Сирень победы - Наталья Малиновская, Татьяна Полякова - Непрошедшее время - 2011-05-29

Ботанический Сад МГУ

Великая Победа

Главный Ботанический Сад

Фото Татьяны Поляковой

М. ПЕШКОВА - Я, кажется, знаю всё. Как встречали тех, кто возвращался с войны в мае 45-го, как плакали и радовались, как обнимали и целовали героев победы. Хроника и семейные фотографы запечатлели для нас, и знаем – фронтовиков встречали охапками сирени. «Сирень Победы» – так назывался праздник, прошедший 25 мая в музее на Поклонной горе. От аромата цветов в большом зале кружилась голова. Пришли участники войны, их близкие, артисты, пришли случайные посетители на торжество, организованное Фондом полководцев Победы, где самую активную деятельность и роль организатора взяла на себя и блестяще выполнила дочь маршала Конева Наталья Ивановна. Все дети маршалов, участников Великой Отечественной войны, со вниманием почтили в этот день музей на Поклонной. И Эра Георгиевна Жукова, и Игорь Александрович Василевский, и Ольга Сергеевна Бирюзова, и внук маршала Рокоссовского, и близкие маршала Соколовского. В подготовке вечера приняла участие дочь Родиона Яковлевича Наталья Малиновская, рассказавшая мне о сирени, к которой я была, мягко говоря, спокойной и равнодушной.

Н. МАЛИНОВСКАЯ - Когда мы с Сергеем Александровичем встретились, когда он мне показал сорт, названный в честь моего отца, по тому, как он рассказывал о нем, я поняла, сколько души он вкладывает в каждую свою работу. Я ему, естественно совершенно, подарила свою книжку, которая в прошлом году вышла. Это собрание прозы Федерико Гарсиа Лорки. И тут оказалось, что у нас масса общих интересов. Сергей Александрович вместе с женой своей учил испанский язык на досуге, читал Лорку, пел испанские песни вместе с моим очень дружественным мне коллективом, ансамблем «Гренада». Прошел год, и он мне сказал, что в этом году ему удалось сделать 2 новых сорта, ввести в коллекцию 2 новых сорта сирени. И один из них называется «Федерико Гарсиа Лорка». Это совершенно уникальная, трехцветная сирень, которая на протяжении цветения меняет свою окраску, и главное – в ней есть тот цвет, которого в сирени в принципе не бывает.

М. ПЕШКОВА - Какой это цвет?

Н. МАЛИНОВСКАЯ - В ней есть желтый. Всю эту весну Сергей Александрович ждал, снова расцветет этот сорт? Закрепится этот желтый, такого огонечек внутри цветка сиреневого? Закрепился. Потому что, ну а как же иначе. Мне было так радостно узнать, что ещё один сорт есть, связанный с Испанией. Они его назвали «Аделина». В честь Аделины Кондратьевой, той самой замечательной женщины, которая 17-летней девчонкой была в Испании переводчицей при нашем штабе Военно-воздушных сил. Слава Богу, Аделина Вениаминовна жива и здорова. Уже состоялось такое торжественное объявление, в честь нее назван сорт. Я никогда не забуду, как она чудесно сказала: «Ой, мне так радостно быть теперь цветком». Когда разговариваешь с Сергеем Александровичем, с теми людьми, которые сирень сажают, договариваются об этом, всегда чувствуешь поразительный человеческий, душевный отклик. Как Лорка говорил: «Такая возникает цепь внутреннего родства», и говорил он, что именно в том, чтобы она возникла, и состоит смысл всякого творчества. Для этого праздника сиреневоды привезли 100 букетов сирени. Каждый букет особого сорта, с полным описанием, что это за букет, кто этот сорт вывел, где его можно взять или он раритетный настолько, что его взять негде, и вот только здесь его можно посмотреть. Там было 6 именных сортов героической, как они говорят, сирени. Сорт «Маршал Жуков», «Маршал Василевский», «Маршал Конев», «Маршал Малиновский», «Маршал Бирюзов» и «Маршал Соколов». Вот это новые сорта, которых прежде не существовало, кроме двух – «Жуков» и «Василевский» – это сорта Колесникова. Вообще судьба сада Колесникова потрясает трагизмом. Национальное достояние было у нас – сад Колесникова. Франция дрожит дрожмя над своим наследием, над своими сортами Лемуана. Она прекрасно помнит, что это такое, что за драгоценность досталась ей от Лемуана как государству. У нас сад Колесникова был вырублен. А ведь Колесников в свое время был увенчан всеми премиями вплоть до Сталинской. И не в том суть, что премия Сталинская, а в том, что было государственное признание у этого человека, который не имел специального образования и который сделал такую удивительную сирень. Может быть, как раз потому, что не было никаких контактов у Колесникова с зарубежными селекционерами, наша сирень получилась такой совершенно удивительной и самобытной. И вот теперь она на равных существует в мире. У них есть французская сирень, и от нее множество ответвлений селекционных. А вот у нас есть русская сирень, и она ничем не уступает лемуановской. Так вот, колесниковских сиреней огромное количество утрачено. И сейчас бывает невероятной радостью, когда вдруг где-то находится тот сорт, который уже оплакали. Как раз это прозвучало на празднике. Что если вдруг вы знаете тех людей, у кого на даче растет сирень, посаженная вот в этот промежуток времени – от 30-го до 50-какого-то года, может быть, у вас в саду растет необыкновенная драгоценность, и вы сами об этом не знаете. Покажите этот свой сорт тем, кто работает в Тимирязевской академии. Вдруг это абсолютно утраченный, ну, например, сорт «Маршал Рокоссовский». Был такой сорт, был – и нету. «Жукова» случайно нашли в зарослях сада МГУ. Вдруг ваши слушатели откликнутся на этот призыв селекционеров. На этом празднике, помимо этих удивительных сиреней, не могу вам передать, какое это впечатление, когда входишь в зал – клубится аромат, где в полуобморочное состояние от сиреневого аромата приходишь. Только потом немножко привыкаешь. Там, как-то вот своими силами, силами членов Фонда памяти полководцев Победы, через своих друзей, мы даже сделали небольшую очень симпатичную выставку с сиренью в живописи, и, между прочим, на этой выставке были работы Пластова, потому что Таня Пластова оказалась моей давней ученицей. Очень интересный был один сюжет, связанный с тем, что у нас было на этой выставке. В семье Емельяна Ярославского оказалась работа, им собственноручно написанная. Оказывается, Емельян Ярославский на досуге писал, рисовал. С другой стороны, он очень любил садоводство, и был знаком хорошо с Колесниковым. У него росли в саду несколько кустов, подаренных ему Колесниковым, и вот одна из его живописных работ так и называется «Сирень Колесникова». Понятное дело – он не профессиональный художник, но это очень любопытная картина, такая в русле наивной живописи, но она очень интересна. Там же были очень хорошие работы художника Илюхина. Несколько сиреней из его коллекции, а художник Яковлев подарил Музею Вооруженных сил одну из выставленных там картин «Цветы Победы: мамина сирень». Точно так же был сделан и концерт. Очень прекрасные, замечательно талантливые дети из колледжа при московской консерватории выступали в честь этого праздника. По простой причине Тамара Васильевна Казакова, тоже ваш кадр, завуч этого училища.

М. ПЕШКОВА - Дочь маршала Казакова.

Н. МАЛИНОВСКАЯ - Совершенно верно. Тоже у вас была передача о Бакланове. Его дочка Елена Глебовна вчера привела свой хоровой коллектив «Гармония», и девочки замечательно пропели песни военных лет. Из ансамбля «Камерата» были профессиональные певицы, они исполнили романсы о сирени. Сирень, хоть она и родилась в Китае, она так поразительно рифмуется с Россией, с нашим ландшафтом. Ведь Рахманинов очень долго пытался вырастить сирень в эмиграции, и не получалось, вот не хотела она там расти. И вот так родился от тоски, не только по родине, но и по сирени, его романс. Вообще сирень Победы так замечательно рифмуется внутреннее цветом, ароматом своим, с этим праздником, в котором больше горечи, чем торжества, как никакой другой цветок. В европейском фольклоре сиреневый цвет, лиловый цвет, фиолетовый – все эти оттенки от пурпура до врубелевских оттенков легких сирени – это гамма и траурная и торжественная одновременно. Точно так же гамма аромата сирени с больше или меньше выраженной, но всегда явственной ноткой горечи.

М. ПЕШКОВА - Татьяна Полякова, вице-президент Международного общества сирени по России и Азии. О сирени знает все. Она автор альбома «Время сирени» и книги «История русской сирени памяти Колесникова». И, конечно, мы говорили о тех сортах, и об их создателе, легендарном Колесникове.

Т. ПОЛЯКОВА - Колесников вывел сорта, посвященные героям войны, памяти ушедшей войны, которые являются одними из лучших вообще, не только среди российской селекции, но и во всем мире. Это такие сорта, как «Полина Осипенко», «Зоя Космодемьянская». Поразительная сирень, нежно-голубая. То есть, мне кажется, он умел заглянуть не только в душу цветка, но мог сам вдохнуть туда какую-то душу, идею. Вот «Зоя Космодемьянская» – очень нежная, голубая сирень с крупными поникающими соцветиями. И когда на нее люди смотрят – конечно же, они вспоминают эту юную партизанку. Также сирень «Великая победа». История этой сирени непростая. В свое время Колесников очень любил фронтовиков, общался с ними. У него было много последователей, учеников. Среди них был Владимир Давыдович Миронович. Уйдя на пенсию, где-то в 74-м, он пришел в ботанический сад МГУ и предложил им помощь в создании сиренгария. И он занялся этим. А когда-то давно, до смерти Колесникова, он очень плотно с ним общался, дружил, и получил от него в подарок несколько сеянцев. Ну, как это бывает? Сеянцев много, держать их на маленькой пространстве очень трудно. И Колесников раздавал их друзьям, знакомым, говорил: «Пожалуйста, вырастите, доведите до цветения, посмотрите, что получится. А потом мы с вами обсудим: может, зарегистрировать, назвать». Ну, конечно же, он не дождался цветения именно этих сеянцев, которые подарил Мироновичу. А они оказались замечательные. И он их зарегистрировал, по-моему, в 82 году. И вот один из сортов получил название «Великая Победа». Это очень красивая сирень, тоже перелив нежно-голубого, лилового, длинные, крупные кисти, махровые шаровидные цветки, которые потом раскрываются, и выцветают немножечко до светлого такого, белёсого цвета. Выразительные соцветия. Также сорт «Защитникам Москвы». Очень красивый сорт. К сожалению, он погиб. Куст существовал в единственном экземпляре. Это вот наша проблема очень большая. Ботанические сады пытаются сохранить, и, благодаря им, до сегодняшних дней дожили очень многие сорта Колесникова. Если бы не это, то мы бы потеряли всё. Заслуга в этом в основном – Главный Ботанический сад Академии наук и Ботанический сад МГУ, где есть специальный бордюр, в котором выделены сорта Колесникова. «Алексей Маресьев», кстати, один из великолепнейших, узнаваемых сортов Колесникова. Цветки закручены пропеллерами. Это фирменный почерк Колесникова. Вот он летчик, это его знаменитый сорт. «Гастелло» или «Капитан Гастелло» называется. Тоже раскрываются цветки, и по мере цветения они – раз – и выворачиваются, закручиваются пропеллером. «Полина Осипенко» – махровый сорт, но цветочки тоже закручиваются пропеллером. «Валентина Грязодубова» – тоже. Летчицам он посвятил махровые сорта, такие красивые, нежные, радостные. «Валентина Грязодубова» – розоватый сорт. Цветет очень обильно. «Полина Осипенко» –бело-розовый с лиловыми голубыми тенями, которые вот радужно переливаются. «Гастелло» – крупные грозди, тяжелые, пурпурного цвета. Потом они светлеют, и по мере цветения лепестки вдруг вытягиваются, закручиваются пропеллером. То же самое – «Алексей Маресьев». «Защитникам Москвы» – вот, вернусь к этому сорту. Это тоже уже после смерти Колесникова Миронович зарегистрировал. Нам удалось его спасти благодаря частным коллекционерам, которые смогли зачеренковать, вырастить, и теперь этот куст будет размножен современными интерклональными методами, и мы уже можем быть уверены в его будущем. Мы очень хотим к 70-й годовщине Победы, что, наконец-то, возможно, наши мечты сбудутся, и мы сможем посадить аллеи действительно вот этих героических сортов. Благодаря Цветочной дружине – детям, которые уже это делают не первый год.

М. ПЕШКОВА - Расскажите мне о судьбе Колесникова. Все что я читала – это достойно какого-то очень большого романа. Действительно это был фантастический человек, участник войны? Да?

Т. ПОЛЯКОВА - Чем больше я размышляю над его биографией, а мне повезло познакомиться с его внучкой Еленой Степановой… И глядя на нее, общаясь с ней, я понимаю, что это, видимо, такая порода, это суть человеческая, это невероятный оптимизм. Человек родился в очень состоятельной семье. Но в этой семье все было построено так, что деньги – было не главное. Случайно на одной из архивных бумаг, я обратила внимание… Кое-что сохранилось, кое-что отсутствует. Естественно, сложная была ситуация, когда во время перестройки все архивы выкинули на помойку арендаторы. Красный уголок был в доме, где жил Колесников. Арендовали, и новые арендаторы вынесли на помойку, выкинули все эти документы. Остались только небольшие, какие-то разрозненные бумажки. И вот на одной из рекомендаций Леонида Колесникова для поступления в коммерческое училище было написано, что он является почетным гражданином города Москвы. И когда я пыталась узнать, а за что – за благотворительность. То есть занимались большой благотворительной деятельностью. И человек, который вырос в такой обстановке – да, очень многое пришлось потерять. Но он всем сердцем принял революцию. Человек умел находить во всём что-то хорошее. Множество легенд, и что он был шофером такси… Не был он никогда шофером такси, и не подвозил он никакую балерину с букетом сирени. Да, это красивые сказки. Существует мнение, в Интернете все его находят и тут же радостно переписывают, что он был шофером маршала Жукова. Он не был шофером маршала Жукова, у меня есть все документы, военный билет, все справки его со службы, с мест службы. И еще очень любят все повторять о том, что сирень Колесникова растет у здания Капитолия. Что это сорт даже написано «Знамя коммунизма» и «Путь коммунизма». Во-первых, таких сортов не существует. Во-вторых, я посылала официальный запрос Фрэйку Вругтману. Это официальный регистратор рода сирень, который отвечает за всю информацию, связанную с сиренью. И он мне ответил, что в свое время он тоже прояснял этот вопрос, узнавал, и единственная сирень, которая поступила официальным путем – это была сирень амурская, подаренная Хрущевым Дуайту Эйзенхауэру в свое время. Но она, по-моему, даже тоже не растет у Капитолия, она где-то растет в другом месте. И я получила официальную справку от управляющего садами, которые окружают Капитолий, с перечнем растений, которые там находятся. Там нету сиреней вообще. Как возникла любовь к сирени, я не знаю. Мне кажется, сирень – это такое растение, которое никого не оставляет равнодушным. Как рассказывала его внучка, видимо, однажды среди вот разрухи, пожарища… Ему пришлось пройти три войны: это Первая Мировая, Гражданская… даже четыре - Финская, Великая Отечественная. Он на пожарище увидел чудом уцелевший куст сирени, который пышно цвел. И вот этот контраст между разрухой и между вот этим цветущим кустом, он, видимо, породил у него любовь, желание собрать в саду множество сортов, которые только существует. И он со всей страстью отдался. Действительно, видимо, это судьба, какое-то предназначение было у него в жизни. И он очень быстро собрал крупнейшую в стране коллекцию. Уже в 30-е годы у него было 100 сортов. Ни в одном саду такого количества не было. Он отовсюду привозил, доставал, выписывал, из каких-то старых каталогов выискивал эти сорта. И когда уже это всё у него было, он тут же, когда завязались первые семена, начал сеять. И примерно в 21-м даже году он посеял первые семена, расцвели сеянцы – первый же успех. Сорт «Джамбул». Это уникальный сорт. Гораздо позже появилась знаменитая сенсация – это пурпурный сорт с белой каёмочкой, и про «Джамбул» вообще как бы до последнего времени никто не знал даже за рубежом. А он первый получил этот сорт. Если сенсация – это была мутация, то есть на обыкновенной пурпурной сирени вдруг обнаружили веточку с белой каёмкой, ее размножили, то он из семян получил этот сеянец «Джамбул», названный в честь популярного в те времена знаменитого поэта Джамбула, тоже синевато-пурпурный сорт с узенькой белой каёмочкой. Очень пышное соцветие, и, конечно, он неизменно привлекал внимание. Второй сорт из тех первых экспериментов – это «Пионер». Очень, тоже, красивый, пурпурный сорт. А дальше уже всё, каждый год, каждый год расцветали новые сеянцы. Без перерыва он, не прекращая, сеял, скрещивал, он уже начал более серьезно к этому относиться, не от свободного опыления, а сам занялся скрещиванием. И вот тут вот вскрылся его главный феномен, может быть, Колесникова, это то, что он, видимо, умел предвидеть конечный результат. То есть он мог так подобрать родительские пары, чтобы получить то, что он хотел увидеть. Поздноцветущие сорта, раннецветущие, махровые, определенный цвет, то есть он все это мог предвидеть. Это такой дар Божий, который, конечно, мало кому дан на этой земле. В принципе, если говорить в целом о сирени, сегодня в мире существует более 2000 сортов. Они занесены в Международный реестр, и людей, которые достигли каких-то успехов в селекции сирени, можно перечислить по пальцам. Первый был Виктор Лемуан. Вот если мы возьмем Виктора Лемуана, он имел профессиональное образование, у него был питомник, у него были помощники.

М. ПЕШКОВА - Франция.

Т. ПОЛЯКОВА - Франция, работники, помощники. И каждый новый свой сорт он брал, заносил в каталог. Эти каталоги тут же поступали через океан. И он дружил со многими известными садоводами Америки, питомниководами. То есть, тут же эти сорта размножались. И благодаря этому он вывел 214 сортов, и все они до сегодняшнего дня живы. Восстановлена коллекция в Нанси, в следующем году мы приглашены туда на съезд Международный сиреневодов, чтобы увидеть собранные воедино сорта Лемуана. Они болеют, они хотят это делать. Мы тоже болеем, мы тоже хотим создать такой сад, где будут собраны все сорта Колесникова. Но у нас не получается это. Это слишком трудно. Дальше, если мы возьмем заокеанских селекционеров, это вот американских. Теодор Хавемейер, промышленник. Он постоянно летал к разным сиреневодам. Он летал к Лемуану. Они были на связи. Все были, работали вместе. А Колесников – он сидел на своем участке на Соколе, и сам, в полной изоляции, не зная, что там творится…

М. ПЕШКОВА - Это личный дачный участок?

Т. ПОЛЯКОВА - Личный дачный участок, который находился в районе песчаных улиц на Соколе. И сидел, и работал. Сидел, и это у него было, раньше у него было 35 соток, после революции у них забрали вот и дом на Кузнецком мосту, имение в Ялте - всё. Остался вот этот вот садовый участок дачный, который стал их домом, вся семья там вот и жила. Конечно, там было загущение. Там было множество сортов. В какой-то момент их уже было 500. Он был один, он работал, он работал на автобазе водителем, и мог работать только по ночам, или вставая в 5 утра, чтобы доработать, произвести скрещивание, посеять семена. Всё это делал один человек, и поэтому точное количество, точное название мы не можем определить. То есть сохранились разрозненные листочки. Я вот могу взять написанный химическим карандашом клочок бумаги, и прочитать, что вот сорт такой-то. Коротенькое описание, и всё. Он сам говорил, что мне часто задают на лекциях вопросы, даже когда он стал лауреатом Сталинской премии, сколько я вывел сортов. Он говорит – я не могу сказать. Каждый год у меня расцветает по 40-50 новых. Из них 30 – очень достойные, которые можно регистрировать. Он раздавал очень много. Конечно, когда появились, казалось бы, условия в Калошинском питомнике, и можно было всё это сохранить, опять же – всё закончилось. Если мы вернемся к истории – да, все было прекрасно до того, как он получил Сталинскую премию. То есть его признали. Сад этот был вот на Соколе культовое место, особенно во время войны. Люди шли потоком. Сад всегда был открыт для посетителей. По пути на фронт заходили солдаты, потому что, попадая в этот оазис, запах струился по улицам издалека. Адрес не нужно было говорить. И письма шли – «Сиреневый сад, Колесникову». То есть этот адрес знали все. То есть тонны писем – это всё, что было отнесено на помойку арендаторами красного уголка. Очень трогательные письма, кое-какие сохранились. Этот оазис – он привлекал внимание, и там кто только не бывал. Сходить на сирень Колесникова – это, считалось, просто обязан каждый, как в Третьяковку приезжающий идет, как в Пушкинский музей, значит и в Сиреневый сад.

М. ПЕШКОВА - Кто его выдвинул на Сталинскую премию, в каком году он ее получал?

Т. ПОЛЯКОВА - Сталинскую премию он получил в 1952 году. Я думаю, что это было сообщество, наверное, деятелей культуры. Леонид Леонов, конечно, в первую очередь, который часто бывал в саду, и в Переделкино у него тоже была хорошая коллекция сиреней, может, она и сейчас сохранилась. Наблюдая всю эту красоту, Емельян Ярославский, Леонид Леонов, Петр Кончаловский, Никита Хрущев бывал в саду. Потом, позже, Юрий Гагарин после полёта отдыхал в саду под кустами сирени, после того как он позировал Кербелю в мастерской, которая находилась неподалеку от сада. Но это уже как бы поздние, это последние дни существования сиреневого сада. Даже был сорт, который назвал Колесников «Юрий Гагарин». Он утрачен, мы его уже не сможем никогда найти, к сожалению. Мы можем сказать, что он признан гениальнейшим селекционером. Его сорта уже после его смерти попали на запад, это было открытие. Это было потрясение. Как сказал вице-президент международного общества сирени Брэдли Битторф, он работает на НАСА, занимается космическим оборудованием, и он как ученый смог оценить вот это. Он сказал: «Что поражает – это то, что он работал в изоляции, и благодаря этому мы получили совершенно отдельную, абсолютно независимую ветку селекции со своими собственными результатами, которая шла своим путём». Что удивительное – лучшей сиренью мира среди 2,5 тысяч сортов является «Красавица Москвы». Она практически 50 лет господствует, она занимает трон королевы всех сиреней. Регулярно проводятся во время съезда голосования, «Красавица Москвы» неизменно занимает первое место. Была и остается лучшей. И, как это ни странно, это самый растиражированный сорт в Европе и в Соединенных Штатах. «Красавица Москвы» и «Надежда» Леонида Колесникова. А у нас попробуй достань эти сорта.

М. ПЕШКОВА - В канун Дня Победы с Белорусского вокзала отправилась группа 45 московских школьников во главе с руководителем отряда Цветочная дружина, кандидатом филологии, доцентом Московского педуниверситета Надеждой Прониной. В Белоруссию, Польшу, Чехию, Австрию, Словакию. Это не была экскурсионная прогулка. Ребята посетили могилы наших воинов в тех странах, посадили сирень на мемориале в Вене, а также в Бресте. Целый день провели в бывшем лагере Маутхаузен, где их сопровождающим был бывший узник лагеря Василий Антонович Каменский. И вместо предложенный детям прогулки по Вене и ее музеям, дети потребовали остаться тут, на территории лагеря. Может быть, они как никто понимали, что Вена и ее музеи еще будут в их жизни, а посещение могилы Героя Советского союза Льва Маневича, спасшего 20 тысяч узников, того самого разведчика, о котором читали мы еще в детстве – может быть, такое больше не случится в их жизни. Возлагали цветы, оставляли на могилах наших воинов галстуки, флажки, и главное – пришли мысли, что нужна работа по уходу за могилами. То предварительное, что нужно сделать, а потом уже сажать сирень. Господин Джон Берри, посол Соединенных Штатов в России, тоже хотел бы посадить в память о своем отце, единственном солдате войны как со стороны США, так и со стороны России, сирень, но сорт «Великая Победа» пока существует в единственном экземпляре. Селекционеры разыскивают возможность помочь осуществить замысел в память о Джозефе Байерли. И в Норвегии тоже хотели бы посадить сирень на кладбище, где захоронены российские военнопленные. Это уже дальнейший замысел Цветочной дружины. Про питомник Колесникова в Калошине я непременно расскажу на сайте Эха Москвы. Равно как и буду следить за тем, как превращается наша столица в город сирени. Быть ей цветочным символом нашего города. Алексей Нарышкин – звукорежиссер. Я – Майя Пешкова, программа Непрошедшее время.