Павел Медведев - Своими глазами - 2010-09-17
О. БЫЧКОВА - Добрый вечер, добрый день, это программа «Своими глазами» в студии телекомпании RTVI, радио «Эхо Москвы», в студии Ольга Бычкова и Софико Шеварнадзе.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Добрый вечер.
О. БЫЧКОВА - И у нас в гостях Павел Медведев, депутат Государственной Думы, который недавно совсем, вот, буквально недавно получил новое звание, новый титул и новую функцию, новую должность, которая называется «финансовый омбудсмен», правильно? Добрый вечер, Павел Алексеевич.
П. МЕДВЕДЕВ - Правильно. Да, здрасьте.
О. БЫЧКОВА - Только мы выучили это слово вообще, вот это слово «омбудсмен», а теперь появился ещё какой-то финансовый, мы теперь будем во всем в этом, конечно, пытаться разбираться.
П. МЕДВЕДЕВ - Оль, ещё придётся научиться ударение правильно ставить, Омбудсмен.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Омбудсмен, вот, я шла как раз на передачу и думала, куда ударение ставить.
О. БЫЧКОВА - А есть какие-то разные варианты, ну, хорошо.
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, в русских словарях всюду Омбудсмен.
О. БЫЧКОВА - Спасибо, спасибо, вы нас научили уже. Учите нас дальше.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Кого от кого защищает финансовый омбудсмен?
П. МЕДВЕДЕВ - Омбудсмен, может быть, и не защищает, он посредник между физическим лицом, клиентом банка и банком. В последнее время, слава Богу, грубых конфликтов между гражданами и банками мало. Чаще человек приходит с какой-то просьбой. Вот, на самом деле, я как этот герой Мольера, уже давно был омбудсменом, просто не знал, что такое слово существует. Я депутат 20 лет с лишним, и почти 20 лет я принимаю граждан, которые, ну, либо считают себя обиженными, либо чего-то просят. Вот, в последнее время, начиная с кризиса, почти всегда просят чего-то. Типичный человек, который приходит с финансовой проблемой – это заёмщик банка, как правило, заёмщик ипотечный, который всё правильно рассчитал и платил, обслуживал долг так, как положено и ба-бах, кризис, потерял работу или зарплата, даже чаще зарплата уменьшилась, а работа осталась. Он не может обслуживать свой долг. Ему бы как-то помочь В феврале-марте прошлого года таких людей было очень-очень много, многие совсем растерявшиеся, неспособные самостоятельно придумать, что им нужно, приходили ко мне и я с ними договаривался о том, что мы будем просить. И я просил у банков так называемые реструктуризации кредитов. Вот, это типичный человек, который сейчас обращается, по-видимому, будет обращаться к омбудсмену.
О. БЫЧКОВА - Это понятно.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А чем омбудсмен отличается от того, что вы уже делали, то есть, помогали этим физическим лицам.
П. МЕДВЕДЕВ - Я сейчас помогал за счёт своих депутатских ресурсов, у депутата есть 5 помощников. И я только одного мог выделить на эту финансовую работу. Она, строго говоря, не моя. Вот, по моим депутатским обязанностям это не положено делать, но так как люди уже привыкли к тому, что я занимаюсь финансовыми вопросами, они ко мне обращаются, а мне им объяснять, какая у меня функция, не очень хорошо. Они финансовых академий не кончали, что их буду мучить? Я выделил одного помощника, пытаюсь им помогать. Вот, когда наступает какой-то кризис, мы, эта женщина, помощница, бедная помощница захлёбывается. Сейчас…
О. БЫЧКОВА - Какое количество у вас поступлений?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, в феврале-марте прошлого года много десятков обращений было. Много десятков. Мы не успевали не то, что ответить, а толком прочитать и понять.
О. БЫЧКОВА - Сейчас как?
П. МЕДВЕДЕВ - Сейчас, как ни странно, несмотря на то, что считается, что кризис не кончился, обращений мало.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Обиженные банкиры тоже могут к вам обращаться или только…
П. МЕДВЕДЕВ - Только физические лица.
О. БЫЧКОВА - Сейчас мало, потому что лето, да, только закончилось. Может быть, поэтому.
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, нет. Такая беда была в феврале-марте, потом мы писали просьбы. Значит, вы меня спросили, что изменилось. У меня появится аппарат, и в некоторых случаях я могу не просьбу обратить к банку, а принять решение. И банк, подписавшийся по соглашениям, обязан выполнить моё решение.
О. БЫЧКОВА - А по соглашениям подписалось сейчас 6 или 5 уже…
П. МЕДВЕДЕВ - Пока 6 банков.
О. БЫЧКОВА - 6.
П. МЕДВЕДЕВ - Но довольно много уже есть обращений к Ассоциации российских банков, которая является организатором этого дела и лично ко мне, я по электронной почте уже получил несколько писем, где меня банкиры спрашивают.
О. БЫЧКОВА - А на каком основании можете, например, выдать какое-то предписание банку?
П. МЕДВЕДЕВ - На том основании, что банк подписался под соглашением. Он взял на себя обязательства.
О. БЫЧКОВА - А вас кто назначил на это место?
П. МЕДВЕДЕВ - Вот, эти самые банки, которые подписались под обязательства.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - То есть, это была инициатива банков, чтобы было создано такое…
П. МЕДВЕДЕВ - Да, это была инициатива банков. Они, вот эти первые шесть банков-основателей института омбудсмена подписались, и омбудсмен появился. Теперь к этой системе могут присоединиться другие, и не только банки, кстати говоря. Это финансовый, а не банковский омбудсмен.
О. БЫЧКОВА - То есть, банком просто надело самим, понимаешь…
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Разбираться.
О. БЫЧКОВА - Разбираться с этими обиженными людьми, всяческие выслушивать претензии. Наверное, слёзы и скандалы, что неизбежно. И они решили найти доброго человека, отзывчивого, который и так уже этим занимается.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - У вас работы ой, как много, да, правильно?
П. МЕДВЕДЕВ - Вы это так интерпретируете.
О. БЫЧКОВА - Да.
П. МЕДВЕДЕВ - А обычно-то меня люди спрашивают – что за чудаки эти банкиры-то, чего им не хватает в этой жизни?
О. БЫЧКОВА - Кровопийцы. Нормально.
П. МЕДВЕДЕВ - Секундочку. Я и раньше мог к ним обращаться с просьбой, а теперь они петлю на шею себе накинули. А вдруг я не с просьбой теперь обращусь, а с требованием. Зачем им это далось-то это?
О. БЫЧКОВА - Ну? Зачем?
П. МЕДВЕДЕВ - Вы знаете, я это интерпретирую таким образом. Я позволю себе рассказать маленькую историю, не совсем про это, но надеюсь, что она объяснит глубинные причины этого желания банкиров вступить в эту систему. Я в своё время 12 лет бился за законы страхования вкладов, и банкиры тех времён, когда я бился, это было давно, как правило, были против по очень понятной причине. Система страхования для них состоит в том, что они должны платить деньги в некоторый фонд, и всё. Больше от системы страхования они ничего не получают, кроме этого отрицательного удовольствия. Потому что она начинает действовать для банка после того, как он умер. Очень странно платить кому-то за то, что после вашей смерти…
О. БЫЧКОВА - Финансовой смерти.
П. МЕДВЕДЕВ - Финансовой смерти, да, кто-то что-то будет делать с вашими клиентами. После того, как был принят закон о страхования вкладов и пришёл, я думаю, год, я встретил человека с узнаваемым лицом, но у меня, к сожалению, плохая память, и я мучительно думал, откуда же это лицо мне знакомо, но он оказался вежливым человеком и объяснил мне. Оказывается, я запомнил его лицо, потому что он часто бывал моим оппонентом при обсуждении вопроса о принятии закона о страховании вкладов. Оппонентом был по тем причинам, которые я сейчас объясню.
О. БЫЧКОВА - Это кто это?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, неважно, сейчас, подождите, дорасскажу до конца и будет понятно, что совсем неважно. Здесь нужно, чтобы у этого человека не было фамилии и имена. Тогда моя история будет более значима, более значимой. Это банкир. И именно поэтому он возражал. Значит, он представился, а потом сообщил мне такую удивительную вещь. Оказывается, накануне он с другими банкирами выпил за моё здоровье. Вот уж я удивился, чего ради. Оказывается, после того, как был принят закон и заработал закон страхования вкладов, доверие к банкам очень заметно увеличилось, и граждане стали нести деньги в банки, а банкам нужны ресурсы. Этот человек, по-видимому, совестливый, я не знаю, как остальные банкиры, но этот мне ещё добавил, что, когда он получает деньги в огромных количествах от физических лиц, у него ещё и совесть не мучит, потому что если даже он и свой банк профукает, что называется, то граждане-то не пострадают, их деньги им вернёт система страхования. Но главное-то для него что? Доверие. Оказывается, доверие дороже тех денег, которые он ежеквартально платит в фонд страхования. Я думаю, я надеюсь, что вот эти чудаки-банкиры, которые ложили в каком-то смысле голову на плаху и ждут, что я голову не отрублю, но как-нибудь поцарапаю, потому, что если они на это согласились, то очевидно, что они не планируют обижать своих клиентов. Если бы они планировали обижать своих клиентов, вступать в систему омбудсмена было бы очень рискованно.
О. БЫЧКОВА - Поняли мы вас, да.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А услуги, вот, бесплатные, то есть, вам…
О. БЫЧКОВА - Это кто-то у нас спрашивает даже. Это спрашивает Мариша из Москвы.
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, для гражданина бесплатно, да, для меня тоже бесплатно. Я зарплату не получаю, но мой маленький аппарат, который, вот, по предварительным договорённостям будет состоять из трёх человек, он будет получать зарплату, это замечательно.
О. БЫЧКОВА - От оных же банкиров.
П. МЕДВЕДЕВ - Да. эти банкиры скинутся, что называется, и будут платить зарплату моим помощникам.
О. БЫЧКОВА - Вот, расскажите нам ещё про этого типичного вашего… хотела сказать – клиента, нет, не подходит. Пациента – тоже не подходит. Просителя, наверное, правильно, но тоже не очень хорошо. Как вы оцениваете этих людей?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, до сих пор мы их называли избирателями. Правда, было одно письмо из Парижа, там явно не избиратель. Они просили меня вернуть им царские долги.
О. БЫЧКОВА - Ой, расскажите.
П. МЕДВЕДЕВ - Но грешным делом, я такой злодей, я не вернул.
О. БЫЧКОВА - Да, если бы вернули, мы бы что-нибудь знали, наверное, об этом, но, тем не менее, расскажите эту историю, расскажите эту историю про царские долги.
П. МЕДВЕДЕВ - Про царские долги нечего рассказывать, раз я такой злодей и не вернул, что ж рассказывать-то, только можно признаться в своём злодействе. Если честно сказать, если честно сказать, даже и не очень старался. Ну, уж просто необъятное не обнимешь.
О. БЫЧКОВА - Пытались, что ли?
П. МЕДВЕДЕВ - Да не пытался, конечно. Царские долги я, честно признаюсь, вернуть не пытался. Но когда ко мне…
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А это возможно теоретически?
О. БЫЧКОВА - Положили под сукна царские…
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, я думаю, что это невозможно. Я думаю, что невозможно. Ну, когда ко мне приходит гражданин, у которого есть проблемы, вот, ещё раз повторяю, в последнее время, слава Богу, нет проблемы потери денег. Вот, та приёмная, которая была образована в своё время, там, в 92-ом, я думаю, году, тут же была названа гражданами приёмной для обманутых вкладчиков. Так это название приклеилось к этой приёмной, хотя это название больше не соответствует существу дела, потому что обманутых вкладчиков, во всяком случае, в банках, больше нет, система страхования работает очень хорошо. Вот, сейчас до 700 000 рублей в случае, если банк не выплачивает, выплачивает система страхования, что важно, очень быстро, не позже, чем на 14-ый день. С этим, слава Богу, с этой проблемой покончили. Ну, вот, ещё раз повторяю: сейчас проблема граждан, которые просят им помочь, когда они попали в трудное положение, будучи заёмщиками.
О. БЫЧКОВА - Вы с ними общаетесь непосредственно, да? Или в письменной форме?
П. МЕДВЕДЕВ - С гражданами? Ну, конечно, приходит В письменной, очень много в письменной. Позавчера у меня был приём…
С. ШЕВАРНАДЗЕ - У вас очереди большие?
П. МЕДВЕДЕВ - Сейчас – нет. Вот, в феврале-марте прошлого года, ну, конечно, не так много людей, как в 92 году, когда я подходил к своей приёмной и вежливо просил граждан посторониться, потому что если я туда не пройду, то принимать будет некому, это был кошмар. Нет, совсем даже в феврале-марте ничего похожего, тогда были сотни одновременно, а тут, ну, многие, правда, десятки в течение 2 месяцев. Конечно, это совсем не та интенсивность.
О. БЫЧКОВА - Ну, вот, вчера у вас, говорите, был, да?
П. МЕДВЕДЕВ - Позавчера был приём.
О. БЫЧКОВА - Позавчера, извините. Был приём, сколько там народу сидит?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, народу довольно много, но по финансовым вопросам – три человека.
О. БЫЧКОВА - По финансам, вот, именно по этой теме, да?
П. МЕДВЕДЕВ - По этой теме 2 человека, да, 2 человека…
О. БЫЧКОВА - Расскажите.
П. МЕДВЕДЕВ - С ипотечными кредитами и относительно благополучные люди, то есть, большой беды нет. Одна дама, ну, очень рассудительная, спрашивала меня, не будет ли в январе будущего года нового кризиса, ей дважды по нашей просьбе, сначала АРИЖК, есть такая структура, агентство по реструктуризации ипотечных жилищных кредитов. Очень хорошо работающая система, начальник Андрей Языков, человек с хорошей обратной связью и хороший финансист. Если можно помочь, помогает. Вот, однажды он помог, и второй раз по нашей просьбе помог сам банк. Она до января имеет поблажку, она пришла спрашивать – в январе не будет нового кризиса? Если будет новый кризис, тогда ей ещё нужна одна поблажка. Ну, и так как я не знаю, будет ли кризис в январе, то я, к сожалению, не смог удовлетворить её любознательность. Мы договорились с ней так, что, если в январе будет, она ещё раз ко мне придёт.
О. БЫЧКОВА - Мы вас категорически не будем, естественно, спрашивать ни о какой конкретике. Нам в принципе не дай Бог знать имена этих людей, разумеется, нам это совершенно не нужно, и какие-нибудь ещё там конкретные географические обстоятельства нас тоже не интересуют, но расскажите эти жизненные истории. Вот, вы говорите – пришла дама. У неё был ипотечный кредит?
П. МЕДВЕДЕВ - Да.
О. БЫЧКОВА - Да?
П. МЕДВЕДЕВ - Есть ипотечный кредит, она его обслуживает, она получила две поблажки, одну – от…
О. БЫЧКОВА - Вот, её проблема в чём состояла?
П. МЕДВЕДЕВ - Она работает на рынке недвижимости. И, естественно, кризис уменьшил её доходы, она зарплаты не получает, а получает процент от сделки. Сделок стало очень мало, и она потеряла доходы, не смогла обслуживать. Значит, ей дали дополнительный кредит, РИЖК даёт дополнительный кредит, и она за счёт этого кредита некоторое время обслуживает долг, то есть, не свои деньги платит.
О. БЫЧКОВА - За счёт нового долга закрывает старый. Теперь у неё два долга.
П. МЕДВЕДЕВ - У неё возникает новый долг, да. У неё два долга.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А как вы ей помогаете конкретно?
П. МЕДВЕДЕВ - Я за неё просил.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А есть лимит на сумму, которую можете просить, например, банков для вашего клиента.
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, сейчас я могу просить чего угодно, но если я буду просить луну с неба, то один раз прочитают моё письмо, а в следующий раз не будут читать уже.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - То есть, вы сами определяете критерии.
П. МЕДВЕДЕВ - Нужно, да, нужно… нет такого закона о том, чего можно просить. Есть некоторое общественное мнение. Очень трудно в него вписаться, кажется, мне повезло. Я вписался. Банкиры, как правило, отвечают мне положительно. Я пытался навести статистику, это очень трудно, потому что у меня только одна помощница, заставлять её ещё… мало того, что дело надо вперёд делать, ещё и смотреть назад – это бесчеловечно. Ну, приблизительно посмотрели. Получается, что в 90% случаев положительный ответ. Это замечательно, это значит, что мы просили то, что можно сделать.
О. БЫЧКОВА - Адекватно.
П. МЕДВЕДЕВ - Да.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Меня просто единственное удивляет одно только. Вы не обижайтесь, я всё-таки не могу понять, почему три человека всего лишь на данный момент могут иметь такие проблемы. Кажется, их настолько много. Почему так мало людей обращается?
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, ну, подождите. Они, три человека пришли физически в мою приёмную. Параллельно я получаю по Интернету письма, я получаю их по обычной почте, нет, их больше, но, не знаю, десяток-полтора десятка в месяц сейчас. А в феврале-марте прошлого года это было просто в день столько было писем.
О. БЫЧКОВА - С другой стороны, наверное, десяток-полтора в месяц, вот, сейчас, может быть, я не знаю, я понимаю, что у вас большая нагрузка и у вас кроме этого есть ещё другие обязанности, депутатские в первую очередь, но, наверное, это ещё как-то может быть терпимо, но мы же не знаем, что нас ждёт дальше, да? Всё может измениться. Их может опять оказаться гораздо больше, не дай Бог, тьфу-тьфу.
П. МЕДВЕДЕВ - Я переживал больше, не имея никакой внешней поддержки. А теперь у меня появляется внешняя поддержка. У меня появляется аппарат и у меня появляется право. То есть, будет только лучше. Не соглашаться на то, чтобы было лучше, смешно.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - У вас есть поддержка государства, например?
П. МЕДВЕДЕВ - Нет.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Никакой.
П. МЕДВЕДЕВ - Я договорной омбудсмен. Как правило, в развитом в финансовом смысле странах омбудсмен есть, и он по закону, он определяется законом, но есть страны, в которых и договорной омбудсмен работает очень-очень неплохо.
О. БЫЧКОВА - Вот, это важно.
П. МЕДВЕДЕВ - Например, Германия.
О. БЫЧКОВА - Подождите, не рассказывайте. У нас меньше 3 минут до перерыва. Мы во второй половине нашей программы подробно поговорим о том, что вам известно о таких функциях в других странах. Вот, Сергей из Барнаула спрашивает про нас сегодня. Он спрашивает – сколько количественно должно быть финансовых омбудсменов в стране, будет ли это функция институциональна, или всю работу будете выполнять только вы и ваш непосредственный аппарат?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, это зависит от того, как много банков присоединится к этой системе. Пока достаточно одного. Если все 1000 банков войдут в эту систему, то, наверное, понадобится больше людей.
О. БЫЧКОВА - Больше людей - больше банков. А кто у вас ещё были два человека позавчерашних на приёме. С дамой мы поняли, а ещё было 2 ипотечных.
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, один ипотечный.
О. БЫЧКОВА - Один ипотечный.
П. МЕДВЕДЕВ - Для этого человека мы будем просить реструктуризации.
О. БЫЧКОВА - А, ещё не просили.
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, сейчас пишет моя помощница. Я, значит, завтра подпишу соответствующее письмо, и один человек пришёл не ипотечный, абсолютно несчастный, какой-то чудаковатый, очень симпатичный, но очень чудаковатый человек, который любит собак, подкармливает собак, пытался построить… брал кредиты для того, чтобы этих собак кормить, набрал кредитов на миллион рублей, зарплата у него ничтожная, пришёл, спрашивает, что ему делать. Вот этот человек, по-видимому, должен объявлять себя банкротом, хотя закона о банкротстве физических лиц пока нет, но, тем не менее, по-видимому, ну, я такую ему дал рекомендацию, что уж он решит, ещё раз, когда к нам придёт, скажет, писать в банки и сообщать, что банки должны на него подавать в суд, и он за счёт своего имущества погасит такую часть кредитов, какую возможно, имущества у него, очевидно, немного.
О. БЫЧКОВА - Да, вряд ли на миллион, конечно…
П. МЕДВЕДЕВ - На миллион у него точно…
О. БЫЧКОВА - Закон о банкротстве физических лиц – он на подходе, уже сейчас рассматривается?
П. МЕДВЕДЕВ - Вот, никак не подойдёт, к сожалению. Этот закон теперь называется не так страшно, он называется «о реабилитационных процедурах», и это лучше соответствует его существу, потому что это закон, который скорее поддерживает человека, чем его обижает, обзывает банкротом.
О. БЫЧКОВА - Давайте мы сейчас сделаем перерыв на краткий выпуск новостей. Напомню, что с нами Павел Медведев, депутат Государственной Думы, ставший недавно финансовым омбудсменом, правильно ведь?
П. МЕДВЕДЕВ - Правильно.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Первый финансовый омбудсмен России.
О. БЫЧКОВА - В программе «Своими глазами» мы продолжим разговор на эту тему.
НОВОСТИ
О. БЫЧКОВА - Продолжаем программу «Своими глазами», Ольга Бычкова и Софико Шеварнадзе и наш гость Павел Медведев, депутат Государственной Думы, финансовый омбудсмен, теперь, вот, человек, который будет защищать тех людей, кто…
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Кого обидели банки.
О. БЫЧКОВА - Нет, кого обидела жизнь, я бы сказала, несправедливо. Потому что, вот, люди брали кредиты, особенно, конечно, ипотечные, потому что они самые большие.
П. МЕДВЕДЕВ - Самый страшный кредит, конечно.
О. БЫЧКОВА - Самые страшные, большие и надолго обычно. А потом, вот, обстоятельства так повернулись, что люди оказались неспособны их выплачивать. Но, вот, прежде, чем мы перейдём к другой… к другому вопросу на эту тему, я хотела вас ещё вот что спросить, я чуть не забыла. А, вот, когда к вам приходят люди, да, в вашу приёмную, как позавчера, например, приходили, да, просители, то вы видите, вот, этот, например, честный, а этот – не очень. Этот добросовестный…
П. МЕДВЕДЕВ - Вы знаете, ну, мне кажется, что вижу, но ошибаюсь иногда, очень редко.
О. БЫЧКОВА - У вас же нет базы данных, например, как у банка?
П. МЕДВЕДЕВ - Нету, конечно.
О. БЫЧКОВА - Да?
П. МЕДВЕДЕВ - Нету, конечно. Ну, всё-таки 20 лет депутатского опыта что-то даёт.
О. БЫЧКОВА - Ну, они же вам не несут, наверное, справки с работы.
П. МЕДВЕДЕВ - Иногда ошибаюсь, но я всё равно пробую. Вот, у нас с помощницей такое правило: даже если мы думаем, что нас обманывают, но о чём-то просят, мы готовы протранслировать эту просьбу. Правда, если мы не очень уверены, если мы не очень договорились, мы просто сообщаем, что нас просят и просим конечную, так сказать, цель этой просьбы прокомментировать. Но такие случаи чрезвычайно редкие.
О. БЫЧКОВА - Расскажите какую-нибудь историю, когда вы обманулись?
П. МЕДВЕДЕВ - Обманулись… ну, вот, тоже, если говорить об этой моей линии финансовой… ну, относительно недавно был случай, когда человек пришёл просить реструктуризацию кредита, рассказал, у кого, что, когда он брал, что с ним случилось, потерял работу, и мы попросили, и банк нам сообщил, что мы знаем не всю правду. Этот человек уже получал реструктуризацию, а он нам об этом не сказал, а должен был сказать, и из-за этого наша просьба не будет выполнена.
О. БЫЧКОВА - А можно реструктуризацию дважды получить?
П. МЕДВЕДЕВ - Можно, вот, я только что рассказал о женщине, которая получила её дважды, разного типа, один раз – АРИЖК дал кредит, за счёт которого были платежи некоторые произведены, а потом и банк дал право платить вдвое меньше, чем по договору. Конечно, за это придётся расплачиваться, придётся платить дольше.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Понятно. А интересно, какие там финансовые махинации, можно проводить через вашу структуру?
П. МЕДВЕДЕВ - Какие? Не придумаешь. Банк…
О. БЫЧКОВА - Ты имеешь в виду, чтобы кто проводил? Чтобы сам Павел Алексеевич проводил свои махинации. Или его посетители? Извините.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Ну, чтобы, например, очень так умно обмануть, например.
П. МЕДВЕДЕВ - А как можно обмануть? Пока я просто прошу, но банк, если он долго живёт на этом свете, наверное, он умеет учитывать обязательства перед собой. Поэтому как его можно обмануть? Написать ему письмо – вы знаете, вы думаете, что Иванов взял у вас деньги взаймы, а на самом деле он у вас не брал? Ну, как можно обмануть? Никак.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Ну, да.
О. БЫЧКОВА - Ну, хорошо, расскажите, пожалуйста, как это происходит в других странах. Откуда, вообще, списана эта функция?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, вот, наша списана с Германии.
О. БЫЧКОВА - Что вам об этом известно?
П. МЕДВЕДЕВ - Известно, что банки согласились, немецкие банки согласились на то, что омбудсмен будет ровно так же, как он у нас сейчас, либо защищать интересы граждан, либо обращаться с какими-то просьбами. Ну, Германия – это исключение. Как правило, в Англии, в Скандинавских странах омбудсмен существует по закону. И, может быть, и у нас было бы лучше по закону, но ждать у моря погоды закона и отказываться от той поблажки, которую я получил, ещё раз напоминаю, я получил две поблажки. Одна – у меня будет хоть небольшой, но аппарат.. Вторая – иногда я могу принимать обязательные решения, а не просить.
О. БЫЧКОВА - Но вы… вам когда-нибудь приходилось иметь дело с вашими коллегами теперь уже в других странах? Вы что-нибудь, общались когда-нибудь?
П. МЕДВЕДЕВ - Общались, да. Я в своё время общался долго и полезно для себя с немцами и изучал их финансовую систему очень подробно. Так получилось, что благодаря этому я был знаком с их президентом, потому что президент был когда-то консультантом как раз по финансовым вопросам для меня.
О. БЫЧКОВА - Нынешнего?
П. МЕДВЕДЕВ - Нет.
О. БЫЧКОВА - Предыдущего.
П. МЕДВЕДЕВ - Взял он, ушёл. Так досадно. Так я мог всем говорить, что я знаком с президентом Германии, а теперь больше не знаком. С новым президентом я уже не знаком, он не был моим консультантом, предыдущий был консультантом, и многие другие немцы благородно и бескорыстно нам помогали, так что я довольно подробно изучил немецкую систему. 2-3 года тому назад меня приглашали англичане и показали все свои финансовые закоулки. В частности, с бюро омбудсменов я тоже познакомился.
О. БЫЧКОВА - У них прямо целое бюро там?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, так же как у меня будет бюро.
О. БЫЧКОВА - А у них большое бюро?
П. МЕДВЕДЕВ - Сейчас боюсь, что я уже не вспомню, сколько людей там работает, но несколько человек со мной разговаривали, вежливо объясняли, какие у них права и обязанности.
О. БЫЧКОВА - И что, там тоже сидит очередь на приём?
П. МЕДВЕДЕВ - Увы, очередь мне не показали.
О. БЫЧКОВА - Не показали? Может быть, её там просто нет.
П. МЕДВЕДЕВ - Вы знаете, скорее всего, нету. Потому что уж очень давно они свою травку подстилают. Мне один банкир рассказал такую историю. Он хотел… ой, извините, вот, неправильная история, испортил я историю, сказав, что банкир. Один человек.
О. БЫЧКОВА - А. Мы не слышали. Один английский дядя…
П. МЕДВЕДЕВ - Вы не слышали. Один английский дяденька мне рассказал такую историю.
О. БЫЧКОВА - А потом мы угадаем, кто он был по профессии.
П. МЕДВЕДЕВ - Да, а потом вы угадаете. Он хотел купить сложный финансовый инструмент, ну, и обратился туда, где эти сложные финансовые инструменты продают. Ему сказали – нет, нельзя, потому что вы – физическое лицо, вы, может быть, не понимаете до конца, какой вы риск на себя берёте. Идите в банк. Банк примет у вас заказ, объяснит вам, насколько это существенный риск, и он, банк, для вас купит этот финансовый инструмент, если вы с банком договоритесь. Он спрашивает – а можно идти, вот, в банк Х. Да, пожалуйста, в любой банк можно, можете идти в банк Х. Я пойду в банк Х, потому что я, вот, председатель правления.
О. БЫЧКОВА - Потому что мне недалеко туда идти.
П. МЕДВЕДЕВ - Недалеко туда идти, собственно. Я думаю, что если таким образом защищаются интересы людей, то, скорее всего, у омбудсмена не очень много просителей.
О. БЫЧКОВА - А с чем это связано?
П. МЕДВЕДЕВ - Очень, вы знаете, очень…
О. БЫЧКОВА - Люди более сознательные, подкованные физически.
П. МЕДВЕДЕВ - Истории длиннее.
О. БЫЧКОВА - Физические англичане.
П. МЕДВЕДЕВ - Длиннее истории.
О. БЫЧКОВА - Угу.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Знаете, что мне интересно. Например, ну, вы как народный примиритель в таком случае, но можете ли вы как-то повлиять, ведь банкиры тоже не все бывают хорошие, они тоже обманывают людей иногда. Можете ли вы как-то повлиять на их репутацию?
О. БЫЧКОВА - Можно наоборот сказать. Банкиры встречаются хорошие.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Встречаются хорошие, но не всегда. Можете ли вы как-то повлиять?
П. МЕДВЕДЕВ - Может быть, они в душе и не очень хорошие, но их бизнес заставляет их вести себя респектабельно. Иначе не будет доверия. Если не будет доверия, не будет ресурсов. Банки оперируют, как правило, с чужими деньгами. На 90% деньги, которые они выдают в кредит, это деньги чужие, это деньги, которые им доверили, только 10% - это деньги их собственников. А банки должны заботиться о доверии. Как-то, ну, вот, банковская система начиналась с кошмара, в 93 году было 3500 банков. Сейчас по существу меньше 1000. Формально – чуть больше. И очень немногие банки имеют такую длинную историю, что они родились в 93 году или раньше. Это значит, что банковская система просто принципиальным образом изменилась. Вот, я наблюдал её изменения. И такой ключевой для меня значимый эпизод, который сыграл в моей душе роль такой границы. Пришёл ко мне банкир. Рассказывает о каких-то своих банкирских делах, я выслушал, всё понял, прекрасно, собираемся расходиться.
О. БЫЧКОВА - На приём пришёл, в гости пришёл?
П. МЕДВЕДЕВ - Ко мне приходят банкиры. Если бы я не разговаривал с банкирами, я бы не понимал, как устроена банковская система. Сам-то я не банкир, поэтому я часто встречаюсь с банкирами. Ну, пришёл один, объясняет, что такой закон не очень хороший, надо бы такую поправочку внести. Вот, мы с ним обсуждаем это дело. Кончили обсуждать дело, и он мне рассказывает о своей личной жизни. Личная жизнь такая: у него один ребёнок, и тот - дочка.
О. БЫЧКОВА - Какой ужас.
П. МЕДВЕДЕВ - Ужас. Но у дочки сын. Он совсем маленький, но хороший, такой милый замечательный мальчик, и этот банкир хочет своему внуку отдать свой бизнес. Вот, для меня это было желание абсолютно ключевым. Если он хочет свой бизнес отдать родному мальчику, он этот бизнес не может запачкать.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - То есть, вам кажется, что банковская система стала абсолютно цивильной у нас в России?
П. МЕДВЕДЕВ - Намного более цивилизованной, чем в начале 90-х годов. В начале 90-х годов, когда ещё Верховный совет сидел в Белом доме, и у меня был отдельный кабинет, отдельный от моих помощников. Теперь все сидят, прям как сельди в бочке. Вдруг без стука заходит незнакомый человек и садится напротив меня на стол, который случайно стоял с другой стороны моего стола, смотрит на меня некоторое время, потом говорит – скоро будут выборы, 93-й год, как он догадался, не знаю. Скоро будут выборы, и в этом кресле – показывает на моё кресло, буду сидеть я. Я очень удивился, спросил – вам зачем? А как же? А неприкосновенность? Оказалось, что это банкир, и в те времена очень знаменитый. И неприкосновенность ему была нужна, он совершил какое-то страшное преступление, сел надолго-надолго-надолго, не успел он победить меня на выборах.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А к чему тогда сегодняшний законопроект Центробанка о деловой репутации банкиров, если всё так хорошо?
П. МЕДВЕДЕВ - Это очередной ход. Вот, какова история этой репутации? Начиналась в 90-ые годы с того, что какой-нибудь «банкир»-бандит банкротил банк и переходил тут же бандитом в другой, банкротил этот банк, уходил в третий, и опять был банкиром. Нужно было принять какое-то решение, чтобы это безобразие стало невозможным. Приняли. Теперь наводим глянец. Теперь мало того, чтобы нельзя позволить человеку дважды обмануть, надо постараться не позволить и один раз обмануть. А для этого очень полезно, это не гарантия, но очень полезно заранее посмотреть, кого же мы назначаем первый раз начальником банка. Вот эта самая репутация, о которой Центральный банк заботится.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А есть какие-то чёрные списки?
П. МЕДВЕДЕВ - Есть, конечно. Центральный банк некоторых людей категорически не утвердит на ключевые должности. В законе перечислено много-много-много теперь уже ключевых должностей, не только начальник, но и его заместитель, но и его главный бухгалтер, но и заместитель главного бухгалтера, но и начальник филиала… банк в Москве, а филиал где-нибудь во Владивостоке. Начальник филиала, это всё номенклатурный список. Центральный банк не утвердит на должность человека с подмоченной репутацией.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - То есть, это только касается топ-менеджеров. Жалко, потому что на самом деле на уровне обслуживания, нижнее звено.
П. МЕДВЕДЕВ - И вы ставите замечательную проблему. Центральный банк сейчас мечтает о следующем шаге. К сожалению, в некоторых банках, которые, там, обанкротились в своё время, была команда менеджеров среднего уровня, которые совершали всякие безобразия иногда за спиной своих бестолковых начальников. Эти команды менеджеров среднего звена, несколько раз это было обнаружено, переходят в другой банк, и там творят безобразие. Центральный банк сейчас мечтает о том, чтобы формализовать правила отслеживания и этих менеджеров, и это будет сделано. И мы будем жить почти, как в Англии.
О. БЫЧКОВА - Почти. Почти чуть-чуть. Сергей из Барнаула спрашивает: «А к вам приходят только заёмщики по ипотеке или это распространяется, ваша защита, также на предпринимательские кредиты?». Вот, приходили к вам люди из бизнеса?
П. МЕДВЕДЕВ - Нет, предпринимательские приходят, конечно, но омбудсменовская моя должность не связана с предпринимателями.
О. БЫЧКОВА - Не связана?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, как депутат, я и предпринимателей принимаю, конечно.
О. БЫЧКОВА - А почему не связана? Это же тоже люди, особенно если это малый бизнес.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А разве предприниматели не берут кредиты из банка?
П. МЕДВЕДЕВ - Так договорились. Принесли мне подарок и требуют – вы знаете, я этот подарок беру, а вы мне ещё подарите, неудобно. Поэтому я не прошу больше. Начать бы, начать. И довести дело до такого состояния, чтобы, там, я не знаю, не шесть, не шестьдесят, а шестьсот банков в это поверили. Начнём давайте с физических лиц, а потом посмотрим.
О. БЫЧКОВА - Но к вам приходили, тем не менее, да, вы говорите?
П. МЕДВЕДЕВ - Да, юридические лица приходят намного реже, чем физические.
О. БЫЧКОВА - Да? А почему?
П. МЕДВЕДЕВ - Потому что лучше интегрированы в эту жизнь. Если человек смог стать предпринимателем, то, скорее всего, он умеет справляться с такими финансовыми трудностями.
О. БЫЧКОВА - Мы же знаем массу историй, да, особенно, вот, именно компании, связанные с малым бизнесом, когда люди берут кредит в банке, ну, вот, бизнес не пошёл, тут ещё кризис накатил, ещё не дай Бог оказался в зоне риска где-нибудь, да, вот, по которым… по кому больше всего этот кризис ударил. И чего?
П. МЕДВЕДЕВ - Банкротится. Этот малый бизнесмен банкротится. И он перестаёт быть должником. Он отдаёт в погашение своих долгов какую-то собственность, но не личную, а корпоративную, и на этом дело кончается.
О. БЫЧКОВА - Понятно.
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, приходят, нет, приходят. И иногда я пытаюсь помочь, договориться.
О. БЫЧКОВА - Удаётся?
П. МЕДВЕДЕВ - Иногда договориться. Реже, чем для физических лиц, но и вопросов… запросов значительно меньше.
О. БЫЧКОВА - Меньше.
П. МЕДВЕДЕВ - Значительно меньше.
О. БЫЧКОВА - А, вот, если это физические лица, вернёмся к ним, то приходят чаще мужчины или женщины?
П. МЕДВЕДЕВ - Вы знаете, в феврале-марте прошлого года – в основном женщины, и так больно их было слушать, потому что они со своей квартирой связывают свою судьбу. Очень часто это относительно молодые женщины, которые относительно недавно вышли замуж, относительно недавно родили ребёнка, и они приходят в таком кошмаре – а что же дальше-то делать? Ребёнок народился, куда дальше? Если, не дай Бог, ну, вот, стараюсь их успокоить до такой степени, чтобы можно было по-деловому обсуждать то, что произошло. Дальше, вот, они успокаиваются и становятся рациональными, и мы обсуждаем, что можно сделать, о чём просить, чего достаточно, чего недостаточно, иногда приходится входить во всякие семейные детали, а нельзя ли у родственников что-то попросить перехватить для того, чтобы реструктуризацию просить не такую существенную, менее существенную, чем надо, для того чтобы закрыть дыру. И эти женщины очень симпатичные, для меня очень симпатичные. Они борются не только за крышу над головой, но и за семью тоже.
О. БЫЧКОВА - Да, молодые в основном, да? Больше.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Правда, что женщин больше, чем мужчин?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, не в 20 лет, скорее, в 30.
О. БЫЧКОВА - Ну, не в 20, да.
П. МЕДВЕДЕВ - В 30, там, 35.
О. БЫЧКОВА - Но и не пенсионерки.
П. МЕДВЕДЕВ - Больше… нет, пожалуй, да, пенсионерки, не могу вспомнить, да, в связи с ипотечным кредитом, да, не могу вспомнить.
О. БЫЧКОВА - Плачут в приёмной?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, по-разному, некоторые плачут. Некоторые плачут.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - А вы как-то отслеживаете, вот, результаты той помощи, которую оказываете?
П. МЕДВЕДЕВ - Да. Я же вам сказал, что 90% в конце концов… ну, если быть точным, то февральско-мартовские сначала наполовину только были успешные потому, что не было государственной поддержки. Государственная поддержка оказалась очень разумной и очень умной ещё… не АРИЖК, а просто ИЖК. Очень умно воспользовалась этой государственной поддержкой, ну, детали не буду рассказывать, но воспользовалась так, что оказалось, что банкам выгодно в каком-то смысле, ну, если не слишком сильно, реструктуризировать кредиты. И после того, как была поддержка от ИЖК, уже очень многие банкиры поддержали, и к маю-июню 90% положительных ответов.
О. БЫЧКОВА - А сейчас какие приходят больше типажи? Ну, вы сказали, что народу меньше приходит.
П. МЕДВЕДЕВ - Да, ну, я вам троих описал. Одна дама, очень предусмотрительная, и я думаю, с ней будет всё благополучно. Вот, та самая, которая в недвижимости работает. Которой… я ей в мае обеспечу отсутствие кризиса, и всё будет хорошо у неё. Ну, одна, которой надо помочь, ну, тоже мне кажется, что дело некатастрофическое, я надеюсь на положительный ответ, и, вот, чудак какой-то, который любит собак, это, конечно, замечательно, что любит собак.
О. БЫЧКОВА - Такой человек точно не рассчитал.
П. МЕДВЕДЕВ - Абсолютно неспособный к этому.
О. БЫЧКОВА - А много таких, которые именно не рассчитали своих возможностей?
П. МЕДВЕДЕВ - Меньшинство среди тех, которые ко мне приходят. Ну, я не знаю, даже не десятыми, думаю, что меньше, чем десятая часть.
О. БЫЧКОВА - То есть, совсем мало?
П. МЕДВЕДЕВ - Приходят удивительные наивные люди, и где они нашли такие наивные банки, которые им понавыдавали кредитов, я часто удивляюсь.
О. БЫЧКОВА - Ну, например, вот, кроме этого человека с собакой?
П. МЕДВЕДЕВ - Ну, какая-то женщина пришла, ну, это было 2-3-4 месяца скорее тому назад, которая тоже понабирала кредитов, там ей холодильник нужен не такой, а сякой, даже автомобиль не покупала, у неё скромные запросы, но, вот, холодильник не такой, а сякой. Там, шкаф не такой, а сякой. Телефон, вот, да, работал, но у подружки телефон намного круче. Такая какая-то…
О. БЫЧКОВА - И что в таком случае происходит? Тоже говорите – идите, банкротьтесь?
П. МЕДВЕДЕВ - С этой я пытался всё-таки как-то выяснить… у неё не катастрофическая сумма, и я пытался помочь ей по одному банку, где самый большой кредит. Банк согласился на реструктуризацию, и она исчезла.
О. БЫЧКОВА - Ну, и слава Богу. Значит, всё прошло успешно.
П. МЕДВЕДЕВ - Не знаю, не знаю, не знаю, не уверен. Она очень уж инфантильна.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Скажите, а, вот, вам лично хотелось бы, чтобы ваша должность была не договорённая, а стала государственной?
П. МЕДВЕДЕВ - Я думаю, чтобы это было бы лучше, но ещё раз повторяю – ждать у моря погоды и отказываться от той пышки, которую мне сейчас предложили, смешно.
О. БЫЧКОВА - Ну что. Всё. Мы можем тоже, конечно, ещё подождать, но не можем, потому что у нас уже программа закончилась.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Спасибо вам большое.
П. МЕДВЕДЕВ - Спасибо вам.
О. БЫЧКОВА - Спасибо вам большое. Был сегодня с нами Павел Алексеевич Медведев, депутат Государственной Думы, ставший теперь финансовым…
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Первым.
О. БЫЧКОВА - Первым финансовым омбудсменом.
С. ШЕВАРНАДЗЕ - Омбудсменом.
О. БЫЧКОВА - Но на общественных началах. Может, оно и лучше, на самом деле, вы знаете. Вы же на людей работаете, а не на государство.
П. МЕДВЕДЕВ - Посмотрим, посмотрим. Если мне удастся быть достаточно деликатным и успешным, может быть, будет принят закон.
О. БЫЧКОВА - Спасибо большое, это была программа «Своими глазами». Ольга Бычкова и Софико Шеварнадзе, спасибо вам.