Суть событий - 2008-07-25

С. ПАРХОМЕНКО: 21 час и 6 минут в Москве. Это программа «Суть событий» и я, Сергей Пархоменко, как ни в чем не бывало ведущий этой программы. Ничего не изменилось за прошедшую неделю. Вы на своем месте, я на своем месте. И погода по-прежнему летняя. Лето в разгаре. Самое время слушать «Суть событий» и самое время слушать «Эхо Москвы», рейтинги растут неудержимо, поскольку люди ездят на дачу, много времени проводят в машинах и слушают, слушают, слушают «Эхо Москвы». А кого же им еще слушать? «Суть событий» - это такая программа, если вдруг кто не помнит, во время которой слушатели берут в правую руку мобильный телефон, а указательным пальцем левой руки набирают номер +7-985-970-45-45 и смс отправляют разнообразные вопросы, предложения, жалобы, проклятия, восторги и другие сообщения прямо ко мне на экран, я их немедленно здесь вижу. Еще граждане звонят по многоканальному телефону прямого эфира «Эхо Москвы» - 363-3659. Не сию минуту, через некоторое время. Я думаю, что мы достаточно времени посвятим сегодня нашим с вами телефонным разговорам. Это, по-моему, интересная и достаточно редкая для отечественного телевидения и радиовещания возможность, когда совершенно бесцензурно, напрямую, без всяких отборов, прокладок и других рогаток можно звонить в эфир. На наше радио можно звонить во многие программы, в том числе и в программу «Суть событий». Я вам, как обычно, сообщил эту техническую информацию. Надо еще напомнить, что у нас есть сайт, с помощью этого сайте тоже можно с нами связываться во время программы, можно было задавать вопросы перед программой. И это интересная возможность, с помощью которой я пытаюсь отслеживать эволюцию отношения слушателей к нашей программе. Там иногда завязываются дискуссии в форме задавания вопросов. Люди делают вид, что задают вопросы мне, а на самом деле разговаривают между собой. Я, кстати, напоминаю, что на сайте «Эхо Москвы» процветает система блогов. Если вы любите участвовать в разного рода спорах, в разного рода полемиках и дискуссиях, зарегистрируйтесь на сайте «Эхо Москвы» - это занимает полторы минуты, я сам это недавно проделал - и участвуйте там в разговорах на разные интересные темы со множеством интересных и словоохотливых собеседников. Иногда это бывает очень любопытно, очень неплохо. В этот раз довольно много у меня вопросов. Не знаю, почему один из слушателей констатировал, что вопросов стало меньше, что люди выдыхаются. По-моему, вопросов больше, чем обычно. Кто не верит, загляните, пожалуйста, на сайт echo.msk.ru и увидите сами. Правда, некоторые вопросы носят специально «подколочный» характер. В частности, человек, который придумал себе чрезвычайно интересный псевдоним - Сергей Гольдфарб, объединив, по-моему, несовместимое, назвался при этой фамилии дальнобойщиком из Нижнего Новгорода. Он относится к тем, кто по-прежнему - время от времени такие люди встречаются в моей почте - возмущается названием программы, точнее слоганом программы, который я, не скрою, в сугубо провокационных целях использовал в рекламных роликах для этой программы. Помните эту чудесную фразу про «не волнуйтесь, я все объясню». Она мне очень нравится, она стала уже нарицательной, я довольно часто натыкаюсь в Интернете и здесь, на радио на всякие скрытые цитаты, когда люди говорят: «ну, как говорит один классик, не волнуйтесь, я вам все объясню». Из самых неожиданных уст я слышу такие фразы. Но некоторые продолжают довольно сильно на эту тему нервничать. Сергей Гольдфарб, например, упрекает меня в том, что я плохо знаю своих слушателей и говорит, что, во-первых, радиослушатели уже давно не волнуются, а во-вторых, ему кажется, что такое утверждение есть бахвальство: дескать, я никому ничего не объясняю. «Если я не прав, - пишет Сергей Гольдфарб, - объясните, пожалуйста, как влияет срок отъема поросят на срок репродуктивности свиноматки». Сергей, вы знаете, вы даже плохо себе представляете, до какой степени неосторожно вы поступили, задав мне этот вопрос, потому что я немедленно и фактически не задумываясь отвечу вам, что ранний срок отъема поросят влияет крайне негативно на репродуктивность свиноматки. Мне даже странно, что вы, будучи Сергеем Гольдфарбом и к тому же дальнобойщиком из Нижнего Новгорода, не понимаете таких простых вещей. Дело в том, что подсос влияет на гормональную активность яичников и гипофиза свиноматки. Кроме того, он стимулирует выделение пролактина. При сокращении подсосного периода или с отъемом поросят уровень выделяемого пролактина постепенно снижается, и в это время уровень лютеинизирующего гормона крови и эстрадиола повышается и стимулирует начало течки. Получается, что возникает у свиноматки гормональная супрессия, и в свою очередь это влияет довольно плохо на ее репродуктивность. Кроме того, исследователи наблюдают различие в размерах пометов, связанные с различной длительностью лактационного периода. Есть специальные графики на этот счет, их нетрудно найти, число поросят в помете будет существенно меньше, если срок отъема окажется меньше 18 дней. Есть, впрочем, разные факторы, которые позволяют компенсировать снижение приплода при раннем отъеме. Сергей, мне продолжать или вам уже достаточно? Я могу еще подробнее объяснить вам, каким образом можно следить за влиянием срока отъема поросят на репродуктивность свиноматки. Но я, с вашего позволения, перейду… (СМЕЕТСЯ) Ну да, можно и так. Перейду к более серьезным проблемам и к более серьезным историям.

Я думаю, что это будет темой нашего обсуждения на радио по телефону, прежде всего, чрезвычайно интересная тема - тот кадровый голод, о котором заговорил Дмитрий Медведев на этой неделе. Мне даже здесь особенно, в отличие от проблем репродуктивности свиноматок, и объяснять-то нечего. Я думаю, что мы все с вами прекрасно понимаем, что это очень естественное и совершенно, к сожалению, неизбежное последствие того герметического (или герметичного, если хотите) подхода к подбору кадров, который демонстрировал и президент Путин в пору своего 8-летнего правления, и продолжает демонстрировать та группа людей, которая остается у власти в России. Мне как раз легко об этом говорить, потому что я писал об этом очень давно. Еще тогда, когда впервые заговорили о президенте Путине, о будущем президенте Путине, а в то время о премьер-министре Путине, а еще раньше о главе ФСБ Путине как о реальном кандидате на пост главы российского государства, я начал писать тогда в журнале «Итоге» и говорить здесь на ««Эхе Москвы» (еще в ту пору не будучи ведущим, а будучи просто комментатором) о том, что существует такая проблема «записной книжки». Дело в том, что российская политическая система в то время была устроена - и, в общем, до сих пор, несомненно, устроена - таким образом, что первому лицу приходится самому, самостоятельно как бы первым слоем назначать несколько сот высоких государственных чиновников, которые в свою очередь пригласят на высокие государственные посты следующий слой, те - следующий и так далее. Но вот эта проблема возникает - где тот резервуар, из которого президент черпает свои кадры, своих кандидатов для назначений, где та школа, виртуальная, конечно, условная школа, где готовятся высокие государственные чиновники. Вообще, демократические механизмы, связанные с системой выборов, связанные с системой многопартийности, связанные с системой активистов различных партий, действующих добровольно, действующих по зову если не сердца, то по зову своей политической позиции, это и есть тот метод, та среда политическая, которая и нужна, для того чтобы производить все новые и новые поколения высоких государственных чиновников или кандидатов на высокие государственные посты. Уничтожая это, отменяя выборы, насаждая однопартийный диктат, мы попутно уничтожаем и это. И выясняется, что единственным таким резервуаром, единственным источником кадров оказывается эта пресловутая президентская записная книжка, которая ни у кого человека на земле не может оказаться достаточно толстой. Не бывает таких людей, не бывает таких политических деятелей, особенно у таких, происходящих более или менее ниоткуда, как это происходит в российской политике в последние годы. Не бывает таких политиков, у которых достаточно много высококлассный знакомых, так много друзей и приятелей экстра-класса профессионалов в разных областях, чтобы их хватило на огромную страну, чтобы их хватило, чтобы управлять не заводом, не школой, не больницей, не почтой, а целой огромной страной. Разумеется, таких людей не хватило и у Владимира Путина, их не может хватить и у Дмитрия Медведева, даже если он переберет всех своих и путинских соучеников по Санкт-Петербургскому университету, одноклассников, соседей по дачному кооперативу, или, не знаю, по гаражно-строительному кооперативу, или просто людей, с которыми он однажды ездил в одном вагоне петербургского метро. Невозможно. Должны быть и другие, естественные механизмы, отличные от такого политического кумовства, которое процветает сегодня в российских политических кругах, в российской политической среде, и отличные от герметичной системы однопартийной номенклатуры, которую пытаются вернуть сегодня в российскую политическую действительность. Мне кажется, что этот побочный эффект от уничтожения демократической процедуры, демократической среды в России, он начинает чрезвычайно остро чувствоваться сегодня в России. Вот одна тема, о которой мы, конечно, с вами поговорим по телефону, когда во второй половине программы к этому перейдем.

Вторая история очень важная и, по-моему, в политическом смысле не просто эффектная, а такая демонстративная, но и действительно очень значительная. Это история о компании «Мечел», которую почти разорил на этой неделе Владимир Путин своей речью. И среди вопросов, которые я сегодня получил по Интернету, довольно много вопросов, связанных с этим. Некоторые из них задаются во вполне провокационной манере. Александр, который назвался учащимся из Москвы, пишет мне: «Путин раньше говорил, что не может вмешиваться в работу прокуратуры, а вчера сказал фас ФАС, - т.е. сказал фас Федеральной антимонопольной службе, - и следственному комитету. Путин - врун?» - спрашивает у меня Александр. Знаете, Александр, если одним словом, то прежде всего, по всей видимости, он бизнесмен. Вот если выбирать одно слово, которым можно описать его действия здесь. Я думаю, что Владимир Путин сегодня человек достаточно опытный и достаточно осведомленный в том, как действуют рыночные, биржевые механизмы, чтобы не понимать, что его заявление будет иметь немедленный эффект, так же как это прекрасно понимают его ближайшие соратники и его непосредственные советники, которые влагают в его уста те слова и те речи, которые он потом произносит публично. И люди, с которыми он разговаривает, понимают это тоже. «Коммерсантъ» или «Ведомости, не помню, какая-то из крупных московских газет описывала очень живописно атмосферу на том совещании с капитанами металлургической и металлосырьевой индустрии, во время которой была произнесена знаменитая речь, которая отняла 30% стоимости одной из крупнейших металлургических и угольных компаний - «Мечел». Так вот в этом описании говорится, что как только Путин произнес несколько первых фраз своей знаменитой речи, Олег Дерипаска, один из крупнейших российских бизнесменов, один из самых эффективных игроков в российском бизнесе, взял в руки мобильный телефон и начал что-то в нем набирать. Знаете, я почти уверен, что то, что он набирал, было смс-сообщение, и в нем было слово «покупайте». Я думаю, что всем, кто сидел в зале, было понятно, что акции «Мечела» сейчас рухнут и нужно каким-то образом на это реагировать. И тот, кто первый об этом узнал, тот, кто первый это сообщил, тот, кто первый продал эти акции тогда, когда они были еще дорогими, или тот, кто первый принялся их покупать тогда, когда они упали до дна, минимального своего уровня, тот хорошо на этой истории заработал. Я задаю себе вопрос: как реагировали на эту ситуацию и как сыграли в эту ситуацию, с каким результатом, люди, которые знали об этой речи раньше, люди, которые, например, ее готовили. Люди, которые подгадали момент для этого выступления совершенно не случайно. Я здесь обращаюсь снова к публикации в «Коммерсанте», который напоминает совершенно справедливо (прежде всего, как важнейшее соображение по этому поводу) о том, что компания «Мечел» на этой неделе собиралась размещать свои привилегированные акции на российских биржевых площадках. Компания собиралась в ближайшее время, по всей видимости, в начале осени провести первичные размещения акций своей крупнейшей горнодобывающей компании «Мечел-Майнинг». Теперь ей придется отложить это. Я думаю, что момент для удара был выбран не случайно. Я думаю, что люди, которые хотели сыграть в это размещение и каким-то образом повлиять на него, и поучаствовать в размещении этих самых привилегированных акций, они выбрали этот момент абсолютно осознанно и абсолютно твердо понимая, что на этом можно неплохо заработать. У меня возникает вопрос: зачем в этом принимает участие премьер-министр страны Владимир Путин? Кто-то использует его в этой ситуации? Не знаю, он не производит впечатление наивного человека, который позволяет играть собою втемную. Или он сам каким-то образом участвует в этих историях. Вообще, история достаточно темная. Я напомню, что речь идет о том, что компанию эту обвинили в том, что она по намеренно заниженным ценам продавала ценное сырье для металлургической промышленности за рубеж. И, дескать, продавала его раньше, чем обеспечивала таким сырьем российских потребителей. По существу речь идет о том, что это такая форма ухода от налогов: мол, компания продает по дешевке свое сырье, таким образом искусственно снижает свою прибыль. По всей видимости, разница между этой дешевкой и реальной ценой, по которой она сбывает свое сырье, оседает где-то в каких-то оффшорах, и эта разница выводится из-под налогообложения в России. Прибыль падает, налог на прибыль падает. И вот, мол, это похоже на то, в чем в свое время обвиняли «ЮКОС», в том, что через какие-то посреднические, промежуточные структуры, через каких-то специально созданных трейлеров, по так называемым трансфертным ценам сбывается продукция, снижается искусственно прибыль и снижается объем налогов, которые эта компания выплачивает государству. Вы знаете, два соображения у меня здесь возникают. Об одном пишут серьезные аналитики, в частности, газета «Ведомости» приводит слова людей, которые профессионально анализируют такого рода операции. Здесь возникает вопрос, почему не применяются обычные процедуры. Вообще, есть нормальное законодательство, которое позволяет отслеживать такого рода операции, абсолютно рутинным, нескандальным образом выяснять, кто продал, зачем продал, кому продал. Можно установить природу этого самого посредника, довольно легко понять, это реально существующая компания, этот самый трейдер, которому продают по дешевке, а он потом перепродает куда-то по реальным ценам, или это явно какая-то пустышка, компания, от которой есть только печать и название, а в реальности у нее нет ни офиса, ни настоящего бизнеса, ни настоящего персонала, и сделки эти по существу можно признать ничтожными. Все это можно установить нормальным образом. Для этого и есть Федеральная антимонопольная служба, для этого она и существует, для этого предусмотрены разного рода законные и арбитражные процедуры. И совершенно не нужно устраивать здесь чудовищных скандалов. Можно такие сделки отловить, можно вернуть эту разницу к налогообложению. Правда, для этого придется поработать. Для этого придется, например, установить, какие в этой среде существуют стандартные скидки, насколько эти цены действительно являются заниженными или просто речь идет о скидках за объем, или за сроки, или какие-то специальные условия поставок. Нужно проанализировать эти цены не в сравнении с некими абстрактными мировыми ценами, а, скажем, с ценами конкретной страны, куда продается это сырье. Может быть, там действительно рынок устроен немножко по-другому, и цены немножко другие. В общем, есть нормальная технология, по которой можно это исследовать так, чтобы не разрушать бизнес. Я не знаю людей, которые владеют этой компанией, они не вызывают у меня никакой специальной симпатии или антипатии, я никаким образом с ними не знаком и плохо себе представляю, кто это. Но мне кажется, что в целом такого рода акция, она без последствий для российской экономики не пройдет. Потому что это еще один аргумент для тех, кто говорит: не надо вкладывать в Россию, в российские компании, есть сегодня места понадежнее, может быть, чуть менее доходные, но во всяком случае гораздо более надежные. Места, в которых вы не участвуете в этой странной лотерее, когда вы во что-то вложили, а завтра какой-нибудь высокопоставленный государственный чиновник, включая премьера или президента что-нибудь такое ляпнет из соображений, о которых мы можем только догадываться или что-то подозревать, или даже и не подозревать. Не важно, из каких соображений, но чего-то он такое сказал - и оно рухнуло. Завтра рухнет еще какая-нибудь компания. Где гарантия, что не рухнет та именно, в которую вложились вы. Вот аргумент для тех, скажем, биржевых консультантов, которые, я думаю, со вчерашнего дня начали объяснять своим клиентам еще и это, и обращать внимание на следующее: да, вы хотите вкладываться в Россию - пожалуйста, но имейте в виду, что там есть некоторые национальные особенности, там практикуется такой специальный национальный спорт, а именно игра в выступление премьер-министра и президента, который то кому-нибудь чего-нибудь отрежет, то кому-нибудь доктора пригласит, то кого-нибудь просто разорит и посадит, по-разному бывает. Вот это одно соображение, которое меня здесь сильно беспокоит. А есть второе соображение. Да, предположим, кто-то продает сырье по дешевке за границу, а потом втридорога продает его здесь, внутри России. Но, вообще, легко предположить, что тот, кому его пытаются впарить здесь, внутри России втридорога, попытается его купить обратно оттуда, куда его продали дешево. Реэкспорт называется. Такое тоже бывает. И компании, которая практикует такую технологию - продают за границу дешево, а внутри страны дорого, - все труднее и труднее будет искать сумасшедших, тех, кто готов покупать за дорого здесь. Сумасшедшие скоро кончатся, а вот хитрые начнутся. И выяснится, что есть такие люди на рынке, которые готовы покупать гораздо дороже, чем это можно купить, скажем, за границей. Эти люди - государственные чиновники, которые распоряжаются не своими деньгами, а деньгами из государственной казны. Они готовы покупать вдвое дороже, втрое дороже, в пять раз дороже, при одном небольшом условии - если существенная часть этой переплаты вернется к ним обратно наличными. Это откат называется. Вообще, появление такой ситуации, когда есть какая-то компания, которая за границу продает дешево, а внутри страны дорого, это чаще всего косвенное свидетельство о возникающей системе откатов. В этих обстоятельствах мне хочется задать вопрос. А вторую сторону этой схемы поискал кто-нибудь? А кто-нибудь поинтересовался - а кто вот этот знаменитый покупать втридорога? Это кто? И из каких соображений он продолжает покупать втридорога? Интересный вопрос, правда? Я что-то не услышал его во всей этой истории. Давайте я прервусь на этом месте, а через 4 минуты, после новостей мы продолжим программу «Суть событий».

НОВОСТИ

С. ПАРХОМЕНКО: 21-35, это вторая половина программы «Суть событий», я - Сергей Пархоменко. Слушайте, поросята произвели какой-то грандиозный эффект: у меня тут полный экран сообщений от людей, которые совершенно потрясены моими познаниями в сельском хозяйстве. Некоторые, правда, говорят, что рулит «Википедия». Послушайте, никакая не «Википедия», к «Википедии» за такими серьезными вопросами, как проблемы подсосных свиноматок, я, конечно, не обращаюсь. Но не скрою, что некоторые навыки поиска информации в Интернете у меня есть. Тут я не боюсь никого прорекламировать, google, yandex - замечательный инструменты, с помощью которых вы можете найти при желании любую необходимую вам информацию. Кстати, обратите внимание, что в google в последнее время все активнее развивается такое ответвление под названием google book. Все больше и больше вы можете искать прямо в книгах выложенных, в ряде случаев отсканированных целиком, в ряде случаев большими фрагментами. Вы можете с помощью Интернета получить доступ к крупнейшим мировым библиотекам, ко множеству библиотек университетских, европейских и американских. В общем, возможности открываются совершенно невероятные, и это я абсолютно серьезно, не в связи с подсосными свиноматками, а в связи с тем, что, конечно, мы с вами, друзья, присутствуем при невероятной революции, когда каждому из нас открываются безграничные объемы информации. И несложные навыки поиска, несложные навыки ориентации в этом объеме, несложные правила формулировки грамотного запроса позволяют добиться того, ради чего раньше вам пришлось бы месяцами сидеть в читальных залах или выбивать у своего руководства какую-нибудь дорогостоящую командировку в какое-нибудь удаленное книгохранилище, потому что только там есть эта информация и так далее. Ловите момент, дорогие пользователи Интернета, и не стесняйтесь этому учиться. Мне кажется, что это очень серьезная возможность.

Есть еще один сюжет. Я очень благодарен одному из читателей нашего сайта и одному из писателей на этот сайт, одному из задавателей вопросов. Один очень интересный сюжет, о котором мало очень говорят, а, по-моему, зря. Речь идет о том, что на этой неделе во Франции произошло чрезвычайно важное для всей Европы событие. Поскольку Россия все-таки, несомненно, европейская держава, часть европейского континента, для нас это важно тоже. Внесены чрезвычайно важные поправки во французскую конституцию, поправки, которые объявили национальным достоянием региональные языки. Все понимают, что в случае Франции речь идет о британском языке, о языке, на котором говорит коренное население Корсики и о группе диалектов, на которых говорят в Эльзасе. Франция придерживалась очень жестких позиций, до сих пор большинство французских политиков придерживались принципа (ГОВОРИТ ПО-ФРАНЦУЗСКИ), т.е. не может быть и речи о корсиканском народе, не может быть и речи о корсиканском языке. Обычно просто для примера говорили о Корсике как о наиболее острой точке в этом смысле для Франции. Дескать, есть только французы, только французский народ, только французский язык, а все остальное - это мелкие региональные детали. Сегодня эти языки объявлены национальным достоянием, национальной ценностью. Мне кажется, что это очень важно, что это показывает чрезвычайно мощную тенденцию, которую переживает сегодня мир, - постепенное смягчение политических нравов, постепенное признание разнообразия. России еще предстоит это оценить, России еще предстоит двинуться по этому пути. Пока тенденция у нас противоположная, пока мы унифицируем. Мы унифицируем наше образование, мы унифицируем все больше и больше наше управление. Скажем, Франция держит путь на децентрализацию, а мы строим вертикаль тут, в России. Ну, не мы, я не строю, надеюсь, что и вы не строите. Но люди, которые управляют Россией в настоящую минуту, они по-прежнему заявляют, что важнее это, и получают свое. Получают ситуацию, в которой вынуждены делать заявление о кадровом голоде. Впрочем, степень искренности этих заявлений, она тоже довольно сомнительна. Я обнаружил на нашем сайте сообщение от одного из наших слушателей, Михаил пишет: «Откройте сайт администрации, и вы не увидите там ни одного конкурса на вакансии. А еще говорит, что с резервом у него плохо». Да, Михаил, вы совершенно правы, действительно, мы не можем с вами сказать, что предпринимаются серьезные усилия, для того чтобы с этим кадровым голодом справиться. Я нисколько не сомневаюсь, что в России, несмотря ни на какую утечку мозгов, несмотря ни на какую массовую эмиграцию высококвалифицированных кадров и отъезд одаренных детей на учение за границу с очень небольшими шансами их возвращения, несмотря на это, конечно, при правильно организованной системе, которая должна была бы быть укоренена в политической системе России, несмотря на это, при правильной постановке дела можно было бы обнаружить серьезные кадровые резервы. Надо просто работать для этого. Знаете, как поиск работы сам по себе является работой, так и поиск работающих тоже сам по себе является работой, очень серьезной, очень сложной и очень ответственной. Кстати, раз я заговорил о том, что приходило мне на смс, Алена абсолютно справедливо указывает мне: герметичный (если помните, я употребил такое слово) - это значит непроницаемый, а герметический - это нечто совсем другое, это происходит от имени античного бога Гермеса, и это некоторый специальный алхимический термин. Правильно, Алена, спасибо вам за эту поправку, вы очень уместно мне на это указываете, действительно, не надо путать эти два понятия. Знаете, когда говоришь в прямом эфире, без бумажки и без подготовки, то можно еще и не так оговориться.

«Почему вы считаете Россию европейской страной?» - спрашивает у меня Дмитрий из Санкт-Петербурга. Потому что считаю. Потому что оглядываюсь вокруг и вижу, что она европейская страна, несмотря на все те безответственные усилия, которые ряд российских политиков пытается предпринять, для того чтобы погрузить ее в такую азиатскую дикость или даже, я бы сказал, африканскую дикость в ряде случаев. Да, по-прежнему остается европейской страной, потому что ориентирована на европейскую культуру, потому что выросла из европейской истории, потому что образовалась на решении ряда узловых европейских проблем, которые играли для истории России важнейшую роль, и именно они во многом определили в России всё, начиная от религии, которая совершенно не случайно для значительной части российского населения была принята, осознанно выбрана (я говорю о православии). Речь идет о территориальных проблемах, речь идет об экономических связях, речь идет о политической традиции, которая - ну, да - временно приостанавливается, временно возвращается вспять, благодаря безответственности ряда российских политиков, но тем не менее Россия развивается по этому европейскому пути. Ну что, давайте поговорим по телефону, смс 985-970-4545, а телефон прямого эфира «Эхо Москвы» 363-3659, по которому я жду ваших звонков. Кстати, я должен здесь еще раз объясниться со слушателями. Меня многие более или менее ожесточенно критикуют за то, что я много раз говорил, что я стараюсь не снимать трубку, если я вижу, что человек звонил много раз и что это такой ветеран телефонных разговоров с эфиром «Эха». Это не потому, что я хочу отпугнуть постоянных слушателей «Эхо Москвы». Как раз постоянных слушателей среди вот таких бесконечно звонящих не безумно много. Постоянных болтунов и постоянных, я бы сказал, эфирных хулиганов довольно много среди них, это правда. Я стараюсь брать трубку тогда, когда я вижу, что человек звонит первый раз, по двум причинам. Во-первых, я хочу максимально расширить круг тех, кто получает право голоса в «эховском» эфире, и, по-моему, я имею на это право. Во-вторых, мне очень важна спонтанная, эмоциональная, сиюминутная реакция на то, что происходит в «эховском» эфире. Вот человек услышал что-то - и ему захотелось поучаствовать в этом разговоре. Я это по себе знаю, я сам два или три раза ловил себя на том, что я судорожно припарковываюсь и быстро-быстро начинаю набирать эфир «Эха», потому что мне хочется дозвониться в эфир, мне хочется поучаствовать в этом разговоре. По-разному - иногда мне хочется присоединиться к позиции тех, кто сейчас в эфире, иногда мне хочется ими возмутиться, иногда мне хочется их опровергнуть. По-разному. Я ценю такую реакцию, какая бы они ни была, положительная или отрицательная, одобрительная или резко критическая, я с удовольствием приму в эфире с распростертыми объятиями и микрофонами человека, который звонит сюда, для того чтобы аргументированно, серьезно меня опровергнуть. А равно я рад человеку, который звонит, чтобы со мной согласиться. Мне только важно, чтобы человек был увлечен темой сегодняшнего, сиюминутного разговора. 21-46, время телефонных звонков в прямой эфир «Эхо Москвы». 363-3659 - телефон, с помощью которого вы попадаете в прямой эфир «Эха». Вот так, например.

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Андрей, я звоню из Москвы. У меня маленькое замечание по этой истории с «Мечелом». Я, волею случая, работая в другом бизнесе, в химическом, связанном с ПВХ, знаю о похожей истории.

С. ПАРХОМЕНКО: ПВХ - это что такое? Пластики?

СЛУШАТЕЛЬ: Поливинилхлорид - это сырье, из которого делается линолеум, переплеты. Пластики. Года 4 назад произошла такая же история на российском внутреннем рынке - резкое повышение сырья. Одна компания докупила все сырье, производимое на всех отечественных заводах, принадлежащих достаточному крупному российскому олигарху, и подняла сразу цены процентов на 40. При этом экспортные цены на этих заводах, те объемы, которые шли на экспорт, остались на том же уровне. И это ПВХ совершенно замечательно продается в Китай, в Корею, в любую страну, в Европу, например, тоже. По просьбе одной корейской компании я вел переговоры с производителями в городе Саяногорске этого ПВХ, был удивлен экспортными ценами. Задав вопрос, почему такое резкое различие внутренней цены и экспортной услышал очень интересные слова: здесь мы покрываем издержки, а прибыль наша там. Т.е. получается примерно следующая картинка, что прибыль просто аккумулируется за рубежом по каким-то общемировым ценам…

С. ПАРХОМЕНКО: Скажите, Андрей, а почему российский покупатель - вот что меня интересует, - обнаружив это, не может воспользоваться тем, что сырье дешево уходит за границу, и просто перекупить его обратно.

СЛУШАТЕЛЬ: Если говорить про эту ситуацию с производителями пластика, они достаточно мелкие, для того чтобы закупить в больших объемах сырье.

С. ПАРХОМЕНКО: Назад, как бы реэкспортировать это.

СЛУШАТЕЛЬ: Естественно. Потому что идет разговор о десятках тысячах тонн. Вообще мировые цены много ниже сегодня, чем цены внутренние на сырье. Но нужно закупать десятки тысяч тонн, это просто невозможно…

С. ПАРХОМЕНКО: Андрей, я исхожу из того, что вода дырочку найдет. А почему не образуется какой-нибудь трейдер, который начинает на этом жить, который закупает в Корее большими объемами, а потом обратно возвращает маленькими объемами российским производителям.

СЛУШАТЕЛЬ: Есть такие трейдеры. Но кто же откажется от своей прибыли? Цена ввезенного из Китая ПВХ, она равна внутренней цене, чуть-чуть дешевле. Покупается китайское сырье, которое значительно хуже российского сырья, и продается здесь на рубль, на два дешевле, чем то, что стоит тут российское сырье.

С. ПАРХОМЕНКО: Андрей, спасибо вам за пояснение. Конечно, мы можем с вами очень глубоко в это погрузиться, но в некотором роде это подтверждает то, что я говорил. Вообще это тема, в которой, прежде всего, нужно серьезно разбираться. Серьезно, спокойно, без скандала. Видите, если бы речь шла о той сфере, о которой сейчас говорите вы, наверное, нашлись бы люди, нашелся бы следователь, который влез в это во всё по уши и который начал бы это устанавливать. С «Мечелом» произошло по-другому.

СЛУШАТЕЛЬ: В этой истории было расследование Антимонопольного комитета. Дело в том, что попутным результатом ПВХ является производство каустической соды, ее покупают более крупные предприятия, которые занимаются производством целлюлозы, бумаги. Цена соды выросла в 4 раза одновременно. В общем, целый пул производителей целлюлозы подал в Антимонопольный комитет, который решил, что все честно, все хорошо.

С. ПАРХОМЕНКО: Наличие Антимонопольного комитета и подача ему каких-либо жалоб, исков и так далее - я не знаю, как в точности это обозвать - у меня не вызывает никакого внутреннего протеста. А вот такое наотмашь «правилово», которое устраивает премьер-министр, которое приводит к падению стоимости компании, к падению не просто престижа российской экономики, но к падению привлекательности российской экономики как места для иностранных инвестиций. Вот это, по-моему, большая и серьезная проблема. И я здесь обнаруживаю колоссальные побочные эффекты. Может быть, более мощные, чем то, что в результате удалось вылечить и зачистить, по выражению Путина. Мне кажется, что ущерб от этой истории, долгосрочный, перспективный, будет больше, чем прибыль от урегулирования проблем на этом самом рынке коксующихся углей, о котором сейчас идет речь. Вот все, что я хочу сказать, Андрей, только и всего. Спасибо вам большое за звонок. Спасибо за пояснения, уместные, хотя немножко из другой оперы. Но мы видим, что ситуация достаточно универсальная. Всего хорошего. До свидания. Вот видите, такой голос изнутри бизнес-среды на эту тему. По-моему, очень интересно, и можно на эту много сказать конкретного, в связи с этой историей с «Мечелом». 363-3659. Вот человек звонит первый раз в жизни на «Эхо Москвы».

СЛУШАТЕЛЬ2: Здравствуйте, Сергей.

С. ПАРХОМЕНКО: Здравствуйте. Как вас зовут и откуда вы?

СЛУШАТЕЛЬ2: Я Алексей из Москвы.

С. ПАРХОМЕНКО: Первый раз звоните на «Эхо Москвы»?

СЛУШАТЕЛЬ2: Нет, не первый.

С. ПАРХОМЕНКО: Вот видите, а телефон у нас одними нулями обвешан. С чего бы это? Небось, скрываетесь, с чужого телефона звоните.

СЛУШАТЕЛЬ2: Нет.

С. ПАРХОМЕНКО: Значит, система дала сбой. Ничего страшного. Слушаю вас.

СЛУШАТЕЛЬ2: Я хотел спросить на эту же тему, но несколько с другой стороны. Термин «маржа», он из какой области? Не из криминальной ли?

С. ПАРХОМЕНКО: Нет. Я знаю, что есть французский термин «la marge», который означает ровно это же самое. Что-то я как-то сомневаюсь, что криминалы всех стран соединились и во всех странах стали применять это слово. Мне кажется, что это какой-то международный термин, происхождение которого я не очень точно знаю. Обратитесь к Марине Королевой, думаю, что она вам с этим поможет.

СЛУШАТЕЛЬ2: Спасибо.

С. ПАРХОМЕНКО: Всего хорошего. 363-3659 - телефон прямого эфира «Эхо Москвы».

СЛУШАТЕЛЬ3: Добрый вечер. Меня зовут Александр, я из Москвы.

С. ПАРХОМЕНКО: Что-то мне на Москву везет сегодня.

СЛУШАТЕЛЬ3: Ситуация очень простая. Мы всегда имеем дело с некомпетентностью.

С. ПАРХОМЕНКО: К чему вы это?

СЛУШАТЕЛЬ3: Я имею в виду высказывания.

С. ПАРХОМЕНКО: Чьи?

СЛУШАТЕЛЬ3: Те, которые высказывались за последние сутки.

С. ПАРХОМЕНКО: Это вы про что?

СЛУШАТЕЛЬ3: Я про президента бывшего.

С. ПАРХОМЕНКО: А в чем вы видите здесь некомпетентность?

СЛУШАТЕЛЬ3: Потому что не может полковник править большим государством, это естественно.

С. ПАРХОМЕНКО: Так он и не правит большим государством, а правит большая группа людей, которая…

СЛУШАТЕЛЬ3: Вы имеете в виду маленькую свору собачек.

С. ПАРХОМЕНКО: Она не очень маленькая. К тому же, знаете, собачки за время пути смогли подрасти довольно существенно. Давайте не будем никого обижать, но на самом деле, действительно, политика сегодня нигде в мире, и в том числе в России, что есть какое-то одно лицо, которое дергает одновременно за все ниточки. Всегда речь идет о группе.

СЛУШАТЕЛЬ3: Почему-то теперь за одно лицо будет вся наша отечественная промышленность отчитываться, вернее, терять свой имидж на мировом рынке.

С. ПАРХОМЕНКО: Да, несомненно. Но мы с вами должны здесь отдавать себе отчет в том, что мы имеем дело не с волюнтаризмом одного, отдельно взятого человека, хотя он многое определяет, несомненно, в этой группе, а с действиями довольно существенной политической компании, которая вот так управляет страной.

СЛУШАТЕЛЬ3: Это все понятно. Ребятки из Липецка, из Магнитогорска, естественно, поимели свое…

С. ПАРХОМЕНКО: В том числе, да. Я думаю, что некоторые из названных вами географических названий здесь употреблены были не случайно. Спасибо, Александр. 363-3659 - телефон прямого эфира. Вот, кажется, немосковский номер, или я уже ничего не понимаю в префиксах.

СЛУШАТЕЛЬ4: Да, я слушаю.

С. ПАРХОМЕНКО: Это я слушаю.

СЛУШАТЕЛЬ4: Извините, не ожидал, что до вас дозвонюсь.

С. ПАРХОМЕНКО: Вы откуда?

СЛУШАТЕЛЬ4: Из Москвы.

С. ПАРХОМЕНКО: Да что ж такое.

СЛУШАТЕЛЬ4: А почему немосковский номер?

С. ПАРХОМЕНКО: Мне почему-то по первым трем цифрам показалось, что немосковский, но префиксов столько, что все не выучишь наизусть. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ4: Андрей. Я вот что расскажу. У нас довольно крупная компания, к нам сегодня приехал ОБЭП и проверил нашу бухгалтерию.

С. ПАРХОМЕНКО: Кто такой ОБЭП?

СЛУШАТЕЛЬ4: Отдел борьбы с экономическими преступлениями.

С. ПАРХОМЕНКО: Это важно было расшифровать. И зачем же он к вам приехал?

СЛУШАТЕЛЬ4: У нас ходят слухи, что, видимо, это все-таки наводки конкурентов.

С. ПАРХОМЕНКО: Бывает.

СЛУШАТЕЛЬ4: Проверили бухгалтерию досконально - и бухгалтерия практически закрылась.

С. ПАРХОМЕНКО: Я думаю, что это довольно известный эффект, когда сам факт проверки является самым жестоким наказанием, гораздо более жестоким, чем то, к чему эта проверка может присудить. Издательство, в котором я работаю, недавно выпустило в свет замечательную книжку Эллы Панеях, я уже несколько раз называл ее в эфире.

СЛУШАТЕЛЬ4: Я ее не читал.

С. ПАРХОМЕНКО: А я вам советую ее прочесть. Вот там это и описано, многочисленные истории о том, как в конкуренции используется как рычаг и как инструмент государство, причем сама процедура взаимоотношений с государством, когда вынимают у людей компьютеры или хард-диски из компьютеров, а потом просто возвращают их через три месяца, чаще всего даже нераспечатанными. Выясняется, что никто туда и не смотрел, никто этими данными, в сущности, не интересовался. Сам факт изъятия и есть наказание, и есть та мера, которую конкуренты против вас применяют.

СЛУШАТЕЛЬ4: Я вам расскажу еще смешнее историю. Нас хотела поглотить крупная французская фирма. Но что-то сделка не состоялась. Это было в феврале. И вот сегодня - пожалуйста. Но, правда, они были не в масках.

С. ПАРХОМЕНКО: Довольно типичная ситуация. Проблема не в том, что они хотели вас поглотить, это нормально для любого рынка, когда большая компания хочет поглотить маленькую.

СЛУШАТЕЛЬ4: Да мы сами хотели.

С. ПАРХОМЕНКО: А вот то, что не очень понятно, куда вам теперь жаловаться, в этом проблема. Потому что с судом у нас в стране не очень хорошо. Спасибо, Андрей. 363-3659. Почему-то, видите, бизнес-проблемы захватили наших слушателей больше, чем какие-либо другие. Хотя на неделе было много разных событий. Один арест Караджича мог бы быть темой для разговоров и размышлений, но почему-то все больше про бизнес, все больше про разные металлургические неурядицы.

СЛУШАТЕЛЬ5: Здравствуйте.

С. ПАРХОМЕНКО: Здравствуйте. Вы откуда?

СЛУШАТЕЛЬ5: Сергей из Челябинска.

С. ПАРХОМЕНКО: Ура, не Москва.

СЛУШАТЕЛЬ5: Я просто сидел, слушал, книжку читал, слышу - как раз проблему обсуждаете.

С. ПАРХОМЕНКО: Что скажете?

СЛУШАТЕЛЬ5: Я работаю оценщиком.

С. ПАРХОМЕНКО: А что вы оцениваете?

СЛУШАТЕЛЬ5: Недвижимость. Такая ситуация интересная. Вот эта ситуация с «Мечелом», мне кажется, это одно из двух - или они уходят от налогов…

С. ПАРХОМЕНКО: Кто они?

СЛУШАТЕЛЬ5: «Мечел».

С. ПАРХОМЕНКО: Не без этого. Послушайте, давайте мы все-таки договоримся, что всякая компания, в том числе ваша, пытается оптимизировать свои налоги. Если она этого не делает, то это не компания. Это не компания, а какой-то благотворительный балаган. Да, это нормально, всякая компания пытается заплатить налогов меньше. Всякая компания пытается остаться при этом в рамках закона. Так что это нормально. Сергей, собственно, всё. Время-то наше в эфире истекло. Спасибо вам за звонок. Спасибо, что вы нарушили московскую монополию на этой передаче. Какие-то сплошные москвичи сегодня дозванивались. Это была программа «Суть событий». Это была еще одна летняя пятница. Я Сергей Пархоменко по-прежнему. А нас с вами ждет уикенд, кажется, с хорошей летней погодой. Давайте этим воспользуемся. Давайте этому порадуемся. До следующей пятницы. Будьте здоровы. Отдыхайте. Счастливо.