Евгения Беркович, Александр Тишков - Попутчики - 2013-08-25

А.ПЛЮЩЕВ: Московское время 23 часа почти уже 6 минут. Добрый вечер, вас приветствует Александр Плющев. Не в самое выгодное время, прямо скажем, не в самой выгодной ситуации, я бы так сказал, выходит программа «Попутчики» сегодня. Ну почему? Потому что с одной стороны какие-то события происходят у ОВД «Сокольники». Там какой-то оккупай-ОВД происходит, и, может быть, время от времени мы будем как-то обращаться к происходящему там. Там задержали, если кто не знает вдруг, людей, монтировавших сцену встречи Алексея Навального с избирателями. Ну, вот там и сейчас стоят люди и требуют, чтобы их выпустили, вот видео трансляция в интернете есть. Это с одной стороны. С другой стороны только что завершилась программа про революцию роботов. И конечно, на этом фоне переходить к разговору об искусстве, прямо скажем, трудновато. Но, тем не менее, мы попробуем. Попробую я сегодня, в смысле, ведения в одиночестве. Потому что соведущий мой подельник Дмитрий Борисов продолжает где-то шляться и вернется, как он говорил, только в сентябре. Поскольку август еще на дворе, то единолично я сегодня принимаю моих гостей, которые представляют фестиваль «Double play». Александр Тишков, владелец книжного магазина «Гоголь Books», организатор этого фестиваля. Добрый вечер!

А.ТИШКОВ: Добрый вечер!

А.ПЛЮЩЕВ: И Женя Беркович, режиссер фестиваля «Double play».

Ж.БЕРКОВИЧ: Здрасьте!

А.ПЛЮЩЕВ: Добрый вечер! Значит, рассказывайте, что такое предстоит у нас, я так понимаю, это первого сентября.

А.ТИШКОВ: Это первое сентября.

А.ПЛЮЩЕВ: Воскресенье. Через неделю.

А.ТИШКОВ: Да. День знаний.

А.ПЛЮЩЕВ: Во как. Как раз, когда моя программа будет в эфире в очередной раз, вы только расходиться будете. Да?

А.ТИШКОВ: Да.

А.ПЛЮЩЕВ: Будет до позднего вечера все?

А.ТИШКОВ: Будет где-то до половины двенадцатого. До 11-ти часов будет музыкальная программа. И где-то к половине 12-го мы закончим.

А.ПЛЮЩЕВ: Рассказывайте, что за фестиваль? Как? Что? Где найти? Куда пойти? Кто будет? Все, прямо, по порядку.

А.ТИШКОВ: Фестиваль – мы его позиционируем, как театрально-музыкальный. Отсюда и название «Double play». Вот, это не двойная игра, в смысле того, что мы что-то там скрываем, ведем какую-то двойную игру. Это будет музыка и театр. Вот. Мы просто решили попробовать соединить эти два направления искусства: театральное искусство, которое обычно считается каким-то закрытым для абсолютного большинства людей.

А.ПЛЮЩЕВ: Элитарным.

А.ТИШКОВ: В лучшем случае, элитарным, да. А часто просто не понятным. Вот. И мы

Ж.БЕРКОВИЧ: А часто просто были в пятом классе один раз. Посмотрели на какие-то боевики. И больше не пойдем. Так какой-то скучный Островский, и мы больше не хотим.

А.ТИШКОВ: Да. Вот, и мы хотим показать большому числу людей, которые обычно не приходят в театр, но которые посещают какие-то знаковые городские мероприятия, показать, что такое театр.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мм... Хипстеров театр. А вот дружок, есть еще и сцена. Собственно, начиналось все с глобуса

А.ТИШКОВ: Ну, примерно так. Да. Мы надеемся, что не только хипстеры у нас будут на фестивале, будут люди, которые просто любят парки. Я думаю, не только хипстеры любят парки. Надеюсь, на это. Вот. И это будет какое-то знакомство. Мы это попытаемся сделать с помощью того, что все мастер-классы, которые у нас будут проходить на фестивале, будут вести действующие актеры театра. Вот, и зрители

Ж.БЕРКОВИЧ: Подожди, подожди. Объясни сначала.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот. Спасибо, Женя.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я поясняю, что фестиваль состоит из 2-х частей. Первая часть, ну хронологически первая часть – это зона мастер-классов, в которой все, так или иначе, связаны с театром

А.ТИШКОВ: Условных мастер-классов.

Ж.БЕРКОВИЧ: Условных мастер-классов?

А.ТИШКОВ: Да.

Ж.БЕРКОВИЧ: Безусловных мастер-классов, нет, они просто дурные и веселые. Это не, ну…

А.ТИШКОВ: Это не способ научить чему-то.

Ж.БЕРКОВИЧ: Да. Это не способ чему-то научить. Это способ как-то страшно вместе порадоваться. И проводят эти мастер-классы, их будет 5. Это граффити. Саша?

А.ТИШКОВ: Да, это граффити.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мастер-класс по граффити, потому что вот они как раз отдельные.

А.ТИШКОВ: У нас этот человек будет анонсирован прямо вот накануне. Отдельно.

Ж.БЕРКОВИЧ: Отдельно. Что-то там будет страшно крутое. Судя потому, что место какое-то прекрасное. Но, собственно, театральная часть – это мастер-класс по музыке. Его ведет Юрий Лобиков и Илья Ромашко – молодые и прекрасные композиторы, и актеры Седьмой студии. Мастер-класс по танцу. Его ведет Риналь Мухаметов, скоро на всех экранах страны новый Боярский. Он сыграл просто Д’Артаньяна в новой версии. И ему помогает Женя Афонская. Это тоже артисты Седьмой студии. Мастер-класс по актерскому мастерству – тоже артисты из Седьмой студии Александр Горчилин и Артем Шевченко. И мастер-класс по драматургии, который ведут драматурги. Они отдельные сами по себе прекрасные драматурги, но тоже работают с Гоголь-центром Валерий Печейкин и Люба Стрижак.

А.ПЛЮЩЕВ: А давайте сразу проясним, какое отношение ко всему этому имеет Гоголь-центр. Это просто потому, что вы к нему имеете отношение, как организаторы, или он стоит за всей этой организацией?

Ж.БЕРКОВИЧ: Конспирологическая теория сейчас. Гоголь-центр вообще стоит за всем. Он в принципе правит миром. Вообще. Это бесспорно, и об этом мы можем потом поговорить еще. Это так много времени, как раз и поговорим.

А.ПЛЮЩЕВ: В другой передаче.

Ж.БЕРКОВИЧ: Да, но в данном конкретном случае, поскольку вот Александр предложил подумать о том, что может быть кроме музыки на этом фестивале. А я подумала, что кто, если не, кто, если не, кто, если не Седьмая студия. И просто, на самом деле, Гоголь-центр, сам по себе и Седьмая студия, как-то придумывалась и существует на принципе такого синтеза искусств, вообще всяких разных, то есть это именно, что не пыльные парики и не Островский в кринолинах, и ребята, которые у нас, с нами работают. У них нет какой-то большой проблемы вот как ходить между разными сферами искусств. Вот здесь музыка, а здесь уже театр, а здесь уже драматургия. Поэтому я просто думаю, что никто лучше это не сделает, Вот. Кроме всего прочего хипстеры – это как раз наша аудитория. Мы тоже любим парки.

А.ПЛЮЩЕВ: Я посмотрел, что вход у вас свободный. А на какие собственно средства вы делаете это все?

А.ТИШКОВ: Деньги выделяет департамент культуры. Ну, то есть это мероприятие при поддержке департамента культуры, вот. Организационно это платит парк.

А.ПЛЮЩЕВ: То есть городские власти?

А.ТИШКОВ: Городские власти.

А.ПЛЮЩЕВ: Городские власти за неделю до выборов мэра? Вам сейчас все скажут наши радиослушатели, что вы агитируете за одного из кандидатов.

А.ТИШКОВ: На самом деле у нас очень большие сложности с финансированием и вообще с организацией. Не смотря на то, что считается, что департамент культуры города Москвы работает намного лучше всех других департаментов. И все любят Сергея Александровича Капкова. У нас довольно-таки непростые отношения.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я люблю.

А.ПЛЮЩЕВ: Так.

А.ТИШКОВ: Вот. Но мы надеемся, что у нас все состоится, все наши договоренности и с парком, и с департаментом, и с мосгорпарком, они будут в силе. Вот. И через неделю мероприятию быть. Вот, потому что сложности есть определенные. Это не для эфира тема, вот. Но…

А.ПЛЮЩЕВ: Почему? Мне нравится

А.ТИШКОВ: Опять же это другая программа.

А.ПЛЮЩЕВ: Мы любим про сложности, про всякие.

Ж.БЕРКОВИЧ: Но на самом деле, может я сейчас чуть-чуть позанудствую.

А.ПЛЮЩЕВ: Давайте.

Ж.БЕРКОВИЧ: Но это правда, ну не та история, которая, даже если бы мы очень сильно захотели, вот провести фестиваль там, и театрально-музыкального искусства в поддержку какого-нибудь кандидата, у нас бы это сильно не получилось. Потому что искусство – это такая штука, которая в поддержку кандидата нифига не работает. И мне кажется, что чем лучше у нас получится, тем больше людей пошевелит мозгом, и там за кого надо проголосуют. А не наоборот. Я сейчас непонятно сказала?

А.ПЛЮЩЕВ: Я начал шевелить мозгом за кого надо голосовать, и

Ж.БЕРКОВИЧ: А вот это уже каждый отдельно.

А.ТИШКОВ: Да, да, видимо просто

Ж.БЕРКОВИЧ: Это самое отвратительное, что можно бы делать какое-нибудь искусство за кандидата. За любого кандидата, даже за очень прогрессивного и прекрасного кандидата нельзя ничего ставить и никакую музыку играть. Умрет и то и другое.

А.ПЛЮЩЕВ: Но, кстати, господа, если вы нас слушаете, может быть одним глазом глядя там видеотрансляцию, оккупай-ОВД, я не знаю, или отходя от роботов вот этих вот, человекоподобных, вы пришлите нам SMSочку какую-нибудь с вопросом +7-985-907-45-45 или через твиттер-аккаунт vyzvon. И если есть у вас что сказать, что спросить у наших сегодняшних гостей, напомню, это Александр Тишков – организатор фестиваля «Double play» и режиссер этого же фестиваля Женя Беркович. Ну вот. Вы спросите у них, пожалуйста. Так делает Максим из московской области уже. Было бы здорово! - говорит он, - если бы фестиваль повторили бы потом в парках крупных городов московской области. Возможно ли такое?

А.ТИШКОВ: Я думаю, это в принципе возможно.

А.ПЛЮЩЕВ: Департамент культуры московской области надо подключать.

А.ТИШКОВ: Да, конечно.

Ж.БЕРКОВИЧ: Дадут возможность, повторим хоть на луне. С удовольствием.

А.ТИШКОВ: В Чебоксарах даже.

Ж.БЕРКОВИЧ: В Чебоксарах. Это же фан.

А.ТИШКОВ: Да.

А.ПЛЮЩЕВ: Слушайте, а вот давайте остановимся поподробней на программе. Ну вернемся к ней точнее. Что будут представлять собой вот эти мастер-классы? Женя, уже сказали, это не способ чему-либо научить. Это клево, это здорово. Вообще, мастер-класс на котором не учат – это очень привычное явление.

Ж.БЕРКОВИЧ: А не на каком не учат.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот, да, да, хотел как раз сказать. Вот. Так что же там будет? Ну хотя бы так, более-менее в общих чертах.

Ж.БЕРКОВИЧ: Да, даже не в общих чертах. Это на самом деле все просто. Там будет примерно 2 часа, плюс, минус, как народ соберется на каждый из мастер-классов. То есть на все, они проходят параллельно в разных точках парка. И примерно половина каждого из мастер-классов занимает все-таки, ну это не обучение, это ознакомление пришедших в максимально веселой и хулиганской форме с какими-то вещами, касающимися музыки и актерского мастерства, драматургии и танца. Мастер-класс, как он есть, правда действительно никого научить нельзя, может только порадовать, и чтоб человек захотел потом с этим как-то дальше познакомиться. И вторая половина посвящена подготовке некоего общего флешмоба, который собственно, каким-то таким результатом и станет. То есть руководители кураторы этих мастер-классов, разумеется, заранее друг с другом договорились, примерно, что они будут делать. Но точно никто не знает, и знать не будет. Потому что это такое совместное придумывание. Отдельно музыканты придумывают музыку, отдельно танцоры придумывают какой-то танец. Это такая музыка парка. Только что это была гора мусора, и вдруг это стал оркестр. Вот из всего, что под руку подвернется, будет у нас оркестр. Такой какой-то танец парка, такая какая-то драматургия парка, и, в общем, что-то будут там еще такое делать артисты. Даже мне пока не говорят, что там будут делать.

А.ТИШКОВ: Да, импровизация зашкаливает. Это с одной стороны пугает.

А.ПЛЮЩЕВ: Я правильно понял или нет, что участники этого перформанса станут и те, кто придет – зрители.

Ж.БЕРКОВИЧ: Не и, а они в первую очередь. Конечно, те люди, которые заранее зайдут к нам на сайт. Правильно я говорю, Александр?

А.ТИШКОВ: Да.

Ж.БЕРКОВИЧ: И выберут тот мастер-класс, который им интересен. Туда и запишутся. Они и станут участниками этого самого флешмоба, который потом состоится непосредственно перед тем, как начнет выступать первая музыкальная группа. Можем говорить, какая группа?

А.ТИШКОВ: Да, конечно.

Ж.БЕРКОВИЧ: Первая музыкальная группа – это будет группа Корпорация «Желтый асфальт». Это, собственно говоря, артисты того самого Гоголь-центра той самой Седьмой студии. Самое несерьезное, что можно себе представить – это Корпорация «Желтый асфальт». Мы не можем поставить музыку?

А.ПЛЮЩЕВ: Нет, к сожалению.

Ж.БЕРКОВИЧ: Беда-беда. Заходите в контакт в аудио записях, пишите Корпорация «Желтый асфальт», и в общем дурка с вами.

А.ТИШКОВ: Да, и слушаем песню «Суицидница»

Ж.БЕРКОВИЧ: Да, и песню «Суицидница»

А.ТИШКОВ: И хит.

А.ПЛЮЩЕВ: Онищенко на вас нет, надо сказать.

Ж.БЕРКОВИЧ: Онищенко. Еще какая. Конечно. Вообще, пропаганда – это наш метод.

А.ПЛЮЩЕВ: Я что-то прервал.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет. Ни сколько. Я задумалась о пропаганде. Думаю, чтобы пропагандировать по «Эхо Москвы». Даже не интересно.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну да, тут, в общем, круглосуточно этим и занимаются. Да, я нашел сайт простым Яндексом совершенно спокойно. Забиваете фестиваль «Double play». Он же первым вылезает у вас в результатах. А скажите, пожалуйста, друзья. Вот давайте тогда побудем немножко в первой части вашей программы. Значит, фестиваль однодневный. Это только в воскресенье. Начинается в 3 часа. Богемная такая история. То есть рано, не утренник.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет. Вообще, чай, поди, не в шахте сидим, и даже не фельдшерами в деревенской больнице. Ну, театр, такое дело дурацкое.

А.ТИШКОВ: Вечернее. Там с утра в шахматы будут играть.

А.ПЛЮЩЕВ: Точно. Наверняка у части людей может возникнуть желание прийти туда с детьми. Как на счет этого?

Ж.БЕРКОВИЧ: Прекрасно. Вообще ничего не противоречит возможности прихода туда с детьми. Ну, собственно, стучать по пятилитровой бутылке от воды, наученные композитором Юрием Лобиковым, делать это правильно, может человек и в 6 лет, и в 60. Пропаганды суицида, наверное, не будет. Как бы этого не хотелось.

А.ПЛЮЩЕВ: Мне кажется, даже в 6 лет лучше получится, должно быть с душой.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мы, на самом деле, надеемся, что кто-нибудь придет с детьми. Это всегда как-то оживляет процесс.

А.ПЛЮЩЕВ: А вообще первый раз все это такое?

А.ТИШКОВ: Такой фестиваль первый раз. Да. Это первый раз пришло в голову. Просто соединить 2 вида искусства – театр и музыку. Вот как это может получиться? Потому что музыкальные фестивали, они повсюду.

Ж.БЕРКОВИЧ: Да-да, первый раз. Никто раньше театр и музыку не соединял в Москве. Никогда.

А.ПЛЮЩЕВ: Постойте, но я не имел в виду по смыслу. Действительно, конечно. Как это вообще могло прийти в голову? Театр, музыка – так далеко находящиеся друг от друга виды искусств. Безусловно. А сколько народу вы хотели бы, чтобы пришло? Вот сколько вы рассчитываете собрать? У вас были какие-то прикидки?

А.ТИШКОВ: Ну, прикидки были.

А.ПЛЮЩЕВ: Сколько уже записалось на мастер-классы?

А.ТИШКОВ: На мастер-классы? Ну, на каждый мастер-класс порядка 15-ти человек уже записалось. Вот. Мы рассчитываем, что на последней неделе.

Ж.БЕРКОВИЧ: Больше сорока нельзя.

А.ТИШКОВ: Да. Больше сорока нельзя.

Ж.БЕРКОВИЧ: Надо торопиться.

А.ТИШКОВ: Да. Мы надеемся, что на музыкальную часть придет очень много людей.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, на музыкальную там не важно. Там сколько войдет, столько войдет. Там площадка. Я просто ни разу не был в этом парке.

А.ТИШКОВ: Да, достаточно большая площадка. Там парк сложный, потому что он разрезан еще каналами водными. Там не такая простая площадка.

А.ПЛЮЩЕВ: Сам парк не большой?

А.ТИШКОВ: Большой.

Ж.БЕРКОВИЧ: Большой, но странный. В одной точке одновременно не очень много помещается людей. Там ужасно красиво.

А.ТИШКОВ: Он не похож на другие московские парки. Там очень много деревьев, всяких других посадок, там кустарники, цветы, и еще он разрезан каналами водными. Он очень красивый.

Ж.БЕРКОВИЧ: На самом деле, на мастер-классы надо записываться скорей-скорей, потому что при всем желании там больше чем 40 человек просто не возможно одновременно общаться. А меньше нет смысла.

А.ПЛЮЩЕВ: А всего 5 мастер-классов, да?

Ж.БЕРКОВИЧ: 5, да.

А.ПЛЮЩЕВ: То есть 200 человек у вас будет утром?

Ж.БЕРКОВИЧ: 5, из них не знаю, сколько человек придет на граффити. Они все же отдельно живут. Это такая отдельная история. А где-то человек 150 в этом, собственно, флешмобе должны участвовать. Флешмоб больше просто не сконцентрироваться.

А.ПЛЮЩЕВ: Здорово. Значит, потом начнется музыкальная часть, на которую можно всем приходить. Что будете рассказывать про музыкальную часть?

А.ТИШКОВ: Музыкальную часть открывает как раз группа Корпорация «Желтый асфальт», которая, я так понимаю, будет каким-то образом выступление соединять с флешмобом.

А.ПЛЮЩЕВ: Плавное перетечение такое.

А.ТИШКОВ: Ну да.

Ж.БЕРКОВИЧ: Два основных человека в «Желтом асфальте» ведут мастер-класс.

А.ТИШКОВ: Вот это будет продолжение флешмоба и плавный переход в музыкальную часть. И дальше у нас еще 7 музыкальных команд. Они все не московские. Это Питер, Украина и Белоруссия. Хедлайнером у нас будет группа «The Toobes». Они были, по-моему, один раз в России, или пару раз. Сейчас они очень успешно выступали на польском «Вудстоке». Интересная группа, необычная, такой своеобразный гараж. Они будут отличаться от всех остальных, потому что, в принципе, те группы, которые будут перед ними выступать, их уже московская публика видела. Несмотря на то, что это питерские ребята, группы из Украины. Они все равно бывают на модных московских тусовках парковых. Это «Widiwava» группа, «Иваново», «сИстра» и другие. Мы, немного рискуя, пригласили хедлайнерами группу «The Toobes», потому что по нашему мнению

Ж.БЕРКОВИЧ: Они офигенные.

А.ТИШКОВ: Да, они офигенные. И про них никто не знает. Мы надеемся, что мы для москвичей откроем такую классную, и по звучанию, и по картинке группу.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну да. Такие культрегерские цели, конечно, всегда здорово. Проблема всегда, сколько я не сталкивался с этим, что люди довольно инертные существа. С ними трудно, в этом смысле. Пока 10 человек вокруг не скажут что, слушай, ты слышал, они офигенные

Ж.БЕРКОВИЧ: Вот 2 сейчас сказали.

А.ПЛЮЩЕВ: Мало работает. Но потом, может быть, придут с фестиваля, люди начнут своим каким-то друзьям лить в уши. Смотрите, что я читаю у вас на сайте. Нам надоело ходить на фестивали и, раскрыв рот, наблюдать за происходящим на сцене. Самое первое предложение. Но ведь есть же у нас в Москве, правда я ни разу не бывал, но как побывал, в Фейсбук посмотришь разок и отлично, какая-нибудь пикник-афиша, что-нибудь в этом духе, где тоже есть какие-то активности, судя по фотографиям оттуда. А там я не знаю. И вообще, мне кажется, что публика как-то она, может, я плохо о ней думаю, заранее, но мне кажется, что она ленивая.

А.ТИШКОВ: Публика ленивая. Это правда.

Ж.БЕРКОВИЧ: Публика разная.

А.ПЛЮЩЕВ: Да? Поспорьте об этом.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я сейчас поспорю об этом. Наш художественный руководитель практически кидался в нас тяжелыми предметами, когда мы произносили что-нибудь типа, публика ленивая, или зритель тупой или что-нибудь еще.

А.ТИШКОВ: Да, зритель тупой.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет. Зритель такой, какой угодно. Что значит, публика ленивая? Публика разная. Это уже от нас зависит. Если мы тупые, у нас будет публика тупая. Если мы ленивые и не придумали ничего, что людям предложить, они тоже как-то почешутся и подумают, я лучше дома полежу, в Фейсбуке посижу. Мы поспорили сейчас.

А.ПЛЮЩЕВ: Контраргументы Александра, которые мы хотим услышать.

А.ТИШКОВ: Нет, я просто считаю сейчас, почему у нас и театр, и музыка. Вот музыкальная часть, она может привлечь как раз людей ленивых. Бывает такое, что человеку сложно пересечь определенную границу какую-то внутреннюю. Чтобы поучаствовать с ним будет общаться живой актер театральный. Это же страшно. Он привык смотреть на него, когда он стоит на сцене. А тут он будет от него что-то ждать. Его чему-то учить. А потом с ним еще что-то нужно делать. Есть люди, которым это интересно, которые ради этого придут, ради того, чтобы действительно там получить, может быть, знания какие-то, а потом поучаствовать в этом флешмобе и в каком-то таком общем активном действии. А часть людей придут, послушают музыку, походят по дизайн-маркету, который у нас там будет, покушают.

А.ПЛЮЩЕВ: Так-так. Дизайн-маркет. Ну-ка, расскажите, что это такое.

А.ТИШКОВ: У нас будет дизайн-маркет проходить или пикник. Его уже, наверное, вся московская публика знает.

А.ПЛЮЩЕВ: Откуда? Я вот не знаю. Но я не публика.

А.ТИШКОВ: Например, он был на фестивале «Форма». Фестиваль современного искусства. Он уже был второй, по-моему, или третий в этом году. Там будут представлены актуальные мастера дизайна московского, частично кого-то видели и на том же самом пикнике афиши, будут и какие-то другие ребята.

А.ПЛЮЩЕВ: Я не ослышался? Вы, Александр, сказали поесть еды?

А.ТИШКОВ: Да. Там будет и еда тоже.

А.ПЛЮЩЕВ: Еда-то откуда?

А.ТИШКОВ: Еда оттуда же. Делает все один человек, имеется в виду, этот пикник. Там будут ребята, которые будут варить кофе, которые делают какое-то натуральное мороженое. Видимо, бывает ненатуральное. Угощают лимонадами и готовят сосиски.

Ж.БЕРКОВИЧ: Ура, сосиски. Я пойду.

А.ПЛЮЩЕВ: Нет, но с едой мне нравится эта история, конечно. Все это актерское мастерство – это, конечно, хорошо.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мы даже не пытаемся конкурировать с сосисками.

А.ПЛЮЩЕВ: Как про сосиски пошло, так сразу как-то веселей гораздо.

А.ТИШКОВ: Через Фейсбук это не посмотришь, не передашь никоим образом.

Ж.БЕРКОВИЧ: Вот тут я даже спорить не буду. Сосиски – это гораздо круче, чем актерское мастерство.

А.ПЛЮЩЕВ: А как вам пришла в голову, собственно, эта мысль: взять и создать? Но не пришел же к вам Капков, правда, и не сказал, ребята, вы клевые такие.

Ж.БЕРКОВИЧ: Увы, нет.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот сосиски как-то надо продавать. Нужен соус какой-то, упаковочка. Вот, давайте, что-нибудь придумаем. Ведь не так было, наверное.

А.ТИШКОВ: Нет. Было не так. Если вообще вдаваться в какие-то подробности, где-то весной я зашел в Таганский парк, посмотрел, что там происходит. Оказалось, что у меня есть знакомые люди, которые занимаются Таганским парком, и я поинтересовался, какие у них события здесь происходят. Изначально вообще не имея в виду предложить им какое-либо мероприятие. И как-то слово за слово дошло до того, что они сказали, мы хотим какое-нибудь крупное интересное мероприятие с музыкой и еще с чем-то. Вот и тогда я уже пришел к Жене.

Ж.БЕРКОВИЧ: Саша, немедленно сейчас уточни, что все это в результате не в Таганском парке будет.

А.ТИШКОВ: Это все будет в результате не в Таганском парке, потому что у Таганского парка большие проблемы с местными жителями, по поводу шума. На них пишут жалобы, что парк шумный. Они производят какие-то звуковые активности там. Мешают людям жить.

А.ПЛЮЩЕВ: Так. На Красной Пресне ничего подобного вроде не будет.

А.ТИШКОВ: Ну да. Красная Пресня, она такой лесок в центре города.

Ж.БЕРКОВИЧ: Там нет совсем близко нервных пенсионеров. Хотя может быть, они есть, но добрые. Дальше пришел ко мне Саша и сказал, давай что-нибудь придумаем такое между музыкой и театром, воссоединение музыки и театра. И собственно, я с тоской представила себе, что мы начнем в парке изображать какой-то театр, будут выходить какие-то артисты на сцену и со словами что-то такое делать. По-моему, это очень как-то тоскливо и отвратительно, потому что то, что можно делать там, в закрытом помещении в сцене - коробке, совершенно не нужно делать в парке. И главное, никто в мире давным-давно не делает. Это на самом деле забавно, правда. Потому что в английском языке есть 3 слова, обозначающие форму театра, приспособленного для некоего специального не театрального пространства. А в русском нет такого слова. Вот я сейчас это все длинное произнесла. Но надо сказать, что ура-ура, последние годы появляются всякие люди и всякие активности, и в театре тоже в Москве, которые этим всем занимаются. Юра Квятковский этим прекрасно занимается. В парке Горького вчера буквально делал шествие. И много разных еще всяких прекрасных людей. И я стала думать, что же собственно такое можно сделать, чтобы не выпускать каких-то костюмированных людей по парку ходить. И мы вот с Сашей стали думать. И подумали как раз про вот этих самых людей, которым надоело приходить и, открыв просто рот, просто втыкать, то кому-то, конечно, это нормально. Кому-то хочется просто тупо прийти, не тупо, а прекрасно прийти и просто послушать музыку. А кому-то этого не хватает, кому-то хочется еще что-то. И вот мы придумали сделать такую зону между – это зона флешмоба, с одной стороны, не нанятые за деньги артисты, для которых это халтура, пойти похалтурить в парке. Ну, давайте, вот вам 3тысячи рублей, и там, в парке поскачете. Но с другой стороны уже и не просто пришел с улицы, просто пришел и повтыкал. Абсолютно любой человек, который зайдет на сайт и зарегистрируется, и запишется на мастер-класс, и придет. Можно не иметь ни какой музыкальной подготовки и быть на этом мастер-классе. Можно не быть танцором и быть на этом мастер-классе, и так далее.

А.ТИШКОВ: И драматургом необязательно.

Ж.БЕРКОВИЧ: И драматургом, и артистом. Абсолютно никак для этого не нужно специально готовиться. Нужно просто этого один раз захотеть. Вот это вот – между. Мы пошли халтурить в парке, и мы пошли втыкать в парке.

А.ПЛЮЩЕВ: То есть чем сидеть у Фейсбука, типа, пойдемте, потворим.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет. Чем сидеть у Фейсбука, вообще все что угодно другое лучше.

А.ПЛЮЩЕВ: Да?

Ж.БЕРКОВИЧ: Да. Просто вот даже, наверное, нельзя пропагандировать. Да? Сейчас.

А.ПЛЮЩЕВ: Нет, пропагандируйте.

Ж.БЕРКОВИЧ: Все лучше.

А.ПЛЮЩЕВ: Ирина Алексеевна вам пишет: чем больше пичкать молодежь и детей офигенными, простите, но это цитата из эфира, увы, группами вместо скучного, для тех, кто уже отупел, вероятно, Островского, тем тупее станет следующее поколение зрителей, надо сказать. Отупляете вы зрителей, по мнению Ирины Алексеевны.

Ж.БЕРКОВИЧ: Ирина Алексеевна, будьте счастливы. Нет конфликта никакого между Островским и группой «сИстра», правда, и группой, которая выступает на сцене. Конфликт происходит, вот эта разделительная линия происходит в другом месте. Это все равно, что спор между добрым кино и злым кино. Есть хорошее кино и плохое. Есть хорошая постановка Островского и плохая. Есть - хорошо выступаешь. Я какие-то банальности говорю, но вот Ирине Алексеевне, видимо нужно пояснить. Нет, никто не собирается запретить навсегда Островского.

А.ТИШКОВ: Можно даже приходить в парк с Островским, и читать его там.

Ж.БЕРКОВИЧ: Более того, я вот, кстати, сейчас даже подумала о том, чтобы дать ребятам задание. Надо что-то на тему Островского делать.

А.ТИШКОВ: По драматургии.

Ж.БЕРКОВИЧ: По драматургии, точно.

А.ТИШКОВ: Печейкин.

Ж.БЕРКОВИЧ: Печейкин.

А.ПЛЮЩЕВ: Так вот в эфире благодаря нашей слушательнице Ирине Алексеевне родилась еще одна идея фестиваля «Double play», организаторы которого у нас в эфире, собственно Александр Тишков и режиссер фестиваля Женя Беркович. А наверняка же, хотя нет, может и не наверняка, изучали ли вы какой-нибудь опыт сторонний, может быть зарубежный или какой-нибудь другой?

Ж.БЕРКОВИЧ: Конечно.

А.ПЛЮЩЕВ: Да? Расскажите об этом. Конечно. Я же не знаю, и слушатели не знают ни черта об этом.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет, про опыт музыкальных фестивалей здесь я небольшой специалист. А про опыт, ой, это я буду до послезавтра рассказывать.

А.ПЛЮЩЕВ: Ничего, у нас еще есть 24 минуты.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет, тезисно, если не перечислять, тут, куда не ткнешь, в любой европейской стране, про Америку просто знаю меньше, давно и, слава богу, нет такого разделения. Есть театр, пришли в русский, психологический, драматический, государственный, стационарный, какое-то забыла еще одно слово… репертуарный! Конечно, репертуарный, который надо из-за всех сил сохранять. А есть какая-то ерунда, какие-то люди, почему-то в парке или гараже или на помойке, на крыше или в Гоголь-центре. Это, на самом деле, было для меня удивлением, что очень продвинутые, прекрасные люди, которые занимаются в Москве, например, современным искусством, визуальным, музыкой, когда они смотрят какой-нибудь перфоманс, что-то еще помимо драматического, репертуарного, психологического, бла-бла-бла, они говорят: «Ничего себе, даже такой театр бывает!» Думаешь, господи, что же сделала с вами та учительница, которая водила вас в пятом классе на упоминаемого раньше драматурга. Но никто в театре «Глобус» не сидел с биноклем, там вообще, по-моему, никто не сидел, не то, что с биноклем.

А.ПЛЮЩЕВ: Были ли в те времена бинокли?

Ж.БЕРКОВИЧ: Да, и с поджатыми губами, и не говорил: «Боже, боже», никто в театре «Глобус» не выступал в исторических костюмах. И когда говорят: «А что вы артистов осовременили?», но в театре «Глобус» артисты в прошлогоднем фэшне играли, им, что отдали с королевского двора, что там не носили, они в том и выступали, щелкали семечки и общались, и еще похуже вещи делали. Я не говорю уже про Древнюю Грецию. Вот эта традиция приходить в театр и в нем сидеть, а в антракте приходить в буфет и говорить о чем-то высоком и возвращаться, она гораздо меньше, чем любой другой театр может прийти в голову.

А.ТИШКОВ: Но при этом у нас тоже будет буфет, если что.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот да!

А.ТИШКОВ: Только другого формата.

А.ПЛЮЩЕВ: Я на месте Жени буфет бы и не трогал, это то, что роднит вас с классическим театром.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я как раз за то, чтобы буфетов больше, а снобизма меньше.

А.ТИШКОВ: Если вообще говорить про какой-то зарубежный опыт, мы вчера смотрели выступление группы нашей, наших хедлайнеров группы The Tubes на польском «Вудстоке», и оказалось, что это не просто какой-то музыкальный фестиваль, на который привезли энное количество групп, и которые поочередно выступают, там у них тоже какие-то мастер-класс, там у них какие-то активности. То есть это, в принципе, мировой опыт, который либо заимствуется и копируется, либо он просто как-то рождается благодаря времени и изменениям в искусстве.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет, ну это везде. В Берлине у театра замечательного Шаубюне, что не премьера, не фестиваль, не мероприятие, у них есть какая-то зона, не связанная напрямую, где люди не сидят в зале. Там вокруг на три квартала может что-то происходить, причем какие-то суперизвестные, суперпопулярные артисты театра Шаубюне, которые снимались в кино в Германии, нет никакой проблемы выйти, сесть в убитую машину и ездить вокруг, произнося тексты современных драматургов, это часть открытия фестиваля, что мы видели на открытие фестиваля «Файн» 2 года назад. Хочет, чтоб это скорее перестало быть какой-то…

А.ТИШКОВ: Уникальностью.

Ж.БЕРКОВИЧ: Нет, уникальность – это здорово, но это не проблема, это не какой-то конфликт.

А.ТИШКОВ: Это точно не конфликт.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мы не хотим убить Островского, он уже умер давно.

А.ТИШКОВ: И с театром Вахтангова мы тоже не соревнуемся.

Ж.БЕРКОВИЧ: У театра Вахтангова, кстати, полно всяких прекрасных активностей. Почему театр Вахтангова?

А.ТИШКОВ: Не знаю, почему пришло. Наверное, потому что близко здесь.

А.ПЛЮЩЕВ: Чисто территориально?

Ж.БЕРКОВИЧ: У театра Вахтангова как раз таки все хорошо.

А.ПЛЮЩЕВ: Скажите о ментальности. Мы говорили, что зритель ленивый, не ленивый, но вы много говорили сейчас о европейских фестивалях такого рода, там уже это обыденность, и причем, когда ты бываешь туристом где-либо, это страшно интересно. И притом интересно посмотреть не на то, что там происходит на сцене, а на то, как расслабляются люди, народ. Даже иногда интересно посмотреть, как они просто гуляют в парке, не говоря уже о том, как у них что-то происходит на подобных фестивалях. Маленькие бывают, местечковые, сельские, и в Америке, там еще забавнее, еще экзотичнее для нашего глаза народ отдыхает. Как вы думаете, наша московская некоторым образом зажатость, наша московская замыленность, зашоренность, замученность этим темпом, наша московская в некотором смысле серьезность, она не помешает ли прижиться такого рода действам? Одно дело, когда тебя развлекают то и дело, как-нибудь и вообще москвичи в этом смысле избалованные люди по сравнению с провинцией, а другое дело, когда тебе самому предлагают участвовать, дурачится по большому счету. Как вы думаете, насколько почва способствует этому? И не погибнет ли ваше зерно? Одно из. Извините за длинную тираду.

А.ТИШКОВ: Вообще противодействие очень сильное, само собой. И то, что вы сказали психологическая НРЗБ нашего человека, москвича, если не берем провинцию. Просто, если мы ходим на мероприятия, которые проходят в парке Горького, в пикнике «Афиши», мы понимаем, что определенная часть людей, активная часть людей, они слегка голодны, и в этом потребность есть, и эти люди, мне кажется, по количеству увеличиваются с каждым годом. И эти потребности, которые растут, одновременно должно расти и предложение, чем эти потребности можно утолять, эту жажду. Как-то так. Нет?

Ж.БЕРКОВИЧ: Да.

А.ПЛЮЩЕВ: Отлично. Еще немного о вашем фестивале. Женя, а расскажите, вы режиссер фестиваля, так написано у вас на сайте и так написано у меня в программе.

Ж.БЕРКОВИЧ: Ладно, я режиссер фестиваля. Мама, ты слышишь? Я режиссер фестиваля.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот, что вы делаете как режиссер? Расскажите о своей работе.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я как режиссер, думаю, бегаю между площадками и слежу, чтобы каждый по отдельности не придумали что-нибудь такого, что не соединится в некую, какую-то общую форму, я примерно это делаю, как режиссер. Что я делаю сейчас?

А.ПЛЮЩЕВ: Вообще, начиная с момента, когда вас вовлекли в это.

Ж.БЕРКОВИЧ: Вовлекли меня в это, придумали мы с Сашей возможную форму, дальше я подумала, кто из ребят может быть на каком поле, дальше мы с этими ребятами встречались и продолжаем встречаться, и придумываем, собственно, что они будут делать. С этими 40 несчастными, счастливыми, которые записались и придут, и какое именно задание они дадут, каждый своей группе, чтобы потом это могло соединиться в некоторую общую форму. Чтобы с одной стороны это было весело тем, кто участвует, с другой стороны, чтобы на это можно было снаружи смотреть. Чтоб это было как-то зрелищно. А дальше мы садимся с группой «Корпорация желтый асфальт» и придумываем, как этот флэш-моб, который еще никто не видел и не увидит, пока он не произойдет, может плавно превратиться в выступление музыкальной группы.

А.ПЛЮЩЕВ: Я уже спрашивал про то, сколько вы хотите людей, а вообще, что для вас будет залогом, символом, ответом успешного проведения. Вот вы на утро, после того как все разошлись, мусор прибрали, то, се, я не знаю, что там происходит, утро у вас тоже в 15 часов наступает, хорошо, в 15 часов 2 сентября собрались. Что должно случиться до этого, чтобы вы сказали: «Слушай, вау, здорово! Бабахнуло!»

Ж.БЕРКОВИЧ: Мы про это, кстати, с Сашей говорили, мы просто должны сказать: «Ну что делаем на следующий год еще раз?»

А.ПЛЮЩЕВ: Отсюда вытекает, конечно, следующий вопрос, собираетесь ли вы сделать эту историю периодичной, ежегодной, ежемесячной, биеннале.

Ж.БЕРКОВИЧ: А мы вам 2 сентября про это скажем, в 15 часов.

А.ТИШКОВ: Посмотрим на людей, на степень заинтересованности, мы посмотрим на этот флэшмоб, как люди будут в этом участвовать, посмотрим на музыку, как будут реагировать на тех ребят, которых мы привозим, я имею в виду музыкальную часть. Из этого будет понятно. Будем смотреть на состояние людей.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мы купили много классных цветных дождевиков, если что.

А.ПЛЮЩЕВ: Здорово, 1 сентября.

Ж.БЕРКОВИЧ: Танцы под дождем и стучать в барабаны, по-моему, круто. В феврале танцы под дождем противно, в сентябре – нормально.

А.ПЛЮЩЕВ: Ледяным, да. Ну, у нас такая общественно-политическая радиостанция, я часто предваряю этим бантиком всякие такие вопросы, которые касаются общей атмосферы в стране для творческих людей. Во-первых, давайте зайдем немножко издалека, для людей творческих, организующих подобные вещи, вот вы в театре Гоголя работаете, для них важна общественно-политическая ситуация, она на них как-то влияет или можно вообще не замечать?

А.ТИШКОВ: Мне кажется, что она невероятно важна для творческих людей, в том числе для сотрудников театров, для актеров, для режиссеров, потому что нет ничего хуже театра вне контекста исторического, например, если мы говорим о какой-то степени заинтересованности или вовлеченности в исторические процессы. А, во-вторых, что касается фестиваля, не придут туда люди не заинтересованные, не придут тут циники, которые не заинтересованы в общественно-политической жизни, каких-то изменениях социальных. Все равно придет активная часть населения. И в определенно степени количество участников того или иного фестиваля, активности другой городской, показывает уровень этих людей, количество этих людей.

А.ПЛЮЩЕВ: Женя, добавите что-нибудь?

А.ТИШКОВ: Она непосредственный человек.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я просто не верю в существование какой-то отдельной политической жизни от просто жизни, и это для меня это странно сформулированный вопрос. Все равно, что спросить, влияет ли ваше тело на вашу творческую деятельность? Да, влияет, конечно, нет, не влияет, у всех людей по-разному, в разных пропорциях. Ответ, конечно, да, но это не значит, что, если ты каждый день не просматриваешь новости в твиттере и не читаешь «Эхо Москвы» прекрасное и через день не стоишь в пикете, ты вообще не художник.

А.ПЛЮЩЕВ: Если не читаешь «Эхо Москвы» каждый день, ты вообще никто.

Ж.БЕРКОВИЧ: Но может быть художник. Всякое бывает. Правда, конечно, да, потому что это совсем неотделимо. Люди, которые говорят: «Я – художник, я выше этого!» - это тоже ерунда. Нельзя быть выше этого, нельзя быть ниже этого, нельзя быть отдельно от этого. Если ты не какой-то прекрасный аутист, который в другом мире живет. Но это, наверное, никто из присутствующих.

А.ПЛЮЩЕВ: Хорошо, тогда еще с одной стороны зайдем к собственно тому же вопросу. Как вам кажется то, что сейчас происходит в стране вообще, оно способствует развитию творческих процессов или нет?

Ж.БЕРКОВИЧ: Черт его знает.

А.ПЛЮЩЕВ: Смотрите, с одной стороны, вам помог департамент культуры, помог, не помог, с вами он сотрудничает, спасибо. С другой стороны, мы помним, как все начиналось с Пермью, помните? И, в общем, чем закончилось. Не очень хорошо, прямо скажем, пилораму закрыли, то се. Не былой Перми с большой буквы П. Одна «П» то и осталась, собственно говорят.

Ж.БЕРКОВИЧ: Я против какого-то подведения к тому, что кровью нас всех заливает, завтра мы умрем. И кровью заливает, и умрем завтра, и рассвет при этом, и закат. Объективно последние 3 года в Москве в театральной жизни суперрасцвет. Я сейчас сказала факт, вам практически любой человек скажет. Просто по обновлению, по количеству премьер, в этом году будет «Золотая маска» суперневероятная, потому что навыходило столько всего прекрасного и по всему, а с другой стороны, да у нас сейчас в «Гоголь-центре» премьера, и все сидят в ужасе, эта сцена – вот эта статья, эта сцена – вот эта статья, закроют, не закроют, каждый день Кирилл в прокуратуру ходит.

А.ПЛЮЩЕВ: Кирилл Серебренников?

Ж.БЕРКОВИЧ: Да, Кирилл Семенович Серебренников, художественный руководитель «Гоголь-центра»

А.ТИШКОВ: Какие-то параллельные процессы идут.

Ж.БЕРКОВИЧ: Сложный процесс на самом деле.

А.ТИШКОВ: Дело в том, что в определенный момент в советском обществе, у нас была огромная машина по созданию искусства и культуры, тоталитарного искусства, в создании которого действовали какие-то невероятные интересные и неинтересные люди, была какая-то контркультура, которая этой культуре противостояла. А сейчас получается так, что я не вижу этого столкновения.

Ж.БЕРКОВИЧ: Скоро увидишь.

А.ТИШКОВ: Владимир Мединский создаст тоталитарную российскую культуру. Возможно, это будет. Мне кажется, вообще какие-то процессы в искусстве и культуре – это какие-то отображения, где-то что-то вылезает, там что-то куда-то затыкается, оно очень неоднозначно.

Ж.БЕРКОВИЧ: Правда, во все времена во всех пространствах вопросы искусства и культуры – это чуть более сложно, чем за и против. На самом деле, ну, мне так кажется. Наверное, так и есть. Невозможно разделить, в этом спектакле сказали «Путин – вор!» - хороший спектакль, а в этом спектакле сказали «Россия вперед!» - плохой спектакль. Или наоборот.

А.ТИШКОВ: Хотя советская культура была, идеология общая, и общая культура советская, а все кто не участвовал, это был авангард. Причем там были совершенно разные люди.

Ж.БЕРКОВИЧ: Среди них были тоже те, кого мы не знаем и никогда не узнаем.

А.ТИШКОВ: И не вспомнят.

Ж.БЕРКОВИЧ: А был Александр Георгиевич Товстоногов, который умудрялся балансировать, создавать невероятные потрясающие спектакли, его закрывали, потом не закрывали. Он дружил с кем-то, с кем надо. Здесь действительно немножко более сложно. Так тоже нельзя разделить все, что происходит. Эти хорошие – они оппозиция, а эти плохие.

А.ТИШКОВ: Или наоборот.

Ж.БЕРКОВИЧ: И все сразу начинает умирать, что не отменяет того, что… ничего не отменяет. Это мы сейчас ушли в сторону.

А.ПЛЮЩЕВ: Отлично.

Ж.БЕРКОВИЧ: Когда очень талантливый человек решает что-нибудь себе сохранить, сэкономить, спасти свой будущий фильм. И начинают сверху писать, ой, я сейчас лишнее скажу. Ну, например… мы вообще-то за Путина, но мы чистые художники. Как-то чистое искусство начинает умирать, это правда. Продаваться, дети, не надо. Это плохо.

А.ПЛЮЩЕВ: Тем не менее, представим гипотетическую ситуацию, тем более у нас осталось 5 минут до конца эфира и поэтому много мы на эту тему не сможем поговорить. Но, представим гипотетическую ситуацию кто-то из ваших, у меня просто в соседнем бизнесе, в интернете, есть похожая история, несколько бизнесменов подписалось в поддержку одного из кандидатов в мэры Москвы, и у одного из них совершились некоторые неприятности, совершенно иного толка, нежели он ожидал. Не важно. Суть не в этом. В другой передаче об этом поговорим. Короче, представим, кто-то из ваших кураторов, организаторов, подписался на кого-нибудь из кандидатов, из департамента культуры сказали: «Ребят, надо что-то делать! Либо мы финансирование вам...»

Ж.БЕРКОВИЧ: Ну, не будет у нас фестиваля, не самое страшное… Есть обратная сторона прекрасного, бессмысленного, радостного. Птичка божьего существования людей искусства, ну не будет у нас фестиваля, вот беда какая страшная. Ну, значит, не будет.

А.ТИШКОВ: Будет другой фестиваль.

Ж.БЕРКОВИЧ: Будет другой фестиваль. Не задушишь, не убьешь. Если ставить такой выбор, лучше быть за того кандидата, за которого хочешь и не делать фестиваль, чем делать фестиваль и быть за того кандидата, за которого ты не хочешь. Ужасно. Мне не нравится эта диалектика, но, если так ставить выбор. Саша, согласись со мной.

А.ТИШКОВ: Так оно и есть.

А.ПЛЮЩЕВ: Выбор всегда, мне кажется, какой-то, особенно, когда дело касается, извините, общественно-политической жизни, которая неотрывна от жизни нашей, согласно Жене Беркович. Собственно, выбор всегда не очень здоровский получается. Давайте вернемся к вашему фестивалю ненадолго и напомним нашим радиослушателям, как чего когда, еще разочек, может кто-то не сначала слышал и не сразу подключился. Значит, 1 сентября.

А.ТИШКОВ: 1 сентября, парк Красная Пресня. 15 часов. С 15:30 у нас начинается.

Ж.БЕРКОВИЧ: 15 часов – это для тех, кто хочет поучаствовать в мастер-классах.

А.ТИШКОВ: Кто хочет прийти на дизайн-маркет, он тоже действует.

А.ПЛЮЩЕВ: На сосиски.

А.ТИШКОВ: На сосиски, кольца и футболки.

А.ПЛЮЩЕВ: Это что такое? Я ни разу не был, вы расскажите мне, как тупому слушателю, что вы ей-богу.

Ж.БЕРКОВИЧ: Шмотки, бижутерия и еда.

А.ПЛЮЩЕВ: Продажа.

А.ТИШКОВ: И все модное.

А.ПЛЮЩЕВ: Дорогое, небось, как обычно.

Ж.БЕРКОВИЧ: Тренды, бренды.

А.ТИШКОВ: Мода для хипстеров.

А.ПЛЮЩЕВ: Для хипстеров же дешево не бывает.

А.ТИШКОВ: Я не знаю.

Ж.БЕРКОВИЧ: Ты не знаешь что это? Он ненастоящий хипстер! Скандалы, интриги, расследования. Организатор фестиваля «Double play» - ненастоящий хипстер. Придите и научите Александра Тишкова быть настоящим хипстером.

А.ТИШКОВ: Это ужасно. Нет, у нас просто до сих пор многое остается загадкой. То, что там будет проходить на мастер-классах – это понятно импровизация. Но и дизайн-маркет делают люди, которым я доверяю, я знаю приблизительно половину участников, которые будут, а там посмотрим, что там привезут.

А.ПЛЮЩЕВ: Эх, с дизайн-маркетом отличная тема, кстати. Даже место НРЗБ пойти футболку себе купить тысяч за 7, это тема я считаю. Отлично, правда. Вот тут Андрей Штольц, пацан НРЗБ из Перми самый сок ушел, осталась местная скукота, интересная только выступающим. Такие дела. Очень хорошо, если бы не уходила, а приходила. И один вопрос чисто практического рода пришел: «Я хочу сразу на все мастер-классы». Что мне делать?

Ж.БЕРКОВИЧ: Как говорят американцы – cry. На самом деле, надо записаться на любой, ткнуть, в какой больше хочется и дальше прийти и по ситуации бегать.

А.ТИШКОВ: Смотреть на людей, которые будут.

Ж.БЕРКОВИЧ: И бегать между.

А.ПЛЮЩЕВ: А кто не запишется, их не пустят прям?

Ж.БЕРКОВИЧ: Пустят, конечно, пустят.

А.ПЛЮЩЕВ: А зачем записываться тогда?

Ж.БЕРКОВИЧ: Чтобы было удобнее.

А.ТИШКОВ: Чтобы нам представлять, сколько людей придет и как-то координировать. Если на один запишется 100 человек, а на другой 15.

Ж.БЕРКОВИЧ: Мы не серьезные люди, не хмурые люди, если кто-то не записался, но пришел, и очень хочет, и хочет на все 5, а еще ему нравится изображать слоника, придет, попадет на все 5, будет изображать слоника.

А.ПЛЮЩЕВ: В общем, все для раздоблаев. Александр Тишков, владелец книжного магазина "Гоголь books", организатор фестиваля Double Play, Женя Беркович, режиссер фестиваля Double Play были сегодня у нас в эфире. Большое спасибо и счастливо

А.ТИШКОВ: Спасибо.

Ж.БЕРКОВИЧ: До свидания.