Суть событий - 2019-02-22

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

Итак, у нас, во-первых, идет трансляция в YouTube. Вы можете видеть нас и слышать на основном канале «Эхо Москвы». Там есть чат, где можно что-нибудь писать — вопросы, суждения или что-нибудь интересное для нас. То же самое можно сделать с помощью СМС: +7 985 970 45 45, аккаунт vyzvon в Твиттере. Вот такие у нас разные возможности. И твой Фейсбук…

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

Но, конечно, я начал бы с абсолютно сенсационной новости сегодняшней, которая заключается в том, что у нас в России появился всеобщий враг феминизма, и я считаю, что все и всяческие феминистки должны разорвать главу Роскосмоса Рогозина на тысячу маленьких носовых платочков, потому что он сказал буквально, что корабль «Федерация» не может называться женским именем и он его переименует как мальчика. Я считаю, что большего сексизма и до такой степени нечеловеческой наглости невозможно себе представить.

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

Перейдем к серьезному.

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко: Я думаю, что дело идет к акту Немцову

Давайте про серьезное. А серьезное — это событие, которое ожидает нас 24 февраля, начиная от Пушкинской площади, начиная от 1 дня. Это марш Немцова традиционный. Немцов был убит уже теперь 4 года тому назад. И это стало очень важным ежегодным событием его памяти. И понятно, что это одна из очень немногих живых политических протестных традиций в современной России. И, конечно, эту традицию нужно поддерживать.

Я, надо сказать, немножко удивлен той вялостью, с которой мои друзья и коллеги в Москве, разного рода активисты и политики, деятели оппозиционных движений и так далее как-то говорят об этом событии. По-моему, они говорят о нем очень мало. Оно чрезвычайно важное. И это важный знак солидарности, в котором люди должны принимать участие и везде по миру.

Я знаю, что и в Нью-Йорке будет такой марш и в Вашингтоне будет событие на эту тему. И в Париже будет. Везде это происходит, где есть люди из России, которые не теряют связи с политической ситуацией у себя на родине.

Кстати, вчера здесь, в Вашингтоне был представлен чрезвычайно интересный доклад, посвященный так называемой «путинской эмиграции», посвященной тому, что здесь называется brain drain, то есть «утечкой мозгов», вымыванием мозгов. Я у себя в Телеграм-канале «Пархомбюро» повешу ссылку на этот доклад. И очень советую всем на него посмотреть.

Это чрезвычайно интересное исследование, построенное на нескольких тысячах интервью и опросах, которые были проведены с людьми, которые относительно недавно уехали из России. Но там, надо сказать, большинство ученые, люди из научной, образовательной сферы. Производит очень сильное впечатление то, почему эти люди уезжают, то, что заставило их изменить свой образ жизнь, что могло бы их, в принципе, заставить вернуться обратно в Россию. Очень интересные выводы. Там посмотрите обязательно.

Но это так, к слову мне пришлось, просто вспоминая о том, что повсюду будут происходить разные события на эту тему.

Кстати, я скажу, что в Киеве в ближайших пару недель, это произойдет в первый числах марта, но об этом, конечно, будет точно еще сообщено — Формально откроется сквер Немцова. Давно уже принято решение властями Киева о том, что очень заметное место в городе — сквер на Воздухофлотском проспекте (это большая, важная Киевская улица, на которой много разных посольств, в частности, там посольство России буквально через забор — этот сквер будет назван именем Немцова, и там будет очень красивый монумент. Я видел его эскизы. Ну, не монумент — такая памятная плита, на которой будет написано имя Немцова и будет пояснено, почему это место называется его именем.

Вот, к сожалению, киевские власти попросили чуть-чуть перенести это открытие. Хотели сделать это 27 февраля в очередную годовщину убийства, но, по всей видимости, это будет на несколько дней подвинуто дальше. В конце концов, это не важно, важно, что это откроется.

Вообще, я бы сказал, что история с Немцовым — и это тоже очень важный вывод событий последний лет — стало делом международным, она стала сюжетом большой международной политики.

Россия продемонстрировала, что так же, как и в ряде других случаев, например, в случае с убийством журналистов в Африке, как и со сбитым «Боингом» в Восточной Украине, так и в ряде других громких случаях разного рода преступлений, — Россия продемонстрировала, что она расследовать это дело не хочет. Назначены виновные, эти виновные на уровне исполнителей, и в лучшем случае там есть один и технических организаторов этого убийства. Но даже близко речь не идет о заказчиках, речь не идет о вдохновителях этого убийства.

И Российская Федерация со всеми своими следственными, правоохранительными и правоисполнительными и всякими прочими юридическими инстанциями искать исполнителей не хочет. Боится, просто боится. Ну, ничего другого за фразой «Мы постучались в дверь к этому человеку в Чечне. Он нам не открыл. Мы уехали» — ничего, кроме мокрых штанов за этой фразой нет. За этим нет никакой политики, за этим нет никакого расчета, за этим нет никакой интриги. За этим — просто страх.

Они бояться приблизиться к этим людям не просто потому, что они боятся, что им выстрелят в ответ из-за этой двери, а еще и бояться, что они нарвутся на какие-то более важные связи, более важные покровительства, более важные отношения, более важные прикрытия. Потому что понятно, что вся эта система бесконечных политических и уголовных привилегий — здесь я вспоминаю, например, прозвучавшее на этой неделе замечательное расследование ФБК, которое озвучил Алексей Навальный по поводу того, как просто серийные убийцы, которые организуют убийства целых групп людей, выходят из тюрьмы и продолжают управлять целыми республиками; послушайте, посмотрите, как это сделано, это, конечно, производит большое впечатление — вот это всё завязывается в какую-то большую систему и в результате приводит к тому, что вопрос о дальнейшем расследовании убийства Немцова становится международным делом.

В мае 17-го года была запущена, как, может быть, многие помнят, процедура подготовки специального доклада в Парламентской ассамблее Совета Европы. Был назначен докладчик, депутат Европарламента от Литвы по имени Эмануэлис Зингерис. Через год, в мае 18 года этому Зингереису запретили въезд в Российскую Федерацию, объявили его нежелательным на территории Российской Федерации лицом. И это неспроста, а ровно потому, что он готовил свой доклад достаточно въедливо, и была опасность, что он приедет в Россию и соберет какие-то материалы, не сам, конечно, а благодаря адвокатам, благодаря людям, которые занимались подробно всем этим делом, благодаря, может быть, следователям, которые по ходу дела были отстранены от расследования убийства Немцова, — что он соберет какую-то существенную информацию. Вот с мая 18-го года этот человек в Россию въехать не может, но это не мешает докладу постепенно двигаться. И было уже несколько рассмотрений в разных комиссиях Парламентской ассамблеи. Несомненно, мы этот доклад увидим и услышим.

Вот только что, буквально на днях 22 февраля —собственно, это было объявлено сегодня, но в реальности это произошло, по-моему, пару дней назад — такой же доклад и комиссия по подготовке такого доклада во главе с заместителем председателя Парламентской ассамблеи ОБСЕ… Это две разные организации, это важно понимать: есть Парламентская ассамблея Совета Европы ПАСЕ, а есть Парламентская ассамблея ОБСЕ, и первая организация объединяет парламентские делегации европейских стран членов Совета Европы. И Россия игнорирует это. Делегация России в ПАСЕ была лишена некоторых прав, была протокольным образом наказана, дискриминирована, и после этого Россия игнорирует и бойкотирует работу ПАСЕ. А вот Парламентская ассамблея ОБСЕ Россией признана. И организация ОБСЕ более широкая, она включает в себе не только европейские страны — там 57 государств и европейский, и азиатских и американских, которые входят в организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе. И там Россия участвует, очень держится за свое участие, неизменно отправляет свои делегации.

Вот там тоже появилась комиссия по Немцову. Ее возглавила вице-председатель Парламентской ассамблеи ОБСЕ шведский депутат Маргарет Седерфелт. Вот она тоже будет готовить такой доклад, тоже будет ездить в Россию, собирать эти материалы. Рано или поздно, я думаю, ей тоже этот въезд запретят. Ну, ничего, ей помогут какие-нибудь другие ее сотрудники. Так что вот две крупнейших парламентских организации, связанные с Европой или организацией по безопасности и сотрудничеству уже этим заняты.

Третья история — это история с американским конгрессом, тоже очень свежая. 13 февраля был внесен законопроект, который здесь, в Штатах называется DASKA — это законопроект об очередных санкциях, о противодействии враждебной деятельности России, и в нем, среди прочего, включен пункт о том, что правительство США обязано будет в течение ближайших 6 месяцев после вступления в силу этого закона подготовить и представить конгрессу доклад, посвященный обстоятельствам убийства Бориса Немцова, включая имена предполагаемых его участников на всех уровнях, в том числе, на уровне заказа, на уровне стратегической организации этого убийства.

И это довольно серьезная процедура. Серьезность ее заключается в том, что ее очень трудно остановить. Ее невозможно остановить ни окриком, ни каким-то кратким соглашением, ни какой-то тактической, местной интригой. Это запущенный большой, серьезный организм. И американская политическая система устроена таким образом, что если конгресс принимает решение о том, что правительство ему должно какой-то определенный документ, то вывернуться из-под этого нет никаких возможностей.

Можно попытаться профанировать это так, как это было сделано, помните, с этим докладом о персональном составе путинской группировки, который превратился, в конечном итоге, просто в пересказ кремлевского телефонного справочника, где были подряд перечислены сотрудники администрации, руководители ведомств, крупнейшие российские олигархи и так далее. Тогда это вызывало очень большой политический скандал и привело в результате к тому, что было принято довольно жесткое решение, может быть, даже более жесткое, чем задумывалось первоначально, в результате которого пострадали несколько российских организаций и компаний, и несколько крупных олигархов типа Дерипаски и Вексельберга.

С.Пархоменко: Это не всегда, правда. Но это всегда предмет его гордости, предмет его главной пропаганды

Здесь, конечно, тоже можно попробовать вместо этого доклада выдать какую-то пустую болванку, но будет большой скандал, и в результате этого скандала правительство американское все-таки будет вынуждено исполнить эту задачу, тем более, что сейчас за это время с прошлого раза ситуация в конгрессе изменилась. Вы знаете, что теперь противостоящая Трампу Демократическая партия контролирует палату представителей. И совершенно очевидно, что они такой отписки здесь не допустят.

К чему это все идет и к чему идет дело, если иметь в виду три этих истории — историю с Парламентской ассамблеей Совета Европы, с Парламентской ассамблеей ОБСЕ, и с конгрессом США? Я думаю, что дело идет к акту Немцову. Вот так же точно, как существует акт Магнитского, которые первоначально был только американским, а теперь вышел за пределы США и аналоги его есть во многих странах мира, в том числе, Канаде, в ряде европейских стран.

И этот акт, который первоначально затрагивал только непосредственных исполнителей, грубо говоря, людей не больше полковника — там были и судьи, следователи, прокуроры, тюремщики, разного рода люди, которые имели непосредственное отношение к убийству в тюрьме Сергея Магнитского, — так вот примерно то же самое нас ждет с Немцовым и с появлением акта Немцова. С той только разницей, что здесь, совершенно очевидно, — и это уже ясно по тому направлению, которое читается в этих документах, которые предопределяют создание этих комиссий в двух европейских парламентских ассамблеях и в американской крупнейшей парламентской структуре, — совершенно ясно, что здесь речь не пойдет только об исполнителях, речь не пойдет только о технических участниках этой процедуры, а речь пойдет, несомненно, и об ее организаторах тоже.

А дальше, когда этот акт появляется, он становится, в первую очередь, для очень больших выводов и решений. Здесь я напомнил бы, что постепенно, неизменно и неуклонно на протяжении последний 5 лет, начиная с 14 года, расширяется база для санкций против России, расширяется список поводов, для которых эти санкции были объявлены. Всё началось с Крыма. Первые санкции были по поводу аннексии Крыма. Дальше были санкции по поводу войны в Восточной Украине, в Донбассе.

А теперь там и история с применением отравляющего вещества в Великобритании, то есть отравление семьи Скрипалей, и вмешательство в демократические процедуры США и в других демократических странах и инцидент в Керченском проливе. Вот последние санкции будут, видимо, связаны именно с этим.

То есть Россия дает всё новые и новые поводы для применения к ней разнообразных санкций, и совершенно очевидно, что эти поводы без внимания не останутся. И когда появится новая законодательная база под этим актом Немцова, по всей видимости, теперь уже неизбежные и вслед за ним уже список Немцова, в который должны будут уже теперь войти и руководители тех российских правоохранительных ведомств, которые отказались, по существу, вопреки своему долгу, вопреки своей присяге вести полноценное следствие и довести это дело до выяснения его реальных заказчиков, — так вот здесь этот список Немцова будет выглядеть гораздо более впечатляюще, чем даже список Магнитского, который тоже штука довольная сильная.

Вот что по поводу Немцова я хотел бы сказать. Давайте все просто понимать, что это, во-первых, совершенно не остановилось, не заглохло, не прекратилось, не то, что вот следствие закончено — забудьте, суд прошел — виновники наказаны. Никто не наказан, ничего не прошло и ничего не забудьте. Более того, к этому присоединяются всё новые и новые международные силы, это становится все более и более широкой историей, которой никто уже не рассчитывает на российскую добрую волю, что вот Россия сама организует это следствие и сама справится с этой проблемой. Всё, больше никто таким образом с российским властями разговора не ведет, всё это выведено на международную орбиту. А если иметь в виду, что происходит еще, скажем, с «Боингом» МН17, то получается уже целый набор международных событий, международных трибуналов, которые рано или поздно будут этими разными делами заниматься. Всё это, знаете, накапливается постепенно, всё это очень медленно, постепенно собирается.

Вот, в США, например, история с Немцовым, я думаю, пару лет назад никто не мог себе представить, то вопрос о следствии по поводу убийства Немцова станет предметом взаимоотношений между американским конгрессом и американским правительством, грубо говоря, между Капитолием и Белым домом, тем не менее, сегодня это так. Сегодня это прямо сюжет для их политического диалога. И особенно в преддверии американских выборов, которые всё ближе и ближе. В 20-м году осенью они произойдут.

И уже довольно много людей заявили здесь, ярких, впечатляющих, влиятельных фигур, о том, что они будут участвовать. Трампу нужно набирать очки самыми разными способами, в том числе, и таким способом: ему нужно доказывать, что он борец за справедливость, ему нужно доказывать, что он человек, который обеспокоен международной законностью и так далее. Я думаю, что все это будет здесь иметь довольно серьезный вид. Один раз начавшись, оно уже не имеет тенденции как-то легко рассасываться. Вот, что по поводу Немцова.

Следующий сюжет, конечно…

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

И существует уже традиционный мировой подход к этому, выработанный на протяжении последних многих десятилетий, может быть, уже полутора веков — что нужно делать главе правительства и государства в условиях, когда перед ним стоит вопрос о борьбе с бедностью. И ответ на это в самом общем смысле всегда один и тот же: создавать рабочие места.

И мы всегда видим в программах самых разных лидеров разные попытки помочь людям заработать, начиная… не начиная, наоборот, кончая — пойдем с конца, пойдем от Трампа, который сделал это важнейшим пунктом своей программы, и который буквально каждый день чего-нибудь твитит на эту тему: «Еще рабочие места… еще снизилась безработица… никогда еще безработица не была на таком низком уровне… еще 10 тысяч мест… еще 5 тысяч мест, еще одно предприятие вернули из-за границы» и так далее. Это не всегда, правда. Но это всегда предмет его гордости, предмет его главной пропаганды.

Во Франции, когда Макрон двигался к власти и когда предлагались наиболее важные его реформы, еще до того, как он был президентом Франции, а был еще главой, так сказать, французской экономики, он предложил очень странную вещь — реформу автобусного движения по территорию Французской республики. Все спрашивали: «Что случилось? Чего вдруг автобусы? Отчего?» А для того, чтобы население было мобильным, чтобы люди могли ездить на работу в более широком радиусе от своего дома, для того, чтобы люди могли зарабатывать, чтобы у людей появились новые возможности достигать новых рабочих мест.

О.Бычкова

НОВОСТИ

О.Бычкова

С.Пархоменко: Если сложить одно с другим, тогда получается цельное президентское послание

Я начал говорить про президентское послание и про формально самую значительную ее часть, вот всю эту социальную программу, которую он развернул.

Я хотел сказать на эту тему следующее: это не программа борьбы с бедностью, это не программа помощи людям выбраться из бедности. Для этого нужно дать людям возможность работать, для ́того нужно людям создавать рабочие места. Нужно создавать инфраструктуру, нужно строить дороги, чтобы они ездили на работу и обратно дальше, чем они могут на сегодня, потому что огромное количество людей в России заперты в своих городах, своих поселках, своих деревнях, где нет работы, и заперты просто потому, что они не могут добраться до рабочих мест, которые, может быть, в нескольких десятках километрах от них. Это оказывается непреодолимым за день расстоянием.

Для этого нужно строить информационную инфраструктуру для того, чтобы люди получали знания, навыки, умения, образования, и для этого не нужно было переезжать куда-то далеко, поселяться там в общежитие, отрываться от семьи.

Так вот это было бы борьбой с бедностью. Вместо этого предлагается программа порабощения бедных и контроля над бедными. Вообще, если приглядеться к тому, что предлагал президент по этой части со всеми этими пособиями, ипотеками и так далее — всё это, по существу, части одной и той же истории: Мы вам платим, а вы за это ведите себя хорошо.

Это же абсолютно классическая, уже такая анекдотическая фраза: «Ну да, конечно, у него же ипотека». Это способ оправдать любую трусость, любую пассивность, любую готовность пропустить мимо ушей, зажмуриться, не заметить, промолчать. Человек, у которого, условно говоря, ипотека, а именно человек, у которого финансовые обязательства перед работодателем, перед муниципальными властями, перед государством в целом, еще перед кем-нибудь, — этот человек очень покорный и очень контролируемый. Это человек, от которого можно не ждать никаких неожиданностей. Это, собственно, причем в массовом масштабе предлагает своим администраторам и на это он настраивает всю свою эту плохо работающую вертикаль, но, тем не менее, настраивает президент Путин.

Вот одна из мер, которая осталась не очень широко обсуждаемой, ее на фоне других почти не заметили. Для 9 миллионов человек — я напомню, в России 147 миллионов населения, трудоспособного населения, вычитая детей, вычитая пенсионеров, возьмем, скажем, две трети, то есть около 100 миллионов человек трудоспособных в России, может быть, чуть меньше, итого речь идет о 10% трудоспособного населения в России — предлагается… вот он говорит: «Работающим механизмом поддержки может стать социальный контракт».

Как он действует, что это такое? Это я цитирую Путина: «Государство оказывает гражданам помощь в трудоустройстве и повышении квалификации, предоставляет семье финансовые средства, кстати, приличные — речь идет о десятках тысяч рублей — на организацию подсобного хозяйства и небольшого собственного дела. Подчеркну: для каждого предлагается индивидуальная программа поддержки, исходя из конкретной ситуации. При этом человек, который берёт эти ресурсы, одновременно берёт на себя определённые обязательства: пройти переобучение, найти в соответствии с этим работу, обеспечивать свою семью, детей устойчивым доходом».

Вообще такой подход применяется к людям, условно освобожденным из тюрьмы.

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

Здесь ситуация другая: человеку платят за то, что он исполняет какие-то навязанные ему действия.

О.Бычкова

С.Пархоменко

А если человек не исполнил, у него что, отбирают эти деньги обратно? Его штрафуют на это? Вы не доучились, вы недохотели, вы недопробовали, вы недопытались, вы недорезали, вы недостарались. Кто это определит — чиновник?

О.Бычкова

С.Пархоменко

Теперь мы берем 9 миллионов человек и за деньги покупаем у них это право. Выкупаем, точнее обратно. Мы говорим: «Вот вам деньги. А дальше ваша жизнь будет развиваться так, как мы посчитаем правильным, как мы навяжем вам эту систему обучения, эту систему найма на работу, эту систему социальных обязательств» и так далее. Вот что это такое на самом деле.

Поэтому я говорю, что так поступают с людьми, которые условно-досрочно освобождены из тюрьмы. Они ходят в полицию, отмечаются, и у них спрашивают: «Ты на работу устроился?» «А в школу ходил? И что получил? А ну, справку принеси». Но только это люди, которые наказаны, которые совершили преступление. Здесь у людей это право будут покупать за деньги, вот эти вот «о десятках тысяч рублей». Это однократные десятки тысяч рублей? Вряд ли это ежемесячное денежное пособие размером в десятки тысяч рублей, правда? Значит, людям будут давать какую-то незначительную подачку, люди купятся на это в большом количестве.

Мы помним, как это было с ваучерами в 90-е годы, которые все так проклинают. Когда человек продавал свой ваучер иногда за бутылку водки, иногда за 5 тысяч рублей тогдашний, иногда за 10 тысяч рублей тогдашних. Иногда обменивал это на сапоги, на шубу или на 3 килограмма гречки. По-разному бывало. Это некий новый ваучер, социальный ваучер, который предлагается 9 миллионам особо бедных людей в России.

Дальше. Вся история с людьми, которые находятся за чертой бедности. Путин с гордостью говорит, что мы к 20-му году будем выплачивать пособие на второго ребенка тем, у кого меньше двух прожиточных минимумом на члена семьи. В России в среднем — он в разных регионах разный от 8 с чем-то до 22, по-моему, с чем-то тысяч рублей (на севере он большой, самые большие прожиточные минимумы на Чукотке, Камчатке, в Магаданской области, а самые маленькие, наоборот, в Средней полосе России) — так вот в среднем 11 тысяч рублей. Два прожиточных минимума — это 22 тысячи рублей.

И дальше Путин говорит: «Помощью государства, таким образом, смогут воспользоваться порядка 70% семей, где рождаются первые и вторые дети». Что означает эта фраза? Это означает, что в России 70% семей, где рождаются первые и вторые дети, то есть молодых семей, работающих семей, которые строят свое семейное благосостояние сегодня, которые находятся в начале своей профессиональной карьеры, семей, которые должны в этот момент проходить либо образование, либо только его закончить и начать работать, — так вот 70% таких семей получают меньше 22 тысяч рублей на человека. Это нищенское существование. 70% таких семей.

С.Пархоменко: Это старческий синдром бесстыдства. Я видел это лицо во время произнесения президентом Путиным послания

Что им предлагают? Подачку. Им предлагают не новое рабочее место. Им предлагают не дорогу, с помощью которой они могут доехать до соседнего города и работать там, им предлагают не автобус, который довезет до соседнего города и не поезд, и не возможность работать дома удаленно при помощи коммуникационно развитых систем. Им предлагают немножко денег. В обмен на что? В обмен на пассивность, в обмен на покорность: «Мы вас кормим — вы ведете себя хорошо».

А откуда возьмутся эти деньги. Да от этих же людей они возьмутся. С начала нынешнего года в России до 20% повышен НДС. Это принесет по разным оценкам ежегодно российскому бюджету примерно 620–640 миллиардов рублей, ну, заведомо больше 600, это совершенно очевидно.

Теперь вот я прочел: Антон Силуанов, министр финансов России оценил весь этот комплекс президентских новых льгот, пособий и прочего и прочего примерно в 120–130 миллиардов рублей. Это 5-я часть того, что эти самые люди заплатили, покупая всё. Потому что откуда берется НДС? Что такое НДС? НДС — это налог, который, в конечном итоге платит финальный потребитель товара или услуги. Он передается как бы из рук в руки по всей производственной цепочке, по каждому переделу сырья. Сначала компания, которая, я не знаю, добывает руду, потом компания, которая из этой руды выплавляет металл, потом компания, которая из этого металла делает прокат, потом та, которая из этого проката делает заготовки, потом та, которая и этих заготовок собирает конечный продукт, и, наконец, этот продукт, эту стиральную машину купил человек, привез домой. Вот он оплатил эти НДС по цепочке им всем фактически.

Значит, люди соберут через НДС Путину 600 с лишним миллиардов рублей за год, а Путин им милостиво вернет в виде этих подачек примерно 130. Вот и всё. Вот и вся эта благодетельность, вся эта благодатная длань, под которой расцветают науки, искусства и ремесла. И раздает он эти деньги точечным образом. Он раздает их так, чтобы они не слезли с этого крючка, с этой лески, чтобы люди сидели на ипотеке, на кредите, на льготе, на вычете из квартплаты, еще на чем-нибудь.

Знаете, есть фраза, которую обычно считают верхом цинизма, приводят для того, чтобы сказать: «Какие они все-таки гнусные сволочи, эти олигархи». Эту фразу приписывают Роману Абрамовичу, которые в свое время разговаривал с людьми, которые пришли к нему для того, чтобы просить денег на какую-то благотворительную программу или что-то вроде этого. И говорили, что «вот мы с вами договорились, вы нам выделили столько, но там, к сожалению, не хватает, нам нужно еще». И Абрамович пожал плечами и сказал: «Если вам не хватает денег, заработайте еще».

Вот не экономьте еще… если вам не хватает денег, снизьте расходы — это обычный способ. Система Абрамович другая: Если вам не хватает денег — заработайте больше. Вот на самом деле я считаю, что это подход правильный. В глобальном, общечеловеческом смысле это имеет несомненный смысл: Заработайте больше. Вместо того, чтобы дать людям заработать больше, их сажают на кредитную, ипотечную и всякую прочую иглу для того, чтобы они чувствовали себя зависимыми от этого государства. Чтобы не возникало никаких вопросов ни про войны, ни про выборы, но про социальные программы, ни про что.

И я бы сказал, что именно этим объясняется, например, яркая история последней недели — история с Майклом Калви, с его коллегами, с инвестфондом Baring Vostok и так далее. Мне очень много пришлось читать на этой неделе и даже разговаривать тут с кое с кем.

Почему бизнес-сообщество российское считает, что это большая потеря? Потому что это не просто инвестиционный фонд. Это успешный инвестиционный фонд. Это инвестиционный фонд, за плечами у которого несколько очень мощных партнеров, которых они угадали… Что такое инвестиционный фонд? Инвестиционный фонд — это компания, которая ловит какой-то бизнес, какую-то инициативу, какую-то коммерческую идею в начале ее развития, когда она еще только развивается, когда она еще не гарантирует успех, но зато когда она очень нуждается в деньгах. Инвестиционный фонд вкладывает в нее деньги и говорит: «Валяйте, ребята, старайтесь! Вот вам деньги — развивайтесь».

И дальше всякий инвестиционный фонд должен быть готов к тому, что часть этих вливаний, часть этих вложений окажутся холостыми, ничего не выйдет из этого бизнеса. Он развалится, не вырастет, не даст нужно урожая и так далее. Но в каких-то случаях даст. И именно пропорции между успехом и неуспехом — именно этим определяется эффективность, успешность, мастерство этого инвестфонда.

Вот Калви и его коллеги были чрезвычайно эффективны. Они вкладывали — на минуточку! — в Яндекс. Они почуяли, что в Яндексе что-то есть, что Яндекс выстрелит, вырастит и принесет. И Яндекс выстрелил, и вырос, и принес. Они вкладывали, например — вот жители больших городов России знают, как бурно развивается замечательная совершенно розничная продуктовая сеть «ВкусВилл». Они вкладывали туда. Это очень мощная и неожиданная идея: при наличии всех бесконечных, уже развитых «Перекрестков», всяких «Пятерочек», «Копеечек» и прочее… каких только у нас не было сетей — вдруг они выбрали новую, другую розничную сеть, вложили, помогли ей развиться, и сегодня она мощнейший игрок на рынке. И огромное количество людей с удовольствием пользуются ей и считают, что это то место, где нужно покупать продукты. Таких случаев довольно много. Они много с кем из правильных, нужных, работающих, перспективных российских компаний имели дело.

Теперь их убивают. Теперь помогают их конкурентам внутри корпоративного спора — там акционерный банк «Восточный» и так далее, можно долго в этом разбираться, специалисты уже подробно это расписали, — но это внутрикорпоративный конфликт. Государство вмешалось — правоохранительные органы, следствие, прокуратура вмешались в этот конфликт на стороне одного из участников и уничтожают теперь этого Калви и всех прочих.

Ну, с одной стороны, можно сказать: Ну, привет, ребята! Они знали, на что они шли. Это специальная такая профессия: инвестиционный банкир в России. Это такая особая специальность. Ну, вот есть люди, которые как-то в 17-м веке были пиратами в Карибском море. Они знали, в чем они участвуют. Высокие доходы, возможность быстро разбогатеть и высокий риск для жизни. Были люди, которые ехали на американский фронтир. Мы их всех знаем по вестернам, фильмам про индейцев и ковбоях. Или какая-нибудь «золотая лихорадка» в Калифорнии: возможность быстро намыть золотишка, но и велика вероятность, что кто-то тебе выстрелит в затылок, пока ты его моешь. И так далее.

Примерно так же чувствовали себя эти инвестиционные банкиры в России. Об этом написал, например, Леонид Невзлин. Вот я читал несколько дней тому назад его текст в его Телеграм-канале о том, что да, он, конечно, сочувствует по-человечески этому человеку, но он что, не знал, где он работает? Он не знал, с кем имеет дело? Он не понимал, что он не уезжает из России и значит, что он рискует каждый день? Ну, вот получил. Это, несомненно, так.

Но здесь важны две другие вещи. Первое: Россия через 19 лет после прихода к власти этой властной группировки и через 26 лет после создания ее как независимого государства в 91-м году, Россия по-прежнему остается «диким Западом», местом, где в качестве таких людей, которые поддерживают активно развивающиеся бизнесы, могут выступать люди только с ярко выраженными авантюристическими наклонностями — пираты-флибустьеры, ковбои, золотодобытчики, — которые только и могут здесь существовать. Они понимают, что в любой момент застрелят, в любой момент отнимут, но зато есть возможность много заработать. Вот это результат существования России на протяжении 28 уже теперь лет с 91-го года или 19 лет Путина. Это одна сторона дела.

Вторая сторона дела: государству этих людей — даже этих отчаянных, отважных людей — не жалко, потому что государство считает, что они действуют не в его, государства, интересе. Опять я возвращаюсь к началу этой своей идеи. Что делал Калви при помощи Яндекса, при помощи «ВкусВилл», и при помощи других проектов, в которые он вкладывал свои деньги? Создавал рабочие места, создавал людям возможность заработать, расширял косвенно. Так устроен бизнес, так устроена рыночная экономика: он, используя это для собственного заработка, как опять же на следствии говорят «С целью извлечения прибыли» — да-да, с целью извлечения прибыли он создавал рабочие места в России. Больше не будет, я думаю. Даже если вывернется сейчас из этой истории, его выпустят — только пятки его засверкают вместе со всеми его деньгами, вместе со всем его бизнесом. Конечно, унесет ноги из России. Российское государство не считает это достоинством, не считает это помощью. Поэтому оно спокойно смотрит на то, как его уничтожают.

И, наконец, последняя история тоже с этим президентским посланием, важная очень. Я бы здесь обратил внимание… первым это очень хорошо сформулировал замечательно прекрасный российских журналист и политолог Кирилл Рогов, которые написал о том, что — и я совершенно с ним согласен, и я тоже сам над собой проделал этот эксперимент, — что понять, что такое президентское послание нынешнего года, и что такое вот эта речь Путина, можно, если прочесть подряд два документа.

С.Пархоменко: Вместо этого предлагается программа порабощения бедных и контроля над бедными

Один документ — это стенограмма самого президентского послания и второй документ — это часть (целиком она не была опубликована), которая была опубликована и совсем неспроста выбрали именно ее — встреча президента с главными редакторами газет и традиционных изданий. Сразу после… По-моему, это даже в тот же день произошло, когда и президентское послание. Знаете, если совместить это вместе, получается нечто… вот в кино это называется директорскат — авторская версия. Потому что продюсеры или прокатчики иногда заставляют режиссера сократить свой фильм, говорят: «Слишком длинно, слишком скучно, неудобно будет такие сеансы устраивать. Давай-ка отрежь минут 20, будет лучше чувствовать себя в прокате». И режиссер соглашается. Деваться некуда, вырезает эти 20 минут, и получается такая прокатная версия. Но на всякий случай режиссер сохраняет и авторскую версию, которая на 20 минут длиннее или иногда вдвое длиннее. Показывает ее на фестивалях или разным ценителям, или есть кинотеатры, которые хвалятся тем, что «вот у нас идет авторская версия».

Вот авторская версия президентского доклада, если вставить в нее на место обратно тот кусок, который из нее был выдран. Совершенно очевидно, что социологи и всякие политические советники, которые помогали Путину составить это послание, рекомендовали ему, посоветовали ему, уговорили его кусок вытащить. Про что этот кусок. Про что этот кусок? Этот кусок про вооружение, про новый Карибский кризис, который пообещал президент Соединенным штатам и кусок про контроль на интернетом.

Вообще, если почитать эту встречу с главными редакторами, то ты понимаешь, что на самом деле хотел послать президент Путин в этот раз своей… мафии. Потому что, конечно, на самом деле то, как выглядел зал и как он сидел, — это не парламент. Тем более, что там были вовсе не только члены Совета Федерации Государственной думы — это, собственно, всё российское начальство, весь российский большой свет. Вот он весь сидел там. И ему Путин хотел объяснить реально важные для него вещи.

Так вот эти самые важные вещи пришлось и доклада вынуть и рассказывать потом отдельно, потому что на это обратят внимание те, кому надо, прежде всего, наши зарубежные партнеры. То он пообещал? Он пообещал еще один Карибский кризис. Что такое Карибский кризис? Карибский кризис — это когда вблизи границ США на «непотопляемом авианосце» под названием остров Куба появились советские ракеты. И поэтому, кстати, и Карибский, потому что Куба находится в Карибском море. И американский политический истеблишмент, американский президент сказали: «Мы с этим мириться не будем, это слишком близко к нашим границам». И начался кризис, который едва не кончился мировой войной.

Что теперь говорит Путин? Путин говорит: «Мы привезем это к вашим границам, но не со стороны Кубы, а со стороны Атлантического океана». 20 раз он сказал про эти Махи. Что такое Махи? Это скорость звука. Значит, он утверждает, что есть ракета, которая летит в 9 раз быстрее, чем скорость звука — это примерно 200 километров в минуту. Это означает, что она за 2 минуты долетает из международной океанической зоны до берегов США, грубо говоря, до Нью-Йорка и Вашингтона.

Вот это всё, что ему есть сказать США на сегодня про политику России, про стратегию Россию, про мнение России, про точку зрения России и так далее: «Мы привезем большую ракету на расстояние 2 минут от вашего горла. И в случае чего — выстрелим». Вот и всё. Вот если сложить одно с другим, вот тогда получается цельное президентское послание. «Мы повесим на веревочку наше собственное население, и мы подвесим ракету над головой у наших американских друзей», — это всё, что президент Путин хотел сказать миру в 2019 году.

О.Бычкова