Суть событий - 2009-02-06

С.ПАРХОМЕНКО: 21 час и 8 минут в Москве. Это программа «Суть событий» и я, Сергей Пархоменко. Здравствуйте. Все в порядке, все на своих местах. Мы с вами обсуждаем события недели. Поговорим сегодня по телефону немножко побольше. Меня как-то все чаще упрекают, что я забываю об этой возможности и об этой части своей программы. Ну, знаете, это вещь не регламентированная. Нигде не написано, что я должен столько разговаривать по телефону или нет, вот столько. Как, знаете ли, разговор пойдет. Тем не менее – смс +7 985 970 4545, телефон – 363 36 59. Это прямой телефон к нам сюда, в прямой же, соответственно, эфир «Эха Москвы», без всяких предварительных отслушек, как на других радиостанциях. Есть еще возможность воспользоваться сайтом www.echo.msk.ru. Примерно за сутки до передачи там открывается возможность задать вопросы. А сейчас можно и следить при помощи сайта просто по интернету за нашим эфиром, а можно и общаться с нами через специальный портал, который там имеется. Кто пришел на сайт, тот и разберется. Это удобно, практично и эффективно. Непосредственно прямо перед собой на экране я увижу первые же сообщения, которые придут. Вот одно пришло – «Н.Басовской». Ну, извините, я не Басовская, но не могу не прочесть: «Купил вашу книгу. Спасибо. Почему нет рекламы на «Эхо»?» И так далее. Ну, во-первых, я много раз слышал не рекламу, а упоминание замечательной книжки Натальи Басовской и Алексея Венедиктова, сделанной по их программам «Все так». И я с удовольствием читаю это сообщение, хотя оно отправлено и не мне. Знаете, такое сообщение грех не прочесть.

Что касается того, что присылают непосредственно в мой адрес. Знаете, бывают вещи, которые меня как-то ставят в тупик. Вот Вадим, инженер из Красного Села, присылает мне сообщение о том, что в Питере спешно зарегистрирован некто Дмитрий Грызлов, кандидат в депутаты на муниципальных выборах, по чистой случайности этот Дмитрий Грызлов является сыном Бориса Грызлова, председателя высшего совета «Единой России» и спикера Госдумы. Как, говорит, вы можете прокомментировать нижеследующее сообщение? Там есть еще всякие чудесные подробности по поводу того, что избирком местный сначала признал недействительными 100% подписей, которые были собраны в поддержку этого кандидата, так что абсолютный рекорд взят. Я не думаю, что кому-то удастся его превысить. Разве что кто-то соберет 105% поддельных подписей когда-нибудь. Ну вот. А вы чего такие вопросы задаете, а, Вадим, инженер из Красного Села? Да никак я не могу это прокомментировать. Ну, могу этому порадоваться только вместе с вами. Могу вместе с вами сказать, что я считаю, что это очень разумно и уместно в стране с построенной таким вот образом вертикалью власти – таким образом применять закон, а точнее, беззаконие, к кандидатам, подчиняться такого рода случайностям. Ведь он же случайно оказался сыном Грызлова, правда? Это же ведь ни с чем не связано. Это ведь никто этого специально не придумал. Ну просто так вышло, знаете. Ну, бывает.

Или меня здесь еще просят среди прочих вопросов прокомментировать историю, которая появилась в английских газетах, а сегодня и в российском интернете, по поводу того, что в 20-х числах января произошла какая-то гомерически смешная история на Валдае, куда привезли группу, которая является имитаторами знаменитой музыкальной группы «Абба», в прошлом очень знаменитой и очень популярной, теперь уже много лет как сошедшей со сцены, но, тем не менее, поклонников ее осталось немало. И вот, как выясняется, поклонники ее есть и в российском руководстве. И вот, значит, оказывается, произошел такой закрытый концерт. Несколько испуганные и обескураженные эти исполнители дают интервью газете «Таймс» и говорят, что это самый странный концерт в их жизни, когда им пришлось выступать для шести или восьми человек, причем некоторые из них, в частности, премьер-министр России, с какой-то дамой, незнакомой им - премьер-министра они знают в лицо, видели в газетах, а даму нет, - сидел на диване за занавеской. Ну, в общем, такая какая-то «1001 ночь». Вот там где-то калиф скрывается со своей прекрасной Пери, а в пупок ее умещается унция драгоценного розового масла. Ну и, в общем, всякие другие восточные прелести сразу можно себе навоображать. Вот меня это просят прокомментировать. Вы как, хотите, чтобы я это комментировал? Вы хотите, чтобы я что сказал по этому поводу? Что меня интересует, кто заплатил за этот концерт? Там, в сущности, небольшие деньги. 20 тысяч долларов заплатили этим исполнителям. Ну, наверное, еще ушло раз пять по столько на всякий транспорт, организацию, всякий обслуживающий персонал и прочее. Вы хотите, чтобы я этим поинтересовался? Вы хотите, чтобы я сейчас начал размышлять, хватает ли формальной зарплаты премьер-министра России или каких-то чиновников на оплату такого рода концертов? Ну и что? чего вы хотите от меня добиться? Не буду. Знаете, бывает такая информация, которая не требует никаких комментариев.

«Почему Альбац пустили в «Школу злословия», но передачу по ТВ не показали?» - спрашивает Митя. Митя, спросите у бабушки. Она вам объяснит, почему Альбац не показали по федеральному метровому телеканалу. Для этого, знаете, не нужна программа «Суть событий». И я для этого тоже не нужен вам в качестве объясняльщика. Я думаю, всякие другие найдутся.

Ну ладно. Шутки в сторону. Есть, тем не менее, серьезные вещи, которые было бы неплохо пообсуждать. Вот среди этих же самых вопросов, которые я получаю по интернету, некто, кто подписывается тремя буквами АМИ, из Подмосковья, очень сердитое присылает послание, где как-то всячески меня подвергает репрессиям за прошлую передачу и всякой критике – что вот, я не говорил о том, о чем должен был говорить, говорил о том, о чем не должен был говорить. В общем, все неправильно устроил в своей прошлой передаче. После чего совершенно без всякого – без здрасьте, без до свидания, что называется – присылает очень интересную ссылку на один из интернетовских сайтов, где изложено довольно подробная и, на мой взгляд, очень дельная аналитическая информация по поводу одного из законопроектов, которые были в последние дни, насколько я знаю, в самых первых числах, 2-3 февраля в Государственной Думе были приняты поправки к нескольким российским законодательным актам, которые совершенствуют авторское право и затрагивают то, что происходит в интернете, в том числе были приняты поправки даже и к Гражданскому кодексу, к главе 4-й Гражданского кодекса. Должен вам сказать, что авторское право в России – это одна из самых чувствительных сфер и самых путаных, мутных и плохо проработанных. Я как книжный издатель с этим сталкиваюсь постоянно. Огромное количество неясностей и внутренних противоречий в российском законодательстве по поводу прав на интеллектуальную собственность, на творческий продукт и так далее. Сегодня это принимает все более и более серьезный оборот, постольку поскольку становится понятно, что в независимости от каких-либо деклараций и от того, что говорят всякие политики, и о чем они мечтают, истинными ценностями оказываются ценности интеллектуальные – все, что связано с наукой, с высокими технологиями, с исследованиями, с обменом информацией и так далее. Это, в конечном итоге, сферы, которые так или иначе регулируются вот этими законами. И для них проблема авторского права очень важна. Не будет никакого технологического прогресса, не будет никаких нанотехнологий, не будет никакого развития России как современной державы без установления такого режима. Я имею в виду, режима уважения авторского права. И бессмысленно здесь как-то обвинять, скажем, наших партнеров по переговорам о вступлении в ВТО, которые очень сильно давят и очень сильно лоббируют ужесточение авторского права в России и ужесточение борьбы с разного рода контрафактом авторской продукции, с разного рода интеллектуальным пиратством, пиратством в сфере искусства, в сфере информации и так далее. Вот, они на нас давят, они нам навязывают какие-то принципы… Да, давят и навязывают. Но выясняется, что дальше можно поступить по-разному. Можно, в конечном итоге, поступить профессионально или непрофессионально. Можно сделать свою работу чисто или сделать свою работу грязно.

Вот смотрите, вот поправка в часть 4-ю Гражданского кодекса России – вот такой текст внесен теперь в закон: «Допускается без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты вознаграждения воспроизведение гражданином при необходимости исключительно в личных целях правомерно обнародованного произведения». Ну, в общем, пустые какие-то, такие круглые слова. Ничего за ними нет. На самом деле, это совершенно чудовищная норма. И чудовищность ее заключается в двух незаметных словах, которые в этой фразе спрятались и которые являются черным проклятием российского законодательства в самых разных его сферах, не только в этой, связанной с авторским правом, а являются такой оспой, которая поражает огромное количество наших законодательных актов. Эти два слова – «при необходимости». Вот при необходимости можно, а без необходимости нельзя. Вот если доказал, что необходимость была, невиновен, а если признали, что необходимости не было, садись в тюрьму. И так далее. Это называется – ворота, даже не дверь, даже не лазейка, не щелка, а широченные ворота для избирательного применения закона. О чем в точности здесь идет речь? О том, что вы, создавая какой-то свой продукт в интернете, а все больше и больше авторских творческих продуктов так или иначе проходит через интернет – сразу обнародуются или анонсируются там или продаются там и так далее, вы использовали нечто, что нашли в интернете же – фотографию, которая там висела, чтобы проиллюстрировать ваше произведение, цитату из какого-нибудь текста или литературного произведения или научной работы или еще чего-нибудь. Вот вы ее где-то взяли, она там висела. Она там висела правомерно. Никто не обсуждает сейчас, что этот текст, предположим, или эту картину украли и повесили в интернете, нет, ее сам автор там вывесил, потому что захотел, потому что посчитал, что ему это полезно, важно, нужно. Разбираемся в том, что вы взяли вещь, которая там висит правомерно, и скопировали ее к себе, использовали ее, сослались на нее, процитировали ее. В этой ситуации я не могу сказать, что вы оказались преступником. В этой ситуации вы оказались в руках милиционера, который что хочет, то с вами и сделает. Захочет – скажет, что была необходимость и вы невиновны. Захочет – скажет, что не было необходимости, и подвергнет вас преследованию как бы закону. Это и есть избирательное применение закона.

Вот, казалось бы, такая мелкая вещь, касающаяся вроде бы совсем немногих. Только кажется, что немногих. На самом деле, очень многих. Потому что все мы так или иначе чего-нибудь творим. Все мы что-нибудь создаем или собираемся создавать. Все мы цитируем друг друга, опираемся на мысли друг друга, на слова друг друга и так далее. Нам нельзя попадать в ситуацию, в которой мы оказываемся в руках у человека, склонного к произволу. А таких ситуаций все больше и больше. Надо сказать, что российское законодательство сегодня в связи с абсолютной утратой нашими законодательными органами, прежде всего, Государственной Думой, представлений о своей роли, о своих функциях, о своем долге, когда Государственная Дума превращается в такую штамповательную машину, которая измеряет в минутах время, потраченное на одобрение тех или иных предложений… важно ведь только, от кого пришла эта законодательная инициатива. Если от президента, если от правительства – проводим, проходит. Чего там? начальство сказало – депутат ответил «Сделаем». Ведь Дума же, как известно, не место для дискуссий, не пространство для размышлений, не то место, где нужно проявить какую-то принципиальность. Это место, где проявляют лояльность, прежде всего. И за эту лояльность потом следует плата. Слышите, кто там интересовался историей с сыном Грызлова в Питере? Вам еще что-нибудь комментировать? Мне продолжать объяснять вам, почему эта история с сыном Грызлова произошла так, как она произошла? Или, может, уже не надо, может, ужа хватит того, что я говорю теперь? О лояльности депутатов Государственной Думы. О лояльности лидеров Государственной Думы и организаторов ее деятельности.

Так вот, принимается закон. По существу, он уже принят. Эта штука, которую я зачел, принята во втором чтении. И третье чтение – в общем, это вещь косметическая. У меня вот здесь спрашивают: «Это что, конец интернета?! Все, гибель, кошмар?!» Да нет. Конечно же, эта норма не будет применяться. Она будет по существу мертвой. Она будет лежать плашмя, потому что невозможно отследить все то, что связано с нормальным, естественным бытованием этой огромной информационной системы. Интернет, собственно, и построен таким образом, что кто-то информацию первым помещает в эту сеть, в одну из ячеечек этой сети, и дальше она начинает бесконечно неконтролируемо распространяться, и все больше и больше людей получает к ней доступ, все легче и легче ее найти, все точнее и точнее она проаннотирована и найдена всякими поисковыми машинами, разложена по тем полочкам, на которых ей удобнее всего будет воспользоваться. В этом величие интернета – в том, что он работает с той информацией, которая внутрь него попадает. И она живет своей жизнью, она развивается, она путешествует, она умножается, размножается и так далее. Так вот, никто не будет этого делать. Но однажды кому-нибудь захочется воспользоваться этим в целях репрессий, в целях давления, в целях притеснения. Мы встречаемся с этим снова и снова. Помните, была такая история, о которой уже почти никто не помнит, как власть охотилась за командой НТВ? Того первого НТВ, которое было создано еще в рамках компании «Медиа-МОСТ», вот люди, которые ушли с этого самого НТВ, точнее, их выгнали оттуда, они потом перешли на канал ТВ-6, потом была еще одна телекомпания. И каждый раз их настигали и выгоняли из эфира. Вот один из этих разов заключался в том, что была применена мертвая, спящая норма, абсурдная по сути своей, которая никогда не применялась ни к кому, которая никому была не нужна. Но кто-то ее нашел, применил, дышло это развернул в нужную сторону. Это была история о том, что у если у компании не сходятся определенные бухгалтерские характеристики, пропорция между активами и пассивами не такая, а сякая, не буду сейчас вторгаться в эти подробности, то тогда эту компанию можно закрыть. И закрыли ТВ-6.

Или вот вам пример… Чего я вам про такие старые истории рассказываю? Пример просто этой недели. Все это время фоном ко всяким событием проходит история с развитием с Союзом кинематографистов. Помните, несколько недель тому назад мы это подробно обсуждали? Сейчас как-то эти новости совсем отошли на второй-третий план. Тем не менее, события там развиваются. Никита Михалков организовал такую массированную оборону, быстро перешедшую в нападение, на тех, кто посмел его сместить с места руководителя Российского Союза кинематографистов. И знаете, под каким соусом последний съезд Союза кинематографистов был объявлен недействительным, а документы этого съезда отказались регистрировать в Минюсте? Под тем, что, оказывается, в 99-м году Союз кинематографистов не был правильным образом где-то зарегистрирован. Я хочу вам напомнить, что с тех пор уже прошел один съезд Союза кинематографистов, в 2004 году. А в 99-м уже этот самый Михалков был главой съезда. Почему-то он его не зарегистрировал, как выяснилось теперь, 10 лет спустя, он тогда его не зарегистрировал, но это почему-то никому не помешало. Почему-то норма такова, что организация тем не менее может продолжать действовать, и с ней все в порядке. Пока свой во главе ее. Пока не нужно кого-нибудь прижать и прищучить. Пока не нужно избирательно применить закон. На самом деле, это самая изощренная и самая вопиющая норма беззакония – избирательное применение закона. Самая, я бы сказал, циничная. Когда беззаконие происходит именем закона. Когда буква закона оказывается тем инструментом, с помощью которого попирается и уничтожается дух закона. Это такая вивисекция внутри него самого.

Значит, Союз кинематографистов, оказывается, с 99-го года не существует. Он все это время нам кажется. Как выяснилось теперь, когда это стало нужно. Кто-то когда-то принял вот такую норму – может, намеренно, а может, не подумавши. И открыл ворота, такие же точно, которые тогда казались маленькой лазеечкой, а оказались теперь огромными воротами для беззакония. Для произвола.

Еще одно такое дело сделано сегодня, на этой неделе. Вот в том, что связано с интернетом, с авторским правом. Еще раз скажу, что я как издатель сталкиваюсь с этим каждый день. И я сталкивался уже с ситуацией, когда мне нужно было в большой иллюстрированной книге, предположим, поместить несколько фотографий из старых фильмов. И выясняется, что сколько адвокатов, столько и мнений. Один мне говорит – «Да в чем дело, это ж цитата. Ты пишешь об этом фильме, ты цитируешь художественное произведение – ну возьми картинку, ну в чем дело? Кто тебе помешает? Ты ж не организуешь прокат этого фильма. Ты же не занимаешься добычей денег из него. Ты же не эксплуатируешь это художественное произведение». А тем временем, директор киностудии мне говорит – «Минуточку, вот, пожалуйста, вот норма закона, которая демонстрирует, что вы обязаны приобрести у меня права на этот кадр, потому что этот кадр принадлежит мне». И то законно, и се законно. Хоть в эту сторону дышло, хоть в ту. Если кому-то захочется меня прищучить, прищучат таким способом. Захотят интернетовским – интернетовским. Это и есть отношение к закону. Это и есть режим законности или режим беззакония, который поощряется или отвергается государственной властью. Это и есть правовое государство или государство бесправных. Каждая страна выбирает по-своему. Сначала выбирает своих начальников, а потом эти начальники устанавливают этот режим. Остановимся на этом месте. Четыре минуты новостей, а потом продолжим – сразу с разговоров по телефону начнем.

НОВОСТИ

С.ПАРХОМЕНКО: Это программа «Суть событий», я Сергей Пархоменко. Вторая половина программы. Все как обычно. И я надеюсь, что эту вторую половину мы посвятим главным образом телефонным звонкам. Я тут сидел, читал пейджер все это время. Большое спасибо всем тем, кто обеспокоился моим здоровьем. Вы уж извините, я вторую половину программу тоже, наверное, буду кашлять непрерывно – что-то у меня горло перехватило. За рецепты спасибо. И тебе, Бахтияр, спасибо отдельное за твои советы. Тут какой-то Бахтияр все время что-то советует полезное. И кофе такой-сякой советует мне пить. Постараюсь.

Не могу, конечно, не ответить на вопрос о том, будут ли… Ну ладно, бог с ним. Тут какой-то шутник по поводу настоящей фамилии нашего президента шутит. Настоящая у него фамилия, не волнуйтесь.

21 час и 36 минут. У нас с вами почти 25 минут на телефонные разговоры. 363 36 59 – это телефон прямого эфира «Эха Москвы». И я уже вижу, что звонков полно. Да, я слушаю вас, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте. Николай из Суздаля.

С.ПАРХОМЕНКО: Отличное место, Николай из Суздаля. Как у вас там, снега, небось, много?

СЛУШАТЕЛЬ: Да так же, как в Москве.

С.ПАРХОМЕНКО: Правда? Обычно снега там больше. Я был пару раз в Суздале именно зимой – мне ужасно понравилось.

СЛУШАТЕЛЬ: Грязи меньше просто.

С.ПАРХОМЕНКО: Это правда. Грязи как-то совсем не было, пока я там был. Да, Николай, слушаю вас. С чем звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: Я бы хотел такой вопрос задать. Как вы относитесь к инициативам нашего президента по поводу изменения организации партии – типа сокращения численности партии? я вот сегодня слышал…

С.ПАРХОМЕНКО: Я понимаю, о чем вы. Да, спасибо. Вы знаете, скажу вам откровенно, что отношусь пока с некоторым внутренним недоверием. Уж больно это не похоже на ту последовательную, очень сознательную, и вот здесь уж ничего не скажешь – надежную такую работу нашей властной системы и правоохранительных органов, последовательно на протяжении многих лет уже направленную на искоренение партий как реально действующих политических организаций из политической системы России. Вот ту работу, негативную, я видел. Я видел, как последовательно было сделано так, чтобы новые партии было невозможно зарегистрировать, а старые партии было невозможно содержать и продвигать вверх по политической линии, невозможно нормальным образом организовывать их участие в выборах без поддержки действующей власти. Это было сделано, шаг за шагом. То, что предлагается сейчас, прямо этому противоречит. Ну, там есть одна достаточно, по-моему, бессмысленная мера – вот то, что связано с лидерами партий, что, дескать, их пребывание на лидерском посту ограничивается двумя сроками. Знаете, мы видели последнее время такое количество всяких фортелей на эту тему – мы видели лидеров партий, которые не являются членами этих партий. Есть у нас одна такая партия в стране – «Единая Россия» называется. Мы видели кандидатов в президенты от партий, которые не имеют к этим партиям никакого отношения. Такие случаи у нас тоже были. Помните? И, на самом деле, понятно, что любая партия, будучи общественной организацией, способна внутри себя измыслить какие угодно формы управления для того, чтобы при желании можно было обойти эту норму. Ну, вот у нас есть человек. Он два срока был председателем высшего совета такой-то партий, а потом мы проводим съезд и говорим – «А у нас теперь лидер партии будет не председатель высшего совета, а председатель центрального исполкома партии», и пересаживаем этого человека на соседний стул. Этого же самого человека. Это что такое? Теперь он два срока на этом месте будет сидеть? А дальше у нас будет лидером партии генеральный секретарь. И пересаживаем его на третий стул. И так можно со стула на стул пересаживать столько раз, сколько нужно. Ведь нигде ж не сказано, как должна быть устроена партия внутри себя, как должен называться этот пост. Это же не государственные посты, описанные Конституцией. Вот президент – известно, что. Двух президентов не может быть. Вот есть просто президент, а есть старший президент. А есть еще у нас президент в красных лампасах. И вот можно пересаживать с места на место людей, которые сидят на этих постах. Нет, президентский пост в стране один, пока не изменена Конституция. Правда, вы видели в последнее время, что и Конституцию изменить, что называется, раз плюнуть при желании, при отсутствии нормально действующей партийной системы. Вот тут-то и выясняется, зачем это все работает. Что касается минимальной численности организации для регистрации ее в качестве партии, звучит это очень правильно. Хорошо бы только снизить не с 50 до 45 тысяч, а с 45 до 5. Дело в том, что сегодня создана ситуация, когда зарегистрировать партию можно только, если ты уже имеешь партию. Вот если инфраструктура уже существует, если она уже создана, уже охватывает огромное количество субъектов федерации, уже имеет опорные пункты повсюду, вот тогда ты можешь на основании этой инфраструктуры создать партию. Но, извините, а зачем она в таком случае нужна, если у тебя уже это все есть? Партия создается для того, чтобы создать инфраструктуру там, где ее не было. Чтобы создать некую общественную организацию на новом месте, на новых идеях, например, на новых политических задачах или на новых социальных требованиях. Там, где раньше не было, а теперь есть. За этим регистрируется партия. А если и так уже все в порядке, то зачем она? Если 50 тысяч уже в кармане. Или 45 тысяч членов партии уже в кармане. Зачем она? Можно тогда ничего не регистрировать, уже и так все в порядке. Это значит, что до тех пор, пока эта норма существует, вот такая – хоть с 50, хоть с 45 тысячами, партии будут оставаться порформой. То есть вам разрешат зарегистрировать нечто, что вам уже разрешили создать раньше, в чем вас уже однажды властью поддержали. Вот и все. Вот так я отношусь к этим поправкам. 363 36 59 – это телефон прямого эфира «Эха Москвы». Давайте снимем еще раз телефонную трубку. Да, слушаю вас, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Николай из Подмосковья.

С.ПАРХОМЕНКО: Да, второй Николай. Уже два Николая у нас. Итак.

СЛУШАТЕЛЬ: Как вы относитесь к снижению налогов?

С.ПАРХОМЕНКО: Вообще к снижению налогов я отношусь хорошо. У меня тут время от времени спрашивают – «Есть ли что-нибудь, что власть должна сделать, чтобы вы, Пархоменко, наконец уже ее похвалили?» И вообще бывает ли что-нибудь такое? Я на это всегда отвечаю – да конечно. Я горячо одобряю 13-процентную шкалу подоходного налога. И горячо одобряю тех, кто придумал эту меру, кто ее реализовал и кто ее поддерживает все эти годы. Поэтому я считаю, что при том состоянии российской экономики, которое мы видим сегодня, при той нужде в ее диверсификации, развитии и в усилении конкуренции и так далее, снижение налогов является правильным направлением и правильной идеей. Если нынешние кризисные события подвигнут власть к снижению налогового бремени на предпринимателей, будем считать, что это один из положительных эффектов происходящего кризиса. Говорят, что кризис должен вообще как-то содействовать в конечном итоге развитию экономики. Ну, той части экономики, которая переживет все эти потрясения. Ну вот, история с налогами одна из них, несомненно. 363 36 59 – это телефон прямого эфира «Эха Москвы». Опять мне приходится сбрасывать некоторое количество рекордсменов, которые многие десятки и сотни раз нам сюда дозванивались. Да, я слушаю, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Меня зовут Алексей, новый.

С.ПАРХОМЕНКО: Да, я вижу. Тут вот у меня написано, что вы ни разу не были в эфире. А откуда вы, Алексей?

СЛУШАТЕЛЬ: Я из Москвы. Вот я вас слушаю. Мне очень интересно, что вы говорите. У меня вопрос больше философский. Сейчас свободы практически не осталось, так можно сказать, но, может, это и хорошо – ведь в 90-х какое-то подобие свободы было, народ к ней оказался не готов, и ни к чему хорошему это не привело. Может, сейчас такое время, когда надо закрутить гайки, подождать 50 лет, а потом открутить их обратно? Может, Россия – страна монархии?

С.ПАРХОМЕНКО: Алексей, вы так говорите, как будто у вас две жизни. Вы собираетесь как-то по истечении этих 50 лет начать жизнь сначала? Вы как-то собираетесь остаться молодым на протяжении этих 50 лет? Вам своей жизни не жалко?

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, в быту вся эта свобода не сказывается особо.

С.ПАРХОМЕНКО: Ну, это вам так кажется. Алексей, я уверяю вас, что главная проблема с пониманием наших с вами сограждан – и вашим пониманием, и моим, и огромного большинства наших с вами соотечественников – того, что происходит вокруг, заключается в том, что иногда мы позволяем себе думать, что в быту это не сказывается. Знаете, в быту это очень сказывается. И достаточно посмотреть на то, как живут наши с вами ровесники совсем рядом. Вон, финскую границу пересечь и посмотреть, чем улицы посыпаны. Вы думаете, что то, чем посыпаны хельсинские тротуары и питерские, точнее, разница в том, чем они посыпаны в одну и ту же погоду, от одного и того же снега – эта разница не обусловлена политическими причинами? Эта разница не связана с тем, что в Финляндии есть действующие партии, а в России нет реально действующих политических партий? Неправда, Алексей. Эта разница обусловлена именно этим. По одной простой причине. Если мэр города Хельсинки или президент Финской Республики позволит себе один раз посыпать тротуар и полить тем, чем посыпают и поливают их в Питере, он дня не проживет на своем стуле – его снесут. Политическая система его взорвет. А в Питере – ну, в условном Питере, чего я так привязался к Питеру? я к госпоже Матвиенко в данном случае особых претензий не имею – что в Питере, что в Москве, что в Сызрани, где угодно, ну вот разве что не в Суздале, там все снегом засыпает, и там все белое и симпатичное зимой, очень как-то там приятно и чисто по улицам ходить… так вот, этого всего не происходит, потому что начальник местный в гробу видал тех, кто ходит по этим тротуарам. Он их не боится. Он от них не зависит. Вот так политика вторгается в нашу жизнь, начиная с ботинок. Начиная просто с того места, где подошвы пришиты к верху нашей обуви, где они отваливаются по истечении зимнего сезона в связи с той мерзостью, которой посыпаны и политы наши тротуары. Вот вам и ответ, Алексей. Не хочется ждать 50 лет. Не хочется ждать 50 лет чистоты на улицах. Ну вот ей-богу! Жалко… 363 36 59 – телефон прямого эфира «Эха Москвы». Вот пытается дозвониться человек, который уже 1814 раз это делал, с номером 8 495 609 11 и так далее. Ну зачем вам опять в эфир? Ну зачем? Не пущу. Да, я слушаю, алло.

СЛУШАТЕЛЬ: Сергей Борисович, добрый вечер. Вадим из Санкт-Петербурга.

С.ПАРХОМЕНКО: Да, только что про ваши тротуары разговаривали.

СЛУШАТЕЛЬ: Да я знаю. Я хотел бы вам посоветовать от вашего кашля ??? – очень хорошая вещь.

С.ПАРХОМЕНКО: Да-да, спасибо. Давайте не будем на это тратить время. Что-нибудь по существу дела.

СЛУШАТЕЛЬ: Я бы хотел, с вашего разрешения, попробовать сравнить двух премьеров за последние годы. Как вы помните, Михаила Касьянова выперли из председателей правительства при следующих экономических показателях: рост ВВП при нем был 7,2%, инфляция – 10-11%, плюс был дефицитный бюджет, и в то время был рост золотовалютных запасов. Самое поразительное – что все это было при цене нефти в 25 долларов за баррель. А в прошлом году при среднегодовой цене нефти в 100 долларов за баррель рост ВВП 5,6%, инфляция – 14%, потери более 200 миллиардов долларов золотовалютных запасов, дестабилизация рубля и свертывание бюджета. То есть все экономические показатели хуже касьяновских. И это при цене на нефть в 4 раза больше.

С.ПАРХОМЕНКО: Понятно.

СЛУШАТЕЛЬ: То есть страна в глубокой рецессии, скажем так.

С.ПАРХОМЕНКО: Назовем это место рецессией, да.

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Может, Дмитрию Анатольевичу просто пора пригласить к себе Касьянова и извиниться?

С.ПАРХОМЕНКО: Опять, Вадим, мы же с вами хорошо понимаем, что эти разговоры носят сугубо риторический характер. Взаимоотношения между Дмитрием Анатольевичем и Владимиром Владимировичем совсем не таковы, чтобы один мог позвать другого или обратиться к кому-то третьему, назначить премьера, снять премьера. У нас теперь другая политическая система в стране. Она не характеризуется тем, что у нас президент принимает решения о том, кто в реальности руководит правительством, руководит экономикой страны и так далее. У нас не так теперь это устроено. И надо сказать, что это сделано с ведома, с попустительством и при одобрении большинства российского населения, которому вот теперь предстоит посмотреть на результаты своего попустительства, ведома и своего осознанного выбора. Ну, вот теперь пусть люди посмотрят, чего они навыбирали, собственно, и чего они наразрешали тем людям, которые находятся у власти. Я хочу сказать вот о чем. Знаете, Вадим, то, о чем вы говорите, вещь очень справедливая. И, глядя вертикально вверх на властные вершины, все как-то сразу становится очевидно – что было тогда, что стало теперь, одни показатели, другие показатели. Но согласитесь, что это вещь абсолютно универсальная. Мы сегодня, именно в эту кризисную пору, окружены с вами сотнями и тысячами случаев таких вот саморазоблачений. Огромное количество разнообразных менеджеров, руководителей, начальников, директоров, всяких ведущих, властвующих и руководящих, которые на протяжении многих лет демонстрировали свою потрясающую эффективность и свои грандиозные умения и свои исключительные способности в условиях, когда на самом деле росло вокруг них, когда они просто сидели верхом на этой волне и выдавали общий рост экономики вокруг, общий рост объема денег, которые вокруг них плодятся без их участия, за свой собственный менеджерский, руководящий потенциал. Вот представьте себе, что человек сидит в лодке, и начинается прилив. И вот его вместе с этой прибывающей водой поднимает и поднимает, а он сидит гордый, помахивает веслами в воздухе и говорит – «А я умею летать над водою, и весла мои – это крылья. Вот я взмахнул и лечу, лечу еще выше! Как я могуч! Как я прекрасен! Как я эффективен, как я грациозен! Вот я взлетаю, моя компаний растет, моя компания удваивает, утраивает свои показатели! Я получаю все большую и большую прибыль! я радую своих инвесторов! Посмотрите! Я кончил Гарвард! У меня все в порядке! Я умею пользоваться дезодорантом! У меня запонки вот какие блестящие в рукавах! Посмотрите, какой я блистательный менеджер!» После чего прилив кончается, начинается отлив. И он со своей лодкой благополучно оказывается на камушках. И говорит – «Ну что ж такое… Я не виноват. Тут что-то все отлило, все куда-то делось…» Парень, а где твои управленческие таланты? Где твои потрясающие менеджерские стати? Где это все? Это касается и тех, кто руководит компаниями, маленькими и большими. Это касается и тех, кто руководит целыми отраслями в нашей экономике. И это сегодня на наших глазах начинает касаться и тех, кто руководит экономикой страны в целом и политической системой страны в целом. Вы, ребята, выдавали не принадлежащий вам общий экономический подъем за свой успех, а теперь вы будете свои собственные провалы маскировать общим экономическим спадом? Не получится. Мы и тогда вас видели насквозь, и сейчас насквозь видим. И цена вам – три копейки. 363 36 59 - телефон прямого эфира «Эха Москвы». Да, я слушаю.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Галина Васильевна, Санкт-Петербург. Я хочу сказать, что у нас такая проблема. Мы стоим на общей очереди, сын и муж. Они проживают в коммунальной квартире – умер сосед, освободилась комната. Но ее не дают. Там миллионы надо платить. Зарплата у них маленькая. Говорят – три метра лишних. Не положено. Изменены за два года вот эти указы. Я поехала в Москву и была в приемной у президента. Принимала меня эксперт-специалист Остякова Ольга Владимировна. И вот она мне говорит – «А что вы все катаетесь? Что вы все звоните и пишете президенту? Это Госдума принимает такие законы! это ваше правительство такое! Что вы катаетесь к президенту? Причем тут он?» А я ей на это отвечаю…

С.ПАРХОМЕНКО: Галина Васильевна, простите, я не могу выслушать вашу историю до конца. Мне кажется, что ключевую вещь вы уже сказали. И ключевую фразу, которую вам пришлось услышать от представителя власти, вы нам уже передали. Вы знаете, что я вам скажу, Галина Васильевна? В этой фразе очень много цинизма, очень много лицемерия и лжи, несомненно, когда вам говорят, что это не мы, а Государственная Дума. А кто контролирует эту Государственную Думу? Но есть в ней и правда, несомненно. Она заключается в том, что основание этой пирамиды все-таки – это местная власть. И не оказывая достаточного давления на местные власти, позволяя местным властям считать, что они зависят только от тех, кто сверху, только от центра, позволяя местным властям понимать, что спина-то защищена, никто с той стороны не стукнет – народ-то вялый у нас, тухлый, молчит. Что скажем, то и сделают. Что постановим, то и исполнят. Поэтому вся власть местного чиновника, вся сила его и вся его перспектива, все это зависит только от одного – от его связи с теми, кто наверху, а не с теми, кто внизу. Вот в отсутствии этого давления так оно и будет. И то, что эту самую т.н. гнилую вертикаль оказалось так легко построить, в значительной мере это связано с тем, что не было постоянного вот этого беспокоящего огня. Есть такой военный термин. Когда чиновнику любого ранга все время приходится оглядываться еще и на другой фактор – на фактор реакции избирателя. Да, я боюсь начальства, да, я лоялен начальству, да, я готов подчиняться приказам вышестоящей инстанции. Но я должен учитывать то, что происходит здесь. Я должен все время этому соответствовать. Я должен все время на это реагировать. Я не могу оставить это без внимания. Так, между прочим, была устроена власть в «треклятые» 90-е годы. И то, что тогда удалось избавиться от наследия тоталитарной коммунистической системы, в значительной мере было связано не только с тем, что наверху сидел великий и могучий утес, который хотел демократии и выборов, а и то, что люди тогда считали себя обязанными оказывать давление на свою власть. И они вот так, тихо-тихо, своего добивались. Сейчас это не так. Поэтому, Галина Васильевна, то, что сказала вам эта тухлая чиновница в приемной президента, в этом есть, в общем, и справедливый упрек. А чего вы, собственно, позволили местной питерской власти проделать с вами все то, что она с вами проделала? Почему вы не создали ситуацию, в которой в этой самой приемной президента сидела бы госпожа Матвиенко или кто-то из посланных ею высокопоставленных питерских чиновников и нудила бы – ребята, сделайте что-нибудь, примите другой закон, помогите нам удержаться, потому что нас раздавят – нас жмут, нас жалят снизу, мы не можем существовать, у нас город бурлит! Помогите нам! Дайте нам в руки законодательный инструмент, с помощью которого мы можем разговаривать с нашими людьми, мы можем как-то соответствовать требованиям нашего населения! Мы же не удержимся, а потом и вы не удержитесь! – сказали бы они, если бы это давление на них было. А его не было. Ну вот, собственно. Кончилась еще одна неделя. И кончилась еще одна программа «Суть событий». И мы с вами час отговорили тут, и продолжим ровно через неделю. Слушайте «Эхо Москвы» и счастливых вам выходных. И хорошей погоды в эти выходные. Мне кажется, что все-таки зима в этом году вполне ничего себе. Правда? Это была программа «Суть событий» и я, Сергей Пархоменко. Всего хорошего. До свидания.