Портрет Мюрата - Красная площадь, д. 1 - 2013-01-05

А. СМИРНОВ: Мюрат был и маршалом Франции, и одновременно королем неаполитанским, и принцем империи Наполеона, и зятем Наполеона (он был женат на родной сестре Наполеона). Но сам Мюрат по происхождению был сыном трактирщика. Его подняла на столь высокую ступень социальную именно французская буржуазная революция. Во многом он напоминает нашего Александра Даниловича Меньшикова, который тоже начал с торговли пирожками на рынке, а закончил одним из высших сановников российского государства.

Мюрат замечателен тем, что он был сподвижником Наполеона от начала и до конца. Он все время был с Наполеоном во всех его начинаниях, во всех его делах. Он поддерживал его. И поддерживал именно с отчаянием. Отчаянной храбрости был человек, необыкновенно ловкий кавалерист, пользовался огромной популярностью во французской армии. И не только во французской – даже в русской армии вызывал особые симпатии.

Но надо подчеркнуть, что как дипломат он, конечно, был совершенно неспособный. И хотя он и был назначен королем неаполитанским, благодаря Наполеону заняв это положение, но во время своего пребывания в России в Неаполе произошел переворот, его свергли. Решив восстановить свою власть, он устроил заговор, с группой соратников высадился в Неаполе, но был тут же схвачен, расстрелян. И н этом карьера его закончилась. Но замечательно то, что неаполитанцы, невзирая ни на что, чтут память Мюрата, как и всех других королей Неаполя (а их было достаточно много, они быстро менялись).

Его прах хранится в одном из соборов. И все время его надгробие украшено цветами. В самом Неаполе его фигура в рост находится в одной из ниш королевского дворца наряду с фигурами других неаполитанских королей. Его конная статуя работы все того же Антонио Кановы, только отлитая из бронзы, стоит на площади Мюрата в Неаполе. Так что мы не можем сегодня сказать, что память этого человека забыта. Нет, неаполитанцы помнят его, потому что Мюрат, какой бы он ни был, с кем бы и за что он ни воевал, он все равно остается достоянием истории.