Как правильно вести себя при допросе, задержании, обыске - Калой Ахильгов - Быль о правах - 2019-05-17
17.05.2019
Как правильно вести себя при допросе, задержании, обыске - Калой Ахильгов - Быль о правах - 2019-05-17
Скачать
А.Кузнецов
―
Здравствуйте! В эфире радио «Эхо Москвы» программа «Быль о правах», как всегда, для вас работают Калой Ахильгов и Алексей Кузнецов.Народная мудрость гласит: «От тюрьмы и сумы не зарекайся», ну, сума это не совсем в нашу передачу, а вот тюрьма в нашу. И сегодня мы хотим поговорить о том, как следует, как осмотрительнее всего вести себя при допросе, при аресте и при обыске, вот при таких следственных действиях.
Ну, давайте начнем с допроса. Всегда ли допрос проводится обязательно в рамках уже начатого возбужденного уголовного дела или возможны какие-то предварительные допросы?
К.Ахильгов
―
Нет, никаких предварительных вопросов невозможно, если это допрос, то он только после того, как дело уже возбуждено, то есть в рамках дела. Если это до возбуждения дела, в рамках проверки, то это уже опрос, объяснение, это уже немножко другое, даже не следственное действие, это просто действие другое. Что касается допроса, то конечно, да, здесь это только в рамках уголовного дела.
А.Кузнецов
―
То есть перед допросом вам должны, вас должны четко проинформировать, во-первых, в каком качестве вас допрашивают…
К.Ахильгов
―
Совершенно верно.
А.Кузнецов
―
И во-вторых, в рамках какого, собственно, дела.
К.Ахильгов
―
Совершенно верно, в рамках дела, в каком статусе, когда, то есть это должна быть повестка. И тут же сразу хочу обозначить, опять же, может быть это звучит как-то немножко рекламно, но на самом деле это не так и практика показывает, что мои слова действительно имеют место, потому что когда свидетель идет на допрос, он идет туда как свидетель, и он довольный, что он не подозреваемый, а просто свидетель, но он не понимает, что в любую минуту он может превратиться в подозреваемого…
А.Кузнецов
―
Прямо в ходе допроса?
К.Ахильгов
―
Прямо в ходе допроса, прям завершить допрос и тут же предъявить ему протокол задержания в качестве подозреваемого, и все, и здесь он уже ничего не сделает. И после этого, конечно же, в чем ошибка, да, ошибка в том, что когда человек приходит на допрос в качестве свидетеля, он рассказывает все, ему говорят, слушай, все расскажи и мы тебя отпустим, и он начинает говорить все, включая, даже иногда говорит и состав преступления. Вот здесь следователь, конечно…
А.Кузнецов
―
Не будет его перебивать.
К.Ахильгов
―
Да, не будет перебивать, человек профессиональный, понимает о чем речь, и соответственно просто все аккуратно, точно, честно запишет, и соответственно поставит подпись, но после этого все, тут же он ему предъявляет обвинение и говорит, что, ну, не обвинение, но по крайней мере объявляет его подозреваемым, задерживает его в качестве подозреваемого и говорит ему, а теперь тоже самое, только с адвокатом. И уже смысл переделывать все эти показания в качестве подозреваемого после того, как вы дали показания в качестве свидетеля, уже нет, потому что даже в суде завтра, когда это все будет рассматриваться в суде, то суд скажет, слушайте, а вы дали здесь показания, да, прямо перед задержанием вас, вы дали правдивые, честные показания, а тут вы, конечно, в качестве подозреваемого пытаетесь отойти от обвинения, избежать ответственности, поэтому поменяли свои показания, и здесь суд воспринимает их критически, все, на этом точка. И поэтому, когда мне говорят, что а зачем нужен адвокат, когда ты идешь в качестве свидетеля, я говорю, вот поэтому.
А.Кузнецов
―
А допускается присутствие адвоката даже при допросе в качестве свидетеля?
К.Ахильгов
―
Конечно, не то, что допускается, это полное право, это полное право свидетеля, это не обязанность следователя привлекать адвоката, как в качестве, например, с подозреваемым, но это полное право свидетеля иметь адвоката при допросе.
А.Кузнецов
―
Следователь имеет хоть какую-то возможность воспрепятствовать присутствию адвоката?
К.Ахильгов
―
Нет, не имеет.
К.Ахильгов: В большинстве случаев невозможно взыскать какие-то убытки, связанные с вскрытыми дверьми
А.Кузнецов
―
Не имеет.
К.Ахильгов
―
Следователь не имеет права.
А.Кузнецов
―
То есть нет никаких изъятий, ни в каких делах, ни по какой категории?
К.Ахильгов
―
Мы всегда делаем так, если, например, ко мне обращается человек и говорит, что ему нужно сходить на допрос в качестве свидетеля, то, например, мои адвокаты, они связываются с следователем и сами согласовывают дату, уже когда им удобно и когда они свободны, потому что свидетель это не подозреваемый, тут нет обязанности являться в конкретное время. Он может получить повестку с указанием времени, но если он не может явиться в это время, он может предупредить следователя и сказать, что не смогу явиться и легко перенести дату допроса, здесь вопросов нет.Что касается уведомлений, то сейчас очень модно, некоторые следователи любят скидывать фотографии повесток в «WhatsApp» или в мессенджер какой-нибудь, это не обоснованно, то есть с точки зрения закона, да, они считают, что мы вас уведомили, но откуда вы знаете, что это я пользуюсь этим «WhatsApp», да, потому что «WhatsApp» необязательно привязан к номеру телефона с точки зрения звонков, да. Во-вторых, в законе четко прописано, что должен быть по адресу доставлен соответствующая повестка…
А.Кузнецов
―
То есть повестка должна быть вручена либо в руки, либо доставлена…
К.Ахильгов
―
По адресу.
А.Кузнецов
―
По адресу нахождения человека.
К.Ахильгов
―
Совершенно верно.
А.Кузнецов
―
Калой, скажите, пожалуйста, в чем практический смысл присутствия адвоката при допросе в качестве свидетеля? Что адвокат может?
К.Ахильгов
―
Я люблю всегда объяснять на практике, да, такие вещи…
А.Кузнецов
―
Давайте.
К.Ахильгов
―
Потому что, смотрите, вот расследовалось дело в Москве, вот пришла бухгалтер, ее допрашивали в качестве свидетеля, и она говорит, что да, мой руководитель поручил мне отправить деньги, обналичить, туда-то, мы их обналичили, соответственно у меня печать их в сумке, я ношу, на самом деле эти компании неработающие, технические, мы туда отправили денег, получили свои наличные деньги, ну, в общем, наговорила на незаконную банковскую деятельность, по большому счету. А будь с ней адвокат на месте, он просто сказал бы, что нет, не знаем ничего, да, вот есть компания, которой мы оплатили, а кто она, что она, мы не знаем.
А.Кузнецов
―
То есть адвокат, если бы она при нем начала давать подобного рода показания, он бы ее остановил?
К.Ахильгов
―
Конечно, конечно, но изначально, когда идешь на допрос, ты согласовываешь свою позицию с адвокатом, это правильно. Идти на допрос без адвоката, не согласовывая свои позиции, будучи не юристом, это тоже самое, что идти на операционный стол и самому себя оперировать, да, это то же самое.
А.Кузнецов
―
То есть самое главное, насколько я понимаю, в появлении адвоката на допросе, 2 важных момента, во-первых, психологический, это заставляет следователя держаться поближе к рамкам закона…
К.Ахильгов
―
Совершенно верно, об этом мы отдельно поговорим.
А.Кузнецов
―
Да, разумеется. И второе, это то, что перед допросом согласовывается позиция, адвокат предупреждает…
К.Ахильгов
―
Совершенно верно, более того, в ходе допроса…
А.Кузнецов
―
Своего клиента.
К.Ахильгов
―
Адвокат или свидетель могут в любой момент сказать, так, нам нужно 2 минуты остаться наедине, то есть им дают возможность остаться наедине. Если, например, следователь задает вопрос, ответ на который, например, смущает как-то свидетеля, тоже он может сказать, мне нужно посоветоваться со своим адвокатом, я хочу 5 минут времени, тут же объявляется перерыв в допросе, соответственно они согласовывают позицию по ответу и дальше продолжают. Иногда такие паузы, они могут быть и тактическим методом допроса со стороны адвоката, могут быть такие.
А.Кузнецов
―
Что называется ломается темп, да, так сказать.
К.Ахильгов
―
Да, желание, темп. Ну, то есть это все зависит от контекста, да, от того, какой психологический портрет у следователя, какое дело.
А.Кузнецов
―
Ну, то есть, скажем так, адвокат на допросе неудобен следователю, а это уже определенный дополнительный шанс его...
К.Ахильгов
―
Еще один пример приведу, значит, приходит ко мне как-то один клиент и говорит, что я был на допросе, там очень жестко со мной говорили, на «ты», ко мне очень, ну, то есть очень беспардонно общались со мной, не могли бы вы со мной сходить на допрос, я говорю, конечно, пойдемте. Мы сходили на допрос, к нам на «вы», нам чуть ли не чай предлагают, присаживайтесь, там все, то есть отношение совершенно другое. И когда мы вышли с допроса, у меня свидетель с такими глазами говорит, что это было вообще, это небо и земля просто, то есть присутствие адвоката, конечно, подстегивает следователя. Есть, конечно, следователи порядочные, которые и без адвоката ведут абсолютно объективно допрос, но в большинстве своем, к сожалению, есть и такие, кто злоупотребляет этим, у них есть некий свой уже наработанный метод…
А.Кузнецов
―
Набор приемов.
К.Ахильгов: Мы на практике очень часто встречаемся с тем, что понятые - какие-то граждане из Средней Азии
К.Ахильгов
―
Да, приемов, они каждый день с этим работают, конечно, у них есть опыт, практика. И в этом смысле, конечно, оставлять свидетеля наедине со следователем, это очень опасно, особенно, когда где-то пограничное дело, где свидетель может превратиться в какого-нибудь подозреваемого.
А.Кузнецов
―
Предположим, свидетель поступил неосторожно, пошел, не чувствуя за собой никакой вины, пошел на допрос без адвоката, и выяснилось, что это было неправильно, да, что может адвокат отыграть задним числом?
К.Ахильгов
―
Все зависит от контекста дела, да, но задним числом уже не отыграешь ничего, но скорректировать свои показания, например, если где-то что-то неправильно сказано, заявить дополнительное ходатайство о допросе свидетеля по новым каким-то обстоятельствам, которые важны для дела, да.
А.Кузнецов
―
И в ходе этого допроса, так сказать, изменить трактовку, формулировку…
К.Ахильгов
―
Да.
А.Кузнецов
―
Внести…
К.Ахильгов
―
Немножко, да. Как там пишется, ранее данные показания подтверждаю, хочу…
А.Кузнецов
―
В дополнение хочу уточнить.
К.Ахильгов
―
Да, и в общем, там уточняешь и необходимые нюансы.
А.Кузнецов
―
Ну, и в любом случае, в случае чего это дает хоть какой-то фундамент для защиты на суде, да, есть на что ссылаться…
К.Ахильгов
―
Конечно, конечно, потому что всегда суды говорят, а что вы делали на следствии, для чего вам следствие, если вы не делали свою работу на следствии, конечно, это важно.
А.Кузнецов
―
Теперь давайте поговорим про арест. Предположим, следователь избирает такую меру пресечения, значит, люди советского времени, по советским детективным фильмам хотя бы, помнят, что для этого нужна санкция прокурора, да, нужна была. Вот как сегодня обстоит дело, каким образом принимается и кто принимает решение об аресте?
К.Ахильгов
―
Следователь, конечно, не избирает никакой меры пресечения, следователь после задержания подозреваемого выходит в суд с ходатайством об избрании меры пресечения, либо сам избирает подписку о невыезде, только подписку о невыезде он может избирать сам, остальные меры пресечения, они избираются в суде. Соответственно либо арест, либо домашний арест, ну, залог очень редко избирается, по-моему, сейчас новая еще мера пресечения в виде неисполнения каких-то действий, она практически, ну, на практике я еще не встречал такого. И чаще всего следователь выходит с арестом, то есть с ограничением свободы и изоляцией от общества, да, это СИЗО, либо, что, к счастью, даже может быть последние 7-8 лет достаточно активно начали использовать такую меру пресечения, как домашний арест, особенно по экономическим преступлениям. Это медведевские реформы дали такой толчок к тому, чтобы использовать домашний арест. Должностные преступления, тоже часто применяют домашний арест.
А.Кузнецов
―
Ну, то есть преступления, несвязанные с насилием…
К.Ахильгов
―
Да.
А.Кузнецов
―
Несвязанные с наркотиками, да, вот с такими вещами.
К.Ахильгов
―
И примерно из 100% где-то 95, 96% ходатайства удовлетворяются судом, то есть если следователь вышел с ходатайством об аресте того или иного подозреваемого, то шансов того, что ему изберут какую-то другую меру пресечения, нежели изоляция от общества, это 3,4%.
А.Кузнецов
―
Ну, скажем, в конце допроса в качестве свидетеля следователь решает задержать этого человека и сменить ему статус. Он выносит постановление о задержании, сколько у него времени на то, чтобы получить в суде…
К.Ахильгов
―
48 часов.
А.Кузнецов
―
48.
К.Ахильгов
―
В течение 48 часов следователь выходит с ходатайством в суд, он прикладывает соответствующее подтверждение своему ходатайству, то есть допросы, допросы других свидетелей, подтверждающих вину подозреваемого, и уже в суде, в течение 48 часов суд уже решает.
А.Кузнецов
―
Суд может решать это в отсутствии того, чей вопрос решается?
К.Ахильгов
―
В отсутствии подозреваемого нет.
А.Кузнецов
―
Нет, то есть подозреваемый обязательно должен присутствовать на этом судебном заседании…
К.Ахильгов
―
Да.
К.Ахильгов: Если следователь вышел с постановлением об обыске сам, то отменять его суд уже не будет
А.Кузнецов
―
И соответственно он может быть со своим адвокатом.
К.Ахильгов
―
Да, он может и должен быть с адвокатом, потому что с момента, как его объявили подозреваемым, он либо берет адвоката по соглашению, если у него не было в качестве свидетеля, либо он берет адвоката…
А.Кузнецов
―
Ему предоставляют адвоката по назначению.
К.Ахильгов
―
Да, по назначению, да, по 51-ой статье УПК, и как бы все, точнее, да, УПК, все правильно.И после этого, конечно, все, уже он в качестве подозреваемого уже, в течение 10 дней ему должны предъявить обвинение, он превращается уже медленно в обвиняемого, и в стадии предварительного расследования он находится как обвиняемый.
А.Кузнецов
―
Насколько я понимаю, став обвиняемым, он может ссылаться на свое конституционное право не свидетельствовать против себя?
К.Ахильгов
―
Более того, есть конституционное право не свидетельствовать против себя не только у обвиняемого, оно у любого человека, не свидетельствовать против себя и своих близких, семьи и так далее, это 51-ая статья Конституции.
А.Кузнецов
―
Да, да.
К.Ахильгов
―
У обвиняемого есть еще другое право, не свидетельствуя против себя, он просто может отказаться от дачи показаний без ссылок ни на что, это 47-ая статья Уголовно-процессуального кодекса дает такое право.
А.Кузнецов
―
Насколько это разумная стратегия?
К.Ахильгов
―
Опять же все зависит от контекста дела, здесь тяжело сказать, потому что если, например, адвокат уже знает в чем суть обвинения, почему, то есть выработана определенная позиция, согласованная с подозреваемым, обвиняемым, то тогда смысла нет, тогда нужно сформировывать свою позицию и излагать свою версию событий.
А.Кузнецов
―
То есть иными словами, если есть чем наступать, надо наступать?
К.Ахильгов
―
Да, конечно.
А.Кузнецов
―
Не отсиживаться в обороне.
К.Ахильгов
―
Если же речь идет о том, что неизвестно за что задержали и непонятно о чем речь, то пишется, что сейчас показания давать не желаю или не готов по таким-то причинам, причины могут быть разные, это плохое самочувствие, это может быть ночное время суток, это может быть что угодно, но не отказываюсь, но дополнительно заявлю ходатайство о допросе в ближайшее время. Такое тоже возможно, соответственно заявляется ходатайство, уже когда сформирована позиция, они заявляют ходатайство, допрашиваются и уже излагают свою позицию вместе с адвокатом.
А.Кузнецов
―
Это делается для того, чтобы потянуть время до предъявления обвинения, чтобы стало понятно в чем обвиняют?
К.Ахильгов
―
Ну, не только потянуть время, да, потому что необязательно тянуть время, чтобы понять обвинение, обвинение может быть и предъявлено, но, например, адвокат, который только пришел, вошел в дело, он не в курсе вообще происходящего…
А.Кузнецов
―
И ему нужно время для того…
К.Ахильгов
―
Да, да.
А.Кузнецов
―
Чтобы собрать что-то свое.
К.Ахильгов
―
Согласовывать позицию со своим клиентом и уже они говорят, что давай так, сейчас мы отказываемся от дачи на основании разных причин, там много причин всяких, и после этого мы согласовываем с тобой позицию, и заявляем ходатайство о дополнительном допросе или там о допросе в ближайшее время, дни может быть даже, и уже в рамках допроса они. Следователь, кстати, не имеет права отказать на ходатайство подозреваемого, обвиняемого о его допросе, следователь не имеет права.
А.Кузнецов
―
Ну, он может фактически затягивать этот допрос, ссылаясь на занятость, график и так далее?
К.Ахильгов
―
Ну, в любом случае до окончания следственных действий на любой стадии он обязан это сделать.
А.Кузнецов
―
А то есть он не может отказать вообще в принципе?
К.Ахильгов
―
Вообще в принципе не может.
А.Кузнецов
―
Это понятно.
К.Ахильгов: Следователь не имеет права отказать на ходатайство подозреваемого о его допросе
К.Ахильгов
―
Это не может.Теперь хотел бы поговорить про допросы, очень часто бывает так, что проходят обыски в офисах, и идут допросы, например, подозреваемые у нас руководители компании, а сотрудники компании, они свидетели, и здесь очень бывает много вопросов, связанных с тем, а давать ли показания на месте, когда уже в ходе обыска начинают по одному сотрудников допрашивать, что отвечать, что говорить и так далее. Во-первых, я всегда говорю, что надо заранее готовить своих сотрудников к таким эксцессам, к таким, скажем так, нештатным ситуациям. Второе…
А.Кузнецов
―
То есть проводить учения…
К.Ахильгов
―
Ну, тренинги.
А.Кузнецов
―
По внезапному допросу.
К.Ахильгов
―
Совершенно верно, тренинги, так и называется. На самом деле, практика показывает, что один день тренинга сотрудника, он гораздо более эффективнее, чем нанимать адвоката в момент внештатной ситуации, потому что когда он знает, что ему делать в тот или иной момент, сотрудник, тогда бывает проще.
А.Кузнецов
―
А уже есть специалисты по таким тренингам?
К.Ахильгов
―
Конечно.
А.Кузнецов
―
Уже есть услуги такого рода…
К.Ахильгов
―
Конечно.
А.Кузнецов
―
Да, я просто никогда не сталкивался.
К.Ахильгов
―
Это нормальная, кстати говоря, история, и очень много компаний, крупных компаний, пользуются такими услугами, конечно.
А.Кузнецов
―
Это программа «Быль о правах», мы сейчас должны будет прерваться на короткое время, но оставайтесь, пожалуйста, с нами, впереди у вас еще несколько ценных практических советов.НОВОСТИ
А.Кузнецов
―
Вновь в эфире программа «Быль о правах», для вас в студии работают Калой Ахильгов и Алексей Кузнецов, и мы говорим о тактике поведения людей, попавших под подозрением, вот так вот скажем широко.Давайте вернемся к теме, когда против руководства компании возбуждено дело, и допрашиваются в качестве свидетелей сотрудники, да, как правильнее себя вести?
К.Ахильгов
―
Да, здесь могут, например, как свидетеля, сотрудника, сказать, ну-ка, давайте сейчас дадим показания. Конечно, находясь в стрессовой ситуации, сотрудники говорят, да, конечно, мы сейчас все расскажем. Самый правильный вариант для сотрудника, и конечно, его могут потом пугать, но по сути своей все остальное, что будет после, будет незаконным, сотрудник может сказать, ребята, вот мой адрес, вот мой паспорт, присылайте мне повестку, и я приду к вам со своим адвокатом уже на допрос, сейчас я говорить ничего не буду, это его полное право.
А.Кузнецов
―
И не надо даже никакие обоснования предъявлять…
К.Ахильгов
―
Абсолютно.
А.Кузнецов
―
Говорить, я себя плохо чувствую.
К.Ахильгов
―
Нет, не надо ничего, я не готов сейчас давать показания, я буду давать показания со своим адвокатом, это мое конституционное и процессуальное право, я буду давать показания, а вы меня уведомите, пожалуйста, о проведении допроса, когда он будет, я приду…
А.Кузнецов
―
То есть это хорошо тем, что человек показывает, что он в принципе не против того, чтобы сотрудничать со следствием, он не боится, но он знает свои права…
К.Ахильгов
―
Совершенно верно.
А.Кузнецов
―
И он хочет, так сказать, в выгодной для себя обстановке…
К.Ахильгов
―
Совершенно верно.
А.Кузнецов
―
А не для следователя.
К.Ахильгов
―
Выгодной для себя и в присутствии адвоката, что самое важное, потому что как мы уже сказали, в нашей стране уж точно сложно переоценить наличие адвоката при допросе, очень сложно переоценить. Особенно, когда речь идет о том, что может быть переквалифицируют, точнее, поменяют статус, а может быть не поменяют статус, когда это такая пограничная история, это очень важно.При обыске еще важно очень такая история, когда, это относится не только к свидетелям, но и к подозреваемым, вот проходит обыск, значит забирают у всех телефоны, это да, законно, то есть тут мы ничего не поделаем, телефоны, средства связи изымаются, но когда к подозреваемому или к свидетелю подходит оперативник, говорит, ну-ка, дай мне пароль…
К.Ахильгов: Есть конечно следователи порядочные, но в большинстве, к сожалению, злоупотребляют
А.Кузнецов
―
От телефона?
К.Ахильгов
―
Да, скажи-ка мне пароль, а там, например, условно, я тоже из практики говорю, подозреваемому проводили обыск дома, при обыске ничего не обнаружили, но взяли телефон, говорят, введи пароль, а он один, без адвоката, он вводит пароль, а там у него всякие ненужные…
А.Кузнецов
―
Переписка какая-то.
К.Ахильгов
―
Документы, переписки, которые легли в основу материалов дела, да. И конечно, в таких случаях тут самое главное, тут самое главное, вы могли даже забыть, по любой причине не говорить пароль, например, вы могли сказать, слушайте, я забыл, все, забыл, или просто сказать, не скажу, это тоже право ваше.
А.Кузнецов
―
Это законно?
К.Ахильгов
―
Абсолютно законно, не говорить пароль, то есть. Более того, у нас история была одна, когда изъяли ноутбук, дистанционно уничтожили все, что было на ноутбуке, он там уж нагрелся, я помню, что следователь очень злился на нас за это, но опять же сделать ничего не смог, потому что доказать, что это сделали мы невозможно было. Это такой маленький лайфхак может быть.
А.Кузнецов
―
Вот я довольно, ну, не довольно часто, но периодически слышу в соцсетях и так далее, вот проводили обыск, говорит человек, у которого проводили обыск, я спрашиваю, скажите мне, что вы ищите, а мне говорят, это наше дело, что мы ищем. Насколько я помню, вообще-то в постановлении о производстве обыска должны быть указаны цели обыска, в советское время, мне кажется, следователь обязан был вначале предложить обыскиваемому выдать там то, что ищут…
К.Ахильгов
―
Знаете…
А.Кузнецов
―
Что изменилось?
К.Ахильгов
―
Сейчас в постановлении о проведении обыска пишется, что для изыскания, изъятия вещей, предметов, имеющих важность для дела, а что это за предметы.
А.Кузнецов
―
То есть по сути тоже самое, мы сами знаем, что мы ищем.
К.Ахильгов
―
Да, мы сами знаем, что мы ищем, да, по большому счету так и есть. Это сейчас в отношении адвокатов, при проведении обыска у адвоката, там да, законом сейчас предусмотрено прописать конкретные предметы, которые будут изыскиваться в ходе обыска, а так в целом у обычных граждан, когда проводятся обыски, даже у свидетеля могут проводиться обыски, необязательно у подозреваемого, то они, конечно, так конкретно не пишут, что они ищут, они пишут, что…
А.Кузнецов
―
Возможно ли производство обыска без постановления?
К.Ахильгов
―
Смотрите, что касается постановления, да, обыск производится с постановления суда, но есть в законе такая норма, которая говорит, что при условиях, не терпящих отлагательств, следователь может вынести сам постановление о проведении обыска и в течение 24 часов после этого уведомить об этом прокурора и суд, о том, что он сам провел обыск. И если суд посчитает, что это все было законным, тогда он остается в силе, а если суд посчитает, что это было незаконным, то суд отменяет соответственно все последствия этого обыска.
А.Кузнецов
―
И результаты обыска не могут в качестве доказательств…
К.Ахильгов
―
Да, не могут…
А.Кузнецов
―
Быть представлены в суде.
К.Ахильгов
―
Но такого в практике…
А.Кузнецов
―
Вот я хотел спросить…
К.Ахильгов
―
В практике…
А.Кузнецов
―
Не встречается.
К.Ахильгов
―
Не встречается. Чаще всего, не знаю, 98%, 99 даже процентов, это когда если следователь вышел с постановлением об обыске сам, то отменять его суд уже не будет.
А.Кузнецов
―
А на практике следователи часто вот таким образом поступают?
К.Ахильгов
―
Ну, раньше было гораздо чаще, сейчас, я думаю, что может быть какой-то надзор со стороны прокуратуры, а может быть и какие-то другие факторы, но сейчас стало гораздо реже. Но опять же, условий, не терпящих отлагательств, в законе четко не прописано, да, это следователь сам определяет, каковы эти условия, не терпящие отлагательств, может быть там действительно кого-то там убивают, да, или хранится склад оружия…
А.Кузнецов
―
Ну, да, или есть, скажем, веские основания полагать, что уже знают о предстоящем обыске и могут уничтожить там улики.
К.Ахильгов: Идти на допрос без адвоката - то же самое, что самому себя оперировать
К.Ахильгов
―
А может быть это, например, следователь дружит с каким-нибудь бизнесменом, конкурента которого нужно немножко попугать, тогда следователь может сам пойти, провести обыск, попугать его, чтобы уже тот начал какие-то действия предпринимать, чтобы загладить свою вину.
А.Кузнецов
―
Понятые при обыске, какие по этому поводу есть в законе указания и ограничения?
К.Ахильгов
―
Понятые это, конечно, наш большой пробел в законодательстве, я считаю, по крайней мере, потому что у нас неограничен круг лиц, кто могут быть понятыми, там за исключением несовершеннолетних и психически ненормальных и так далее, то есть я к тому говорю, что любой иностранец может стать понятым. У нас, мы на практике очень часто встречаемся с тем, что понятые, например, какие-то граждане из Средней Азии становятся…
А.Кузнецов
―
Ну, дворника легко найти на месте…
К.Ахильгов
―
Ну, дворник ладно, дворник то еще ладно, а если этот человек, который напрямую зависит от действий следователя, который может организовать ему депортацию, а он приходит и подтверждает все, что следователь скажет.
А.Кузнецов
―
То есть следователь находит нескольких бедолаг, которые от него, по сути, зависят, да, и возит их с собой…
К.Ахильгов
―
Я вам больше скажу, у нас был даже один следователь в Москве, здесь, у которого в 7 делах, в расследуемых им…
А.Кузнецов
―
Разных?
К.Ахильгов
―
Разных делах, были одни и те же понятые, то есть…
А.Кузнецов
―
Он их возил с собой.
К.Ахильгов
―
Штатные понятые, да, один из них жил в Домодедово, другой в Сокольниках, а следствие, например, на Новослободской.
А.Кузнецов
―
То есть у криминалиста с собой чемоданчик, у эксперта…
К.Ахильгов
―
Да.
А.Кузнецов
―
А у следователя с собой дежурный набор понятых.
К.Ахильгов
―
Совершенно верно. Поэтому с понятыми у нас большая проблема, я даже писал об этом большую заметку на тему, что лучше бы сделать, изменить там, я считаю, что вообще нужно ограничить лиц без гражданства и иностранных лиц, чтобы они не были понятыми.
А.Кузнецов
―
Ну, да, поскольку понятой это гражданский долг, по сути.
К.Ахильгов
―
Да, это гражданский долг это раз, второе, что самое главное, когда ты завтра вызываешь понятого в суд, ты его никак не вызовешь, если он гражданин другого государства или без гражданства, куда ты ему отправишь повестку…
А.Кузнецов
―
Ну, да.
К.Ахильгов
―
Ты его насильно, так сказать, в наручниках не приведешь, потому что, ну, тебе не дано такое право, а если суд направляет повестку и оттуда ничего не приходит в ответ, то суд скажет, ну, извините.
А.Кузнецов
―
Мы все сделали.
К.Ахильгов
―
Мы все сделали, если можете, обеспечьте явку сами, а мы не можем обеспечить явку, потому что мы не знаем, где живет человек. И вот этот пробел, конечно, он сильно бьет по защите, потому что часто бывает так, что понятые действительно делают какие-то замечания может быть даже, в протоколе, крайне редко, но делают, но при этом хочется бы их допросить, потому что даже когда они, не глядя, подписывают протокол, все равно в суде можно их расколоть, начиная от того, например, как выглядел кабинет, заканчивая тем, в какое время суток вы находились там то, там то и так далее. То есть вопросов можно задать множество разных, всяких, которые бы все-таки поставили под сомнение объективность и не ангажированность того же понятого, да, это отдельная история. Но по закону, да, предусмотрены понятые, понятые должны быть минимум 2 человека, понятых можно позвать и своих. Например, мы часто делаем так, если в доме или в квартире обыск, мы зовем соседей, как понятых, чтобы они тоже присутствовали и давали свои, так сказать, замечания в протокол.
А.Кузнецов
―
Понятых может быть более двух?
К.Ахильгов
―
Да, может быть.
А.Кузнецов
―
Следователь может воспрепятствовать присутствию, скажем, понятых, приглашенных адвокатом?
К.Ахильгов
―
По закону нет, по закону не может, поскольку 2 и более прописано в законе, а кто их приглашает уже как бы не имеет значения, но на практике встречаются следователи, которые говорят, нет, нам вот этих двоих достаточно, остальные выйдете, и воевать с ними, с операми, тоже не получится.
А.Кузнецов
―
А обжаловать как-то это можно потом?
К.Ахильгов: Это полное право свидетеля - иметь адвоката при допросе
К.Ахильгов
―
Да, конечно, мы в протоколе пропишем, что да, вот мы хотели позвать такого то понятого, следователь нам отказал, но это долгая история.
А.Кузнецов
―
А насколько вообще, вот я помню, что следователь обязан разъяснять перед началом обыска, что тот человек, у которого обыск производится, может делать в протоколе соответствующие свои…
К.Ахильгов
―
Да.
А.Кузнецов
―
Насколько это имеет смысл, насколько суд обращает внимание на замечания, сделанные…
К.Ахильгов
―
Имеет, имеет смысл, да, имеет смысл. Просто есть другой момент, когда может быть даже не стоит какие-то замечания делать, да, если следователь где-то ошибся, то делать заметку о том, что он ошибся, не стоит может, потому что он может ее исправить. А в другом случае, конечно, всегда, когда есть основание говорить о том, что следователь нарушает либо процесс, либо материальную часть, то обязательно нужно указывать в протоколе, чтобы потом обжаловать это и уже в суде доказывать, что следователь был неправ.
А.Кузнецов
―
Чисто материальные последствия многих обысков бывают достаточно разрушительны, да, от просто беспорядка в квартире до крупного беспорядка в квартире.
К.Ахильгов
―
До потери вещей.
А.Кузнецов
―
До потери вещей, до сломанных вещей, испорченных вещей. Вот каковы шансы на то, чтобы получить какое-то возмещение нанесенного вреда?
К.Ахильгов
―
Крайне малы, скажу кратко, потому что у нас времени немного, крайне малы. В подавляющем большинстве случаев невозможно взыскать какие-то убытки, связанные с вскрытыми дверьми и так далее, и так далее, это очень сложно доказывать, потому что суд пишет, что все эти дела были обоснованы, следователь действовал в рамках закона и так далее, и так далее, поэтому тяжело.И еще важный момент понятых, почему они должны быть и должны быть качественными, хорошими понятыми, потому что очень часто бывает так, что следователи, придя на обыск, обнаруживают там то, чего там не было.
А.Кузнецов
―
Естественно, собственно, это одно из главных назначений….
К.Ахильгов
―
Да, и это очень важно, потому что это то, что они нашли и чего там не было, оно потом ложится в основу…
А.Кузнецов
―
Вот здесь настоящий понятой может быть им помешать.
К.Ахильгов
―
Да, да, совершенно верно.
А.Кузнецов
―
Это была программа «Быль о правах», Калой Ахильгов, Алексей Кузнецов, слушайте нас в следующую пятницу, всего вам доброго!
К.Ахильгов
―
До свидания!