Суть событий - 2021-12-10

О.Бычкова: 21

Так. Не добрый? Не вечер? И не тебе?..

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

О.Бычкова

С.Пархоменко

Я, конечно, не могу себе не позволить не начать эту программу с истории о «Мемориале» и о том, как сюжет «Мемориала»…

О.Бычкова

С.Пархоменко: Я считаю, что Совет по правам человека — это организация, которая предала свою роль

С.Пархоменко

Скажу, что я к этой организации отношусь с презрением. Я считаю, что это организация, которая предала свою роль. И люди, которые руководят этой организацией, это люди, которые последовательно уничтожают ее авторитет, ее влияние и, по существу, посажены на это место для того, чтобы нейтрализовать эту организацию.

Я понимают нескольких по-прежнему приличных людей, среди которых есть люди, к которым я отношусь с глубочайшим уважением. Такие, например, как Игорь Каляпин, глава «Комитета против пыток», человек, которого я знаю очень много лет, которому я очень верю, экспертиза которого, несомненно, самая мощная, экспертиза всего, что связано с пытками. Это и он, это и Сокуров, это и Сванидзе, еще, может быть, пара людей, которые продолжают пребывать в этом совете. Я понимаю, почему они это делают. Они считают, что возможность сохранить этот документ, я имею в виду удостоверение этих членов, возможно, в какой-то критической ситуации поможет им сделать свое гражданское дело: за кого-то заступиться, кого-то защитить, кого-то отстоять, получить какую-то информацию, откуда ее получить невозможно. Но это одна из немногих возможностей, которая у них остается, и они этой возможностью дорожат.

Но, на мой взгляд, то, что мы видим в этих заседаниях, это зрелище отвратительное. Зрелище, когда вся страна или, во всяком случае, все те, кого, действительно, интересуют права человека в России, прильнув к экранам наблюдают за тем, как лжец лжет, как глава государства лицемерит, как он издевается над людьми, которые совершенно искренне и откровенно сообщают ему, действительно, о важнейших проблемах, которые существуют в стране. Это специальное издевательское зрелище. Вот в античном Риме убивали людей и зверей в специально для этого устроенных сооружениях. Люди собирались, сидели там. Это продолжалось целый день. Они там ели, спали, потом просыпались — потому что это было многочасовое зрелище, — и наблюдали за тем, как происходит сражение на самой арене.

Вот античный Рим — это такое страшное место, где люди наслаждались этим зрелищем. А тут нам государство предлагает ежегодно зрелище безнаказанной лжи и безнаказанного лицемерия главы государства. Он при этом опирается на какие-то папочки и сообщения. В последнее время он стал даже прямо их цитировать, прямо сообщать: «Вот сведения, которые мне приносят. Вот справки, которые я получаю…». Он, таким образом, часть ответственности с себя за это слагает. Но это плохая попытка, потому что он несет ответственность за все, что написано в этих папочках. Потому что это он назначил людей, которые составляют эти папочки, и это он ограничил свой взгляд на мир и свои источники информации этими папочками.

Мы в этой стенограмме… которую, между прочим, еще надо поискать, она разделена на первую часть, вторую часть, и вторая часть какая-то полусекретная, хотя, в общем, тоже можно это видео увидеть. Мы видели много часов и много случаев бессовестной лжи, которой отвечает президент на сообщение о важных событиях. О том, например, что в стране происходят массовые пытки. Совершенно справедливо те, кто комментировал это, говорят, что эта история его совершенно не заинтересовала, не взволновала за исключением того, что он несколько огорчен тем, что все это вылезло на поверхность. И это очень видно в его речи. Это его беспокоит. Событие заключается не в том, что в России пытают, а событие заключается в том, что стало известно, что в России пытают. Большая разница на самом деле.

Но, конечно, один из таких каких-то вопиющих, яростных случаев лжи и лицемерия был момент, когда обсуждалась судьба «Мемориала».

О.Бычкова

С.Пархоменко: А тут нам государство предлагает ежегодно зрелище безнаказанной лжи и лицемерия главы государства

С.Пархоменко

Закон составлен так, что исполнить его требования невозможно. На этом уже все сошлись и этого никто более-менее не отрицает.

И сегодня даже и авторы этого закона созданы для того, чтобы мучить. Вот их знаменитый аргумент, что этот закон сделан для того, чтобы ответить на притеснения наших соотечественников за границей, что это, в сущности, означает? Если внимательно изучить этот аргумент, он заключается в том, что этот закон является местью, он не преследует никаких содержательных целей, он не предназначен для того, чтобы что-нибудь предотвратить неприятное или чтобы наказать невиновного. Это просто месть. Вот поскольку они, как мы считаем, мучают нас, то мы будем кого-нибудь другого в виде мести. Это говорят прямо люди, которые это создали.

И уже невозможно больше объяснять, что в действительности сведения о том, что организации, которые за границей, в частности, в США признанные иностранными агентами не подвергаются тем издевательствам и той дискриминации, которая происходит в России, — как-то невозможно уже это повторять, потому что это много раз сказано.

Точно так же много-много раз сказано, что в соответствии с западными такого рода законами делается очень ясное разграничение между теми, кто просто имеет какие-то доходы и теми, кто, действительно, исполняет обязанности, волю, действует по поручению какого-то иностранного приципала. В российском законе даже нет такого понятия, даже не существует этого понятия: тот, кто этому самому мнимому агенту что-то указывает и что-то такое ему демонстрирует. Это нет в законе вообще, совсем.

Я не говорю уже о суммах. Вот я никак не соберусь, может быть, сделаю это завтра или в начале недели, опубликую в Фейсбуке материалы об одном иностранным агентом в соответствии с американским законом FARA, об одной из организаций, которая является представителем российского «Спутника» этой Russia Today в США.

Сайт FARA устроен очень удобно. Там легко можно найти всю информацию, которая относится к тому или иному иноагенту. Все это выложено в открытую в отличии от российского сайта, все очень логично, понятно, все это очень просто, все это очень коротко. Потому что все эти отчетные документы и все анкеты, которые там заполняет этот иностранный агент, они очень небольшие, они буквально состоят из нескольких страниц, где надо расставить какие-то крестики и галочки. Я думаю, что заполнение такой анкеты занимает несколько минут.

С.Пархоменко: Событие заключается не в том, что в России пытают, а в том, что стало известно, что в России пытают

Но там есть дело одной из этих организаций. И там можно увидеть объем многомиллионого финансирования, которое эта организация получает непосредственно из России. И эта российская организация, действующая в США, зарегистрированная в США для того, чтобы отстаивать интересы своего российского принципала, который там прямо указан. У него есть название, у него есть имя у этого принципала. Вы видели, например, публикацию, которую тоже я у себя делал. Я думаю, что многие обратили на нее внимание. Как министр иностранных дел России Лавров нанял одно крупной пиар-агентство, точнее юридическую фирму довольно известную, лоббистскую фирму в США для того, чтобы отставать интересы Олега Дерипаски и получать для него американскую визу. И есть прямо письмо министра иностранных дел Лаврова, где он нанимает эту организацию и просит ее заняться тем-то и тем-то. И он в этой ситуации является принципалом.

А дальше там имеются сведения о том, сколько эта организация получила от своих приципалов — от Лаврова и, собственно, Дерипаски. Платил непосредственно Дерипаска, деньги были его, поскольку виза была его.

В общем, весь этот комплекс претензий к иноагенту «Мемориалу» много раз проговорен и является, несомненно, абсурдом.

У него есть некоторая новая претензия. Эта претензия заключается в том, что, как сказал Путин, который, правда, не СМИ, ему можно, но он не исполнял, кстати, закон об иностранных агентах. Он не упоминал, упоминая название этой организации о том, что она является иностранным агентом.

О.Бычкова

С.Пархоменко

Так вот Путин говорит: «Вы также сказали, — говорит он, отвечая Сванидзе, — что «Мемориал» является основным хранителем памяти о жертвах политических репрессий с Советском Союзе. Да, действительно, я так всегда к этому и относился. Но поскольку мы уже затронули эту тему, есть исследования, которые проводили и израильские специалисты. Вот что они обнаружили. Они обнаружили в списке тех, кто причисляется «Мемориалом» к жертвам политических репрессий, советских политических репрессий таких граждан, как Петр Петровскис, Лисовский, Ковалевский».

Дальше. Собственно, имеется изложение этого обвинения. Оно заключается в том, что эти три гражданина были участникам уничтожения евреев в Латвии в 41-м году. Упоминаются некоторые детали их участия. Путин их перечисляет. И дальше подводит итог: «Поэтому надо, конечно, и самом «Мемориалу» отвечать в полной мере в своей текущей деятельности тем гуманным целям, которые заявлены в качестве его основного направления деятельности и не допускать ничего подобного, о чем я только что упомянул. Я могу называть и автора. Это Арон Шнеер, который провел это исследование. Это один из людей, который исследовал эту часть деятельности весьма профессионально. Я думаю, этому источнику можно доверять».

С.Пархоменко: Путин не исполнял, кстати, закон об иностранных агентах

Да, этому источнику можно доверять. Это довольно известный человек, это сотрудник Яд Вашема, грандиозного музея, который существует в Израиле. Это не только музей, но и огромная исследовательская организация, которая занимается всем, что связано с холокостом, с уничтожением еврейского народа во время Второй мировой войны, и до нее, и после нее, уничтожением еврейского народа, который устроил во имя окончательного решения еврейского вопроса нацистский режим. Так вот Путин поставил в вину Международному «Мемориалу», иноагенту, которого он не называл иностранным агентом, включение в базу этих нацистских преступников.

Это ошибка стала возможна по вине Путина. Лично Путин несет за это ответственность. А также некоторое количество других лиц, которых я сейчас назову. Дело в том, что в Российской Федерации архивы, в которых содержатся сведения о разного рода судебных органах и квазисудебных органов, действовавших в Советском Союзе в 30-е, 40-е, 50-е годы — все эти «двойки», «тройки», трибуналы, чрезвычайные заседания и всякое такое — все эти архивы в России засекречены сегодня. Они засекречены в отношении тех людей, которые не были реабилитированы. Вот эти трое, которых называет Путин, они не были реабилитированы. И в России не существует легальной возможности получить сведения о том, за что они были осуждены. Эти дела закрыты. Они секретны. Эту секретность организовал Путин и поддерживает Путин на протяжении тех 20 лет, которые он пребывает у власти. Это он организовал, потому что за это время секретность с этих документов давно уже должна уже быть снята по сроку давности.

Но всякий раз выходя документы в соответствии с которыми эта секретность, во-первых, продлевается, во-вторых, укрепляется и расширяется.

Более того, вот передо мной документ. Он называется следующим образом: «Перечень поручений по итогам заседания Совета по развитию гражданского общества и правам человека, — (Вам ничего не напоминает? Это та самая организация, с которой Путин встречался вчера), — и встречей с уполномоченным прав человека».

Пояснение к этому документу: «Президент утвердил перечень поручений по итогам заседаний Совета по развитию гражданского общества и правам человека , встречей с уполномоченным по правам человека в субъектах Российской Федерации 10 декабря 2019 года». Дело было 2 года назад. Сам этот документ 29 января 20-го года был издан. В январе прошлого года. Сейчас у нас с вами декабрь 21-го года.

В этом документе среди прочих поручений есть пункт г) не побоюсь этого слова. В пункте г) сказано: «Рассмотреть совместно с Росархивом, ФСБ России, МВД России, ФСИН России вопрос о создании единой базы данных жертв политических репрессий и представить следующие предложения». Срок исполнения: 1 октября 2020 года. Ответственные: Кириенко С.В. (поясняю: первый заместитель главы администрации президента); Артизов А.Н. (директор Федерального архивного агентства; Бортников А.В, директор ФСБ; Колокольцев В.А, министр внутренних дел; Калашников А.П, директор ФСИН.

Итого 29 января 20-го года президентом Путиным было поручено решить эту проблему. Нет никаких следов от исполнения этого его поручения.

С.Пархоменко: Путин поставил в вину «Международному Мемориалу» включение в базу этих нацистских преступников

Сведения об этих людях, о которых упомянул Путин, появились в базе данных «Мемориала» после того, как «Мемориал» получил доступ к одному единственному источнику: к картотеке людей, которые сидели в Воркутлаге. В картотеке указаны имена этих людей, а также статьи, по которым они были обвинены. Там нет никаких сведений о том, что содержалось в материалах их дела, в слушаниях суда, который их осудил. Только название статей или те правовые документы, на основании которых они были осуждены.

Эти люди были осуждены на основании указа от 19 апреля 1943 года о карателях и их пособниках. Этот указ носит, несомненно, политический характер. Известны тысячи случаев, когда на основании этого указа по политическим мотивам были осуждены, а впоследствии реабилитированы совершенно невинные люди. Поэтому «Мемориал» относится к людям, которые были осуждены по этому указу по умолчанию как к людям, которые были осуждены по политической статье. А дальше смотрят, что с ними произошло. Чаще всего люди, которые были осуждены безвинно по этому указу, в дальнейшем были реабилитированы. В данном случае эти трое реабилитированы не были. Они были амнистированы. Из чего следует, что, по всей видимости, они судом были посчитаны не собственно карателями, а именно пособниками. Указ о карателях и пособниках.

Но опять-таки не существует никаких данных, никакого доступа к документам, которые позволяли бы судить, почему ни были амнистированы и что, в действительности выяснилось в тот момент, когда были удовлетворены их прошения об амнистии.

Возникает вопрос: а что же исследователь Арон Шнейер, который опубликовал довольно содержательные, красноречивые, довольно яркие свидетельские показания самих этих людей об их участии в уничтожении евреев? Откуда же он это взял? Ответ: он это взял вне Российской Федерации. Он это взял там, куда не имеет доступ «Мемориал». Скорей всего, он взял в латвийских архивах, может быть, в украинских архивах. Заметим, что в Украине — а Украина, как много раз нам сообщали люди, близкие к президенту Путину — это такая страна, в которой правят бандеровцы, фашисты и всякое прочее, — так вот, в Украине эти архивы открыты. И огромное количество российских исследователей через Украину получают доступ к материалам, к которым они не имеют доступа в России.

О.Бычкова

С.Пархоменко

Что касается несколько более общих вещей. Чем, в сущности, занимается «Мемориал» тогда, когда он составляет эти картотеки? Он ведет научно-исследовательскую работу. Как и во всякой научно-исследовательской работе, в ней есть сведения, подлежащие проверке, уточнению, внимательному изучению и исследованию.

Давайте с вами предположим, что речь идет о каком-нибудь физическом институте, который ставит какие-то эксперименты, касающиеся поведения элементарных частиц. И в какой-то момент там ставится эксперимент, который не дает результата. Вот решили проверить что-то, устроили эксперимент. А в результате этого эксперимента не поняли, как это происходит на самом деле…

Остановлюсь на этом месте, продолжу после новостей.

О.Бычкова

НОВОСТИ

О.Бычкова: 21

С.Пархоменко: В Украине это открыто. В Балтийских странах это открыто. В России это закрыто по распоряжению Путина

С.Пархоменко

Вот я стал приводить эту аналогию. Представьте себе научно-исследовательский институт, работающий в какой-нибудь естественно-научной сфере и ставящий разные эксперименты. И вот какой-то эксперимент закончился неудачей. Выстрелили одной элементарной частицей в другую элементарную частицу при помощи ускорителя и не попали. Или получили не тот результат, на который рассчитывали.

В результате этого появляется какой-то сторонний ученый, который говорит: «Позор этому институту! Он не попал. А я-то знаю, как на самом деле ведут себя эти элементарные частицы, они ведут себя вот так».

Абсурдная ситуация, правда? В любых исследованиях появление новой научной информации, новых сведений, появление какого-то открытия, локального открытия, может быть, сделанного в конкретном направлении, является, прежде всего, предметом обсуждения между профессионалами, чтобы на этой основе были сделаны какие-то выводы.

Прекрасно. Исследователь Арон Шнейер сумел, благодаря хитрости и коварству, своей научной изощренности, своей сообразительности, своему авторитету, своей эрудиции и просто физическому доступу в латвийские архи вы сумел найти некоторую важную информацию, касающуюся людей, упомянутых в базе данных «Мемориала».

Что первое в этой ситуации он должен сделать? Он должен сообщить держателю этой базы данных: «Я обнаружил информацию, касающуюся некоторого количества людей, которые у вас там фигурируют». Что он делает в действительности? Публикует в Фейсбуке пост, который начинается со слов: «Позор! Позор «Мемориалу!» Я обнаружил новые сведения относительно людей…».

О.Бычкова

С.Пархоменко

И он сам много раз говорит о том, что его пост ни в какой мере не является попыткой поставить под сомнение значение и роль «Мемориала», иностранного агента, хотя он этого не добавляет. Я надеюсь, что исследователь по имени Арон Шнейер осознал, что он поступил, в общем, неправильно, начав с этого конца, не дав знать «Мемориалу» о своих важных открытиях, которые он сделал, для того, чтобы «Мемориал» могу усовершенствовать базу данных, что, кстати, «Мемориал», иностранный агент, сразу и сделал.

Уже в сентябре данные об этих людях были из базы удалены, потому что исследователи «Мемориала», изучив те сведения, которые сообщил Арон Шнейер, нашли достаточно убедительными, хотя у них по-прежнему нет доступа и нет возможности перепроверить, у них нет доступа к материалам суда, который осудил этих людей, нет доступа к материалам суда, который амнистировал этих людей. Эти данные по-прежнему засекречены президентом Путиным. Президент Путин встал на пути «Мемориала», иностранного агента, который пытается установить реальные обстоятельства, связанные с деятельностью этих людей. Президент Путин не разрешает им, президент Путин скрывает от них эту информацию.

С.Пархоменко: Вот эта двухходовочка, эта двухступенчатая ложь и есть стиль сегодняшнего российского президента

Так вот очень важно понимать, что вопрос не в том, чтобы оправдаться за эти конкретные случаи, а чтобы показать, как работает механизм политической клеветы, как работает механизм политического лицемерия. Как устроена эта комбинация, когда они сначала создают условия, в которых организация оказывается лишена возможности вести свою исследовательскую деятельность, а после этого это самое объявляют основанием для уничтожения этой организации. Вот эта двухходовочка, эта двухступенчатая ложь, это двухступенчатое лицемерие и есть стиль сегодняшнего российского президента, сегодняшнего российского руководства, которые сполна были продемонстрированы в этой ситуации.

И это будет, несомненно, продолжаться относительно других организаций, некоторые из которых являются иностранными агентами, а некоторые не являются. Российское государство последовательно лишает своих граждан доступа к информации для того, чтобы ему было проще потом объявить этих людей преступниками, аморальными деятелями, пособниками нацизма, кем угодно еще. Это очень удобно. И это получатся легко и с удовольствием.

Мне интересно, будет ли на основании той встречи с Советом по развитию гражданского общества и правам человека дано поручение президентом о том, чтобы решить проблему доступа к архивам. Возможно, что даже и будет, с них станет. Они достаточно лицемерные и достаточно лживые люди, господа: Путин, Кириенко, Артизов, Бортников, Колокольцев и кто там будет на месте Калашникова. Они будут продолжать дальше. И я не удивлюсь, что если окажется, что они еще раз приняли это решение, чтобы еще раз его не исполнить и сохранить возможность дискредитировать, а по возможности уничтожать организации, которые в результате их деятельности оказываются в этом уязвимом положении.

Вот то, что важно знать про этот конфликт вокруг «Мемориала» и вокруг трех пособников нацизма, которые были обнаружены в его базах данных Ароном Шнеером.

Я, кстати, хочу сказать, что таких пособников нацизма вы, несомненно, можете обнаружить в базе данных Министерства обороны Российской Федерации. И эти случаи много раз были там обнаружены, эти случаи были совершенно спокойно там обсуждены историками, и эти случаи были приведены в порядок. Эти люди были из баз данных удалены, потому что в базах Министерства обороны тоже есть люди, и они там есть до сих пор, и они будут найдены еще, нет никаких сомнений, потому что это проблема любых крупных баз данных. Они подлежат постоянной проверке. Они подлежат постоянному уточнению, постоянному изучению их содержания на основании новой информации, которая появляется.

Так вот такие случаи бывали в случае с базами МО. Я вам больше скажу: такие случаи бывали в базах данных Яд Вашем. Ровно так же там находили среди упоминавшихся там людей пособников фашизма. И совершенно спокойно без всякой истерики, без всякого скандала, без всяких криков «Позор!» и без всяких обвинений исправляли эти данные на основании вновь полученной информации. В этом смысл исследовательской работы, которую ведет исследовательский центр Яд Вашем и, в том числе, господин Арон Шнеер. Господин Арон Шнеер не знал о том, что эти люди, существующие в базе данных «Мемориала», иностранного агента, являются пособниками нацизма до того, как он получил эту информацию. А когда получил, сообщил об этом, правда, вот таким экзотическим, я бы даже сказал, истерическим способом.

В заключение скажу, что я бы очень хотел, чтобы господин Арон Шнеер, человек, сыгравший невольно чрезвычайно печальную роль в истории с «Мемориалом», иностранным агентом, и я уверен, что даже если в этот раз обнаружится какая-то отсрочка и даже если в этот раз окажется, что «Мемориал», иностранный агент не уничтожен, не распущен, а ему дано еще какое-то время на то, чтобы продолжить свою исследовательскую деятельность, но все равно поступок Арона Шнеера сыграет в этой судьбе, к сожалению, очень тяжелую, очень мрачную, очень неприятную роль.

Я бы очень хотел, чтобы господин Арон Шнеер публично оценил это. Чтобы он обсудил это со свой собственной аудиторией, со мной, например, как он оценивает эту ситуацию, как ему нравятся те результаты, которые он получил в результате свой публикации. Вопрос не в том, что он не должен был сообщать информацию, которая стала ему известно. Несомненно, должен был и чем скорее, тем лучше, чем полнее, тем лучше. Но он должен был сообщить ее как научную информацию, которую он получил для того, чтобы улучить наши знания, наши общие знания, в том числе, с «Мемориалом» иностранным агентом для того, чтобы объем того, что мы понимаем о репрессиях, того. что мы все вместе понимаем о людях, которые пособничали нацизму, которые были карателями, которые были пособниками карателей, — чтобы объем этого был шире и был качественнее.

С.Пархоменко: Россия последовательно лишает граждан доступа к информации, чтобы было проще объявить их преступниками

Мне интересно мнение Арона Шнеера. И я не сомневаюсь, что я еще его услышу, потому что он достаточно известный и авторитетный, ответственный ученый, который совершил в этой ситуации, на мой взгляд, грубую ошибку тем, как именно обнародовал свои данные.

Вот один сюжет, который мне кажется чрезвычайно важным, о котором я считал необходимым поговорить в этой программе.

Второй сюжет тоже относится к этой неделе. Это свежая вещь двухдневной давности. Это поправки к закону о полиции (не иностранном агенте), которые были приняты Государственной думой, приняты чрезвычайно быстро. И, по существу, это поправки… обычно говорят, что принят закон, что полиции можно всё. Это не совсем так. Принят закон о том, что то, что можно полиции, является внутренним делом полиции. Ключевой элемент этого закона — это поправка, которая вносится в закон о полиции в статью о правах сотрудников полиции. Это статья, если я ничего не путаю, 12-я закона о полиции, важнейшая, пожалуй, статья этого закона. И там теперь будет сказано следующее: «В связи с проверкой зарегистрированных в установленном порядке заявлений и сообщений о происшествиях, разрешение которых отнесено к компетенции полиции, полицейский вправе производить осмотр места происшествия, местности, помещений, транспортных средств, предметов, документов иных объектов в целях фиксации обстоятельств и имеющих значение для принятия решения по заявлению и сообщению о происшествии, а также составлять по результатам указанного осмотра акт досмотра».

Что такого ужасного в этом тексте? Две вещи. Во-первых, все вот эти действия — вторгаться куда угодно, вскрывать что угодно, осматривать что угодно и вообще делать все что хотите, полицейский может делать не в связи с заведенным уголовным делом теперь, не в связи с доказанным обвинением, не в связи с наличием какой-то информации объективного характера. А в связи с проверкой зарегистрированных сообщений и заявлений. То есть достаточно на кого-нибудь что-нибудь сообщить, достаточно про кого-нибудь что-нибудь рассказать, как этот кто-то оказывается объектом, в отношении которого полиция имеет право сделать всё что угодно. И нет никаких сомнений, что полиция сама легко может организовать это сообщение.

Вы скажете: «Нет, подождите, это все-таки законная вещь. Это ведь не просто так. Зарегистрированное в установленном порядке заявление, сообщение. Это же целая история. Это же целый акт».

О’кей. Пойдемте с вами и посмотрим на ведомственные нормативные акты. Это определяется приказами Министерства внутренних дел о том, каким в точности образом осуществляется прием, регистрация и как это на полицейском языке говорят, разрешение сообщений. Понимаете о преступлении. Что такое сообщение о преступлении?

Смотрим инструкцию и видим, что, в частности, это сообщение, изложенное в устной форме, в котором содержится информация об обстоятельствах (всего только обстоятельствах, каких-то побочных соображениях, каких-то вещах, которые рядом проходили, мимо пролетали и что-нибудь вроде этого), указывающих на признаки совершенного или готовящегося преступления. Это может быть и анонимное сообщение, содержащее данные о признаках совершенного или готовящегося террористического акта.

Это, кстати, очень важное изъятие, что анонимно можно только про террористический акт, но не анонимно можно про что угодно.

А теперь давайте почитаем, что пишут об этих подставных деятелях и подставных понятых, которые годами работают на одной и той же территории с одними и теми же полицейскими, служа понятыми в огромных количества разных дел. Почитайте, например, что писал Иван Голунов по этому поводу после своего знаменитого дела и многие его коллеги.

То же самое об административном правонарушении — сообщение, изложенное в устной форме, в котором содержатся сведения.

Тоже самое о происшествии, изложенное в устной форме, заявление о событиях, угрожающих личной, общественной безопасности, в том числе, о несчастных случаях и так далее. Большой такой текст. В устной форме.

То есть полиция опять может технически сегодня после принятия этого закона работать в два темпа, в два шага. Сначала она организует в устной форме, о чем ей там нужно, чтобы сообщили. Потом, исполняя это сообщение, отправляется на дело. И все это предмет совершенно каких-то внутренних событий внутри полиции. Для этого не нужна больше ни прокуратура, ни суд, ни адвокат, ни какие-то надзирающие инстанции. Это все происходит внутри пищеварительного тракта полицейского. Сам донес, сам зарегистрировал, сам отправился вскрывать. Вот что такое этот закон. Это закон о произволе в деятельности полиции. И именно так мы должны его называть.

С.Пархоменко: Сам донес, сам зарегистрировал, сам отправился вскрывать. Это закон о произволе в деятельности полиции

Это, кстати, удивительным образом такие разные вещи, такие разные сферы: история про «Мемориал», иностранного агента, про права человека. Совет по правам человека — и история про то, как полиция идет взламывать дверь вашей квартиры или разбивать стекло в вашем автомобиле, чтобы влезть туда внутрь. Или останавливает вас, выворачивает вашу сумку, ваши карманы, потому что у него есть устное сообщение об административном правонарушении или происшествии. И этого устного сообщения им совершенно достаточно. Про вас сказали. Про вас сказали, что вы рыжий, про вас сказали, что вы еврей, про вас сказали, что вы плохо отзывались о нашем президенте, про вас сказали, что вы иностранный агент, про вас сказали, что у вас дома фабрика по производству наркотиков, про вас сказали, что вы у себя в Фейсбуке распространяете антигосударственную информацию, про вас сказали. Поэтому мы здесь высадили вам дверь, поэтому положили вас на пол, и поэтому выворачиваем ваши карманы — потому что про вас сказали. И у нас есть зарегистрированное устное заявление о том, что вы злодей, и нам этого достаточно. Вот закон.

Та вот, какая связь между этими двумя событиям? А очень простая: они оба вот так устроены в два хода. Сначала представитель власти создает основания, создает среду, в которой этот произвол возможен, потом этот произвол применяем. Это делают одни и те же люди.

А почему этого не происходит в других местах? Чиновники на самом деле все одинаковые. Полицейские все одинаковые. Жандармы все одинаковые, топтуны все одинаковые, стукачи все одинаковые. Почему этого не происходит в других местах? Потому что там для этого есть суд. Это во-первых. Есть арбитражная организация, в которую вы можете прийти и сказать: «Э-э! Тут что-то не так. Тут произвол». И суд имеет все основания и все возможности для того, чтобы вторгнуться в эту ситуацию и осуществить правосудие.

И второе: парламентарии, которые принимают такие законы, которые являются основной для произвола, отвечают после этого по большому тяжелому счету перед своими избирателями, которые обычно не хотят видеть перед собой законодателей, которые принимают законы о произволе.

В данном случае законодатели добывают свою власть, откуда угодно, только не из избирательной урны. Они не боятся своего избирателя. Они не боятся принимать законы, на основании которых к их собственному избирателю будет применен произвол вот такой, два шага.

Еще сюжет, который мне кажется важным и на который мне настойчиво указывают читатели в Фейсбуке и в Телеграм-канале «Пархомбюро», говорят о том, чтобы я отозвался на эту тему. Это сайт, сделанный друзьями, сотрудниками и соратниками Алексея Навального. Обратите внимание, что я не называю сейчас никакой организации, поэтому я не обязан ничего говорить ни по иностранных агентов, ни про экстремистов, ни про террористов, ни про кого еще. Его сделали люди, которые потеряли своего лидера. Лидер, который больше 300 дней абсолютно беззаконно находится в тюрьме по политическому делу. И мне, кстати, очень жаль, что это политическое дело, которое сегодня было упомянуто в нобелевской лекции Дмитрия Муратова, был упомянуто так странно. Оно было упомянуто как дело о доносе французской парфюмерной организации на Алексея Навального. Ну, и дальше было сказано, что организация донести донесла, но в суд не явилась и себя потерпевшей не посчитала в результате, а вот человек по-прежнему сидит. Человек сидит не из-за парфюмерной организации. Парфюмерная организация была одним из многих инструментов, которые были здесь применены.

Человек сидит по политическому обвинению, потому что он оказался опасным врагом этого государства, потому что это государство пыталось избавиться от него при помощи боевого отравляющего вещества, пыталась убить его при помощи своих служащих, которые находятся на зарплате у этого государства. Государство не смогло этого сделать. Более того, государство не смогло этого скрыть. Более того, государство побоялось отвечать на прямой запрос, который снова и снова обращают к нему разного рода компетентные организации, в частности, ОЗХО. Хочу напомнить, что 30 ноября последний раз это было сделано. Было принято заявление ОЗХО о том, что Россия по-прежнему отказывается предпринимать законные меры о расследовании случаев применения химического оружия на своей территории в отношении живого человека.

Так вот, люди, которые не хотят с этим смириться и которые не хотят просто ждать, пока их друга, их коллегу, их соратника, их лидера уничтожат окончательно в тюрьме, где он находится беззаконно, эти люди сделали сайт. Это, собственно, все, что в этой ситуации они могут сделать. И они правильно поступили.

С.Пархоменко: Ничто в современном мире не исчезает бесследно, не оставляя цифровых следов. Надо уметь хорошо искать

Это сайт, который важен, прежде всего тем, что на нем собраны все, кто имеет отношение к этому комплексному преступлению, которое в целом состоит в том, что человека сначала объявили врагом, потом попытались убить, потом не смогли скрыть, потом попытались наказать за то, что он расследует свое собственное убийство. А потом загнали его в тюрьму для того, чтобы создать ситуацию, в которой он не может говорить об этом публично. Вот это все вместе является обстоятельствами одного большого преступления.

И на сайте есть список и фотографии, надо сказать, почти все фотографии (имена все, а фотографии почти все) людей, которые причастны к этому преступлению очень по-разному. Там есть и президент Путин, который несет ответственность за деятельность команды сотрудников своих спецслужб, которые систематически ведут политические убийства. Он несет ответственность за это.

Там есть и, собственно, участники этой команды убийц. Там есть люди, которые прикрывали эту команду убийц. Там есть люди, которые создавали именно инструменты для этой команды убийц — инструменты для убийства, средства проведения этих смертельных политических операций в отношении врагов этой власти.

Там есть люди, которые скрывали, прикрывали, прятали это, в частности, врачи, которые предали свой врачебный долг. Некоторые продолжают его предавать, потому что продолжают активно говорить об этом, как было дело.

Там есть и разные мелкие служащие, которые косвенно принимали в этом деле какое-то участие. Это очень важно, чтобы появился этот список. Это не менее важно, чем сделанное заявление о том, что люди, которые помогут продолжать расследовать это мероприятие, это преступление, будет выплачена большая премия. Я уверен, что шансы на то, что этот простой способ сработает, существует. Я думаю, что, например, видео из гостиницы в Томске существует. Я не сомневаюсь, что оно в свое время было сделано, было снято. Значит, оно где-то есть. Ничто в современном мире не исчезает бесследно, не оставляя цифровых следов. Надо только уметь хорошо поискать. И этот сайт поможет хорошо поискать. Но в любом случае он важен тем, что там перечислены люди, которых все должны знать в лицо и по именам.

О.Бычкова