Административный арест - Калой Ахильгов - Быль о правах - 2018-12-28
28.12.2018
А. Кузнецов
―
Здравствуйте! В эфире программа «Быль о правах», последняя программа уходящего 2018 года — года рождения нашей программы. В студии Калой Ахильгов и Алексей Кузнецов. И сегодня мы подготовили, может быть, не самую предпраздничную тему. Но в юридической специальности вообще не так много праздничных тем, к сожалению. Новостным поводом для передачи было то, что несколько дней назад освободился после отбывания срока административного ареста известный правозащитник Лев Пономарёв. И мы решили сегодня поговорить о том, что сегодня представляет собой административный арест — те привычные советскому человеку «15 суток», как его называли. Я думаю, что под праздники большинство телеканалов будет, как обычно, крутить старые советские фильмы, в том числе «Операцию Ы и другие приключения Шурика». И там знаменитый эпизод, когда капитан милиции в исполнении Владимира Басова прямо перечисляет основные составы правонарушений, за которые раньше люди оказывались на этих самых сутках: «Граждане тунеядцы, алкоголики, хулиганы» и так далее. Вот 7 или 15 суток, по-разному — в основном это было мелкое хулиганство в различных формах в советское время. Что сегодня собой представляет административный арест?
К.Ахильгов: Административный арест у нас в последние годы стал неким политическим наказанием
К. Ахильгов
―
Мало чем отличается от советского периода, потому что это все те же сутки. Но есть нижний порог — это какой-то штраф, в районе 500 рублей, 1000 рублей и так далее. Начинается от 500 рублей и выше. И, соответственно, до 30 суток административного ареста. Но 30 суток применяется в двух случаях. В первом случае — это когда вы повторно нарушили статью 19.3 и 20.1 — неповиновение сотрудникам правоохранительных органов и нарушение правил проведения публичных мероприятий: митингов, шествий, пикетов и так далее. Вот тогда до 30 суток. Ну и моменты, связанные с нарушением режима контртеррористической операции — это тоже до 30 суток.
А. Кузнецов
―
А что это может подразумевать? Какие конкретно деяния — нарушение режима контртеррористической операции?
К. Ахильгов
―
Объясню. Вот недавно, если помните, в Ингушетии была такая история, связанная с тем, что установили границу. И там, на вот этой вот спорной территории ввели режим контртеррористической операции, когда узнали, что общественники едут туда, для того чтобы провести субботник вокруг родовых башен и так далее. Если бы они доехали до этого места и прошли бы на эту территорию контртеррористической операции, они бы, скорее всего, получили до 30 суток.
А. Кузнецов
―
То есть нарушение этого режима — это просто нахождение на территории без соответствующего разрешения?
К. Ахильгов
―
Совершенно верно. Далее. Поскольку административный арест — это единственное наказание, которое связано с ограничением свободы, и назначает его только суд, поэтому все ходатайства, например, административного органа, который надзирает, о назначении административного наказания в виде ареста, соответственно, идут в суд для того, чтобы назначить административное наказание. Только суд. Есть ряд наиболее распространённых статей, по которым назначается именно арест. Я их перечислю вкратце. Это всё, что связано с ДТП и с сотрудниками ГАИ. Например, в пьяном виде, будучи лишенным прав, либо вовсе не иметь права — не получены, либо лишенный, либо оставить место ДТП, отказаться пройти медосвидетельствование. Всё это предполагает...
А. Кузнецов
―
То есть это ряд тяжких нарушений правил дорожного движения.
К. Ахильгов
―
Совершенно верно.
А. Кузнецов
―
Причём только со стороны водителя. Пешеход не может оказаться под административным арестом.
К. Ахильгов
―
Нет. У нас есть административные нарушения, но не связанные с административным арестом. Нарушение общественного порядка. Есть такая статья 20.21 Административного кодекса. Она тоже предполагает, соответственно, административный арест.
А. Кузнецов
―
Это то, что раньше назывался мелким хулиганством?
К. Ахильгов
―
Нет, мелкое хулиганство у нас осталось. В Административном кодексе она есть. Хотя она тоже предполагает арест до 15 суток. В среднем обычно выбирают 5-7 суток.
А. Кузнецов
―
Просто интересно, в чём разница между хулиганством и нарушением общественного порядка.
К. Ахильгов
―
Тут диспозиция разная. «Нарушение общественного порядка с целью такой-то». А нарушение общественного порядка просто как отдельный состав — она может включать всё что угодно. Вы знаете, в практике есть такой момент, когда, например, человека нужно задержать сотрудникам полиции. Они наверняка знают, что он совершил уголовное преступление, но нет доказательств. Они его административно арестовывают, предъявляют ему нарушение общественного порядка — что он якобы матерился, кричал, обзывался и так далее. Суд ему назначает несколько суток административного ареста, после чего они за эти несколько суток добывают ему доказательства уже по уголовному делу. Это очень распространенная практика, к сожалению. Она, по большому счёту, является злоупотреблением, потому что если нет на данный момент доказательств, они обязаны отпустить. Но они фальсифицируют, фактически.
А. Кузнецов
―
Фактически, получается, что это фальсификация: подставные свидетели, липовые рапорты...
К. Ахильгов
―
Да, да. Даже, допустим, административный арест избирается на основании показаний тех же сотрудников. Как обычно суд формулирует?
А. Кузнецов
―
«Нет оснований не доверять сотрудникам».
К. Ахильгов
―
Совершенно верно. Далее. Есть еще ряд статей, по которым избирается непосредственно арест. Это демонстрация свастики, нацистской символики и так далее. Потом неповиновение законному распоряжению сотрудника. О нём мы ещё подробно поговорим.
А. Кузнецов
―
Да, это, безусловно, одна из самых распространённых статей.
К. Ахильгов
―
Потом невыполнение лицом, освобожденным из мест отбывания наказания, требований, которым к нему предъявляются.
А. Кузнецов
―
Это связано с паспортным режимом, с режимом проживания...
К. Ахильгов
―
Совершенно верно. Если есть ограничения и так далее. Как мы сказали, мелкое хулиганство — это статья 20.1. Также нарушение установленного порядка проведения публичных мероприятий — мы о них тоже поговорим поподробнее. Нарушение требований режима чрезвычайного положения тоже предполагает административный арест. Ну и самовольное оставление места отбывания административного ареста также предполагает административный арест. Сразу оговорим про лиц, которые не могут привлекаться к административной ответственности. Точнее, к ответственности в виде ареста. Это беременные женщины, дети до 14 лет, лица, не достигшие возраста 18 лет и инвалиды 1-й и 2-й группы.
А. Кузнецов
―
Дети только до 14? то есть, в принципе, несовершеннолетних можно подвергать административному аресту?
К. Ахильгов
―
Лицам, не достигшим возраста в 18 лет. Нет, я имею в виду, беременным женщинам и женщинам, имеющим детей до 14 лет. Соответственно, с учетом тяжести, с учетом отягчающих вину обстоятельств суд выбирает до 15 суток.
А. Кузнецов
―
Бывает в практике краткосрочный арест: 2 суток, 3 суток?
К. Ахильгов
―
Бывает, бывает довольно часто. Но чаще всего, поскольку административный арест у нас в последние годы стал неким политическим наказанием — обычно это неповиновение требованиям сотрудников либо нарушение порядка проведения публичных мероприятий и так далее. Оно стало больше каким-то политическими инструментом за последние годы. Поэтому, конечно, здесь они избирают максимальную меру наказания в виде 15 суток. А при повторном нарушении и 30 суток. Мы это знаем по известным событием.
А. Кузнецов
―
И по Навальному...
К. Ахильгов
―
Да. И как раз хотел остановиться более подробно на неповиновении законному распоряжению сотрудника полиции, либо военнослужащих и так далее. Статья звучит так, что, скажем так, под неповиновение требованиям конкретных должностных лиц подведены полиция, сотрудники миграционной службы, УФСИН, Нацгвардии, сотрудники ФСБ, ФСО. То есть все силовики подведены под эту статью. То есть если одного из них, любого ослушался, то административный арест на 15 суток либо штраф от 500 до 1000 рублей. Я сам защищал людей, выступавших, по-моему, в прошлом году 26 марта. Практика показывает, что обычно избирается максимальная мера. То есть обычно либо 10, либо 15 суток избирается в отношении тех, кто нарушает эту статью. И ещё один очень важный момент. Когда проводятся публичные мероприятия — согласованные, несогласованные. Это уже другая категория частей этой статьи, но суть не в этом. Суть в том, что когда мероприятие проводится и задерживается человек за нарушение правил проведения такого мероприятия, ему вменяются сразу две административные статьи. Первая — это как раз та, о который мы говорим: неповиновение законному распоряжению сотрудника правоохранительных органов. И вторая — это как раз нарушение порядка проведения публичных мероприятий. То есть сразу две. Есть хорошая практика, когда один из тех, кто был привлечен к административной ответственности по обеим этим статьям, дошли до Верховного суда, и Верховный суд сказал: нет, так нельзя. Если он нарушил порядок проведения публичных мероприятий, то этого достаточно, чтобы ему не вменять дальше неповиновение. Потому что оно по умолчанию предполагает неповиновение. Потому что если, условно говоря, вам полицейский говорит: «Не ходите на проезжую часть», а вы туда пошли, вы нарушили и то, и другое. То есть одним действием два состава — так нельзя.
А. Кузнецов
―
А в принципе, само содержание этого деяния: нарушение правил проведения массовых мероприятий. Какого рода нарушения? Какой род деяний могут признать нарушением? Если вы не организатор, если просто пришли.
К. Ахильгов
―
Даже если вы не организатор, это тоже может быть основанием. В статье 20.2 есть 6-й пункт, в котором говорится, что участие в несанкционированном собрании, которое повлекло нарушение доступа к социальным объектам, нарушение пешеходных тротуаров... То есть люди, не участвующие в митинге, не имеют возможности, например, воспользоваться пешеходным движением, объектом транспортной и социальной инфраструктуры и так далее. То есть под это можно подвести всё что угодно по большому счёту.
К.Ахильгов: Есть организатор нарушения — у него своя санкция. И есть участник. А наказания одинаковые для обоих
А. Кузнецов
―
Практически любой человек, просто оказавшийся, даже случайно, в зоне проведения такого мероприятия, не сможет доказать, что он не был его участником.
К. Ахильгов
―
Так и происходит. Очень много. Вы же помните историю мамы и дочки, которые были задержаны. Которые приехали из Питера буквально накануне. Они были задержаны случайно, не могли уехать обратно. Причём в одном и том же Тверском суде разные судьи судили и маму, и дочку. Один судья отпустил дочь, а второй судья арестовал мать. Был такой диссонанс, такая коллизия, потому что дочь потом сказала: «Давайте я пойду к своей матери, буду с ней сидеть, отбывать этот арест, потому что мне некуда идти». Даже вот такая история была. Конечно же, это незаконно. Конечно же, формулировка должна быть достаточно четкой. Тем более есть Федеральный закон о проведении шествий, митингов и так далее, которому, в принципе, эта статья противоречит по большому счёту. Если говорить о духе статьи, она ему противоречит. Возвращаясь к статье «Неповиновение законному распоряжению», я хотел вот что сказать. Есть некое решение Санкт-Петербургского суда. Я его специально выделил для того, чтобы сегодня рассказать о нём.
А. Кузнецов
―
Городского суда.
К. Ахильгов
―
Да, городского суда как суда второй инстанции. Там есть очень интересная формулировка. Суд пишет: «Доказательствами достоверно установлено, что несогласованное публичное мероприятие там-то там-то отвечает признакам митинга, то есть является публичным мероприятием в соответствии с Законом о митингах, собраниях и демонстрациях». Дальше очень интересно. «При этом вывод постановления о том, что данное публичное мероприятие не было согласовано в установленном порядке...». То есть понимаете: с одной стороны, ссылаясь на Закон о собраниях и митингах, суд говорит, что это митинг, суд говорит, что «не допускается проведение публичного мероприятия без соответствующего уведомления органов исполнительной власти». И тут же он ссылается на норму о том, что мероприятие не было согласовано. А разница в чём?
А. Кузнецов
―
Согласование или уведомление.
К. Ахильгов
―
Да, то есть ссылаясь на федеральный закон, который говорит, что достаточно уведомления, суд тут же ссылается на местную норму, которая говорит о необходимости согласования. Они противоречат друг другу. Но при этом человек был привлечен к административной ответственности, его жалоба была отклонена — ну, то есть оставлена без изменения. Вот этот нюанс тоже нужно обязательно учитывать, когда дела подобного рода рассматриваются в судах. Суд, по сути своей, используя два нормативно-правовых акта, которые ровно противоречат друг другу, положил их в основу одного решения. И это встречается, к сожалению, довольно часто. Дальше. Вот смотрите, есть статья, о которой мы говорим: нарушение установленного порядка организации и проведения публичных мероприятий. Там есть несколько пунктов как в отношении организаторов, так и в отношении участников. Тут есть очень интересный нюанс. Смотрите: в отношении организаторов максимальное наказание — исправительные работы до 40 часов. Для обычных граждан, соответственно, для юрлиц там штрафы до 100 тысяч рублей. И непосредственно для участников — не организаторов — там тоже есть интересное: «нарушение участником публичного мероприятия». Ровно то же самое. То есть есть организатор нарушения — у него своя санкция. И есть участник. А наказания одинаковые для обоих, то есть до 40 часов обязательных работ.
А. Кузнецов
―
Законодатель не различает.
К. Ахильгов
―
Вообще не различает. Более того: видно прямо, что вкрутили эту статью и тот же пункт 6. Есть тут пункт 6.1. Он говорит: «участие в несанкционированных собраниях, митингах и так далее, повлекших создание помех функционированию объектов жизнеобеспечения, транспортной и социальной инфраструктуры, связи и движению пешеходов и транспортных средств, либо доступа граждан к жилым помещениям». Вот представьте себе: на Пушкинской проходит митинг. Вот представьте себе, что у перехода с Пушкинской на другую сторону скопились люди и там мешают обычным гражданам проходить. Всё. Состав? Состав. 6.1 и арест до 15 суток.
А. Кузнецов
―
Возьмём праздничный сюжет. В 0 часов 1 января, скажем, на Арбате, на пешеходном Старом Арбате некая компания людей будет шумно, там, у театра Вахтангова, праздновать Новый год и тем самым создавать помехи для прохода гипотетических пешеходов.
К. Ахильгов
―
Это то, о чём я говорю: что это очень политическая статья. То есть её можно иногда использовать, а можно не использовать. Вспоминая ту же Ингушетию, вспомните эти митинги. Они первые 3 дня были несанкционированными. И власти ни так, ни сяк не реагировали на это. Но при этом, слава Богу, не применялась и сила. И, в принципе, если подойти к вопросу теоретически, все участники — сколько там? несколько десятков тысяч — могли бы попасть под эту статью. Но там, скажем так, опять же было принято политическое решение, и всё это оставили как есть и согласовали. То есть я говорю о том, что здесь вопрос стоит не столько юридический, сколько политический.
А. Кузнецов
―
Скажите, пожалуйста, насколько я понимаю, в случае с Львом Пономарёвым его защите удалось сократить срок административного ареста. Бывали ли случаи, когда удавалось вообще отстоять доверителя и добиться того, чтобы не выносилось такое решение?
К. Ахильгов
―
Спасибо за этот вопрос, потому что я как раз хотел рассказать на своей практике, как у нас это было. Очень часто все ребята, которых задерживают (а это обычно молодые ребята — студенты либо только закончившие вузы) снимают задержание на телефон. И это иногда очень сильно помогает, потому что мы представляем видеозапись суду как доказательство. Потому что как пишется в протоколе? «Ругался, толкался, обзывал полицейского, хулиганил» и так далее. А когда мы смотрим видеозапись, мы видим, что ничего такого нет.
А. Кузнецов
―
Мы прерывается на 5 минут. Оставайтесь с нами! После перерыва мы завершим рассказ о практике применения данного вида наказания.НОВОСТИ
А. Кузнецов
―
Вновь в студии Алексей Кузнецов и Калой Ахильгов. Перед перерывом Калой начал рассказывать о том, как правильно попытаться создать основания для того, чтобы добиться либо пересмотра решения суда, либо вообще чтобы суд не выносил решение, связанное с арестом. Первая рекомендация — по возможности фиксировать это на телефон хотя бы.
К. Ахильгов
―
Да, на телефон, потому что это действительно... Конечно, не все судьи реагирует на телефон и на записи, не все соглашаются принять это как доказательство. Хотя в административном законодательстве, например, видеозапись с регистратора в машине принимается как доказательство. Почему бы здесь и видео с телефона не принять как доказательство? Нас однажды это спасло. Нас ещё спасло один раз то, что когда, например, несколько человек задержали и всем подряд давали по несколько суток, вдруг у человека, которого я защищал, помимо видеозаписи, которая у нас была, у него были документы о том, что у него астма. И мы за счёт этого доказали суду, что человек не может находиться без лекарств в спецприёмнике. Суд ему назначил просто штраф 1000 рублей, по-моему. То есть здесь состояние здоровья тоже имеет важное значение для суда при назначении административного наказания. Но основные нарушения, которые можно отстоять, связаны всё-таки не столько с тем, как по документам, по протоколам вёл себя административный арестованный, сколько с тем, как был оформлен сам протокол. Потому что очень многие полицейские не умеют оформлять протоколы и оформляют их с нарушениями. И суды очень часто возвращают их. А, соответственно, если возвращают, то истекают сроки давности рассмотрения административного дела. И по этим основаниям прекращают.
А. Кузнецов
―
Какие сейчас, в данный момент, сроки давности по административному делу?
К.Ахильгов: Если подойти теоретически, все участники - несколько десятков тысяч — могли бы попасть под эту статью
К. Ахильгов
―
До 2 месяцев.
А. Кузнецов
―
С момента совершения?
К. Ахильгов
―
Да, совершения административного правонарушения. Далее, если говорить про повторное правонарушение. Как раз недавно, по-моему, в 2014 году, были введены эти изменения, которые касаются 30 суток. 30 суток ранее назначалось только лишь за нарушение режима контртеррористической операции. Всё, более не назначалось. Максимум был предел 15 суток. Но когда внесли изменения в 2014, по-моему, году, тогда уже за повторное совершение административного правонарушения, связанного с нарушением порядка проведения общественных мероприятий...
А. Кузнецов
―
То есть давайте еще раз подчеркнем: не любого административного правонарушения, а только связанного с порядком проведения мероприятий.
К. Ахильгов
―
Да, административный арест избирается до 30 суток, а если это должностное лицо или юрлицо, то там штрафы чуть ли не до миллиона рублей. То есть немножко, скажем так, ужесточили это. И мы видим, что на практике это некий инструмент давления, по сути своей. На примере того же Навального мы можем посмотреть, что человек может в году просидеть 5-6 месяцев под административным арестом. А это мало чем отличается от нахождения в СИЗО.
А. Кузнецов
―
Давайте поговорим об условиях отбывания административного ареста. Раньше, в советское время, это были КПЗ — камеры предварительного заключения. Там же находились и административно арестованные. И насколько мы все помним, опять же, по фильму, отбывание административного ареста было связано для большинства отбывающих с обязательным трудом. Вот как герой артиста Смирнова оказывается на стройке, собственно говоря. Сегодня административный арест соединён с трудом?
К. Ахильгов
―
Нет, административный арест не соединён с обязательным трудом. То есть может быть мера наказания в виде обязательных работ.
А. Кузнецов
―
Но это отдельно.
К. Ахильгов
―
Да, это не совмещается с административным арестом. Административный арест отбывается в специальных приемниках. В Москве их, по-моему, около 5, если не ошибаюсь.
А. Кузнецов
―
И они только для административных административных арестованных.
К. Ахильгов
―
Да, только для них. Насколько я знаю — я общался с несколькими людьми, кто находился в таких местах — условия там, конечно же, получше, чем в СИЗО. То есть там и ремонт, и питание более-менее хорошее, и условия. Если что-то передать, то гораздо быстрее можно передать и книги, и еду.
А. Кузнецов
―
И ограничения для передачи, видимо, не такие жёсткие.
К. Ахильгов
―
Конечно, не такие жёсткие, как в СИЗО. Но при этом по своему, скажем так, нахождению в ограниченном пространстве это мало чем отличается от СИЗО.
А. Кузнецов
―
Ну вот я помню, что даже Алексей Навальный, в частности, не жаловался, но как-то упоминал о том, что во время отбывания, по-моему, его последнего административного ареста его поместили в одно помещение с лицом без определенного места жительства со всем вытекающим отсюда набором ароматов и всего прочего. Есть какие-то санитарные требования?
К. Ахильгов
―
Смотрите, таких вот жёстких санитарных требований, которые бы ограничивали приём в спецприёмник, нет, к сожалению. Но при этом, конечно же, должны быть какие-то, скажем так, ограничения медицинского характера, чтобы не заразить одного другим. Но, насколько я знаю, у нас в стране, даже имея какие-то формальные юридические основания не помещать человека в спецприёмник, а, например, поместить его в какое-нибудь учреждение здравоохранения, наоборот, чтобы там привести его в порядок, у нас если суд решил, значит, всё. Значит, они посадят его в спецприёмник, несмотря на его состояние, ароматы и всё остальное. К сожалению, различий в этом у нас пока еще не научились делать. Но я надеюсь, что всё-таки это примут к сведению. У нас же та же история в СИЗО: совершенно здоровый человек может находиться в одной камере с туберкулезником или зараженным СПИДом. Простите, но это тоже очень опасно для здорового человека, в первую очередь.
А. Кузнецов
―
Ну да, очень трудно избежать использования общей посуды и многих других вещей.
К. Ахильгов
―
Совершенно верно. Мы знаем, что это всё передаётся капельным путем и так далее.
А. Кузнецов
―
Некоторые стадии и формы туберкулеза — да. Не все, но некоторые — безусловно. Скажите, пожалуйста, вот вы сказали «если суд решил». Какие есть возможности обжаловать приговор суда к административному аресту?
К. Ахильгов
―
Правила общие для судов общей юрисдикции. То есть если суд принял решение об аресте, то вышестоящей инстанцией, например, для Москвы является Мосгорсуд. Кстати, мы уже говорили, что со следующего года сменяются инстанции. В любом случае, на данный момент это Мосгорсуд. Можно обжаловать в коллегию по административным делам Московского городского суда.
А. Кузнецов
―
В этом случае решение не вступит в законную силу, человека не отправят прямо из зала суда отбывать...
К. Ахильгов
―
Нет...
А. Кузнецов
―
Отбывать отправят.
К. Ахильгов
―
Отправят, потому что решение об административном аресте вступает в силу сразу.
А. Кузнецов
―
В отличие от решения по уголовному делу.
К. Ахильгов
―
Совершенно верно. Но при этом если вышестоящая инстанция отменит это решение, то, естественно, его освободят сразу. Но чаще всего, если происходит...
А. Кузнецов
―
В этом случае будет какая-то компенсация за уже отбытый...?
К. Ахильгов
―
Вот я про это и говорю. Чаще всего, когда происходит отмена, она происходит с учётом того, что он отбыл. Например, если он отбыл неделю...
А. Кузнецов
―
Суд сокращает до недели.
К. Ахильгов
―
Совершенно верно, чтобы сразу освободить его за уже отбытым административным наказанием.
А. Кузнецов
―
Ну хорошо, вот случай Алексея Навального, который действительно там набирает целый месяц суммарно в году административного ареста. Всем, я думаю, понятно, что это, так сказать, некие игры вокруг Алексея Навального и запугивание его сторонников. А вообще как часто у нас применяются такого рода меры?
К. Ахильгов
―
Вы знаете, вот возьмем по нарушениям правил дорожного движения. Если находишься за рулем без водительского удостоверения, имея в виду, что водителя его уже лишили, и он всё-таки без него...
А. Кузнецов
―
Или, скажем, никогда его и не было, то есть человек просто не сдавал на права.
К. Ахильгов
―
То в среднем легко дают 5-7 суток. И для того, чтобы их не дали, надо обосновать, почему ты не можешь находиться в спецприемнике: состояние здоровья либо ты один воспитываешь детей, или какие-то другие причины, по которым ты суду заявляешь: я готов нести ответственность в виде штрафа либо в виде исправительных работ, но не могу, поскольку у меня такие-то причины. Но так, по практике, суд легко назначает административный арест, в том числе, и по другим статьям. По сутенёрству очень легко назначает. У нас тоже есть такая административная статья — тоже легко назначает административный арест.
К.Ахильгов: Мы видим, что на практике это некий инструмент давления, по сути своей
А. Кузнецов
―
Видимо, достаточно труднодоказуемая, насколько я понимаю.
К. Ахильгов
―
Вы знаете, поскольку, скажем так, те, кто привлекает людей, уже давно знают этих людей, наблюдают за ними, их нарушениями и деятельностью, то понятно, что они имеют какие-то обоснования говорить о том, что они нарушили законодательство. Более того: когда полицейский уже составляет протокол о соответствующем нарушении и обращается в суд о назначении административного наказания в виде ареста, конечно, у суда опять же нет оснований не доверять сотруднику полиции.
А. Кузнецов
―
А вот такие, скажем, составы административных правонарушений, связанные с нарушением природоохранного законодательства, пожарных правил, санитарных норм? За это бывает административный арест?
К. Ахильгов
―
Чаще всего за это штрафы, потому что это больше связано всё-таки не с физлицами, а с юридическими лицами.
А. Кузнецов
―
А, скажем, какое-нибудь мелкое браконьерство, не образующее состава уголовного преступления?
К. Ахильгов
―
Вполне возможно. Я сейчас навскидку не скажу...
А. Кузнецов
―
Не сталкивались?
К. Ахильгов
―
Да, это очень редкая история — по крайней мере, для Москвы и для мегаполисов. Вы понимаете, по какой причине здесь тяжело заниматься браконьерством. Я не исключаю, что это вполне реально, но чаще всего по таким статьям назначаются штрафы. Потому что это всё-таки пресечённое административное нарушение, которое можно исправить путем предписания либо штрафом. Если он повторно допускает такое нарушение, тогда да.
А. Кузнецов
―
Ну и вообще государство заинтересовано больше штрафовать, чем отправлять, за свой счёт лишать свободы. Тем более, что сейчас это даже не сцеплено с работами. Раньше хотя бы 15-суточников использовали для всякого благоустройства, уборки территории и так далее. Сейчас-то так делать нельзя.
К. Ахильгов
―
Совершенно верно.
А. Кузнецов
―
То есть, иными словами, у гражданина, не замешанного в общественной активности, в политической деятельности, не так много шансов столкнуться с административным арестом.
К. Ахильгов
―
Да, у него шансов, скажем так, отделаться штрафом гораздо больше, чем у тех же молодых ребят, которые участвуют в тех же публичных...
А. Кузнецов
―
Иными словами, мы закончим, видимо, с тем же, с чего мы начали: в сегодняшней практике наших административных органов это в основном политически мотивированное решение.
К. Ахильгов
―
В большинстве своём, к сожалению, да.
А. Кузнецов
―
Ну что же, уважаемые радиослушатели, берегите себя! Мы поздравляем вас с наступающим Новым годом и надеемся, что в наступающем году вы обойдетесь без наших советов. Всего вам доброго!
К. Ахильгов
―
С наступающим!