Суть событий - 2009-11-20

С.ПАРХОМЕНКО: 21 час и 12 минут в Москве. Как-то мы немножечко задержались сегодня со всеми этими предварительными программами про телевидение. Ну что ж, бывает. Раз на раз не приходится, иногда и много разных новостей. А теперь все-таки программа «Суть событий», я – ее ведущий, Сергей Пархоменко. Как обычно, по пятницам мы с вами обсуждаем события недели и пытаемся еще раз как-то прокрутить в памяти то, что за эту неделю произошло. И то, что должно бы в этой памяти задержаться на будущее. Потому что это важно – помнить, что было вчера по этому же самому поводу, и опознавать ситуации, которые повторяются снова и снова. Тем более, что они повторяются. Или имеют какие-то неожиданные продолжения через некоторое время после того, как начались. У нас с вами есть смс - +7 985 970 4545. Вот я вижу, что послания уже идут. Уже кто-то у меня спрашивает, не считаю ли я, что «нужно возвратить прописку в Москве, поскольку много москвичей сидят без работы?» - пишет мне Виталий, Москва. Ну я вот вас уверяю, что если возвратить прописку в Москве, то еще больше москвичей будет сидеть без работы, потому что значительная часть предприятий и компаний просто на этом зачахнет и развалится, поскольку некому будет эти компании и предприятия обслуживать, некому будет делать в них, что называется, «черную» работу. Вы же ведь не будете, Виталий. И все ваши разговоры о том, что приезжие отнимают у вас кусок хлеба, это, на самом деле, чаще всего неправда. Хорошо специалист успешно конкурирует на рынке труда и не боится никаких приезжих, отлично себя чувствуют в переполненном, перенаселенном городе. Так что это все пустые оправдания. Уж извините, Виталий, но вы просили откровенного ответа. Вы его от меня получаете. Так вот, 970 4545, а впереди префикс +7 985. Вперед, за Виталием. Самое время отправлять сюда всякие сообщения или, как говорит Ксения Ларина, телеграммы. Ну, телеграммы, впрочем, с обычного мобильного телефона отправляются. Через некоторое время еще телефон – 363 36 59 – у нас заработает. А на сайте у нас работает видеотрансляция.

Так что приглашаю, заходите – www.echo.msk.ru, прямо на первой странице увидите окно, кликайте в него и заходите в эту самую видеокомнату. А там я на фоне бесконечно моргающих экранов… с чем? С «Евроньюсом». Со всякими евроньюсовскими новостями. Это не имеет отношения к тому, что я рассказываю сейчас, но все равно интересно.

Кирилл спрашивает у меня: «Сергей, о футболе ни слова?» Ну, как вам сказать. Конечно, собственно о футболе – ни слова. Тем более, что вскоре за мной пойдут такие замечательные специалисты, как Василий Уткин, Сергей Бунтман – я думаю, что с ними гораздо правильнее разговаривать о футболе. Я же скажу, если позволите, несколько слов о, как ни странно, политической стороне этого самого футбольного дела. Мне кажется, что тот урок, который был преподан России в результате вот этих последних футбольных событий, проигрыша матча словенцам и провала российской сборной на пути в Южную Африку, заключается в том, что футбол – это всего только футбол. И не нужно ни при каких обстоятельствах и ни в каких условиях – ни в случае успеха футбольного, ни в случае провала футбольного, ни в случае каких угодно других футбольных событий – не нужно навьючивать на них, на эти самые футбольные события, ненужной, угрюмой, посторонней политики, чаще всего достаточно агрессивной. Вспомните, пожалуйста, что творилось вокруг футбола тогда, когда российской сборной сопутствовал успех. Что творилось, помимо естественной радости болельщиков. Да, конечно, люди радовались, люди орали, вопили, чокались пивом, поздравляли друг друга, обнимались, целовались, ходили по улицам, гудели в автомобилях, размахивали флагами и всякое такое. Но нашлись люди, и вы этих людей знаете, которые сидят как-то у власти в Российской Федерации сегодня, которые решили извлечь из этого себе некий политический прибыток. И они начали на это все навьючивать всякую пропаганду, всякую тяжелую, мрачную демагогию по поводу того, что вот, теперь-то Россия наконец покажет, все будут посрамлены, мы всех уроем, раздавим и так далее. Почему футбол, такое, в сущности, веселое, легкое, приятное, радостное дело (нельзя забывать, что футбол – это игра) служит поводом для таких кошмарных, каких-то мрачных устремлений? Обязательно кого-нибудь раздавить, обязательно кого-нибудь вынести вон, обязательно кого-нибудь исколошматить. «Мы их всех уроем!» и так далее. Вы последите за терминологией, которая обычно в этом во всем употребляется. И это все становится частью того, что некоторые ошибочно называют патриотической пропагандой, а на самом деле это является такой агрессивной имперской пропагандой. На футбольном успехе, на успехе игры и игроков достаточно часто нам, гражданам России, пытаются впарить идеи агрессивности, идеи, я бы сказал, такого давления на соседей, идеи какого-то, не побоюсь этого слова, превосходства. Вот, это мы! А это они… Да ничего, это игра. Сегодня выиграли, завтра проиграли. Сегодня мы правы, завтра они. Сегодня нашего игрока удалили, завтра вашего. Сегодня мы попали в створ ворот, завтра вы попали в створ ворот. Давайте об этом поговорим. Давайте послушаем людей, которые в этом понимают и которые умеют это анализировать. Но, пожалуйста, меньше в этом во всем политики, меньше в этом во всем демагогии. Меньше из этого всего пытайтесь извлечь для себя рейтинга. Помните, как разнообразные Грызловы всяческих форматов бросились обниматься и целоваться с российскими футбольными игроками, фотографироваться на их фоне, встречать их в аэропорту? Чего только не было, когда был успех. Меня интересует, где они все теперь, куда они делись? Причем я не первый раз это вам рассказываю. Уже в прошлый раз, когда что-то такое проигрывали, уже ровно это самое происходило. Никого не научило? Вы по-прежнему обманываетесь? Вы по-прежнему радуетесь за наших начальников, когда видите, что они тоже вместе с футболистами? И говорите: «О, какой живой мужик. Смотри, совсем человечный, совсем как я, из народа. Все в порядке. Тоже за футбол болеет. Наверное, хороший человек». Вот так легко вас купить? Вот так легко вас обмануть? Ну поучитесь хоть сейчас, когда эти ребята благополучно куда-то сдристнули. И нету их возле этих самых футболистов, которые проиграли, заслужено или незаслуженно, честно или не очень честно, если говорить о судействе. Все это футбол, все это игра, все это часть игры. Ну, я думаю, что Уткин с Бунтманом объяснят вам это все в больших и лучших подробностях.

Из событий минувшей недели я, конечно, упомяну одну очень мрачную историю. Не могу ее не упомянуть. Мне жаль накануне уикенда каждый раз говорить о каких-то совсем тяжелых и угрюмых вещах, но, к сожалению, приходится. Вот мне пишут слушатели, которые пользуются возможность задать вопрос заранее на сайте «Эха Москвы», пишет мне несколько человек о деле Сергея Магнитского, человека, который умер в тюрьме. Он был адвокат, сотрудник аудиторской крупной компании. И, по всей видимости, в предварительном заключении, которое было избрано ему в качестве меры пресечения по ходу следствия, был там замучен следователями. Замучен в прямом смысле этого слова. Способ пытки, который для него был избран и который был к нему применен, это лишение медицинской помощи. Не первый раз мы с вами с этим сталкиваемся. Многие помнят случай Василия Алексаняна, адвоката компании ЮКОС, который тоже был довольно долго истязаем вот таким вот образом. Он, будучи человеком очень больным, оказался в тюрьме, и там, собственно, его и поставили перед этим выбором – или он оговорит своих бывших работодателей, или он умрет здесь без медицинской помощи в ужасных мучениях. Но тогда удалось мобилизовать какое-то количество честных людей, поднялся общественный голос в его защиту, и, то ли он был услышан, то ли на фоне этого всего произошла какая-то небольшая политическая игра – я не знаю в точности механизма этого, но Алексанян был не освобожден, а, во всяком случае, выпущен. Выпущен для того, чтобы он мог получить нормальное медицинское обследование, медицинскую помощь. Ничего подобного не произошло в случае с Сергеем Магнитским. Он до самого конца оставался в этом самом застенке. Не удалось вовремя поднять общественного мнения в его защиту и в помощь ему. Он был арестован примерно год тому назад, была довольно шумная история. Я хочу вам напомнить, что тогда развернулись довольно громкие события вокруг человека, который хорошо известен крупному российскому бизнесу – есть такой человек по имени Билл Браудер. Мнения по его поводу очень противоречивые. Одни говорят, что он чрезвычайно талантливый инвестор, он создал компанию под названием Hermitage Capital, которая была предназначена специально для инвестиций в российскую экономику. Он был одним из крупнейших портфельных инвесторов в российскую экономику, владел акциями крупнейших компаний – Газпрома, РАО ЕЭС, Сбербанка, СургутНефтегаза, еще нескольких. И не просто владел, а очень интенсивно выступал на стороне защитников прав миноритарных акционеров. И вот одни говорят, что он выступал, потому что он такой ответственный инвестор и так серьезно относился к правам малых акционеров, а другие говорили, что он просто был профессиональным вымогателем. Есть такой вид бизнеса, называется «гринмейлинг», когда человек покупает небольшое количество акций, а потом начинает мучить основных владельцев компании, мучить всякими придирками, всякими обвинениями в нарушениях, всякими активными требованиями выдать разнообразные документы, требованиями допустить его к принятию решений, торпедированием других решений, которые принимают другие акционеры. Ну вот, мучает-мучает, пока ему не заплатят какого-то отступного. Мнения разошлись, в чем в точности заключался бизнес этого самого Билла Браудера – был он борцом за акционеров или таким человеком, который добывает свои деньги путем мучения других акционеров, я сейчас не хочу в этом разбираться, сейчас вопрос совершенно не в этом. А вопрос в том, что в какой-то момент он обратился к компании, которая предоставляла аудиторские услуги. И в этой компании злополучной работал этот самый Сергей Магнитский. Эта компания была разгромлена за то, что она оказывала профессиональные услуги компании Билла Браудера. А что, собственно, случилось? А то, по всей видимости, случилось, что Билл Браудер залез слишком глубоко. Из каких соображений, опять же, другой вопрос – то ли деньги вымогал, то ли за справедливость боролся, неважно. Но залез в компании типа СургутНефтегаза, которые, по всей видимости, принадлежат слишком большим начальникам, по всей видимости, собственно, руководителям страны в той или иной форме, через то или иное посредничество. Ну и это, собственно, всем уже надоело, этим самым большим начальникам. Они решили удалить оттуда этот самый Hermitage Capital и его владельца. Ну, с ним обошлись просто – ему просто не дали въездную визу в Россию в какой-то момент. Сотрудников начали пугать. Они в полном составе в какой-то момент поднялись и уехали за границу. А дальше принялись за этих самых тех, кто оказывал им разного рода профессиональные услуги, в том числе и аудиторские. Среди них оказался Магнитский, он оказался в заключении, и его начали мучить. Он оказался человеком больным, и из него вымогали сведения по профессиональной части. Он юрист по профессии. Еще раз случай Алексаняна, случай Светланы Бахминой я вам напомню. Он молчал, оговаривать своих заказчиков и работодателей не хотел. Его последовательно лишали медицинской помощи. Сейчас, собственно, происходит борьба за то, чтобы организовать несколько объективно работающих медицинских комиссий, которые могли бы здесь провести экспертизу и установить точную причину его смерти. Но в целом мы видим, что вот это взятие заложника и мучение, применение пыток к этому заложнику становится вполне… стало уже за последние года вполне распространенной ситуацией для российского правосудия. В разных формах, с разной степенью ожесточенности, с разной степенью озверения это проводится уже довольно давно. Я, между прочим, хочу вам напомнить, что одним из первых таких заложников был не кто иной, как Владимир Александрович Гусинский, который в начале 2001 года был арестован всего на несколько дней, оказался вот в таком положении заложника, все его сотрудники были вынуждены при принятии решений на протяжении тех дней, пока их босс находился в тюрьме, задумываться над тем, что имеется заложник, заложник этот там сидит, заложник этот может пострадать в любую минуту. Ну, Гусинского в какой-то момент выпустили, он подписал некоторые документы, достаточно скандального характера, хочу вам напомнить. В частности, знаменитый Протокол №6, в котором черным по белому было написано, что его арестовали по политическим мотивам и выпускают по политическим мотивам, и если он не будет находиться в политической оппозиции, то к нему и не будут приставать. Вот. Ну, это я так перевожу на русский язык. В точности, конечно, не это было там сказано. Но, в общем, достаточно откровенно это все там содержалось. Потом другие сотрудники компании Гусинского находились вот в таком положении заложников – финансисты, юристы. Довольно долго, некоторые несколько лет. Ну вот тогда эта метода была признана прогрессивной, и ее успешно применяют по сей день по самым разным поводам. И иногда доводят вот до такого страшного конца, когда человек просто умирает в тюрьме. Вот прошел год, и взрослого, достаточно молодого человека, ну, с не самым лучшим здоровьем, как мы теперь понимаем, в тюрьме замучили насмерть. Хотелось бы, чтобы кто-нибудь когда-нибудь за это ответил. Вот, собственно, все, что можно на это сказать. Хотелось бы, чтобы однажды эта история оказалась снова на поверхности, чтобы о ней не совсем забыли к тому моменту, как придет время отвечать тем, кто организует сегодня такого рода репрессии по смешанным причинам – по причинам политико-экономическим. Я хочу напомнить, что давление на компанию Hermitage Capital и обслуживающие ее другие компании, в том числе на вот эту самую компанию… она называлась, сейчас я посмотрю, я даже записал тут заранее, Firestone Duncan, компания, в которой работал Магнитский… вот причины этого одновременно экономические и политические. Речь идет о том, что вот эти энергичные, назовем их так, инвесторы начинают совать свой нос туда, где держат свои деньги политики. И вот тут-то начинается все самое интересное. Вот тут-то выясняется, что много чего можно в российской экономике, а вот этого нельзя. Там, где зарабатывают люди, которые управляют сегодня Россией, туда соваться не следует, а то будет хуже. Вот еще очередное доказательство.

Ну что же, давайте я посмотрю, что еще… «Делиться надо было или нос не совать не в свои дела! Глядишь, и выжил бы», - пишет мне Сергей. Ну да, Сергей, вот это, собственно, и есть тот урок, который пытаются преподать нам с вами, вы, Сергей, и я, Сергей. Вот нам, собственно, сообщают – делиться надо или не совать нос. А наше уже дело – реагировать на это тем или иным образом. Или воспринимать этот урок, или с отвращением этот урок отвергать. «Выбор президента Европы, министра иностранных дел, единой армии – мне кажется, это неизбежный путь для нас», - пишет мне Михаил. Я не совсем понял, Михаил, что вы имеете в виду. Что такое «неизбежный путь для нас»? Вступлению в Европу для России? Да. В историческом смысле, неизбежный путь для нас. Да, конечно, Россия рано или поздно станет частью свободной объединенной, экономически развитой Европы. Только, к сожалению, пока она не движется в этом направлении. Пока она стоит на месте. Пока она предпочитает развивать внутри себя то, что называется авторитарный режим. Конечно, авторитарная страна не может стать частью объединенной Европы. Это прямо противоречит значительному количеству всяких юридических писаных документов, по которым Европа сегодня живет. Это противоречит самому духу этого объединения. И, конечно, это противоречит воле большинства людей, которые там принимают решения. А эти люди являются там избирателями. Я хочу вам напомнить, что в объединенной Европе есть довольно развитые демократические механизмы – там регулярно проходят выборы, выбирается Европарламент, сложным, многоступенчатым образом выбираются разнообразные общеевропейские административные и правительственные органы. Вот дошли уже до президента, который, конечно, является там третьей производной – его выбирали главы государств, которых выбирали граждане этих самых европейских стран. Но, тем не менее, в конечном итоге это все избирательная процедура – сложная, многосоставная, но, несомненно, достаточно демократическая внутри себя. И каждая их стран-участниц этой процедуры гарантирует, что ее собственное законодательство и ее собственная практика не пойдут вразрез с этими принципами. Ну представьте себе, что вдруг государство, в котором выборы являются профанацией – ну вот, например, так, как в России, где выборы, по существу, являются имитацией избирательного процесса, - вдруг окажется частью этого вот конгломерата государств, окажется, что российские депутаты тоже должны принимать какие-то решения для Европы в целом. Это может дезорганизовать весь этот механизм. Давайте я на этом месте остановлюсь. Кажется, я целую минуту уже проговорил лишнюю. Сейчас новости. А приблизительно через 4 минуты мы вернемся с вами к программе «Суть событий», и я продолжу обсуждать с вами события недели. Я – Сергей Пархоменко. Новости. Оставайтесь у ваших радиоприемников.

НОВОСТИ

С.ПАРХОМЕНКО: 21 час 36 минут. Это вторая половина программы «Суть событий». Я – Сергей Пархоменко. Мы с вами обсуждаем по-прежнему события недели. У нас работает видеотрансляция на нашем сайте – www.echo.msk.ru. Заходите, подключайтесь и смотрите, там и переписываться можно в чате. А еще можно писать нам при помощи смс - +7 985 970 4545. Все работает. Вот я перед собой вижу эти ваши сообщения. Телефон – 363 36 59. Сейчас посмотрю, работает ли телефон. Работает телефон. Но не сию минуту, через некоторое время я его включу окончательно. Вы пока как-то подтягивайте телефон к себе. Я скажу коротко о том, о чем спрашивают у меня здесь, я вот читал смски во время новостей. «Сергей, - спрашивает у меня, в частности, Ольга, - как вам остротина по поводу галстука Саакашвили?» А еще вот здесь среди тех, кто писал вопросы на сайте, igles, служащий из Волгограда, спрашивает: «Что это за игры Путина между Ющенко и Тимошенко? Если бы так поиграл Абама между нашим премьером и Президентом?» Хороший вопрос, между прочим, задает нам наш слушатель. Вот я хотел бы посмотреть на реакцию, если бы, скажем, американский президент попытался таким образом поучаствовать в российских выборах. Речь ведь в том, что то, что произошло вчера – визит премьер-министра Путина на Украину, публичные переговоры с украинским премьер-министром Тимошенко, потом пресс-конференция, сама по себе достаточно скандальная, хотя состояла всего из четырех вопросов, - все это форма участия Российской Федерации, российских политиков, прежде всего, российского премьера, в украинских выборах. Вот так они принимают участие в агитации одних кандидатов против других кандидатов. Совершенно очевидно, выражаясь таким, совсем уж простым языком, правительство России во главе с премьер-министром Путиным «играло на лапу» Юлии Владимировне Тимошенко вчера. И эта игра на лапу была хорошо заметна любому другому игроку, кто сидел за столом в этот момент. Особенно, конечно, живописна была пресс-конференция. Я должен как-то отдельно передать привет тем своим «так сказать» коллегам, я их своими коллегами совершенно не считаю, поскольку это представители какой-то совсем другой профессии, той, к которой я никогда в жизни не имел, слава тебе господи, никакого отношения, так вот, я передаю привет тем «коллегам», которые задавали там подставные вопросы на российской стороне. Это было отвратительное, позорное зрелище. И они, конечно, совсем-совсем не заботятся о том, как они выглядят в этой ситуации и какова завтра будет их репутация. Ну, когда-то же это будет иметь значение в профессии, когда-то станет понятно, что люди, которые задают вот такие вопросы по сговору, вопросы, которые задаются для того, чтобы «набросить мячик» отвечающему и получить заранее отрепетированный или, во всяком случае, заранее заготовленный ответ, это позорная профанация профессии. Ну, например, один из журналистов спросил, как, собственно, ему и было заказано, что премьер-министр России думает по поводу визита грузинского президента в Киев, который происходил параллельно с переговорами между двумя премьерами. Ну, и последовала заранее заготовленная тирада с чтением стихов насчет «бойцы вспоминают минувшие дни и битвы, что вместе продули они», острота с галстуками, которые сейчас кто-то съест за дружеским ужином, и так далее. Я бы сказал, что все это вместе, вот вся эта сцена, представляет собой политическую непристойность. Я понимаю, что человеческая непристойность бывает и покруче – мужики за пивом или на рыбалке или просто в курилке, когда о бабах разговаривают, они еще и не такое могут выдать, ну, бывает, среди приятелей – совсем уж как-то расслабятся, рассупонятся, и вперед. Но речь идет все-таки о политических деятелях довольно крупного масштаба, европейского, а то, может быть, даже и мирового, если говорить и о руководстве России, и о руководстве Украины. Вот при исполнении своих политических обязанностей политики не должны позволять себе такого рода непристойности. Вот это мое убеждение, и мне кажется, я имею право, защищенное Конституцией, это свое убеждении здесь высказать. Я думаю, что люди это видят. Те из них, у кого внутри головы мозги, об этом думают. Они это помнят некоторое время. И я надеюсь, что граждане России, мои сограждане, и те, с кем рядом я живу, такого рода вещи будут помнить некоторое время. Те из них, кто относится ответственно к своей гражданской позиции и к своему гражданскому долгу. Мне кажется, что такие вещи забывать нельзя. Они должны оставаться перед глазами того, кто опускает свой избирательный бюллетень в урну. Политики не должны опускаться до политических непристойностей. Даже если им нравится, когда стоящая перед ними журналистская аудитория говорит им в ответ на их слова «Гы-гы-гы!» с такими покорными, подхалимскими улыбками. Я понимаю, что для некоторых это бывает очень приятно, но, по-моему, с такого рода инстинктами нужно бороться. Вот, собственно, то, что я хотел сказать по этому поводу. Много вопросов на эту тему. Ну что же, давайте поговорим по телефону. 363 36 59. Тем достаточно много на этой неделе. Только, пожалуйста, давайте не про футбол. Чуть-чуть потерпите – будет вам Бунтман, будет вам Уткин, будет вам множество разного замечательного футбольного народу, и вот с ними… Я, как обычно, сбрасываю звонки тех, кто тут висит уже долгими часами. 363 36 59 – телефон прямого эфира «Эха Москвы». Приглашаю всех присоединиться к нашему разговору. Как-то не очень живо это все происходит. Ну, вот звонок – человек звонит первый раз в жизни на «Эхо Москвы». Почему бы сразу не пропустить его в эфир? Да, я слушаю вас, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Владимир, Москва. Вы знаете, я с вами совершенно солидарен, и мне было очень стыдно за наших руководителей на вчерашнем сборище. Честно говоря, и все мои ребята, которые более или менее обладают каким-то интеллектом…

С.ПАРХОМЕНКО: А что такое «ваши ребята», Владимир? Вы что делаете?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, друзья, которые занимаются интеллектуальными действиями…

С.ПАРХОМЕНКО: А вы что делаете, например, вы сами?

СЛУШАТЕЛЬ: У меня производство сельхозтехники. У нас сейчас создается некое совместное предприятие Белоруссия-Россия.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну вот смотрите, Владимир, ведь это все делается, в сущности, для вас. Понятно, что я человек потерянный для премьер-министра России. Он на мой голос не рассчитывает. А на ваш рассчитывает. И он рассчитывает на то, что вы скажете «гы-гы-гы», порадуетесь, мужик какой, как пошутил! И пойдете за него голосовать. А вы что в этой ситуации можете ответить?

СЛУШАТЕЛЬ: К сожалению, если бы у нас были демократические основы, то, конечно… естественно, мы будем голосовать так, как мы считаем нужным, но, к сожалению, вы сами видите, какая ситуация по выборам, все прочее… Нам еще долго-долго придется бороться за наши голоса.

С.ПАРХОМЕНКО: Хорошо сказано: «долго бороться за наши голоса».

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Дело все в том, что я солидарен. Все было бы не так страшно и печально, как в данный момент существует. Я совершенно солидарен с выступлением Зюганова, оно опубликовано на YouTube, хотя я и не член КПРФ и им не симпатизирую, но, тем не менее, совершенно четко Зюганов выступил, мотивируя, приводя аргументы, факты, цифры…

С.ПАРХОМЕНКО: Понятно. Спасибо. Я все-таки не хочу тут переходить к пропаганде за какую-нибудь из партий. Спасибо, Владимир. Мне кажется, ваше мнение вполне понятно. Спасибо за позицию. Спасибо за слова, высказанные в эфире «Эха Москвы». 363 36 59. У нас с вами есть еще почти 15 минут на то, чтобы обсудить эти события. Вот, кажется, не московский звонок. Попробуем, что ли. Да, я слушаю вас. Алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Владимир, Казань. У меня один комментарий и два…

С.ПАРХОМЕНКО: Давайте выберите что-нибудь одно. Я, к сожалению, не смогу вам дать много времени. Да, слушаю.

СЛУШАТЕЛЬ: Я три секунды, быстро. Первое. То, что выступил Путин, меня покоробило. Но это не главное. Главное то, что сейчас идет постоянное обсуждение о том, делать смертную казнь или не делать. Выступила Слиска и сказала, что смертная казнь нужна – педофилия, убийства и все такое прочее, и финансовые преступления. И я испугался. Третье. Вчера было выступала женщина из ФСИН.

С.ПАРХОМЕНКО: Да, госпожа Каннабих, по всей видимости, вы ее имеете в виду, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Да-да.

С.ПАРХОМЕНКО: Мария Каннабих.

СЛУШАТЕЛЬ: Какое безразличие! Мне 63 года, я много в жизни пережил, но мне становится страшно это слушать.

С.ПАРХОМЕНКО: Не знаю. Наверное, вы не ее имеете в виду. Потому что госпожа Каннабих, наоборот, выступает в защиту прав заключенных. Владимир, спасибо. Понятна ваша позиция. На самом деле, действительно, очень интересная тема. И, может быть, нам стоит сказать еще несколько слов на эту тему, кому-то из наших слушателей. Тема отмены смертной казни. Конституционный суд на этой неделе, вы помните, высказался за то, что смертная казнь все-таки не должна применяться в России. Лично я считаю это решение совершенно правильным. И мне кажется, что это тот случай, когда здравый смысл все-таки возобладал в тех, от кого зависело это решение вынести. Не так часто это случается, в данном случае случилось. Ура. Я рад. Но, может быть, вы думаете по-другому. Давайте с вами это обсудим. 363 36 59 – телефон прямого эфира «Эха Москвы». И вот, например, вы в прямом эфире. Да, слушаю вас, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Роман из Москвы. Мне кажется, что высказывание Путина было не столько с целью поддержать Тимошенко, сколько, наоборот, отколоть от нее те голоса Западной Украины и в то же время немножко притянуть те голоса, которые были у Януковича.

С.ПАРХОМЕНКО: Очень как-то тонко вы рассуждаете, мне кажется. Какой-то очень сложный многоходовый замысел.

СЛУШАТЕЛЬ: А у нас любят многоходовые замыслы. Правда, они никогда не реализуются. И один из них – предыдущие выборы на Украине.

С.ПАРХОМЕНКО: Да-да, это был большой и очень впечатляющий облом, несомненно.

СЛУШАТЕЛЬ: С другой стороны, я могу сказать, что Украина в результате тех выборов получила значительно больше минусов, чем если бы пришел к власти Янукович.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, вы знаете, действительно, то время, которое провел у власти президент Ющенко, не самое счастливое для Украины, но это время не было Украиной потеряно, несомненно. Я, например, убежден, что Украина научилась общаться со своими собственными политиками, научилась помнить им их поступки, научилась призывать их к ответу, научилась вынуждать их поступать в соответствии с интересами граждан в ряде случаев. Все это вместе называется демократией, развитием демократических механизмов. Когда Ющенко только был избран, вы можете поднять архивы «Эха Москвы», они очень легко и доступно организованы, и все найти очень просто – я говорил на этом месте вместе с большим количеством своих коллег, между прочим, это была совершенно не моя мысль. Я говорил, что если завтра окажется, что Ющенко, обретенный вот такими трудами, путем этой самой «оранжевой» революции, Майдана, третьего тура и так далее, окажется плох, если он окажется неугоден украинскому народу, украинский народ хладнокровно от него избавится и переступит через него, как через еще один этап своей истории. Так ровно, по всей видимости, это и произойдет. Но мне кажется, что в целом это означает, что время для Украины не было потеряно. Роман, спасибо. Позиция ваша тоже понятна. Я бы хотел в оставшиеся 10 минут поговорить еще. Ну, например, вот с этим слушателем, который тоже впервые в жизни звонит на «Эхо Москвы». Да, я слушаю вас, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Елена, из Москвы. Я хочу вам сказать, что я с вами полностью согласна насчет Сергея Магнитского. Но вот что странно – вот про Алексаняна мы знали с самого начала, то есть как это случилось, и поэтому общественность могла какое-то участие принимать. А ведь про Магнитского узнали, только когда эта трагедия произошла.

С.ПАРХОМЕНКО: Елена, в нашем обществе чего-то важного не хватает. Вам не кажется? Не хватает, например, развитой, свободной, демократический печати, которая могла бы обо всем это писать и про все про это помнить. Вот для этого ровно она и нужна. Понимаете, вот последнее время произошло много случаев, когда какими-то странными интернетовскими способами распространялись какие-то сведения. Вот, по цепочке передавались какие-то сообщения, интернетовские поисковые машины начинали на них ссылаться, потому что это сообщение слишком часто встречается в интернете, и оно попадало в рейтинги на верхние позиции, потому что оказывалось очень популярным среди пользователей и посетителей интернета. Вот это вот выведение в топ, как это называется. Вообще, это довольно странная, уродская какая-то вещь. Это все как-то вместо прессы, что ли? Вместо газет, вместо телевидения, которые, в сущности, должны выводить в топ разные важные новости и разные важные события и удерживать в фокусе нашего внимания разных людей, которые требуют этого внимания. Вот в случае с Алексаняном как-то это удалось тем немногочисленным СМИ, которые по-прежнему существуют. А в случае с Магнитским – ну, вот как-то не вышло, не уследили, не успели. Наверное, мы виноваты. Чего-то важного не хватает. Не хватает прессы, не хватает партий, которые могли бы этим заниматься. Не хватает независимых депутатов, которые могли бы говорить об этом. Вот же механизмы такого вот удерживания на плаву общественного внимания всяких важных событий, в том числе вот таким трагических событий, как с Магнитским.

СЛУШАТЕЛЬ: Причем, вы знаете, в связи с тем, что про наши службы я знала еще с детства, я не могу сказать, чтобы я уж совсем этим не интересовалась. То есть у меня, наоборот, к этому пристальное внимание. И если даже я не знала, то, значит…

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, значит, вам просто не сообщили об этом, по существу, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Еще меня, конечно, меня поразила Слиска, которая все-таки женщина, и она так за смертную казнь ратует прямо…

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, вы знаете, это означает, что в душе некоторых женщин есть вещи поважнее их женского начала, которые берут верх. Женщина женщиной, а политика врозь, что называется. Ну, как-то важнее ей было в этой ситуации встать в очередь за каким-то небольшим политическим поощрением. Ну она и встала в надежде, что, может быть, ей чего-нибудь полезное дадут за то, что она вовремя подсуетилась и вовремя чего-то где-то выговорила. Может быть, какой-нибудь небольшой начальник ей как-то ласковее улыбнется. Может быть, ее женское естество проявляется именно таким образом. Может быть, она, собственно, в этот момент и получает какие-то особенные, немножко извращенные впечатления и такое специфическое удовольствие – в момент улыбки начальника, скажем. Мы же не знаем с вами. Спасибо, Елена, за звонок. 363 36 59 – телефон прямого эфира «Эха Москвы». У нас есть с вами еще приблизительно 5 минут. Нет. 961 звонок на «Эхо Москвы». Уважаемый номер 8 902 998 и так далее, 961 звонок на «Эхо Москвы» - это немножко много. Я не могу вас вывести в эфир, извините. 363 36 59 – телефон прямого эфира «Эха Москвы». Ну а вот вам, например, добро пожаловать. Первый раз. Да, я слушаю.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день, Сергей Борисович, это Федор, Петербург. Вы знаете, все-таки я хотел бы вернуться к посланию Медведева. Я, конечно, понимаю, что, может, многим не понравится мое мнение, но мне кажется, что оно было совершенно помпезным и, в общем-то, пустым, по сути. Хотя там были правильные вещи. Но у меня сложилось впечатление, что страна и дальше будет двигаться в сторону какого-то застоя такого деспотического, несвободы. Потому что, обратите внимание, в ключевом выступлении он сказал, что никаких политического реформ – политического аппарата, госуправления, смены политического курса, который сложился за последние 8 лет – не будет. А на мой взгляд, значит, не будет и модернизации страны. Потому что в наших условиях невозможно добиться модернизации страны, не изменив тот курс, который был последние 8 лет. Возможно, я не прав. Я хочу узнать ваше мнение по этому вопросу. Тем более, что завтра будет очень консервативный, говорят, у нас в Петербурге съезд «Единой России», где Путин выступит с консервативным посланием о том, что вообще ничего не надо менять, а надо придерживаться этого деспотического пути, отвергнув всякие перемены. Вот я хочу ваше мнение узнать.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, по поводу завтрашнего что я вам могу сказать? Да, я считаю такой прогноз достаточно жизнеспособным. Я думаю, что так примерно оно и произойдет, на самом деле. То, что мы видим в последнее время в таком дистанционном противостоянии двух лидеров, так сказать, а именно – человека, который занимает сегодня пост президента, и человека, который занимает сегодня пост премьер-министра – мы видим, что здесь построен такой сценарий энергичного, серьезного, немножко мрачного консерватора, который добился успехов и теперь эти успехи изо всех сил удерживает. Вот образ, который создают Путину. И я думаю, что он его попытается на этом самом завтрашнем съезде еще укрепить и поддержать. Но в целом, знаете, мне кажется, что слишком велика по-прежнему пока дистанция между словами, которые произносятся на такого рода съездах, и реальной политикой. На самом деле, мне кажется, что никакой линии в том, что делает сегодня российская правящая группировка, не видно. Есть как-то одна ясная мысль и одно ясное намерение – удерживать власть. Поскольку сегодня оказывается, что удерживать ее лучше вот таким методом демонстрации собственного консерватизма, бесконечным игранием желваками, бровями, раздуванием ноздрей, непристойными шутками по поводу своих политических оппонентов и так далее, вроде это, что называется, хорошо продается. Ну, значит, давайте так. Если завтра окажется, что нужно сочувствовать, что нужно демонстрировать мягкость и изящество, ну давайте попробуем продемонстрировать мягкость и изящество. Мы ведь боремся только за власть, больше ни за что. Только за себя у власти. Знаете, как знаменитый вопрос: что нужно больше любить – себя в искусстве или искусство в себе? Вот эти любят себя в политике, несомненно. Тем более, что они имеют вокруг себя людей абсолютно покорных, вот эту всю группу т.н. консервативных депутатов, людей, которых они просто привели за шиворот, на эти стулья посадили, содержат их там. Это люди абсолютно беспринципные, лишенные всякой не то что политической инициативы или самостоятельности, а просто какой-то нормальной человеческой и мужской воли. Вспомним то, что произошло на прошлой неделе с этим самым дорожным налогом. Вот это консерватизм? Консерватизм – это когда у человека бывают принципы. Консерватизм – это, так или иначе, когда человек говорит: «Я так считаю, потому что так испокон веку было, и я жизнь отдам за то, чтобы так было по-прежнему». Вот это консерватор. А человек, который в течение одной недели проголосовал три раза за один и тот же закон туда и обратно, это не консерватор, извините, а холуй. Вот, собственно, и все, что можно сказать по поводу тех людей, перед которыми завтра будет выступать премьер-министр Путин. Знаете, аудитория, как известно, очень влияет всегда на качество самого выступления. Любой актер знает, что если в зале сидят люди невзыскательные, люди ограниченные, люди неподготовленные, то и не сыграешь как следует. Так что, я думаю, что в такой аудитории больших политических шедевров, речей, которые останутся в истории России, Европы и мира, ждать не следует. Ну вот, собственно, и вся программа «Суть событий» на эту неделю. Спасибо всем, кто звонил. Спасибо всем, кто был с нами здесь в эфире – и кто смотрел видеотрансляцию, и кто писал нам послания. Мы встретимся с вами в будущую пятницу в 10 часов вечера… в 9 часов вечера – что-то я уже стал время путать – с 9 до 10 наша программа «Суть событий», каждую неделю. Спасибо вам. Счастливых вам выходных. Хорошей вам – наконец уже зимней, я надеюсь – погоды. Будьте здоровы. Я – Сергей Пархоменко. До свидания.