«Карта морская аккуратная Константинопольского пролива…» - Красная площадь, д. 1 - 2011-01-08
Как причудливо иногда история сталкивает людей. Федор Ушаков, великий адмирал, и Александр Шишков, тот самый, который у Пушкина: «Прости, не знаю, как перевести»…
Год 1776-ой из Кронштадта под купеческими флагами и без орудий выходят несколько фрегатов.
Государственный исторический музей представляет - Карта морская аккуратная Константинопольского пролива. Рассказывает заведующий отделом картографии – Владимир Булатов.
БУЛАТОВ: Тут люди иногда задают вопрос, почему она аккуратная? Аккуратными назывались карты, которые делались с применением инструментальных съемок. А вот эта карта в своей части входа в пролив Дарданеллы до острова Мармора сделана как раз со съемками.
Автор этой карты – капитан фрегата «Григорий» Астафий Одинцов. Важнейшим внешнеполитическим противником России тогда была Оттоманская империя, и Екатерина II составила так называемый «греческий проект», который заключался в том, чтобы создать на месте Турции православную, дружественную России державу, что-то вроде Византийской империи со столицей в Константинополе и желательно под управлением ее собственного внука.
Однако, действия русского флота в Эгейском море сопровождались очень большими потерями не столько даже в боях, сколько, что называется, навигационными потерями. Суда садились на рифы, гибли во время штормов, на мили попадали. И адмиралтейская коллегия по окончанию войны поставила такую задачу: каким-то образом картографировать вот эти далекие, малоизвестные воды.
Для этого они создали специальную секретную экспедицию. Дело в том, что по Кючук-Кайнарджийскому мирному договору русские торговые суда получили право проходить через проливы, а, вот, военные корабли проходить не могли. Для этого фрегаты были замаскированы под торговые суда. Для уменьшения фрегатского вида, как говорилось, из 32-х пушек на каждом судне было оставлено по 8, а остальные закопали в трюмах в песок балласта. Фрегат «Северный Орел» - он шел открыто как военный фрегат и выполнял роль военного сопровождения – и 3 замаскированных Фрегата – «Павел», «Григорий» и «Наталья». Среди участников этой экспедиции были такие известные люди как Федор Федорович Ушаков, знаменитый в будущем российский адмирал. Одним из младших офицеров был Александр Семенович Шишков, тоже впоследствии адмирал, академик, министр народного просвещения.
Моряки добрались до Константинополя. Фрегат «Северный Орел» остался в Эгейском море, он как военный корабль не имел права пройти в проливы, а, вот, остальные фрегаты прошли через Дарданеллы, продвигались медленно с тем, чтобы картографировать все берега.
Турецкая таможня подвергла суда тщательной инспекции. На ней вооружились длинными металлическими щупами и прощупали весь песок. И как пишет Шишков, «хотя, действительно, по звуку ударения железа о железо могли пушки ощупать, однако же звук подаренного им золота заглушил сей звук железа и принудил их написать, что они ничего не нашли». Но это не помогло – эскадра все же не получила позволения войти в Черное море.
Израсходовали 4200 рублей на взятки, но напрасно. Флот простоял в проливах уже 9 месяцев и в связи с надвигающейся, действительно, реальной угрозой войны эскадра получила приказ возвращаться домой.
Увидеть карту, правда, не настоящую, а точную копию можно в музее в зале, посвященном войнам и внешней политике 18-го века. Ну а настоящая карта – в фондах. Прячется от света и вредных влияний окружающей среды. Все-таки уникальный экспонат.