Александр Вулых - Попутчики - 2013-01-13

А.ПЛЮЩЕВ: Московское время - 23 часа 5 минут. Добрый вечер. Вас снова приветствует Александр Плющев. Сегодня снова где-то отсутствует мой подельник Дмитрий Борисов. Куда-то он опять уехал, поэтому я опять один. Но он вернётся, не беспокойтесь. Те, кто предпочитает эту половину нашего дуэта, не будут разочарованы. Через недельку-другую Борисов наверняка предстанет здесь. Сможете услышать и его. Я сегодня еду в нашем условно виртуальном купе с поэтом Александром Вулыхом. Правильно я ударение поставил?

А.ВУЛЫХ: Да. Совершенно верно. Доброй ночи всем.

А.ПЛЮЩЕВ: Доброй ночи. Добрый вечер. Мы прямо накануне, за час до наступления Старого Нового года. Поэтому у нас, такое, настроение предпраздничное, абсолютно предпраздничное. Но тем не менее, новости дают о себе знать всякие разные. Я давно, надо сказать, наблюдая, ну так, в фоновом режиме. Я не могу сказать, что я читаю всё, что выходит из-под пера Александра Вулыха. Но наблюдая за его деятельностью, конечно, поражает, что человек свой талант превращает... Делает то же самое, что и я. Только я читаю новости по бумажке с подачи информационных агентств. А Александр их пропускает через свой собственный талант. Как это удаётся? И не жалко ли на вот эту конъюнктуру, так сказать, разбрасываться?

А.ВУЛЫХ: Во-первых, я считаю, что поэт должен жить жизнью, которая происходит вокруг него. Поэт - это человек наблюдающий... Мы не можем... Ну, или для меня это совершенно чуждо - сидеть где-то в замке слоновой кости и писать о вечности. Я, может быть, в меньшей степени философ, в большей степени наблюдатель жизни. Поэтому всё, что происходит вокруг, мне интересно. Всё, что происходит с нами, с моими друзьями, с близкими, с знакомыми, не знакомыми, всё, что происходит со страной и в мире, мне интересно. И поэтому я делаю то, я занимаюсь тем, что интересно мне. А как это будет отзываться, "Как наше слово отзовётся", как писал Тютчев, не известно никому.

А.ПЛЮЩЕВ: Друзья, можете отправлять свои SMS - +7-985-970-45-45, Твиттер-аккаунт vyzvon. Для того, чтобы Александру Вулыху задавать свои вопросы. Я бы вот, что попросил Александра сделать. Ответить, и, может быть, ответить необязательно в прозе. Какое из событий последнего времени заинтересовало вас настолько, тронуло вас настолько, что это привело к созданию нового произведения?

А.ВУЛЫХ: Событий очень много. И происходят они... Буквально каждый час что-то происходит. Facebook бурли, лента постоянно меняется, события мелькают с калейдоскопической быстротой. Но есть такие события, которые заставляют так "раз" остановиться и подумать, и включить фантазию, и представить себе. Именно это событие является предметом поэзии, предметом стихосложения, предметом творчества. Из последнего я просто хочу прочитать сегодня стихотворение, которое на тему, которую, наверное, обсуждают все, и волнует всех. Ну, называется это "Этюд в бордовых тонах". Это о женщине, которая знает весь мир. Брижит Бардо, которая сделала заявление вслед за Жераром Депардье, совершившем экстравагантнейший поступок, разорвавший французский паспорт после заявления премьер-министра франции Эро, назвавшего его поступок жалким. Он такой вот эпотажный человек, он так поступил. Вслед за этим уже женщина, которая была секс-символом в 60-х годах, сейчас уже, такая, старушка, которая всю жизнь посвятила борьбе за права животных. Таких людей, кстати, в мире мало. Деятельность её достойна всяческого уважения. Но интересно и трагикомично то, что она пригрозила последовать поступку Депардье и уехать в Россию, где президент - это человек, который во всём с ней соглашается и такой же борец за права животных, как и она. Я на эту тему написал фантазию, которая называется "Этюд в бордовых тонах"

ЗВУЧИТ СТИХОТВОРЕНИЕ

А.ПЛЮЩЕВ: Браво. Александр Вулых сегодня у нас в гостях. Вы можете свои вопросы и восторги, а может быть, и нет по +7-985-970-45-45 отправлять. Так же у нас есть Твиттер. Аккаунт vyzvon для вас работает. Но часто ведь приходится... Или не приходится? Я не знаю. Приходилось, уж точно, писать не только на то, что вас всколыхнуло, но и на то, что вас просили написать. Что называется, на злобу дня, но злобу эту определяли не вы.

А.ВУЛЫХ: Да. Безусловно. Хотя, наверное, первым автором, который писал ежедневно стихи на злобу дня я и был. Потому что это в конце 20 уже века, 1999-2000 год. Работал на одной известной радиостанции и в ежедневном режиме, каждый день я выдавал стихотворение, которое несколько раз звучало в эфире. Сейчас это делают многие поэты на разных радиостанциях. Но я был тогда первый. Потому что каждый день в течение двух лет писать ежедневно стихи, вставая утром, что бы ни было накануне, как у тебя, там, не раскалывается, сколько ты ни выпил, и в каком настроении ты ни встал - должен к 10 или к 11 часам отослать это стихотворение, которое уже программный директор сам записывал. А потом мне приходилось и самому приезжать и записывать это дело. Я могу сказать одно, что в таком совершенно конвеерном режиме выхолащивается суть поэтического творчество. Ты сидишь уже действительно как ремесленник, придумываешь, вытягиваешь какие-то события, хочешь повернуть так, чтобы это было афористично. Но на самом деле дай Бог, если за месяц ты написал 20 с чем-то стихотворений, чтобы хотя бы одно из них было достойно того, чтобы потом перечитав тебе было не стыдно за это произведение. Это на самом деле так. Потому что я сейчас листаю эти тетради иногда задним числом, вспоминаю и думаю: "Да, работа была, конечно серьёзная". Но, как говорится, рассказать, вспомнить есть, что, но рассказать нечего. Хотя, безусловно, там есть некоторые стихотворения, которые остались.

А.ПЛЮЩЕВ: То есть всё равно, что называется, работать можно, но природа возьмёт своё. Ну, так получается, потому что, в общем, написать-то можно всё, что угодно, выходит, если есть дар и склонность, но гордиться можно совсем немногим.

А.ВУЛЫХ: Немногим, безусловно. Даже у классиков, даже у великих поэтов дай бог если наберётся, там, до десятка. А то там просто несколько стихотворений, которыми бы они гордились, написав при этом, может быть, добрую сотню-другую стихов, которые они считают достойными...

А.ПЛЮЩЕВ: Я сейчас говорю исключительно о такой конъюнктуре. Здесь у нас радиостанция, такая, политическая, новостная, постоянно этим живём. Я, вот убейте, не представляю, как ещё об этом можно писать стихи, хотя, кажется, в последнее время вот такая, если можно так сказать, новостная, информационная поэзия вполне успешна и, может быть даже, такое, прямо даже, может быть, и модно в последние годы, нет?

А.ВУЛЫХ: Мне кажется, что за последнее время в последние годы интерес, собственно, к поэзии значительно вырос. У нас был гипертрофированный интерес к поэзии в 60-е годы, когда поэты собирали стадионы, политехнические музей, дворцы спорта, концертные залы, когда народ ломился, спрашивал лишних билетиков, и когда поэты устраивали шоу. Наверное, это было в начале 20 века во времена Маяковского, Есенина, когда был большой интерес к поэзии. И тогда поэты были, такими, шоумэнами, как нынешние Киркоров, Басков, Стас Михайлов и прочие. Но в 60-е годы такими были Вознесенский, Евтушенко, Рождественский. На них шли тысячи людей. А потом поэзия стала занимать то место, которое она, наверное, должна занимать - это камерный жанр, это жанр, который требует негромкого пространства. До последнего времени она совершенно была не видна и не слышна. Я помню, когда я приезжал в город Томск, где впервые решили устроить мои знакомые вечер поэзии в одном из клубов, люди просто приходили и спрашивали, что это такое. Видеть человека, живого поэта, читающего стихи - это как прийти в зоопарк, это было настолько в диковинку. Тем не менее, это людям очень нравилось. За последнее время, когда поэзия приобрела социальную окраску, она, в общем, уже стала занимать более, такое, значительное место в жизни.

А.ПЛЮЩЕВ: С другой стороны, мы можем вспомнить иные периоды, когда, может быть, с некоей помощью, с некими вспомогательными инструментами, точнее, с одним, в виде музыки, поэзия продолжала существовать. Расцвет бардовской песни в своё время, потом рок-музыка. Даже и поп-музыка. Если я всё правильно помню и ничего не путаю, то вы входили в Орден Куртуазных Маньеристов.

А.ВУЛЫХ: Дело в том, что... Чтобы прояснить эту ситуацию, я много лет работал журналистом в газетах, различных изданиях. Кстати, поздравляю. Заканчивается уже день, но сегодня мои коллеги, в прошлом журналисты, отмечают праздник, с которым я поздравляю всех моих друзей, знакомых и незнакомых. Много лет работал в различных изданиях, в газетах. Я публиковал поэтов. Я себя, может быть, тогда не публиковал, а публиковал других. И тогда в этот период я и познакомился с творчеством замечательных поэтов, которые составляли этот орден. Подружился, потом уже в конце 90-х ближе подружился с Вадимом Степанцовым, с которым мы до сих пор... Это мой соратник, мой друг... В общем, куртуазный маньеризм остался где-то в прошлом, как явление, течение в литературе. А мы выступаем с ним вдвоём, дружим и друг друга, как 2 альпиниста, в такой связке, поддерживаем. Кстати, хочу сказать, Вадим, хватит праздновать. Иди домой и отсыпайся, потому что двое суток праздновать без перерыва... Я сегодня с тобой разговаривал вечером. Меня это очень тревожит и волнует.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Вот необычную социальную роль радио сыграло только что. Ну да. Так вот, я чисто это для примера - поп-музыка была, да и вы, в общем, мне кажется, даже засветились. Я правильно помню, что вы одну из песен "Тату" написали?

А.ВУЛЫХ: Самую первую песню. Это был 1999 год, когда ко мне пришёл продюсер, сказал, что нужно написать песню для двух девочек из ансамбля "Непоседы". Для меня это было удивительно. Ансамбль "Непоседы" я знал как детский ансамбль. Почему-то именно для них, для двух этих девочек нужно было срочно написать песню. Вот тогда... Композитор был такой Александр Вайтинский, потом стал известным продюсером. Мы с ним написали первую песню для группы "Тату", которая называлась "Скажи, зачем я жду звонка". И она стала, такой, культовой песней. Девочки, которым было 12-13 лет, под неё плакали. До сих пор прошло уже сколько лет, многие помнят эту песню.

А.ПЛЮЩЕВ: Многие плачут до сих пор, не могут остановиться. Так вот, значит, соответственно, в разные времена с помощью музыки той или иной степени сложности, как-то поэзия находила дорогу к своему слушателю. Сейчас, мне кажется, значение музыки падает сейчас. А поэзия, такая, одна без ансамбля, если можно так выразиться, выходит к своему слушателю.

А.ВУЛЫХ: Да. Уже может и без музыкальной поддержки. Те времена - 90-е годы - вообще интересные были. Музыка настолько заполнила и эфир, и эстраду. Было, где развернуться и моим собратьям. Со временем ушло значение слова и значение текста в современной песне. А сейчас и вообще, мне кажется, перестаёт играть какое-то значение, если это... Я не беру "Шансон". Это отдельная тема. Не будем об этом говорить... Я не беру таких людей, как Сергей Трофимов, или Олег Митяев, где слово всегда стояло на первом месте, играло очень важную роль. Но эстрада настолько безлика сейчас, что кто бы ни написал чего-то, рука поэта не будет узнана в этой песне. А было, да, было, конечно, в 90-е годы была и бардовская песня, авторская песня. Как-то в начале нулевых годов и это движение загнулось, было дело.

А.ПЛЮЩЕВ: Напоминаю, SMS - +7-985-970-45-45, Твиттер-аккаунт vyzvon так же у нас существует. Вы можете задавать свои поэты... Хорошо сказал. Свои вопросы или соображения отсылать для Александра Вулыха. Мы с ним продолжаем ехать... Я хотел бы круто повернуть, в некотором смысле, ход нашего разговора. Я когда готовился сегодня, знакомился с вашей биографией, я вдруг обнаружил для себя довольно забавную вещь. Это что вы были сценаристов нескольких, таких, культурно-массовых мероприятий, я бы так сказал. Причём, очень многих. Среди которых, например, концерт к празднику Федеральной Налоговой службы.

А.ВУЛЫХ: Совершенно верно.

А.ПЛЮЩЕВ: Вот. И такого плана мероприятия. Там было перечислено с добрый десяток. Я, честно сказать, сильно удивился, потому что, как бы, нам кажется, что поэты - существа высокого полёта и для них вот такая работа, которую, может быть, принято считать низкопробной, она как-то не для них немного...

А.ВУЛЫХ: Я хочу сказать, что существует, да, такое представление о поэте, что живёт он где-то либо совсем на облаках со своим пегасом, где-то в горных лугах пасёт свою эту лошадь крылатую, либо он с бутылкой валяется под забором. Другого, как бы, определения поэта трудно представить. На самом деле стихи стихами, но нужно кушать, нужно жить и зарабатывать. Для этого существует такой вот шоу-бизнес, где люди моей профессии могут себя найти и реализовать, достаточно успешно жить и зарабатывать. Я знаю, что многие мои... Ну, не многие, мои коллеги и друзья очень преуспели в этом. Что касается сценариев, концертов, я писал несколько лет подряд и концерты ко Дню милиции, и ко дню...

А.ПЛЮЩЕВ: Те самые, которые 10 ноября по "Первому каналу" показывают?

А.ВУЛЫХ: Да. Совершенно верно. Но они, если обратили внимание, вроде бы, да, такой стандарт, концерт номер 1...

А.ПЛЮЩЕВ: Я давно, конечно, не смотрел, но мне кажется, они с 70-х годов, когда больше нечего было смотреть и было, там, 2 канала или сколько там у телевизора, переключавшегося ручкой? Мне кажется, что они не сильно изменились... Я не удивился бы, если бы ведущие, например, те же были, не только выступающие...

А.ВУЛЫХ: Ну да. Дело в том, что то, что мы видим, зритель видит в концертном зале и потом в эфире - это могут быть совершенно разные вещи. Потому что картинка, которая потом идёт в телевизоре - там много очень выхолащивается. И репризы, и какие-то шутки, подводки. Это всё остаётся за кадром. А в кадре артист, который поёт песню. И даже можно эту картинку из праздника в праздник пускать...

А.ПЛЮЩЕВ: Повторить спокойно, да?

А.ВУЛЫХ: Абсолютно ничего не изменится. Но есть работа. И когда ты пишешь сценарии для определённого мероприятия, ты прекрасно себе представляешь, для кого ты пишешь, и хочешь, чтобы это было не скучно, чтобы это было интересно, чтобы люди улыбались и в то же время сохранить стилистику этого мероприятия. Другое дело, бывает, заказывают на корпоративы корпоративные какие-то песни и гимны. Это тоже работа, которая приносит деньги.

А.ПЛЮЩЕВ: Вы и это писали?

А.ВУЛЫХ: Да. Безусловно.

А.ПЛЮЩЕВ: Я фанат корпоративных гимнов, на самом деле.

А.ВУЛЫХ: Правда?

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Я как-то нашёл ресурс в интернете. Я искал специально, услышав, естественно, пару-тройку где-то у кого-то в эфире смешных. Они же жутко смешные бывают ужасно.

А.ВУЛЫХ: Очень. Безусловно.

А.ПЛЮЩЕВ: Вы для Следственного комитета не писали?

А.ВУЛЫХ: Пока не довелось.

А.ПЛЮЩЕВ: Там знаете, как? Я всё-таки надеюсь, что это не вы... Надеялся, в смысле теперь-то я знаю. Там отлично: "Даст криминалу достойный ответ следственный комитет". Вот.

А.ВУЛЫХ: Да. Я думаю, что они сами писали. Потому что в рядах каждого... Они - люди из Прокуратуры, Следственного комитета - они не доверяют другим сценаристам со стороны. Они сами пишут. Они очень талантливые люди и они пишут себе все сценарии, гимны. Они пишут сами. Но я просто вспоминаю курьёзные какие-то эпизоды.

А.ПЛЮЩЕВ: А вы можете вспомнить, для кого вы писали корпоративные гимны, если это не секрет, конечно? Там авторство остаётся вообще как-то?

А.ВУЛЫХ: Оно...

А.ПЛЮЩЕВ: Прошу прощения. Или оно, так, стирается? Заходит под логотип "Лукойл" или что-то, там я не знаю, и всё, привет.

А.ВУЛЫХ: За это авторство я совершенно не борюсь. Я написал очень много спортивных гимнов и футбольным, и хокейным клубам, волейбольным. Практически всем. В то же время всяким корпоративным гимнам компаний, у которых названия... Я помню, одной компании писал я гимн. Мне просто человек президент этой компании заказал этот гимн. И когда он сказал название компании, я в ужас пришёл, потому что там было 5 согласных букв подряд. Представляете? Я сказал, что даже Пушкин не рифмовал 5 согласных букв кряду. Там было "НафтКСЛ". Сказал: "Пушкину не платили такое бабло, как тебе". Аргумент был серьёзный, пришлось написать.

А.ПЛЮЩЕВ: Это что за компания?

А.ВУЛЫХ: "НафтКСЛ"? Была какая-то нефтяная компания. Это сокращённо было. Но я зарифмовал, по-моему, "Чтобы солнце не погасло, и земля дышала светом, есть компания Нафткэсл и Россия знает это. Бескорыстна, безотказна наша пламенная сила. Есть компания Нафткэсл, это знает вся Россия". Потом мы хохотали все вместе с друзьями.

А.ПЛЮЩЕВ: Главное, заказчику понравилось.

А.ВУЛЫХ: Главное, понравилось. Одно дело, что я стебаюсь, но когда это нравится заказчику - это замечательно. Я помню, писал, тоже это известная история... "Ингосстрах" поздравлял "Союзконтракт" с пятилетием. И нужно было написать для хора МВД, который выступал в этом мероприятии, на мотив известной песни поздравления "Союзконтракту" от "Ингосстраха". Меня связали с генералом, руководителем этого хора. Я спросил: "Какую песню вы знаете?" Он ответил: "Знаем очень хорошо песню "Несокрушимая и легендарная"". Я говорю: "Но ведь это "Несокрушимая и легендарная", а у вас всё-таки он". Он говорит: "Это не волнует. Вы профессионал, вы и пишите". И я написал песню, которая очень понравилась. Слова там были такие в припеве: "Несокрушимому, как будто векселю, чья сверхнадёжность у всех на устах, тебе любимому, тебе "Аннексиму" передаёт свой привет "Ингосстрах"". Они пели все и просто слёзы были на глазах, потому что это было грандиозно. Это доставляет большое удовольствие, когда просто ты стебаешься, понимаешь, что кто-то на голубом глазу принимает... Чем ты проще к этому относишься, тем тебе веселее писать, тем лучше получится эта работа.

А.ПЛЮЩЕВ: Это никоим образом не сказывается?.. Наверное, у поэта тоже есть своя психика. Не только как у человека, но и как у профессионала.

А.ВУЛЫХ: Не произойдёт ли надлом психики во время такой работы?

А.ПЛЮЩЕВ: С другой стороны, если за это неплохо платят, уж лучше, чем Пушкину всяко, всегда есть соблазн в эту сторону уйти, так сказать, огимнить все корпорации, тем более, что они ещё друг друга поздравляют. Это фантастически.

А.ВУЛЫХ: Замечательно, что есть такие вот мероприятия... Есть такие поздравления, которые поздравляют жить поэту и позволяют писать стихи, которые потом можно читать на вечерах, на концертах. Которые, может быть, не приносят денег, но зато доставляют радость и поднимают настроение.

А.ПЛЮЩЕВ: Что стимулирует их писать?

А.ВУЛЫХ: То, что ты являешься поэтом, то, что ты наблюдаешь жизнь, что без этого не можешь. Совершенно тяжело переживаются те моменты, когда ничего не пишется. Раньше я очень переживал. Мне казалось, что у меня всё закончилось. Как нефтяная скважина там била-била, а потом нефть закончилась. Так мне казалось, что у меня всё. Больше я ничего не напишу. А потом приходил какой-то момент, ты садился и начиналась эта работа. И она доставляет мне невероятный творческий тестостерон, в тебе его рождает. И тогда ты понимаешь, что снова крылья вырастают. И понимаешь, что значит есть это призвание, есть эта профессия, которая тебе доставляет удовольствие жить и наблюдать эту жизнь и участвовать в ней.

А.ПЛЮЩЕВ: Тогда попрошу вас ещё поделиться своими наблюдениями. Вы же понимаете, что стихи - это наблюдения.

А.ВУЛЫХ: Наблюдения. Совершенно недавно... Завтра уже выйдут на работу все, кто отдыхали эти дни недели. Многие уехали на горнолыжные курорты, а многие те, кто отдыхали, в тёплые страны. Очень популярны среди российских туристов такие места, как Сейшеллы и Мальдивы. Одна моя знакомая, которая отдыхала год назад на Мальдивских островах, нам прислала SMS (я её даже сохранил), которая звучала так: "Это только русские туристы могут нажраться днём и приставать к попугаю с просьбой, чтобы он с ними поговорил, и искренне обижаться, что он этого не делает". То есть, видимо, тоска была такая у туристов наших, что кроме попугая собеседника не было. И я написал такое стихотворение про попугая, которое так и называется "Разговор с попугаем".

ЗВУЧИТ СТИХОТВОРЕНИЕ

А.ПЛЮЩЕВ: Александр Вулых и его наблюдения. В данном случае наблюдения, надо сказать, опосредованные, видимо. Я не знаю. Может быть, это было неоднократно. Из невинной SMS на самом деле у людей, называемых поэтами, как оно всё и рождается. Ваши вопросы так же +7-985-970-45-45, Твиттер-аккаунт vyzvon. Я сейчас задам несколько вопросов. Спрашивают про... Это стандартный вопрос к поэтам, да и вообще к представителям всех творческих профессий. Спрашивают: "Каких современных молодых поэтов вы можете отметить? Они есть?" - спрашивает Катя. Так же ещё вопрос есть: "Как вам нынешняя рок-поэзия? Кого бы вы там выделили?"

А.ВУЛЫХ: Современных поэтов? С кем я и общаюсь, дружу, читаю и рекомендовал бы читать - прежде всего, это мой друг Вадим Степанцов, с которым мы вместе выступаем. Вадик, прекращай пьянствовать. Домой, иди спать уже. Передайте, пожалуйста, ему. Я очень волнуюсь за него. И Всеволод Емелин - очень интересный поэт, социальный поэт, со своим, таким, образным миром. На мой взгляд, один из самых интересных. Это те поэты, которые мне близки, кого я читаю и с кем я с удовольствием выступаю.

А.ПЛЮЩЕВ: Это, я так понимаю, скорее ваше поколение, можно так сказать. Тут спрашивают о притоке молодой крови. Как там с этим?

А.ВУЛЫХ: Из молодых поэтов... Я думаю, что они есть. Я думаю, что они, безусловно, со временем о себе заявят и разовьются. Но пока, наверное, происходит период, такой вот, такого, формирования. В один прекрасный момент кто-то выстрелит и заявит о себе. Пока я никого не могу назвать, кто бы был настолько ярок и интересен, во всяком случае, для меня, из нынешней молодёжи. Что касается рок-поэзии, я не очень интересуюсь рок-музыкой и вообще русским роком. Я считаю, что вот был, там, Илья Кормильцев, человек очень глубокий, интеллектуальный, в высшей степени образованный и очень интересный поэт. Вот, наверное, один из самых таких. Из рок-музыки я слушаю, тоже я приверженец, наверное, старого поколения. Я считаю одной из лучших групп, которые у нас есть, группу "Воскресенье", Евгений Маргулис - это люди, которых я слушаю с удовольствием и считаю их лучшими.

А.ПЛЮЩЕВ: Да. Может быть, как раз наши причитания, мои, в основном, о том, что со словом в музыке как-то ситуация не очень хорошим складывается... Может быть, оно и к лучшему. Кстати, когда у нас был Илья Кормильцев, это было довольно давно, за несколько лет до его смерти, то же самое - мы говорили о том, что роль как-то музыки, как носителя слова, падает, падает и падает. С тех пор упала ещё сильнее. Может быть, оно и...

А.ВУЛЫХ: И музыки нет. Нет интересных... Нет мелодий... Может быть, если бы и была музыка. Был Тухманов. И то, что он сделал альбом "По волне моей памяти". Ведь там поэзия какая интересная. И с его музыкой. Он сам тогда не понял, что он совершил. Это альбом, который опередил на десятилетие развитие музыки, так же как и "Beattles" "Sgt. Pepper". Нет ни интересной достойной музыки, так же отсутствует какое-то гладко выбритое поле слова, словесное, нет поэзии. Один из моих любимых артистов Адриано Челентано. Я за ним слежу, читаю его тексты. В них есть... Он с годами, во-первых, набирает, как зрелый плод, как старое вино, которое становится крепче и сильнее. Есть смысл, есть глубина в его текстах, в его песнях, в его пронзительности. Всё у нас как-то поверхностно очень, всё как-то водянисто.

А.ПЛЮЩЕВ: Вы по-итальянски читаете?

А.ВУЛЫХ: Вообще, я был переводчиком с румынского. По-итальянски я, так, с подстрочником стараюсь управиться.

А.ПЛЮЩЕВ: На румынском вы даже писали?

А.ВУЛЫХ: Это тоже курьёзный случай. Я писал либретто мюзикла "12 стульев". И там был один эпизод, когда Остап Бендер должен удивить одну из героинь мюзикла Эллочку знанием иностранного, потому что она преклонялась перед всем иностранным. Когда мы обсуждали с продюсерами эту сцену, мы подумали, что наверняка он был связан в Одессе с контрабандистами. Контрабандисты откуда? Они привозили товар из Румынии. Наверняка он знал несколько каких-то песенок, которые пели румынские контрабандисты. Меня подколол Цикало, сказал: "Слабо тебе написать арию Остапа Бендера на румынском языке?" Я сжал зубы и написал. Написал, был страшно доволен своей работой, которую никто, кроме молдаван и румын, не понимали. А поскольку молдаване и румыны не ходили на этот мюзикл, то соответственно не понимал никто. Но там был перевод, который Ипполит Матвеевич синхронно делал. Сцена получилась довольно сумбурной, но я ей горжусь, потому что это единственное стихотворение, которое я написал на чужом языке.

А.ПЛЮЩЕВ: Логично, конечно, поговорить о мюзиклах, тем более, что вы, по меньшей мере, одним из них занимались. О жанре об этом, насколько он вообще характерен для нашего зрителя, может ли он как-то дальше существовать. По-моему, насколько я понимаю, особенно если говорить о нефраншизах, не о переводах, а о доморощенных в хорошем смысле этого слова мюзиклах, по-моему, кроме "Норд-Оста", который в связи с трагическими событиями завершился, был завершён, я бы даже сказал, ни одного успешного не было.

А.ВУЛЫХ: Да, к сожалению. Уже 10 лет прошло. Чуть больше 10 лет с момента трагедии "Норд-Оста". Говорят и считают, что этот мюзикл мог быть успешным. Это был первый мюзикл, который мог бы дать тенденцию развития именно русского отечественного мюзикла, если бы всё не закончилось так трагично. Потому что чисто психологически после этого мы уже когда шёл "Норд-Ост", мы уже работали над "12 стульями". Поэтому когда произошла эта трагедия, у нас мюзикл вышел на следующий год. Это был 2003. Да, он имел успех, безусловно. На него ходили. Мюзикл был оригинальный, построенный на нашем отечественном материале, на культовом романе, культовом романе, который, может быть, многие... Молодёжь-то сейчас не читала, но фильмы наверняка смотрела. И на этот мюзикл на наш ходили москвичи, полные залы были. Он просуществовал 8 месяцев. Он был финансово не выдержал. Уже другие моменты были ключевыми. А после этого что у нас было из наших мюзиклов создано такого яркого и резонансного? "Граф Монте-Кристо". Тоже это материал, как бы, известная классика, которая понятное дело. А тенденция к франшизе, к тому, чтобы привозить уже известные мюзиклы, которые завоевали и авторитет, завоевали популярность во всём мире и на Бродвее, и на НРЗБ в Лондоне... Ну, я думаю, что со временем и русский мюзикл заявит о себе. Я ещё хочу в своей жизни написать, может быть, что-то помимо "12 стульев". Надеюсь, что это получится.

А.ПЛЮЩЕВ: А больше не было предложений после этого? Больше не было никаких?

А.ВУЛЫХ: Написал в соавторстве ещё один мюзикл "Мата Хари". Но он как-то... Судьба не сложилась. Не знаю. То ли мне не везёт, то ли Бог любит троицу...

А.ПЛЮЩЕВ: Юрий задаёт вопрос на +7-985-970-45-45. Такой, наверное, стандартный для нас, для обывателей, абсолютно. Он спрашивает: "Скажите, а писать стихи - это дар или можно этому научиться?"

А.ВУЛЫХ: Вопрос хороший. Часто спрашивают об этом. Можно научиться писать стихи любому человеку. И во времена Пушкина изъясняться стихотворной фразой - это был признак хорошего воспитания и хорошего тона. Выпускник лицея должен был уметь писать стихи. Но поэзии научить невозможно. Поэтическому восприятию мира научить нельзя. Это человек либо рождается с ним, либо нет. Стихами можно уложить в размер, можно научить рифмовать и так далее. Но видеть за будничной жизнью, за обычными предметами, которые тебя окружают в жизни, совершенно нечто другое, видеть другие смыслы, разгадывать, думать о том, что происходит в мире, зачем и для чего мы живём, показывать, что такое жизнь, любовь и страсти, которые в нас бушуют, рисовать это, описывать - это дар от природы.

А.ПЛЮЩЕВ: По нашему с вами разговору сегодняшнему может сложиться впечатление, что все ваши стихи, всё ваше творчество с одной стороны продиктовано темами из газет, а с другой стороны в этих газетах, собственно, и существует. Я как раз хотел спросить, есть ли... Здесь спрашивает... Кто? Яна спрашивает: "Есть ли у вас лирика? Если да, то публикуете ли вы её отдельно?" То есть выходили ли сборники какие-нибудь лирические, не только лирические?

А.ВУЛЫХ: Лирика есть. Раньше я писал много лирики. Книга, которая у меня вышла в 1997 году, называлась она "Здесь были стихи". Там было очень много лирики как раз, ироничной, самоироничной и просто чистой лирики было много. Лирика присутствует так же в моих песенных текстах многих. Поэтому лирику я не оставляю. Но как-то сейчас меня больше вдохновляет то, чем я занимаюсь.

А.ПЛЮЩЕВ: Как-то, по-моему, Виктор Шендерович сказал однажды, что Ирода не переиродишь. Что-то в этом духе, я не помню. В общем, что очень сложно шутить стало на тему политики, потому что степень абсурда, которая сейчас присутствует в нашей политике, она в общем уже даже самому что ни на есть творческому человеку невообразима. Я люблю очень творчество писателя-прозаика Виктора Пелевина. Но мне кажется, вскоре придётся где-то другую работу искать Виктору Олеговичу, потому что те сюжеты, которые в жизни стали происходить уже оставляют его без козырей.

А.ВУЛЫХ: Без хлеба, да. Настолько всё сюрреалистично.

А.ПЛЮЩЕВ: У вас вот этот сюрреализм происходящего не вызывал какое-то творческое бессилие? Потому что день ото дня становится всё страннее и страннее, чудесатее и чудесатее.

А.ВУЛЫХ: Наоборот, будоражит фантазию. То, что происходит вокруг... Меня спрашивают, не было ли желания уехать куда-нибудь в тихое место...

А.ПЛЮЩЕВ: Спрашивают тоже про заграницу, да...

А.ВУЛЫХ: Я понимаю, что и хотелось бы... Я очень люблю море, люблю эти тихие уголки природы. Но без нашего цирка, без того, что происходит вокруг, без языка, которым мы живём и дышим, я думаю, что нигде я себе места пока найти не могу и искать не буду. То, что происходит каждый день, даёт возможность и творить, и писать, и отражать эту жизнь, и быть, наверное, востребованным и нужным.

А.ПЛЮЩЕВ: Мы, как намекал здесь Вадиму Степанцову Александр Вулых, находимся на грани ещё одного праздника - Старого Нового года. Заканчиваются большие январские каникулы. У кого-то уже закончились в середине недели, у кого-то заканчиваются сейчас. Как раз я бы попросил Александра что-нибудь праздничное под конец нашей программы.

А.ВУЛЫХ: Вот "Праздник, который всегда с тобой".

ЗВУЧИТ СТИХОТВОРЕНИЕ

А.ПЛЮЩЕВ: Скажите, насчёт, кстати, употребления алкоголя, который у нас красной нитью проходил через передачу всю. Только несколько фоном стоял. Насколько для поэта, современного поэта необходима такая стимуляция? Необязательно алкоголем. Но какая-то сторонняя стимуляция.

А.ВУЛЫХ: Вообще, для творческого человека, мне кажется, во все времена стимуляции были необходимы для того, чтобы... Кто-то говорил "расширять сознание", кто-то - "черпать вдохновение". Просто кто-то с этим справлялся, кто-то нет. И тогда алкоголь побеждал человека творческого. Творческий человек ведь по сути дела он хрупкий и слабый. Если подвержен влиянию чего-то, то может это всё закончиться очень плачевно. Поэтому всё хорошо в меру... Даже Высоцкий...

А.ПЛЮЩЕВ: Как это? Поэт же - человек без границ, мне кажется, вообще любой... Чего поэт? Любой творческий человек - он без границ. И когда говорят "хорошо в меру", я все слова насчёт того, что кто-то справляется, кто-то нет и так далее - я всё это отлично понимаю. До тех пор, пока не доходит до того, что у творческого человека тоже должно быть всё в меру. Как это состыковывается у вас, например? Как это сосуществует?

А.ВУЛЫХ: Не знаю. Я стараюсь не перебарщивать с алкоголем, не напиваться в таком состоянии, не гулять несколько дней подряд, как мой друг, о котором я уже сегодня вспоминал не раз. Хотя уже и возраст у нас всё-таки солидный. Хотя в молодые годы приключалось и случалось всякое. Ну, не нужно. Жизнь нам даёт столько пищи для творчества. Алкоголь здесь пусть будет, так, для снятия напряжения, для расслабления. Но опасно это очень.

А.ПЛЮЩЕВ: Ещё одна тема, которая много звучала в присылаемых SMS сегодня. Это об использовании нецензурной лексики в творчестве. И вообще спрашивали, часто ли материтесь. Я просто здесь... Передо мной перевёрнутые тексты стихотворений, которые декламирует Александр Вулых. Я вижу, как обсценная лексика заменяется на ходу. Есть несколько вариантов. Более того, даже обычные слова заменяются Александром, видимо, считая, что вариант более удачен. Так вот, и обсценная лексика присутствует. Она необходима для выражения своих эмоций? И в жизни, и в творчестве.

А.ВУЛЫХ: Она необходима для выражения мыслей моих героев. У меня в авторской речи практически нет инвективной лексики, вообще её нет. Я не выражаюсь так. Но герои мои абсолютно разные и они говорят так, как говорят в жизни. И нельзя заменить одно слово другим, потому что можно по речи представить себе этого человека - его социальное происхождение, его даже внешний вид, как он говорит, его национальность. Поэтому тут из песен слов, как говорится, не выкинешь, но сегодня, как вы видите, мы успешно обошлись без таких острых моментов.

А.ПЛЮЩЕВ: Александр Вулых был сегодняшним попутчиком, гостем нашей программы. Большое спасибо. Счастливо. И через неделю мы встретимся здесь снова. Надеюсь, уже в присутствии подельника моего Дмитрия Борисова. Пока.