Теракты в Лондоне - Алим Юсупов, Эндрю Джек - Своими глазами - 2005-07-12

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы продолжаем наш эфир. Сейчас у нас в гостях Алим Юсупов - руководитель отдела корреспондентов дирекции информационных программ Первого канала. Здравствуйте, я вас приветствую. Мы будем говорить о теракте, о том, как показывали его у нас, в других странах, чем это отличалось друг от друга. И вообще о всяком разном будем говорить. У нас сейчас будут гости по телефону, и мы сейчас набираем этого гостя. И я хочу вам сказать, у меня последние новости информационная лента. Террористы-смертники как выясняется, сказал канал Sky News. Мы еще сегодня его будем вспоминать. Четверо исполнителей теракта в Лондоне граждане Великобритании, они, правда, не уточнили национальности террористов, обнаружены документы 4-х вероятных исполнителей терактов. Как считается, они погибли, выяснилось, что все эти люди прибыли их графства Йоркшир, на станцию King`s Cross. Незадолго до подрывов, их лица зафиксированы камерами наружного наблюдения. И уже кое-кого арестовали, во вторник стало известно, что британская полиция арестована в Йоркшире несколько человек в рамках расследования теракта в Лондоне. Напомню, что 52 человека и около 700 получили ранения. Давайте, Алим, у нас по телефону есть гость, поэтому мы сейчас дадим ему слово. Добрый вечер.

Э. ДЖЕК - Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я приветствую Эндрю Джека, корреспондента Financial Times. Добрый вечер.

Э. ДЖЕК - Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Спасибо, что вы нашли для нас время. Эндрю, скажите, пожалуйста, вы были свидетелем, очевидцем этих событий. Расскажите немного о том, что вы видели.

Э. ДЖЕК - Лично я ничего не видел. На самом деле был просто хаос утром. Я попробовал подняться в метро как обычно, сначала сказали, что была электрическая проблема. Все люди пробовали попасть в автобусы, они были полные. И только через час или два была информация якобы, что были взрывы. Даже говорили о джихаде, и потом стало ясно, что было 4 взрыва после обеда, в метро поезда остановились, и люди просто пешком шли по Лондону. Читали газеты, слушали радио. И я понял, что случилось.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Эндрю, а вот интересно. Это очень странно, откуда появилась версия о какой-то электрической аварии?

Э. ДЖЕК - Просто я думаю, что первый взрыв произошел на Edgware Road, может быть, после этого действительно была какая-то проблема с электротоком. И потом все метро остановилось, когда было еще два взрыва. И тогда милиционеры закрыли дороги, чтобы не мешать работе.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У меня к вам несколько мелких вопросов, которые важны для понимания, как вы лично и как англичане относятся к некоторым аспектам того, что произошло. Во-первых, скажите, как показывалось это все? Что смотрели, какой канал?

Э. ДЖЕК - Я смотрел и BBC и Sky News тоже международный, CNN и так далее, слышал BBC на радио и особенно конечно Интернет более актуальную информацию тоже с сайта BBC и газеты. И конечно, на следующий день все газеты читали Evening Standard лондонская газета и наша главная Guardian, Daily Telegraph, я конечно Financial Times.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У нас в гостях Алим Юсупов, руководитель отдела корреспондентов дирекции информационных программ Первого канала. Поэтому чуть-чуть давайте коснемся телевидения. Из всех каналов, которые показывали эти события, какой канал был более предпочтительный? Потому что у нас есть версия, у нас и информация есть и рейтинги есть, что в этот момент больше смотрели, но не хочу оказывать на вас давление. Что больше смотрели зрители?

Э. ДЖЕК - Я не читал точно цифры, но мне кажется сначала BBC и много Sky News, спутниковое телевидение, потому что они очень внимательно передавали эти события. Но надо сказать, что для журналистов, особенно для телевидения это было утомительно сначала, потому что большинство взрывов было под землей, поэтому просто показывали милицию, машин, людей на улицах. И потом конечно драматический образ - автобус, который взорвался.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Скажите, на ваш взгляд удовлетворительно или я бы так сказал: интенсивно ли идет расследование? Мы только что прочитали информацию о первых арестах в Йоркшире несколько человек в рамках расследования терактов в Лондоне. Вы чувствуете, граждане чувствуют, что расследование идет и идет активно и в нужном направлении?

Э. ДЖЕК - Я так думаю, на самом деле первые аресты были уже в эти выходные. Но сегодня, правда, достаточно драматические события, было много исков, особенно в городе Лидса, на севере Англии, где якобы арестовали родственника одного человека, и милиционеры уже сказали, что они уже поняли конкретно, что 4 человека шахиды все погибли в автобусе или метро. И потом был еще один случай. Город недалеко от Лондона - Лутон, где милиционеры нашли машину, которую они считают связанной с взрывом. Может быть, там был еще один человек, которого они до сих пор не поймали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это, по сути, вы говорите факты. А мне важно мнение, вы лично ощущаете, что расследование ведется, от вас что-то скрывают?

Э. ДЖЕК - Это интересно конечно, что Блэр уже отказался от парламентского расследования, он сказал, что надо сначала все наши силы концентрировать на это расследование, найти людей, понять, что случилось. И все политические оппоненты поддержали это решение. Я тоже считал, что милиционеры работали достаточно быстро, надо понимать насколько это трудно, конечно. И я лично удивлен, что они уже во вторник идентифицировали всех людей, которые погибли и которые якобы виноваты в этом деле.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – И, наверное, последний вопрос. Мы знаем, что премьер Блэр выступил с таким заявлением, с одним из заявлений, где он поблагодарил мусульманскую общину Британии за помощь. Скажите, не обострились ли отношения, нет ли каких-то акций против мусульманской общины? Какая сейчас ситуация?

Э. ДЖЕК - К сожалению, уже было несколько таких случаев, маленькие неприятности. Но конечно в Лондоне и Англии вообще очень разные люди, разные этнически. Но на самом деле я считаю, что настроение спокойное и это главное, конечно, потому что было бы очень жалко, если бы были какие-то выступления против людей, которые ни при чем.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Огромное вам спасибо, что вы уделили нам время. Благодарим вас за это интервью. А сейчас я прошу прощения у Алима, что пришлось послушать, но тут диалог не предполагается. Давайте теперь поговорим о том, где были вы до этого теракта, что вы делали, как это все происходило. Что вы видели, и как вы отбирали?

А. ЮСУПОВ – Я был на работе. Все внимательно следил по телевидению, в том числе по телеканалу Sky News.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А почему Sky News?

А. ЮСУПОВ – Это канал, который показывал конкретно у меня на работе. Поэтому Sky News я смотрел более внимательно, чем любые другие источники. Но я активно пользоваться Интернетом. Надо сказать, даже если бы у меня был выбор, я бы скорее обратился к каналу Sky News , а не с CNN, потому что мой опыт телезрителя британских и вообще международных программ оставляет весьма высокое мнение именно о канале Sky News.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А BBC?

А. ЮСУПОВ – А BBC с моей точки зрения информирует корректно чрезвычайно, очень точно, но на мой вкус суховато. В силу разного рода исторических причин, я имею в виду для конкретной корпорации BBC. На мой взгляд, Sky News он поживее, и я бы конечно смотрел все-таки его и, безусловно, Интернет огромное количество источников, которые существуют, это и газеты британские и наши отечественные источники.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте еще об этом поговорим. Насколько мы здесь знаем, а тут мы внимательно смотрели за тем, что было, у Sky News, которые были более свободны, потому что BBC наложили на себя несколько самоограничений: не показывать крупно, они размывали лица, мы это видели.

А. ЮСУПОВ – То же самое делал Sky News .

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Тут конечно тонкая граница в слове "поживее", во всяком случае, как-то так поживее получилось, что, как нам известно, даже правительственные круги в Британии смотрели именно Sky News. И понимаете, возникает большой вопрос. Так все-таки чего хотят смотреть, если есть какая-то альтернатива, конечно. Предположим, РТР показывает как-то так, а вот вы на Первом канале показывали иначе, как вы показывали. Какой был критерий для показа?

А. ЮСУПОВ – Я думаю, что в действительности применительно к этой ситуации большой разницы между показом на РТР, точнее на телеканале "Россия" и на Первом канале не существовало. Дело в том, что все мы питались из одних и тех же источников это так называемый видеообмен, картинка основная приходила по международным каналам международных агентств. Дело в том, что понятно, что возможности британских телевизионных агентств, таких как "Рейтер", ITN несравненно больше, чем любой российской телекомпании, которая, как правило, имеет по одному корпункту, что означает корреспондент плюс оператор. Это несравнимые силы с тем, что может предложить международное агентство. Еще нужно учесть, что силы корреспондентов трех основных каналов были на тот момент отвлечены на саммит в Глениглс. И в Лондоне корреспондентов ровно в момент совершения теракта российских телевизионных компаний не было. И поэтому мы питались неким вторичным продуктом, тем, что представляли нам международные агентства и ссылками на то, что нам сообщали международные агентства печатные. Поэтому я думаю, что особой разницы в этом не было, просто был момент, чей корреспондент раньше успеет добраться до Лондона, кто это сделает более интересно, менее интересно. Но я бы сказал, принципиальной разницы здесь нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Все-таки давайте поговорим о критериях. Вот случилось такое происшествие. Как вы организовывали работу потом. Знаете, слушателям это интересно. Как это происходит в телевидении. Кого вы туда послали, что должен сделать этот человек, куда он должен пойти. Как сделать это интересно и правильно по вашему разумению?

А. ЮСУПОВ - Применительно к этому случаю?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Будем о нем говорить, поскольку все понимают и конечно говорить о чужой трагедии несколько легче, чем о своей.

А. ЮСУПОВ - Ну да, безусловно. Тут не знаю, насколько это интересно, но конечно это момент, вопрос логистики, какой корреспондент ближе, как быстро он сумеет добраться до места событий, как быстро он сможет выйти в эфир. Потому что нужно еще учитывать, что в момент, когда появились первые сообщения о неких неполадках сначала, а потом о том, что там произошли взрывы в лондонском метро, мгновенно в течение 20 или 30 минут были расхватаны и заказаны все телевизионные каналы передачи из Лондона. То есть если сообщение о первых взрывах около 12 или половина 12-го дня мне кажется по московскому времени, то уже к часу дня заказать на вечер выход в прямой эфир было чрезвычайно проблематично. Поэтому первый вопрос, который встал перед редакцией нашей, в том числе как эти каналы достать, какой корреспондент долетит быстрее. Мы отправили нашего корреспондента, который работал в этот момент в Шотландии, отправили срочно в Лондон. К сожалению, в связи с чрезвычайными мерами, принятыми в аэропортах и Эдинбурга и Лондона, он прилетел с некоторой задержкой. Но понятно, что каждый добирался, как мог на перекладных, и все устремились, разумеется, в Лондон. А его задача на месте - это выйти в эфир, и рассказать и за то время, которое у него есть перед эфиром, подготовить, собрать как можно больше информации, какую-то картинку и предоставить ее в максимально большем объеме. Разумеется, используя видеоизображения, которые поступают к нам по каналам международных агентств. Оно наиболее полное, как правило, наиболее адекватное.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну а что для вас было важно, каким должен быть этот материал? И я бы так поставил вопрос: чем отличалось на ваш взгляд освещение того, что происходило в Лондоне у нас от того что, показывалось, когда это происходило у нас, сам факт террористического акта.

А. ЮСУПОВ - Как вы справедливо заметили, все-таки описывать чужую трагедию, точнее трагедию в другой стране несколько проще. Поскольку человеческая психология такова, что-то на удалении происходящее и, безусловно, многие люди сопереживали этому, но, тем не менее, по силе эмоционального воздействия, если это у вас происходит в вашем городе или где-то в России это конечно несравнимо, и это не описывается телевизионными стандартами, это описывается просто тем, что человек ощущает свою эмоциональную причастность к тому, что происходит больше, если это происходит в его стране или его городе. Что касается, как освещалось, да, действительно звучали разные мнения, что недостаточно показывают британские каналы, картинка очень дозированная, и информация дозированная. И, мол, нас упрекали в том, что мы как-то не так освещали Беслан.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Подождите, вы сейчас о Беслане или о Лондоне?

А. ЮСУПОВ - Часто звучит сравнение как британские каналы освещали трагедию в Лондоне и как российские каналы освещали трагедию в России. Многие в России начали говорить о том, что нас упрекали в том, что мы как-то не так освещали Беслан, вот посмотрите, как они освещают Лондон. Свою собственную трагедию. И некая даже претензия звучала, мол, посмотрите сами на себя. Я должен сказать, что я не очень согласен с такого рода претензиями, но было совершенно очевидно, что действительно они дозируют картинку, но происходит это по соображениям, как мне кажется, не связанным с правительственным давлением, а с самоограничением журналистов, которые приняты на этих телеканалах. Всем известно, что BBC имеет свой "Producers Guidelines". То есть такой талмуд толщиной страниц в 600, который подробнейшим образом описывает правила поведения журналистов, продюсеров, редакторов, в общем, все, кто связаны с процессом производства новостей. Он описывает, что можно что нельзя, как где следует поступить, как принять решение. Это не связано с цензурой, это связано с неким саморегулированием, для того чтобы продюсер, который попал в ситуацию, которая для него не ясна, он мог бы обратиться к этому талмуду и найти там ответ. Кроме того, существуют законы в Британии, которые ограничивают показ сцен насилия в документальных, в том числе передачах весьма существенно. Это называется "водораздел", когда до определенного часа телекомпания не может показывать какие-то откровенные сцены насилия. Ближе к вечеру это уже возможно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы сейчас сделаем небольшую паузу, а потом вернемся к разговору с Алимом Юсуповым.

НОВОСТИ

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – У нас программа "Своими глазами", хотя в данном случае при нашем госте чуть-чуть повернем ее. Можно узнать у него как он своими глазами…

А. ЮСУПОВ - Видел по телевизору.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Не то, что видел по телевизору. С этим все ясно. С Лондоном. Там что могли, то сделали. Гораздо более благодатная тема поговорить с вами о том, как делаются новости, например, Первого канала. Я напомню, руководитель отдела корреспондентов дирекции информационных программ. Как сможете, так скажете. Во всяком случае, это тема, которая мне интересна. Вот какие на Первом канале существуют критерии что показывать, что не показывать? Какие-то самоограничения?

А. ЮСУПОВ - Есть некий новостной поток, он очевиден. Когда в Ухте сгорит магазин, его будут показывать, безусловно, это будет одна из первых новостей. Понятно, что существует некая поправка на телезрителя Первого канала, в частности программа "Время" считается, что это телезритель консервативный. Поэтому скажем, аудитория целевая Первого канала, впрочем как и телеканала "Россия", наверное, тут может быть исключение составляет телеканал НТВ, как правило, по статистике, по социологическим исследованиям это люди пожилые, то есть разные есть люди, но в основном…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Как принято говорить: среднего и старшего возраста.

А. ЮСУПОВ - Да. С этой поправкой существует понимание, какие темы могут быть интересны, поняты, актуальны и так далее. Вот некий консерватизм в рамках существующего новостного потока.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А как выбирается картинка? Представим себе ситуацию, сгорело здание, погибли люди. Ясно, что там много чего наснимали. Как вы потом определяете, что показывать, что нет?

А. ЮСУПОВ - Понимаете, исходя… такой вопрос интересный. Вернувшись в Англию, несколько лет назад я был там на стажировке в телекомпании BBC, где журналистам рассказывают о том, как работают телекомпании, объясняют некие принципы ее деятельности и прочее. И там, в частности существует ряд очень интересных фильмов для внутреннего пользования.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Образовательные такие?

А. ЮСУПОВ - Так назовем. Методическое пособие видео очень качественно сделанное, между прочим. И там, в частности есть фильм, который называется "Что мы снимаем, и что мы показываем" и речь идет в первую очередь о сценах насилия, связанных с показами разного рода трагедий, будь то вооруженные конфликты, террористические акты или же какие-то трагедии, вызванные природными причинами. И это любопытный фильм не для слабонервных. Потому что там действительно показаны некие сцены, которые оператор снял, то есть без купюр, с учетом того, что это для внутреннего пользования, для журналистов. И то, что вышло в эфир. Конечно, для того чтобы не шокировать и не ранить чувства людей, в частности перед телевизором могут оказаться дети, наиболее кровавые сцены не показывают. Задача картинки передать некое эмоциональное напряжение и ощущение трагедии, масштаб ее но, не травмировав зрителя натуралистическими подробностями. В общем, конечно, демонстрация трупов с простреленными головами и прочее это было возможно на диком этапе развития российского телевидения в начале 90-х, когда огромное количество криминальных программ все это показывало. Возвращаясь к Англии, там существует четкое правило, что после 10 вечера в выпусках новостей можно показывать более откровенные сцены с места события какой-то трагедии, но тоже, разумеется, абсолютно без анатомического театра. Но, тем не менее, то, что можно показывать в 22.00, в 2 часа дня показать нельзя, потому что это смотрят дети.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Извините, вы одну вещь сказали, не могу пройти мимо. Я помню, что во все часы и круглосуточно, как только можно показывался труп Масхадова. Со всеми простреленными головами и так далее. Это было такое специальное решение, показать, вот поверженный враг. То есть это такая разовая история?

А. ЮСУПОВ - Трудно сказать. Я, честно говоря, не сторонник лично показа трупа Масхадова со всеми простреленными и прочее, наверное, тут есть какой-то момент, что ли демонстрации результатов деятельности неких правоохранительных структур.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Но в любом случае это было понятно, по всей видимости, силовое решение, это была указивка…

А. ЮСУПОВ - Начнем с того, что такого рода съемки не производятся профессиональными операторами с телевидения. Я уверен, кстати говоря, если бы это снимал профессиональный оператор любого из каналов, он бы…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нашел ракурс.

А. ЮСУПОВ - Он бы снял, может быть его и с простреленной головой, но он бы нашел ракурс, который более деликатно относился к мертвому человеку, кем бы он ни был. Но поскольку эти съемки, как правило, ведут офицеры соответствующих служб, которые не преследуют цели создания…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Художественного образа.

А. ЮСУПОВ - Да, если позволено это будет так назвать, а это некая оперативная съемка как бы для внутреннего потребления, необходимо там что-то зафиксировать. Вот как фотограф-криминалист фотографирует тело на месте преступления. Таким образом они и действуют. Других кадров просто не бывает с такого рода…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мероприятий.

А. ЮСУПОВ - Да. И выбор там, в действительности один: либо не показывать вовсе, либо показывать то, как они снимают.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Мы здесь проводили опросы, они у нас довольно частые. "Рикошеты" наши. И мы спрашивали людей, которые бесконечно сыплют сообщения, в частности, помните, есть передача вечерняя про автоаварии разные, где показываются достаточные подробности, ужасноватые, я бы сказал. И бесконечно идет поток: это безобразие, это травмирует и так далее. А потом мы задали вопрос: вы хотите видеть отобранное или вы хотите видеть правду, но мы объяснили, что под словом "правда" мы подразумеваем не редактированное. Поразительно, но 85%, по-моему, проголосовало, что они хотят видеть все. Понимаете.

А. ЮСУПОВ - Я думаю, что это некий момент человеческой психологии. С одной стороны, человек ужасается, с другой стороны его неотвратимо тянет к этому экрану. В конце концов, такой аргумент банальный затасканный: не нравится это, можно выключить. И не подпускать своих детей к этому телевизору. Хотя я повторяю, я не сторонник показа натуралистических сцен. Но человек видимо, так устроен, что его ужасает, но потому что его ужасает, он тянется, потом он пишет гневные письма на радиостанцию "Эхо Москвы".

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это как водители проезжают мимо аварии, все притормаживают и смотрят, чего там у них произошло. И как ему делают искусственное дыхание. Я хочу сказать, что через минутку вы будете иметь возможность по телефону пообщаться с Алимом Юсуповым. Пожалуйста, 203-19-22. Вы можете его спросить про новости. Я только напомню, кто там, на ОРТ руководит новостями?

А. ЮСУПОВ - Директор Кирилл Клейменов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вот там директор Кирилл Клейменов, у нас в гостях Алим Юсупов. Поэтому он чего-то вам сможет ответить, а чего-то это уже нужно к Кириллу Клейменову как руководителю. А вообще скажите, на Первом канале как-то единая позиция по поводу показа новостей?

А. ЮСУПОВ - Что называть единой, смотря. Некая редакционная политика вы имеете в виду?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну хорошо. Пусть будет так. Давайте назовем это редакционная политика.

А. ЮСУПОВ – Разумеется, в первую очередь как в любой службе новостей, что на Первом канале, что на другом, редакционную политику определяет ее руководитель. Руководитель канала, руководитель дирекции. И последнее слово за ним, поскольку телевидение это такая вертикально выстроенная структура при любых обстоятельствах. У каждого есть некая своя зона ответственности, в рамках которой он волен действовать. Если так можно выразиться это все равно некий коллективный разум, телевидение не делается ни одним человеком, ни двумя и ни тремя. Оно делается совместно. Видимо я бы так сказал да, коллективные…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хорошо. Я просто хочу понять, в чем разница. Я часто наблюдаю наши оперативки, так называемые, когда собираются здесь, они у нас проходят несколько раз в день и когда определяется большое "Эхо" в 13 часов, в 18 часов и так далее.

А. ЮСУПОВ - Вещи подобные происходят…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я понимаю. Но я вижу отсутствие некой исходной политической доминанты, которая существует. Я хочу вам сказать сразу, что в моих словах нет никакого осуждения. Я с большим удивлением смотрю на новости Первого канала. Я часто смотрю на них как на некое такое чудовище. Но дело не в моем отношении, а я просто говорю, вот есть новости, и вы очень опытный человек и тут нет вопросов. И вы понимаете, что есть новости и, работая, например, в Sky News вы бы их расставили вот так. Насколько Первый канал, даже без указивок, насколько Первый канал и то, что вы сказали, что определенная аудитория, консерватизм восприятия, это все есть. Вот об этом я спрашиваю. Насколько они диктуют вам показать новости не так, а так, затронуть не такие темы, а такие. На первый план поставить не эту тему, а другую.

А. ЮСУПОВ - Иногда очень сильно. Мы обсуждаем на летучках некие темы, в том числе, что поставить первое и что сделать более широким сюжетом, что сделать более кратко. И очень часто разговор идет ровно об этом, о том, что, скорее всего для нашей аудитории было бы интересно послушать большой репортаж или большой материал, связанный с передачей наследства, а не с какими-то другими вещами, которые как нам кажется, могли бы быть менее интересны этой аудитории. Поэтому достаточно часто я бы сказал, регулярным образом идет некая сверка или отсылка к тому, будет это интересно или не будет. Будет это понятно или нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А насколько политика рулит этим. Я имею в виду опять же не звонки из администрации президента, а, например, сегодня Путин встретился с таким человеком, потом с другим. Более того, он в этот же день слетал туда-то, встретился в аэропорту с этим человеком, он еще отобедал у королевы и вот это большой материал, это же все наснято. Как вы определяете пропорциональность этого дела?

А. ЮСУПОВ - Я бы так сказал, все-таки это канал достаточно официальный. Программа "Время" испокон века была программой в частности, обязательным сегментом которой было освещение деятельности государственных структур, главы государства и так далее. И она сохраняет эту составляющую по сию пору. И такой подобный отчет о деятельности того же Путина это некая хотите, назовите это традицией…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Карма.

А. ЮСУПОВ - Хотите кармой. Но она остается и будет, я думаю оставаться еще долго.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Как вы определяете, например, насколько это сжать? Или насколько это поставить широко.

А. ЮСУПОВ - Вы понимаете, часто материал из того же Кремля поступает достаточно скромный, скажем так. Путин встречается с неким деятелем политическим, государственным чиновником и прочее. Они жмут руки и обмениваются двумя фразами. Из этого большой материал, как ни крути, не сделаешь. Поэтому он выходит двумя-тремя фразами. Плюс понятно, что встреча Путина я не знаю, с президентом какой-то очень далекой от нас страны, конечно, по определению не может быть предметом материала не только для нашей аудитории, но для аудитории НТВ, "Эхо Москвы", какой угодно аудитории.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А если…

А. ЮСУПОВ - Если же он совершает некую поездку по России, и делает какие-то заявления, конечно, это освещается более подробно. Считается, что это…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Надо.

А. ЮСУПОВ - Это надо.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А кто определяет, это очень интересная история. Кто определяет, как вам сказать, у нас это определяет тот человек конкретный, у нас нет в данном случае никаких указивок, у нас определяет крупность крупного плана, если можно так сказать, тот, кто делает непосредственно сейчас программу "Эха". Он определяет, вот это будет так, это так. Потом с ним можно ругаться. Но это потом. Нельзя до. Это такое правило. А вот как определить, сколько минут должен быть репортаж про того же Путина?

А. ЮСУПОВ - Не знаю, разочарую вас или обнадежу, но, к сожалению, это часто невозможно предугадать, потому что очень многое зависит от корреспондента, который делает этот репортаж. Потому что хронометраж вечная проблема новостей телевизионных, потому что, как правило, всегда не хватает времени, для того чтобы показать и то, и се, и третье и десятое и уложиться в это. Поэтому точный хронометраж вам никто никогда не скажет. Кроме того, с какой скоростью, если Владимир Путин уехал в некий город, и мы ожидаем, что он там завтра будет делать заявление, с какой скоростью он будет говорить, быстро или медленно, какой длины будет его так называемый синхрон, то есть кусок его выступления, никто предугадать не может.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Так вот кто определяет? Вот, например, он сказал, он говорил 5 минут. Вот его синхрон общий, который снят 5 минут. Кроме этого он пожал руки 20-ти людям. Очень важным людям. Теперь это все нужно собрать до кучи. Кто конкретно определяет, какие выбрать фрагменты и кто конкретно определяет, кого показать, кроме как он губернатору жмет. Вот кто, на ком лежит эта ответственность?

А. ЮСУПОВ - Во-первых, вся ответственность лежит на директоре информационных программ и часто именно он определяет, большой будет сюжет или небольшой. Хотя, как правило, не идет речь о том, что когда этому руку пожал, этому не пожал, просто там предположим, пожелание следующее: сделать это подробно или покороче. В этих терминах, как правило, идет разговор. А как это корреспондент сделает, это уже предугадать достаточно сложно. Кроме того, часто материал поступает под эфир и шеф-редакторы программы узнают о том, что этот сюжет весит 3 или 4 минуты с ужасом в ходе программы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Я напоминаю, что у нас программа "Своими глазами" она так мягко перетекла в программу "Человек из телевизора". И сейчас давайте наденьте наушники, и мы послушаем наших радиослушателей. Я по традиции сбрасываю первые звонки. 203-19-22. Вы можете спросить Алима о том, что своими глазами он видит и делает на своей работе. Слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬ – Добрый вечер. Это опять Евгений из Красноярска, мне везет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Да, Евгений, да здравствует Красноярск. Кстати, какая погода у вас?

СЛУШАТЕЛЬ – Похолодало, грозы дожди.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вот, Кремль все забирает. Обескровливает регионы. У нас тут сейчас, по-моему, 27 завтра или послезавтра.

СЛУШАТЕЛЬ – У нас 10 дней стояла ужасная жара.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Хватит вам.

СЛУШАТЕЛЬ – Наверное.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Все, зимушка-зима. Вперед. Давайте ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ – У меня вопрос такой. Сейчас во многих регионах стоят антенны, спутниковое телевидение даже в деревнях стоят. Братья-китайцы нам поставляют. И часто программа "Время" грешит такими вещами, что именно много нарезок. И информационных и других. То есть комментарий идет, шаблонно можно сказать. А я уже наблюдаю, что много корреспондентов со старого НТВ, а почему старая школа энтэвэшная туда медленно перетекает?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вопрос понятен. Почему она перетекает трудно сказать. Все-таки организация, наверное, форматирует. Первую часть вы поняли?

А. ЮСУПОВ - Первую я не очень понял про нарезку. Рыбную или сырную.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Новостную. Некая коллажность. Может быть, наш слушатель достаточный консерватор и его немного раздражает, тут было это, тут было это…

А. ЮСУПОВ – Смотря, о чем идет речь. Если о новостях, то у них действительно довольно короткий хронометраж, 10-15 минут и трудно довольно рассказать обо всем достаточно подробно. Хотя сейчас идет тенденция к увеличению хронометража наших новостных программ, в частности программа в 6 часов вечера в пятницу теперь выходит почти 30 минут – 28 минут. И уже есть возможность рассказать более подробно. А по поводу программы "Время" я думаю, что это претензии необоснованные, потому что программа "Время" как раз она, как правило, достаточно подробно рассказывает о каких-то вещах. Она что-то упускает в силу того, что за 30 минут о чем-то хочется рассказать подробно, но там как раз калейдоскопичности или мельтешения я лично не наблюдаю..

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – А, сколько человек работает в службе новостей ОРТ? Я по традиции говорю ОРТ, мне это нравится больше, чем Первый канал.

А. ЮСУПОВ - Я затрудняюсь ответить, но что несколько сотен это точно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте послушаем следующий звонок. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. Меня зовут Владимир, город Санкт-Петербург. У меня простенький вопрос. В принципе если вспоминать то, что вы говорили о том, что показывают жуткие…, мне это не нравится, мне это противно. Но если вспомнить чисто художественные фильмы…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Простите, сформулируйте вопрос, если можно коротко.

СЛУШАТЕЛЬ – Вопрос, освещать реальность это хорошо. Пускай даже с художественной точки зрения. Новости на Первом канале обескровленные слишком.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Сухие вы имеете в виду?

СЛУШАТЕЛЬ – Да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Вот вы ощущаете какую-то сухость новостей? Официозность.

А. ЮСУПОВ - Я как уже сказал, что традиционны достаточно официальные новости, что касается, по крайней мере, деятельности государственных органов. Тем временем, что касается других вещей, по-моему, там у нас появляются материалы, которые достаточно эмоциональны, окрашены неким собственным отношением автора и герои там такие живые. То есть я не согласен, что они абсолютно пресные. У нас достаточно много живых материалов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Давайте дальше. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ - Добрый вечер. Тагир меня зовут, я из Назрани звоню. Мой вопрос Алиму Юсупову. В РФ живут примерно 20 млн. мусульман. Когда идет информационная программа, исламский терроризм, мусульманский терроризм, вам не кажется что это немного, по меньшей мере, очень некорректно?

А. ЮСУПОВ - Вы знаете, по-моему, у нас никто не называет в нашем эфире это исламским терроризмом. Есть такое понятие. Может быть, грань тонка и не всем понятна и это стоит учитывать. Есть исламисты. То есть это люди, которые используют ислам для идеологического или иного оправдания своих действий. Но я думаю, что все каналы телевидения абсолютно политкорректны в этом отношении и никто я думаю, никогда… Более того все политики, общественные деятели, любые выступающие на наших каналах люди обязательно подчеркивают разницу между терроризмом, точнее между исламом и теми, кто использует ислам в качестве какого-то идеологического прикрытия.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну и давайте последний вопрос послушаем.

СЛУШАТЕЛЬ – Здравствуйте. У меня такой вопрос, готова ли служба информации ОРТ в своих новостных выпусках сделать то же самое, что сегодня сделали журналисты BBC. То есть не употреблять слово "террорист", а употреблять, например, слово "бомбометатель". Готовы, нет?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Бомбист.

СЛУШАТЕЛЬ – Да.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Совершенно замечательная история.

А. ЮСУПОВ - Да, это странная история. Дело BBC. Я не вижу тут больших проблем, называйте их как хотите. По сути их деяний понятно, чем они занимаются.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Нет, я вам скажу. Я вам хотел задать этот вопрос, только несколько с другой стороны. Англичане это такая загадка для меня, вы все-таки там долго проработали и долго были. Известно, что презумпция невиновности, потом - виновный определяется по суду. Так это как, вначале он бомбист, а террорист он, после чего будет, после суда какого? Высшего суда, местного лондонского, божьего суда, я просто не могу понять, раскройте великую тайну английского менталитета. Я не понимаю, вот это уже выше моего…

А. ЮСУПОВ - Я боюсь, что я вам не раскрою великой тайны английского менталитета, но я предполагаю, что они исходят из того, что слово "бомбист" является более нейтральным по отношению к слову "террорист". В случаях, когда можно употребить более нейтральное определение…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Просто, просто, да?

А. ЮСУПОВ - В любых случаях. Когда можно употребить более нейтральное определение, они его употребляют. И надо сказать, когда град критики обрушился на BBC по поводу того, что людей, которые захватывали бесланскую школу, они называли повстанцами, и не называли их террористами, то в данном случае BBC продемонстрировало некую принципиальность, на мой взгляд. Когда они людей, причастных к трагедии, происходящей у них на родине, также не называют террористами. Это может быть странно, не очень понятно нам. Но причин того, чтобы их критиковать за это, я лично не вижу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – То есть вы имеете в виду, что здесь такая история. Просто убрать эмоциональный оттенок из определений.

А. ЮСУПОВ - Совершенно верно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – То есть, найден такой синоним. Бомбист.

А. ЮСУПОВ - Тем более что слово "террор" в английском языке имеет существенную окраску. Террор по-английски означает страх и ужас. В русском языке это иностранное слово и оно не имеет той жуткой окраски, которую имеет для англоязычного слушателя. То есть, грубо говоря, по-русски говоря, это ужасные люди - террористы.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Ну хорошо. Спасибо вам большое, Алим, что вы пришли и нам все это рассказали. Больше стало понятно, что как работает.

А. ЮСУПОВ - Спасибо вам.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ – Это был Алим Юсупов, руководитель отдела корреспондентов дирекции информационных программ Первого канала. До свидания.