут созданы современные системы климат-контроля, безопасности, современные выставочные площади, современная… для хранения экспонатов, реставрационные мастерские. Там же на 3-м этаже мы планируем разместить площадку центра Эрмитаж-Сибирь. Для этого, конечно, проводились очень серьезные консультации со специалистами Государственного Эрмитажа. Весь проект… Работа над ним заняла целый год. Этой весной мы закончили проект. Он прошел федеральную экспертизу. И финансирование уже началось. Большую часть федеральный бюджет, поскольку этот объект входит в программу празднования юбилея города, часть – это региональный бюджет. И мы сейчас этим летом начинаем реконструкцию здания. Это очень большой проект.

М. Пешкова― Как Вы полагаете, Вы уложитесь в те суммы, которые выделены или потребуется дополнительное финансирование? Если дополнительное, то где Вы будете его искать?

Ю. Трофимов― Финансирование, оно определяется проектом. Это 650 миллионов рублей.

М. Пешкова― Это не так-то много для такого сложного объекта.

Ю. Трофимов― Достаточно, поскольку смета создавалась с учетом сегодняшних реалий, прошла экспертизу. И оборудование, которое там будет помещено, а это более современное. Мы знали, на что идем. Поэтому я думаю, сумма вполне достаточная для такого здание. Более того это будет очень современное оборудование, которое позволит у нас в Сибири стать современное музейное здание.

М. Пешкова― Если учесть перепады температур между, скажем, летними температурами и зимними, то здесь необходимо, я как думаю, особое внимание уделить именно этому параметру. И влажности, и температуре. Какие-то специальные разработки должны быть? Или это то, что называется, давно изучено, и это реально воплотить в жизнь? Как Вы полагаете?

Ю. Трофимов― Вполне реально. Мы учитывали пожелания и рекомендации наших коллег из Эрмитажа. Современное оборудование, которое позволяет нивелировать перепады. Будет полный климат-контроль в помещениях, что позволит корректировать и устанавливать и влажность, и температуру в отдельных помещениях. Поскольку, понимаете, что для хранения, допустим, и для работы с детьми необходимы разные температуры в разных помещениях, поэтому это будут отдельные установки, отдельные режимы для разных залов. И я подчеркну, что в целом здание проекта ориентировано на семейную и детскую аудиторию. Изначально эта целевая аудитория была заложена в программу центра Эрмитаж-Сибирь и нового корпуса музея имени Врубеля. И мы делали проект, зная, кого мы прежде всего там ждем. Это дети. Это семьи с детьми. Это молодежь.

М. Пешкова― Юрий Трофимов, гость прошедшего нынче летом фестиваля в Манеже «Интермузей», о вверенном ему музее, о будущем центре Омск-Эрмитаж на «Эхе Москвы» у Пешковой Майи в «Непрошедшем времени».

То есть я так полагаю, что непременно будет программа функционировать такая, когда будут приходить школьники. То есть это может стать реальным местом, где будут проводиться уроки, уроки по искусствоведению, по искусствознанию. Что в этом направлении Вы ждете?

Ю. Трофимов― Мы уже сейчас проводим большую программу «Наш Эрмитаж» или «Эрмитаж-Сибирь» по подготовке аудитории к открытию нового здания, поскольку нельзя зайти в здание и там начать работать мгновенно. Необходима подготовка. Мы это прекрасно понимали и уже на уровне проектирования в то время еще, 2 года назад мы начали большое движение по привлечению интереса аудитории, посетителей к этому проекту. Сейчас у нас задействована программа включения школьников в музей. По этой программе мы принимаем группы из детских садов и из школ по специальной программе. И мы уверены, что когда откроется Эрмитаж-Сибирь, новый корпус, каждая школа и каждый детский сад в нашем городе и даже в районах Омской области будут действовать по программе привлечения в музей и несколько раз в год посещать наш музей и центр Эрмитаж-Сибирь. Уже сейчас создан молодежный центр Эрмитаж-Сибирь. Это ребята из нескольких университетов и институтов города Омска.

М. Пешкова― Ведь город Омск славится своим студенчеством.

Ю. Трофимов― Безусловно.

М. Пешкова― Сколько студентов в Омске примерно?

Ю. Трофимов― Несколько сот тысяч.

М. Пешкова― Это какие вузы? Назовите, пожалуйста.

Ю. Трофимов― Ну, у нас много вузов. Это и гуманитарные, и технического направления. Мы работаем прежде всего с Омским государственным университетом имени Достоевского. Мы работаем с собственно педагогическим университетом, с Омским институтом сервиса, с Омским техническим университетом. Кроме этого все желающие, кто приходит к нам, не получают никакого отбора. Конечно, мы принимаем всех. И самое главное – уже сейчас работает молодежный центр, студенческий центр Эрмитаж-Сибирь. И они самостоятельно вырабатывают план своих действий. У них проводятся свои лекции, свои семинары. Они приглашают преподавателей, которые им интересны. Это культурология. Это история. Это философия. Они участвуют как волонтеры в наших программах, которые проводит музей. Они участвуют очень активно в общественной жизни города Омска. Очень серьезный актив, который продвигает программу Эрмитаж-Сибирь во все слои общества города и региона. Но это не единственные наши помощники, потому что мы работаем с разными группами посетителей. Например, у нас очень большой проект, который связан с омской организацией «Жители блокадного Ленинграда». Недавно мы вместе с ними отпраздновали 20-летие этой организации. Дело в том, что Омск – это место, куда, во-первых, были эвакуированы очень много заводов во время войны. И многие из них остались потом в Омске вместе с теми, кто работал на заводах. В это же время в Омск эвакуированы дети, дети из блокадного Ленинграда. Несколько десятков тысяч детей. В центре Омска на Ленинградской площади есть памятник детям блокадного Ленинграда. И сейчас эти самые дети уже преклонного возраста, их дети, их внуки, правнуки приходят в музей по специальной программе. Для них мы делаем экскурсии, специальные беседы, знакомим с проектом вот Эрмитаж-Сибирь. Это очень серьезная сила, которая помогает нам создать еще одну связь, которая соединяет Санкт-Петербург и Омск.

М. Пешкова― Я хотела узнать какие-то личные истории этих людей. Записываете Вы их? Ведется ли как-то запись или видеосъемка рассказов этих людей? Что они рассказывают? Что они вспоминают о блокадном Ленинграде, о своих родителях? То есть ведется ли такая летопись, опять-таки я думаю о тех, кто придет за нами.

Ю. Трофимов― Вы совершенно правы. Это организация очень внимательно относится к памяти, к истории. Ведется большая работа по стороне воспоминаний ленинградцев, блокадников. Мы в мае открыли выставку «Горячий снег». Она, конечно, посвящена юбилею победы в этом году, и многие экспонаты касаются именно Ленинграда, блокадного Ленинграда. На открытии этой выставки участвовало общество «Жителей блокадного Ленинграда». Мы постоянно с ними взаимодействуем. И вот сейчас… вчера был видеомост между площадкой Государственного Эрмитажа на фестивале «Интермузей» и Омском, музеем имени Врубеля, где там, в Омске со стороны нашего музея участвовали и жители блокадного Ленинграда и студенты молодежного центра Эрмитаж-Сибирь, и те, кто выиграл викторину «Наш Эрмитаж». Мы проводим такую викторину, конечно, используя опыт наших коллег из Эрмитаже. Викторина об Эрмитаже. Вопросы, которые касаются истории и коллекций из Санкт-Петербурга, и истории музея в Омске. Два раза в год мы проводим такую викторину на основе нашей экспозиции. И сейчас я Вам подарил книжку «Наш Эрмитаж», каталог-альбом этой нашей коллекции.

М. Пешкова― Великолепная книга. Я уже успела ее полистать. Я с ней не расстанусь. А подробнее об этой книге можно мы поговорим? Ее же купить в Москве невозможно. У нас по-прежнему нет музейного магазина в нашей стране, в том числе и в столице. Поэтому то, что выходит в музеях – это ценность бесконечная для тех, кто любит книгу, для тех, кто любит музеи, для тех, кто любит то, что нам досталось от наших родных, от родителей, то, что они собирали. Это семейные ценности, я считаю, книги.

Ю. Трофимов― Книга – очень важная… И мы понимаем, что если книга издана, это становится особой ценностью. Это потом можно показывать, листать, дарить как очень важное достояние. Тем более мы старались сделать ее красивой. Специальный дизайн мои коллеги из музея избрали для нее. И к счастью у нас есть очень хорошие меценаты, которые в Омске поддерживают создание центра Эрмитаж-Сибирь. Один из них – это Сергей Петрович Калинин – помог издать и эту книгу. Он же поддерживает и викторину «Эрмитаж-Сибирь» в Омске. Уже две семьи на новогодние праздники и на майские праздники сумели побывать в Санкт-Петербурге на неделю с визитом, со всеми экскурсиями, с гостиницами, с перелетом, с транспортом и прочее, и прочее. И они сумели вот сейчас во время, когда был телемост, передать свои ощущения об этих поездках. И, конечно, мы все стремимся продолжать эту викторину. И есть поддержка наших друзей. И осенью состоится 3-я викторина «Эрмитаж-Сибирь», и на новогодние праздники какая-то семья, правильно ответившая на вопросы нашей викторины, побывавшая в музее, посетившая экспозицию нашего музея, поедет на неделю в Санкт-Петербург и посетит Эрмитаж.

М. Пешкова― Какие полотна из Эрмитажа, какие сокровища Эрмитажа уже побывали в Вашем музее? Я так понимаю, что он уже функционирует в том плане, что не только Врубель, но и Эрмитаж становится полновластным властителем дум жителей Вашего города, жителей Омска. Это так?

Ю. Трофимов― Есть такая история. Десятки экспонатов из Эрмитажа попали в Сибирь, в Омск в первые годы, когда формировалась коллекция нашей картинной галереи, тогда еще картинная галерея называлась. Это полотна и итальянских художников. Это полотна голландских художников, французских. Это XVII, XVIII, XIX века. Это замечательная скульптура, замечательный фарфор. Это то, что касается 1-й части рассказа. И эти вещи вошли сейчас в наш каталог, который я Вам сейчас показываю. Но…

М. Пешкова― Будьте добры, расскажите, пожалуйста, какие это работы, и каких мастеров, чтобы люди имели представление, поскольку этот каталог москвичи пока купить не смогут. Может быть, он появится в киосках таких музеев нашей столицы как, скажем, Музей изобразительных искусств или Третьяковская галерея, а, может быть, и не появится. Поэтому я прошу Вас, расскажите о нескольких работах, которые Вам наиболее дороги, или которые пользуются наибольшей популярностью, вокруг которых всегда собирается много посетителей. Работа, которая, может быть… Ой! Какой портрет женский!

Ю. Трофимов― Всегда в нашей экспозиции эти работы всегда. Они когда не уходят в запасники, потому что это наша лучшая коллекция…

М. Пешкова― Ваша гордость, да?

Ю. Трофимов― Наша гордость. Симон Вуэ. Это Франция. Это XVII век. Это Жан-Батист Грёз, замечательный…

М. Пешкова― Что за портрет?

Ю. Трофимов― «Мечтательница». Она поступила из Ленинграда. Она не из Эрмитажа, но имеет аналогии с подобными же экспонатами из Эрмитажа. Замечательный большой канал в Венеции. Это Ведута мастера XVIII века из коллекции Эрмитажа. Здесь же у нас Боголюбов «Иллюминация Кремля», огромное полотно, которое к нам поступило тоже из Государственного Эрмитажа, в нашей коллекции, в нашей экспозиции. И многие-многие другие предметы. Часы «Аполлон на колеснице», они поступили к нам из здания Фондовой биржи. Теперь это здание передано Государственному Эрмитажу. Это тоже по сути эрмитажная вещь.

М. Пешкова― И именно на обложке каталога изображение этой колесницы.

Ю. Трофимов― Да, совершенно верно. И многие-многие другие предметы. Я подчерку, что чем больше мы изучаем нашу коллекцию, чем больше моих коллеги совершают поездки и работают в Эрмитаже, в архиве Эрмитажа, чем больше они консультируются со специалистами Государственного Эрмитажа, тем больше мы выявляем те экспонаты, которые к нам поступили именно из Зимнего дворца, из коллекций Эрмитажа. И очень важно, что в нашем городе во 2-й половине прошлого века до 90-х годов прошли 11 выставок из Эрмитажа. Это коллекции совершенно разные по составу. Вот так получилось, что в Омске были многие выставки, и мы это помним. Многие мои коллеги участвовали в их приемке, в экспонировании, и сейчас очень тепло вспоминают те времена и ту большую работу, что была проведена. И все, конечно, вспоминают Владимира Юрьевича Матвеева, которые нам эти выставки привозил. Мы очень скорбим о том, что он ушел. Светлая ему память. Очень много сделал для создания центра Эрмитаж-Сибирь вот сейчас, в современности. И, безусловно, мы благодарны всем коллегам из Эрмитажа, которые участвуют в создании этого центра сейчас. И мы очень ждем Михаила Борисовича Пиотровского в этом году в Омск и надеемся, что осенью он к нам прибудет, и мы покажем ему начало реконструкции нового корпуса музея для центра Эрмитаж-Сибирь.

М. Пешкова― А что дальше? Что есть? И что будет? Встреча с директором Омского областного музея изобразительных искусств имени Врубеля в рамках фестиваля «Интермузей» в Манеже нынче летом. Продолжение следует. Звукорежиссеры – Наталья Квасова и Илья Крылов. Я Майя Пешкова. Программа «Непрошедшее время».