Мария Гулегина - Попутчики - 2012-12-30
Д.БОРИСОВ: 23:06 в российской столице. Вы слушаете радио "Эхо Москвы". Меня зовут Дмитрий Борисов. Начинается программа "Попутчики". Александр Плющев, как обычно, тут.
А.ПЛЮЩЕВ: "Добрый вечер" - третий раз за сегодняшний вечер говорю я с удовольствием.
Д.БОРИСОВ: Его как привязали тут к стулу, так он и сидит все 3 программы подряд безвылазно.
А.ПЛЮЩЕВ: Я час погулял.
Д.БОРИСОВ: Может, тебя на Новый год отпустить? Тебя отпустят на Новый год, Саша?
А.ПЛЮЩЕВ: Может быть. Не знаю.
Д.БОРИСОВ: Или ты здесь будешь?
А.ПЛЮЩЕВ: Спросите у Алексея Алексеевича. Я ещё не в курсе.
Д.БОРИСОВ: А ёлочку он тебя не отправил наряжать пока?
А.ПЛЮЩЕВ: Там наряжено уже. Ты что, не видел, когда входил?
Д.БОРИСОВ: Это ты?
А.ПЛЮЩЕВ: Да.
Д.БОРИСОВ: Молодец. Надо будет сфотографировать, повесить в Твиттер. Мы здесь будем до полуночи. Будем мы не одни. С нами сегодня Мария Гулегина. Добрый вече.
М.ГУЛЕГИНА: Добрый вечер.
А.ПЛЮЩЕВ: Добрый вечер.
Д.БОРИСОВ: Нечастый гость Мария не только у нас, а вообще в Москве. Тут наконец-то после долгого перерыва вы навестили нашу столицу. Как вам здесь?
М.ГУЛЕГИНА: Замечательно. Очень интересно. Это мой первый Новый год, фактически, в Москве, в России после долгого времени. И здорово. Я получила шикарный новогодний подарок - маленького щенка бивера. И это теперь моя "Кармен".
Д.БОРИСОВ: То есть из Москвы уезжаете не с пустыми руками?
М.ГУЛЕГИНА: Нет.
Д.БОРИСОВ: Знаете, тут в последние дни везде - и не только в Москве, в России, в том числе на "Эхе Москвы" много говорят про таланты различных певцов и певиц. Но в основном сейчас про любителей говорят. Потому что все обсуждают шоу "Голос". Вчера наконец-то был финал. Оно закончилось. Там какие-то совершенно немыслимые рейтинги и доли. В вопросах доходило до 75% доли. Это просто феерический какой-то успех. Тут я расскажу, что происходит у нас... На сайте "Эхо Москвы", кстати, идёт видеотрансляция эфира. Те, кто видит Наталью Кузьмину, которая руководит Александром Плющевым, она ему просто показывает, чтобы он выключил...
А.ПЛЮЩЕВ: Чтобы он убирался из студии вообще.
Д.БОРИСОВ: Чтобы он выключил свой планшет, который ведёт параллельную трансляцию тут в эфире "Эхо Москвы".
А.ПЛЮЩЕВ: Не может ничем вообще мешать.
Д.БОРИСОВ: Так вот, шоу "Голос" закончилось. Я знаю, что вы посмотрели финал.
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, вчера было самое-самое важное событие в моей жизни, когда мне привезли мою "Кармен" и я вечером не могла это посмотреть, хотя я просто локти кусала - очень хотелось. А сегодня утром между тем, как я с ней игралась, цацкалась, садила на пелёночку, я какие-то кусочки посмотрела и мне очень понравилось. Действительно потрясающие певцы, певица мне очень понравилась. Я ещё какие-то смотрела туры, случайно совпадало, и не всегда я была согласна с выборами наставников, но им виднее. Я так считаю, что всё-таки наставник, наверное, лучше понимает, чем человек со стороны.
Д.БОРИСОВ: А вам не хотелось бы тоже попробовать себя в роли наставника в каком-нибудь подобном проекте?
М.ГУЛЕГИНА: Оперном что ли?
Д.БОРИСОВ: Может быть, не оперном.
М.ГУЛЕГИНА: Как я могу преподавать то, чего я не знаю? Оперный я знаю, но боюсь, что трёх месяцев не хватит, чтобы чему-то научить или хотя бы как-то облагородить.
Д.БОРИСОВ: А сколько минимум, как вам кажется?
М.ГУЛЕГИНА: Я думаю, года 2 хватит при хороших занятиях.
Д.БОРИСОВ: Через 2 года.
А.ПЛЮЩЕВ: Не телевизионные сроки.
М.ГУЛЕГИНА: Совершенно не телевизионные. Можно же сделать так, как будто бы "раз!"
Д.БОРИСОВ: То есть 2 года снимать, а потом показать быстро.
М.ГУЛЕГИНА: Так можно... Потому что, может быть, есть какие-нибудь гении вокала, которые могут так быстренько пере...
Д.БОРИСОВ: У вас сколько занял сам процесс обучения до того момента, как?..
М.ГУЛЕГИНА: Почему "занял"? Занимает.
Д.БОРИСОВ: До сих пор?
М.ГУЛЕГИНА: Конечно.
Д.БОРИСОВ: Считаете, что каждый день учитесь?
М.ГУЛЕГИНА: Я не считаю. Это так и есть. Потому что если бы закончились поиски и копания в себе, то, наверное, закончилась бы карьера. Так что...
А.ПЛЮЩЕВ: А можно как-то это выразить словами? Что выкапывается, например?
М.ГУЛЕГИНА: Суть!
А.ПЛЮЩЕВ: Может быть, это слишком узко-специально, кроме сути? Или суть - в чём она выражена? Может быть, эта суть узко-специальная и мы не поймём? Может быть, слушатели поймут. Мы-то точно не поймём. Вот.
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, это тоже в зависимости от того, на каком уровне будут все претенденты учащиеся, как бы... Если они уже...
А.ПЛЮЩЕВ: Я спрашиваю, что вы сами в себе выкапываете. Я вот об этом.
М.ГУЛЕГИНА: Продолжается работа над образом. Продолжается работа над звуковедением, над техникой. Например, когда-то лет 20 тому назад я не могла, например, петь какие-то конкретные упражнения на 2 с половиной октавы, а сейчас могу на одном дыхании. Так что это как-то развивающие, такие, вещи.
Д.БОРИСОВ: Это как кто-то говорил...
М.ГУЛЕГИНА: Только сейчас не просите меня спеть. Потому что меня один раз просили. Я в студиях так не пою, в основном.
Д.БОРИСОВ: Всё, закрывай, Саша...
М.ГУЛЕГИНА: Я сорвала ваш вопрос, да? Я не ясновидящая, нет...
А.ПЛЮЩЕВ: Я просто хотел спросить, вас как в России НРЗБ? Я сразу себя поставил на место коллег, которые просят таким образом, и думаю: ну, у нас же есть какой-то образ сложившийся, благодаря фильмам комедийным, что надо так спеть, что, например, стакан лопнул. Вот таким образом или ещё что-нибудь. Как коллеги могли ещё попросить? Где-нибудь так.
Д.БОРИСОВ: Ты смеёшься. Между прочим, мне посчастливилось слышать Марию Гулегину, её выступление недавно совсем в Москве на фестивале "Белая роза". Небольшой камерный зал, мощный голос ваш и не знаю, там, лопаются ли там стаканы, если бы они были, но то, что пробирает до глубины - это непередаваемое ощущение, Саша, правда. Я никогда не был любителем оперы. Не могу сказать, что я, там, хотя бы раз в месяц посещаю оперные театры... Бывает, но редко.
М.ГУЛЕГИНА: Даже не раз в год, да?
Д.БОРИСОВ: Даже не раз в год, да.
М.ГУЛЕГИНА: Я это и подозреваю.
Д.БОРИСОВ: Но, вы знаете, когда в Большом театре сидишь, даже мощный голос слышишь, сидишь обычно не очень близко и как-то там акустика... Всё очень красиво. Но ты наслаждаешься звуком, но он не проникает в тебя. А тут, конечно, было очень здорово, что мне удалось услышать вас просто с первого ряда небольшого зала. До вибраций во всех частях. Очень круто. Мне даже жалко, что вы так сразу отказались у нас здесь спеть, произвести впечатление на Александра. Я все уши прожужжал тогда.
М.ГУЛЕГИНА: У меня ещё есть шанс. На следующий концерт я вас обоих приглашаю. Это будет 26 марта, по-моему. Рахманиновский концерт с рахманиновской программой.
А.ПЛЮЩЕВ: С огромным удовольствием.
М.ГУЛЕГИНА: Так что вы уже приглашены.
А.ПЛЮЩЕВ: Прекрасно. Спасибо большое.
Д.БОРИСОВ: Расскажите, кстати, для чего вы в этот приезд приехали в Москву?
М.ГУЛЕГИНА: Спеть. Первое, конечно - то, что я приехала специально поддержать фонд Светланы Медведевой "Белая роза". Фонд борется за здоровье женщины против лейкемии, против рака. Я считаю, что это действительно святое дело и этим надо заниматься. Это я в первый раз приехала. А во второй раз я приехала буквально через неделю для проекта "Королевы оперы". Это устраивал Евгений Винтур. Кстати, сейчас мы можем все ему пожелать здоровья и скорейшего выздоровления.
Д.БОРИСОВ: Что с ним случилось?
М.ГУЛЕГИНА: Он лежит в больнице. Так что желаем ему здоровья и скорейшего выздоровления.
Д.БОРИСОВ: Всячески морально поддерживаем, конечно. Больница - не лучшее время для встречи Нового года.
М.ГУЛЕГИНА: Не лучшее. Это был второй концерт из этой серии. В следующем месяце ожидается. В общем, до 2014 года ожидаются концерты, сольные концерты примадонн, королев.
Д.БОРИСОВ: Наверняка замучили вас этим вопросом. Не могу задать, потому что интересно. Ваше впечатление - публика в Москве другая? У вас огромный опыт выступлений где угодно. Тут как слушают, принимают вас?
М.ГУЛЕГИНА: Хорошо принимают. Вы знаете, я всегда говорю: это не важно, где публика какая. Важно, как ты поёшь. Спел хорошо - публика хоть на Северном полюсе будет такая, как надо. Очень хорошая публика была. В театре Станиславского замечательно. Мне пришлось ещё 5 бисов петь. Если бы я уже не видела, что Светлана Медведева поднялась с охраной, то... Она несколько раз поднималась и публика поднималась в стоячую овацию. И ещё просили петь. Я так 5 ещё бисов спела. В принципе у меня под конец было такое состояние, что я думала, что я буду петь, петь, петь пока просто не умру. Потому что в тот день был такой подъём температуры и такое давление, что на первую арию я когда вышла, я думала, что я просто упаду. Но надо было просто держаться, держаться, держаться, чтобы допеть и всё получилось. А потом уже, знаете, адреналин добавляется, публика смотрит, публика аплодирует, уже хочется всё лучше и лучше. Вы знаете, как у цирковой лошади, заиграет "тррр" и она уже сразу раз-раз-раз и пошла. Я думаю, что если я буду умирать, моя дочка знает, НРЗБ тоже будет знать, что нужно мне включить, очевидно, какое-нибудь вступление к моей арии, я быстренько раз и запою. Это в том случае, если они не хотят моей смерти в данный момент.
А.ПЛЮЩЕВ: Известно среди актёров, да и не только, что сцена и вообще некое публичное пространство лечит. Потом, правда, тяжелее.
М.ГУЛЕГИНА: Калечит тоже, конечно.
А.ПЛЮЩЕВ: Но ведь для оперного артиста же важна ещё и техника. Не только техника...
М.ГУЛЕГИНА: Конечно, и голос свеженький.
А.ПЛЮЩЕВ: Вот. Может ли сцена и это вылечить хотя бы на какой-то промежуток времени?
М.ГУЛЕГИНА: Вылечить может только покой, если что-то плохо с голосом. Нужно просто закрыться где-то, замолчать, не петь и успокоить нервы.
А.ПЛЮЩЕВ: Сколько времени хватает?
М.ГУЛЕГИНА: По-разному. Если это перепев, сильный перепев, усталость, то хватает 1-2 дня. Если это на фоне какой-нибудь вирусной инфекции, гораздо дольше.
А.ПЛЮЩЕВ: Вы отметили, среди прочего, когда рассказывали о том, что вы в себе выкапываете, отметили среди прочего работу над образом. Насколько это важно вообще для оперного артиста? Потому что публике-то представляется, что главное - это, конечно, голос. Да нет, я всегда говорю "У крокодила тоже голос, знаете какой большой и громкий?" Причём здесь это? Опера - это тот же театр, драма. Только оперная певица не говорит своим голосом, она поёт. И уже то, что написано композитором, каждые запятые, каждые паузы, каждый ритм - нужно ещё это запомнить, и сделать так, чтобы это было не просто чистое сольфеджио, а чтобы это было как фраза, как выражение какой-то речи. Почему когда-то в Белоруссии я когда-то подняла бунт, революцию, чтобы всё было на языке оригиналов? Тогда ещё все пели на русском языке или не белорусском. Потому что композитор когда писал оперу, он не просто писал мотивчик и любые слова можно поставить, а там именно всё продумано - строение фразы именно на данный язык. В переводе это уже не так. Так что когда я готовилась к "Леди Макбет", я читала Шекспира... Не только довольствовалась "Либретто" оперой, а читала Шекспира. И мне более понятно всё, что происходит. Так что это нормально. "Дон Карлос" - тоже драма какая-то, тоже надо всё было знать - что, почему, зачем.
А.ПЛЮЩЕВ: Напомню, что SMS свои вы можете отправлять нам с вопросами, разумеется, для Марии Гулегиной. +7-985-970-45-45. Так же работает Твиттер-аккаунт vyzvon. Ну и в Сетевизоре у нас трансляция идёт, продолжает.
Д.БОРИСОВ: Мария - если кто вдруг не знает, вообще, такой, гражданин мира. Потому что родилась в Одессе. Считают её своей и жители Украины. Считают её своей жители Армении. Говорят: "Гулегина - армянская певица".
М.ГУЛЕГИНА: Правильно. Папа - армянин. И муж - армянин, кстати.
Д.БОРИСОВ: Да. Кроме того, Белоруссия считает, что поскольку вы...
М.ГУЛЕГИНА: Тоже правильно, потому что я там начинала свою карьеру и благодаря работе в том театре в Белоруссии тоже я сделала свои первые шаги.
А.ПЛЮЩЕВ: Вы же ещё заслуженная артистка белорусской ССР.
М.ГУЛЕГИНА: Мне 26 лет всего было. Я была ребёнок.
Д.БОРИСОВ: В тот момент, когда дали?
М.ГУЛЕГИНА: Да.
Д.БОРИСОВ: И как это - в 26 получить "заслуженную"?
М.ГУЛЕГИНА: Нормалёк.
Д.БОРИСОВ: Крышу, наверное, сносит?
М.ГУЛЕГИНА: Очень правильно сказали. Именно что хорошо, что тогда на конкурсе Чайковского я получила третью премию, а не первую. Потому что тогда бы точно крышу снесло. Потому что в кармане контракт с Ла Скала, заслуженная артистка... 26 лет - уже это чуть-чуть было потом. До этого было 25 и контракт с Ла Скала. И вся такая из себя. А тут раз и впервые ребёнок понимает, что несправедливость - она, конечно, несправедливость. Но ты должна быть сильнее несправедливости, ты должна быть гораздо выше, чтобы... Гораздо лучшее и гораздо подготовленнее, тогда никто никогда тебя не стукнет фейсом об тейбл.
А.ПЛЮЩЕВ: А что, засудили?
М.ГУЛЕГИНА: Да. Об этом все знали. Об этом все знают, все оперные любители. Это было понятно. Потому что с первого тура, с первого дня за мной ходили съёмочные группы BBC, там были... Они хотели снимать меня с первого дня, потому что они говорили: "Это без разговоров первая премия". И у меня программа была сложнее, чем у всех.
Д.БОРИСОВ: Интриги?
М.ГУЛЕГИНА: Нет.
Д.БОРИСОВ: Что стало причиной?
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, царство ей небесное - Ирине Константиновне, просто у неё тогда не выдержали, как бы... Царство ей небесное. Как всегда, бывают какие-то в жюри люди, которые пытаются слегка подхалимничать, как-то сделать какие-то такие вещи.
Д.БОРИСОВ: Неужели это от одного человека зависело?
М.ГУЛЕГИНА: Нет. Это просто один человек, довольно известный певец, который в то время вдруг сказал, что "Она поёт "Розину" не в фа-мажоре, как сопрано, а в ми-мажоре", хотя это было в оркестре. Это можно было проверить. Замечательно. Я всегда говорю, что это замечательно, что получилось так. Потому что вот тогда бы крышу снесло. Когда тебе 25-26 и у тебя вдруг в кармане и Ла Скала контракт, и "Заслуженная артистка" и первая премия конкурса Чайковского, ну всё тогда, что люди, можно закрывать занавес.
А.ПЛЮЩЕВ: Вы сказали, что контракт с Ла Скала - это был 1987?
М.ГУЛЕГИНА: Нет, контракт с Ла Скала уже был подписан в 1985.
А.ПЛЮЩЕВ: В 1985. Это был прямо ещё Советский Союз. Как это удалось? Насколько это тогда было возможно и легко? Удивительно.
М.ГУЛЕГИНА: Нет, это невозможно и нелегко, просто я училась в одесской консерватории у замечательных педагогов Людмилы Ильиничны и Евгения Николаевича Ивановых. У них учился и тоже готовился к конкурсу Чайковского предыдущему знаменитый грузинский бас Паата Бурчуладзе. И в то время он меня тогда услышал и когда он пел в Ла Скала, он сказал директору театра, что вот есть такая, которая может заменить, быть рядом с Геной Димитровой. А Гена Димитрова была в то время величина, просто звезда. У неё у единственной был такой большой драматический голос, драматическое сопрано. А меня просто тогда "продали кота за тигра", будем говорить честно.
Д.БОРИСОВ: Но ведь не было никаких разочарований. Вы так говорите... Все же наоборот остались довольны.
М.ГУЛЕГИНА: Правильно. Потому что этот кот решил, что нужно немножечко...
Д.БОРИСОВ: Порычать.
М.ГУЛЕГИНА: Подкачать физику, да, и всё-таки дорасти до тигра.
Д.БОРИСОВ: А куда вы возвращаетесь с большим удовольствием? Не знаю, там, в Метрополитен, в ту же Ла Скалу, куда? Где хочется?
А.ПЛЮЩЕВ: Где у вас, выражаясь спортивным языком, домашний стадион?
М.ГУЛЕГИНА: В Люксембурге.
А.ПЛЮЩЕВ: Так...
М.ГУЛЕГИНА: Обожаю туда возвращаться. Там вот когда просто 2-3 дня вообще ничего не делать, смотреть только на поля, луга.
А.ПЛЮЩЕВ: Это прибывать. Это тоже отлично. Дима спрашивает, я прошу прощения...
Д.БОРИСОВ: О работе.
М.ГУЛЕГИНА: В Люксембурге я обожаю готовиться к каким-то новым программам. Я обожаю когда приезжают ко мне туда пианисты из Ла Скала, НРЗБ прилетает ко мне туда заниматься.
Д.БОРИСОВ: То есть "лучше вы к нам", короче?
М.ГУЛЕГИНА: А в театре - это всё зависит от того, на какую постановку я еду, кто дирижёр, кто коллеги. По-разному бывает.
Д.БОРИСОВ: Кстати, сравнение странное - такая большая опера и тот же проект "Голос" пресловутый. Вчера очень много обсуждали, как сложно девочкам было синхронно выступать с оркестром. Вот эта история - кто за кем, кто кого должен вести. Как у вас обычно бывает? Кто кого ведёт? Дирижёр певицу или всё-таки вы выходите и?..
М.ГУЛЕГИНА: Хороший вопрос. Очень хороший вопрос. Обычно на репетициях уже всё вот это проходит, происходит эта химия, уже договоры все есть и в принципе дирижёр потом следит, например, за мной. Я не знаю, как за другими. Но обычно так. Я никогда не смотрю в перепуге на дирижёра.
Д.БОРИСОВ: А если вдруг вы чувствуете, что не успевает?
М.ГУЛЕГИНА: Кто?
Д.БОРИСОВ: Дирижёр. Ну чтобы вот вы...
М.ГУЛЕГИНА: Такого не бывает. Я не пою с такими дирижёрами. Вот говорят, самый-самый строгий дирижёр в мире - это маэстро Мурти. Что якобы у него всё строго-строго. Да. Но сначала происходят репетиции и когда ты уже выходишь на сцену, а он на своём месте, то мы уже обще всё, понимаете, как одно целое. С Валерием Гергиевым петь - это одно удовольствие, спонтанность какая-то. Нельзя сказать "импровизация", потому что всё написано в нотах. Но это всё равно что-то такое, как бы, сейчас сиюминутно рождённое. НРЗБ - потрясающий, Зубин Мета. Зубин Мета, кстати, говорил, его фраза знаменитая... Когда мы начали с ним работать, я только повернулась, он сказал: "Мария, не надо. Можешь только вот так вот, чтобы я краем тебя видел". А я говорю: "Я боюсь, что мы будем не вместе". Он говорит: "Со мной быть не вместе быть невозможно". То есть хороший дирижёр никогда не допустит чтобы певец либо ушёл, либо опоздал. Это не означает, что он будет... Он сделает так, он подготовит певца. Который неопытный, он подготовит к тому, чтобы он был на уровне. А уже примадонны или певец с опытом тоже никогда не позволит себе быть...
Д.БОРИСОВ: Но бывают же всё-таки ситуации, когда...
М.ГУЛЕГИНА: Ну, бывают...
Д.БОРИСОВ: Вдруг какой-нибудь фестиваль тоже или какое-нибудь выступление, когда вы приходите, там, за 3 часа до часа икс...
М.ГУЛЕГИНА: Нет, такого не бывает. Я всегда приезжаю раньше. А мало ли что бывает. На меня декорации пару раз свалились. И трубой ударило металлической. Кстати, в Нью-Йорке лет 7 тому назад меня ударило трубой. Через неделю я стала писать стихи. Я думаю, что мне ещё такое в жизни надо испытать, чтобы вдруг начать писать картины. У меня единственное, чего не хватает в жизни... Мне так хочется нарисовать что-то. Даже ребёнку нарисовать что-то. Не могу. Не училась я в художественной школе, этого не могу. Жалко.
А.ПЛЮЩЕВ: Я позволю себе димин вопрос не то что повторить, просто мне показалось, мы ушли немножко. Дима начал спрашивать про то, перечисляя, собственно, все ваши координаты, я бы так сказал...
Д.БОРИСОВ: Не все. Я ещё не упомянул...
А.ПЛЮЩЕВ: Далеко не все...
М.ГУЛЕГИНА: Она у меня любимое место тоже.
А.ПЛЮЩЕВ: Я не знаю, чем Дима хотел завершить свой вопрос. Я завершу его следующим образом. Кем вы себя чувствуете при этом? Есть место вашего рождения - Одесса, Украина. И дальше, что перечислил уже Дима. Вы кем себя чувствуете?
М.ГУЛЕГИНА: Во-первых, одесситка - это безусловно. Это из меня ну просто никак. Конечно, человек мира, как сейчас говорят, потому что я в принципе летаю уже очень много и везде себя чувствую, как дома. Потому что для меня мир раздвинул свои границы. Но та страна, из которой я уехала - всё равно это моя родная страна. Вот вы будете громко смеяться. Может быть, я не знаю, кому-то не понравится. Но тот Советский Союз, который вот, как нас воспитывали, как нам это внушали, что это какая-то такая - вот эти 15 республик, дружба народов. У нас же это в голове было, у нас эта идея была. Это было очень сильно. И когда я в первый раз выехала за границу на конкурс в Рио-де-Жанейро, я по Рио-де-Жанейро ходила, как красный флаг. Нам сказали, что мы представители Советского Союза. Мы подписывали бумажки: "Не смотреть, не восторгаться, не заводить знакомств". Да-да. Синенькая такая тетрадка была, там было прописано всё: "Не, не, не". А что можно? Ничего. Так что я себя в принципе чувствую частью этого Советского Союза, как когда-то был. Конечно, я родилась на Украине. У меня мама полуукраинка - украинка, полька, еврейка. Папа - армянин. Первые мои годы работы были в Белоруссии. Так что, понимаете, уже вот эти вот. И во мне в принципе нет ни одной капли русской крови. Но я русская. Не смотря на то, что столько во мне разных кровей намешано, но я русская, потому что я говорю по-русски, я дышу по-русски, я думаю по-русски. Понимаете? Как у Каллас спросили: "Какой её родной язык?" Она сказала "Я считаю по-английски". Но я и считаю по-русски, так что, понимаете. Родина - это то, что никогда не меняется. Где бы ты ни был, куда бы ты ни улетел, всё равно родина - это твоё. А для меня родина - это Одесса, конечно, Ахалцихе, куда я приезжала к бабушке, Тбилисси, Ереван, Минск. Питер - сейчас моя родина, можно сказать, творческая, потому что в Россию каждый год я приезжаю на "Белые ночи". В позапрошлом не прилетала.
Д.БОРИСОВ: И в Петербурге бываете чаще, чем в Москве.
М.ГУЛЕГИНА: Да. Потому что в Петербурге музыкальная культура, я прошу прощения, именно оперная настолько гораздо выше, что просто, как говорят в Одессе, 2 большие - 4 маленькие разницы, понимаете?
А.ПЛЮЩЕВ: Санкт-Петербург - вообще более культурный город. Тут не поспоришь.
М.ГУЛЕГИНА: Он просто культурный город.
А.ПЛЮЩЕВ: Не говоря уже об этом. Но про общность СССР... Но мы сегодня собираемся в знаменательный день. Сегодня же день образования Союза Советских Социалистических Республик - 30 декабря.
М.ГУЛЕГИНА: Вот видите, как вспомнила случайно?
А.ПЛЮЩЕВ: Собственно, та малая родина в Одессе, где вы родились, выросли - она сейчас сохранилась в том же виде, в котором?..
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, вот там я была уже очень давно. В 1990 году я там была в последний раз.
Д.БОРИСОВ: Специально не возвращаетесь, чтобы не разочароваться?
М.ГУЛЕГИНА: Нет, я немножко, как страус, который закрывает крылом голову, чтобы не видеть. В Одессе очень сложные какие-то были у меня потери - отец умер, бабушка. И в принципе там ничего и не осталось. Ужасные условия, в которых мы там жили, хотя мама - профессор микробиолог, заведующая лабораторией особо-опасных инфекций. Я её потом увезла с собой и она умерла уже в Европе в Люксембурге. Там похоронена. А в Одессу... Мой профессор там похоронен. И мне как-то не знаю... Пока я не вижу эти могилы, они для меня живые - люди. Понимаете?
А.ПЛЮЩЕВ: Более чем.
Д.БОРИСОВ: Да. Можно задуматься о вечном накануне Нового года.
А.ПЛЮЩЕВ: +7-985-970-45-45. Твиттер-аккаунт vyzvon. Это координаты, по которым вы можете присылать свои вопросы для Марии Гулегиной. Вместе с ней сегодня мы едем в нашем виртуальном купе. Алексей не то, чтобы вопрос прислал, написал: "Ребята, с удовольствием слушаю вас и думаю: кто из вас дирижирует передачей? По-моему, ваша гостя вас увлекает". Собственно говоря, кто ещё тут может дирижировать? Разве мы? Мы вообще...
М.ГУЛЕГИНА: Я очень прошу прощения, что я завела такую грустную тему. Но всё-таки вы же не забывайте, что я же драматическое сопрано. Поэтому у меня всё - драма.
А.ПЛЮЩЕВ: Я вообще не знаю, честно говоря. Я, опять же, очень человек по-московски некультурный. Но с другой стороны вы найдите нетрагическую оперу - это ещё поискать. Поэтому всё нормально, всё окей.
Д.БОРИСОВ: Кстати, я помню, что вы рассказывали, что после некоторых партий вы читаете молитвы.
М.ГУЛЕГИНА: Да. После некоторых арий особенно. После Макбета. Да. Читаю молитвы. Вот мой крест, который... Обычно я ношу его под одеждой. А сегодня я не знаю, что-то так он болтается. В принципе в христианской религии выступление на сцене - это тоже грех. А произносить те слова, которые поёт леди Макбет. И если это делаешь убеждённо для того, чтобы публика почувствовала эту злую энергетику, то это всё, как бы, чтобы против тебя не обернулось, нужно потом как-то сбросить с себя эту чёрную грязь.
А.ПЛЮЩЕВ: Вот она сила искусства.
М.ГУЛЕГИНА: Я вам потом анекдот расскажу про великую силу искусства за кадром.
Д.БОРИСОВ: Что вас связывает с Международным Олимпийским, точнее Параолимпийским комитетом?
М.ГУЛЕГИНА: Связывает то, что я являюсь почётным членом попечительного совета и связывает то, что... Это для меня просто такая отдушина - быть там, принимать участие, видеть этих людей. Вы знаете, я не могу сказать, что я им много даю. Они мне много дают. Потому что видеть людей, которые с ограниченными возможностями какими-то движения, но с неограниченной силой духа. Это же гораздо сильнее. Сила духа человека гораздо сильнее, чем его возможности, там, передвигаться, видеть, слышать. Это всё ерунда по сравнению с тем, что может спирит.
Д.БОРИСОВ: А как вообще получилось, что вы стали сотрудничать с Параолимпийским комитетом?
М.ГУЛЕГИНА: Я не знаю. Как-то меня пригласили. Так получилось. Но это для меня очень важно, потому что у меня в детстве тоже были с рождения... Была такая ситуация, что моей маме предлагали оставить меня в роддоме.
Д.БОРИСОВ: Из-за чего?
М.ГУЛЕГИНА: Ну, очень плохой диагноз был. И просто говорили, что не жилец... В принципе много было проблем... Мы не в медицинской передаче... И моя мама, как говорится, наплевав на всё это, не оставила меня и лечила первые 2 года, пока я встала на ноги. В 2 года впервые мне разрешили встать на ноги. Потом с 2 до 4 лет я носила ортопедические ботиночки. И в 4 года, когда мне сняли ортопедические ботинки, мама отвела меня на ритмику. И потом я занималась балетом. То есть для меня это всё... Я хотела бы эти знания - то, что мне мама рассказывала, поделиться с женщинами. Может быть, меня сейчас кто-то слышит. Если что-то случается, что-то такое - какие-то неправильности в ножках, ручках, что-то - это всё можно сделать с первого дня, не ждать операций. Нужно делать, нужно заниматься и просто работать над этим. Так что очень хороший эфир, может быть, под Новый год, может быть, кому-нибудь поможет. Если надо, пишите мне на веб-сайт, если кому-то конкретно нужно.
Д.БОРИСОВ: Да...
М.ГУЛЕГИНА: Снова вот...
Д.БОРИСОВ: Нет, наоборот...
М.ГУЛЕГИНА: Всё равно нужно какие-то итоги подводить. Не только "ха-ха-ха", "хи-хи-хи". Это завтра, когда будет миска оливье, тогда мы повеселимся. Сегодня нужно подумать, призадуматься, что мы сделали хорошего, что мы сделали не совсем хорошего, что можно улучшить в своей жизни.
Д.БОРИСОВ: Родителям, конечно, которые каждый день посвящают 24 часа в сутки, когда полностью отдают ради детей, надо ставить памятники просто сразу.
М.ГУЛЕГИНА: Нет, для родителей это нормально. Родителей, которые не делают для своих детей, их нужно стрелять просто. А те, кто делают для детей - это нормально. Потому что иначе не может быть. Родитель, когда он имеет ребёнка, ребёнок - это всё.
Д.БОРИСОВ: Не могу не спросить. Тема горячая последних недель. Много у нас обсуждают историю с усыновлением детей в России здесь. Сейчас запретили усыновлять российских сирот американцам. Говорят, что, может быть, вообще запретят иностранное усыновление.
М.ГУЛЕГИНА: Интересный вопрос. Когда в Армении случилось землетрясение, первым моим, таким вот, порывом было - я позвонила и сказала: "Я армянка, я хочу взять мальчиков, девочек, кто совершенно маленькие остались". Меня спросили: "На каком языке вы говорите дома?" Я сказала: "На русском". Сказали: "Спасибо. Извините. Мы отдаём только в армянские семьи". Это было. Если наши дети российские, то тоже нужно отдавать как-то, может быть, американцам, которые тоже говорят по-русски. Может быть, это. Но с другой стороны в России такое количество бедных детей брошенных вообще, что если хоть кто-то берёт... Кстати, вспомнить Джессику Ланг, если вы помните, кто это. Помните?
А.ПЛЮЩЕВ: Параолимпийский чемпион.
М.ГУЛЕГИНА: Знаменитая параолимпийская чемпионка. Я её когда увидела, в тот день я тоже вручала награду, но другой тройке плавцов. Я её увидела на большом экране, я увидела эту улыбку, я почему-то сразу подумала, что девочка наша - рязанская какая-нибудь или сибирячка. Вот такая вот - эти синие глаза, щёки, красивая, такая. Алёнушка, такая. Мне сказали: "Нет, Джессика Лонг". И потом я спрашивала, узнавала и оказалось, что действительно девочка русская и родилась с таким дефектом, что у неё недоразвитые были ножки, пришлось их ампутировать. И мама американская её научила ходить и всё ей сделала. Почему бы нет? Это нужно просто проверять, кому отдаётся ребёнок. Не хочу сравнивать детей с животными, но хороший заводчик животных - собак, котят - он же никогда не отдаст кому-нибудь просто так, какому-нибудь человеку. Он всегда смотрит в глаза человеку, даже если он деньги заплатит. Всё равно он посмотрит, кто этот человек, понимаете? А тут ребёнок. Ребёнок - это же целый мир. Так что я не знаю. Насчёт того, чтобы вот так вот полностью - американец, значит враг, нельзя - я бы не делала. Потому что я считаю, что дети, которые растут в детском доме - это не есть хорошо, это неправильно, потому что...
Д.БОРИСОВ: Вы вспомнили про Армению, а там же вообще в принципе детские дома - это почти нонсенс. Потому что семья всегда старается, даже дальние родственники, забрать любого ребёнка, который оказывается...
М.ГУЛЕГИНА: Посмотрите, что сейчас происходит. Я иногда включаю телевидение и смотрю, что вот эти органы опеки ваши - это же просто кошмар какой-то. Если им выгодно, они перепродают, очевидно, детей кому-то и у родных матерей, бабушек... Бабушкам не дают. Сейчас же когда поднялась эта тема, какие-то люди говорили, что бабушке не отдали ребёнка, а отдали за границу усыновлять, удочерять. Это всё должно рассматриваться, потому что... Как вам сказать? Дети не должны жить в детских домах. Это неправильно. Это, понимаете, не инкубатор, это не цыплята. Каждый ребёнок нуждается в своей маме. Каждый ребёнок нуждается в том, чтобы ему спеть песенку. Каждый ребёнок нуждается в том, чтобы ему спинку почесать на ночь. И, понимаете, колыбельную пропеть. Дети не растут вот так, знаете, как капуста на грядках. Если какие-то американцы из 100-90 тысяч, или сколько "adaption" было? И только... Не только, это ужасно. 13 случаев - это ужасно. Но в принципе у нас же в детских домах тоже дети гибнут. А когда они друг над другом издеваются, когда там идёт типа дедовщины в армии - это что, правильно?
Д.БОРИСОВ: Здесь каждый случай, конечно, надо рассматривать...
М.ГУЛЕГИНА: Так и я о том говорю. Самое главное, что государство если само не в состоянии обеспечить каждому ребёнку родителей, или хотя бы чтобы были такие вот, как деревни, детские деревни, как в Австрии есть, в Германии есть, когда мама, как бы, работает. Женщина работает мамой. У Неё 5-6 детей, но не больше, понимаете?
А.ПЛЮЩЕВ: Я, с вашего позволения, предлагаю всё-таки вернуться к, собственно, Марии Гулегиной, которая у нас в гостях.
М.ГУЛЕГИНА: Мария Гулегина не может быть без вопросов детей, без вопросов параолимпик...
Д.БОРИСОВ: Мария Гулегина - сама мама. Как удавалось вам быть хорошей матерью, когда у вас в 20 с небольшим хвостиком...
М.ГУЛЕГИНА: Дима, я вас огорчу, я не хорошая мама, потому что...
Д.БОРИСОВ: Я видел прекрасный плод ваших стараний. Мне кажется, вы хорошая мама. В детстве...
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, может быть... Может быть, если так считать, что если бы я осталась в Минске и была бы действительно хорошая мама, ходила бы в театр, так, на репетицию и домой, отпела спектакль и вернулась домой, то может быть... Я была бы хорошая мама, если бы вышла замуж за какого-то человека, который бы обеспечивал семью, а я бы сидела дома. Тогда я бы была хорошая мама. Если бы я могла оставить свою работу и нянчить своих детей, тогда бы я была хорошая мама. А поскольку я всё-таки, такая, кукушковидная мама, то я полетала-полетала, попела-попела, ребёнка устроила в интернат. Она у меня училась в Германии в интернате, она у меня училась в Америке, она училась в Лозанне - это, конечно, самый большой ужас... То, что говорят - образование за рубежом в Швейцарии, не верьте... Если хотите потерять ребёнка, отдавайте. Лучшее образование, чем когда-то у нас в Союзе, не было и нет. Из всех моих школ, где моя дочь училась... А сейчас мой сын учится в Люксембурге. Но у нас 3 языка государственных - люксембургский, французский и немецкий. Дома он говорит по-русски. Игры, в интернете всё на английском. А на каникулах, естественно, на итальянском, потому что мы ездим отдыхать в Италию. Он уже у меня живёт дома. Я прилетаю, я улетаю, но всегда он знает, что этот дом, где он родился, где он знает всё буквально и этот дом знает его с первого момента его появления. Через 18 часов после его рождения он уже был в этом доме. Теперь я могу сказать, что я, ну, приближаюсь к тому, чтобы быть хорошей мамой, потому что я всё своё время стараюсь быть с ним. И сейчас он тоже со мной здесь в Москве.
Д.БОРИСОВ: Сколько ему?
М.ГУЛЕГИНА: 12. Метр и 74 роста, 43 размер лапки.
Д.БОРИСОВ: И столько языков сразу знает. Я прямо по-хорошему завидую.
М.ГУЛЕГИНА: Да.
А.ПЛЮЩЕВ: Да, более чем. Я хотел задать 2 вопроса, которые начинаются со слов "Как случилось". Во-первых, как случилось, что открылся ваш талант? Как это произошло?
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, когда меня американцы спрашивают на это... "How did you discovered your voice?" - "Easy". По-русски это звучит так: Я шла по Централ парку, смотрю валяется, подобрала, спрашиваю: "Кому-то надо?" Никому не надо. Ну, я взяла себе. А на самом деле это всё было по-другому. На самом деле с детства я хотела быть артисткой - или петь, или танцевать. С тех пор как мне сняли эти ужасные ботиночки и надели красные сандалики - с этих пор я решила, что я должна быть артистка. Папа мне всегда говорил (потому что у меня в хоре в соло не ставили): "Если тебя не подменили в роддоме, ты будешь петь". Потому что у нас в роду все пели. И так получилось, что в 14-15 лет меня мама привела по ошибке в консерваторию на прослушивание. А должна была привести к педагогу вокальному в педагогический институт. И там меня схватили: "О, как Бурлакова Фрося". Я сама себе сыграла "Лебединую верность" и сама взвыла таким звуком, что...
Д.БОРИСОВ: Полопались стаканы...
М.ГУЛЕГИНА: И тогда сказали: "Ну вот Бурлакова Фрося". И меня взяли. А потом, когда я окончила школу, мне сказали: "Нет, ну что? В 17 лет - это какая консерватория? Надо немножечко подождать". И так получилось, что пошла на 1 год в училище. А оттуда тоже судьба... Наша учительница из хореографической школы, где я занималась в детстве самом, Виолетта Фёдоровна Вечерняя... Она преподавала и у нас в училище, и в консерватории танец. И меня пригласила танцевать цыганку "На балу у Флоры". Вот и всё. А там меня уже услышали и сказали: "О, какой голос, контральто. Ребёнок, ты не хочешь к нам?" Я сказала: "Меня не взяли" - "Почему? Что случилось?" Я сказала: "Слишком молодая" - "А, этот недостаток проходит слишком быстро". Так и получилось.
А.ПЛЮЩЕВ: И второй вопрос. Вы много говорите о Люксембурге. Как получилось, что вы осели там?
М.ГУЛЕГИНА: Получилось, сначала мы уехали в Германию, потому что только Германия давала такой многоразовый выезд. А потом мои друзья - Алёнка Зарембо, замечательная певица меццо-сопрано, солистка Большого театра в то время была, сейчас снова она вернулась. Она жила в Люксембурге. И она сказала: "Давай в Люксембург". А я искала место, чтобы маме было хорошо жить, удобно, чтобы всё ей подходило по климату, потому что нужно было уезжать из Германии. Вот и всё. И мы переехали.
Д.БОРИСОВ: И до всюду близко.
М.ГУЛЕГИНА: Да, замечательно.
Д.БОРИСОВ: Хочешь в Ла Скалу, хочешь в Вену.
М.ГУЛЕГИНА: Бельгия до меня 200 метров. У меня собаки туда бегают погулять.
Д.БОРИСОВ: Тут спрашивали, на SMS приходили вопросы... На минутку затронем эту тему. Всех нас спрашивают обычно. Мы стараемся аккуратно, но всё равно задаём вопросы про личную жизнь. "У вас она" - тут пишут нам наши...
М.ГУЛЕГИНА: Как раз сразу муж звонит...
А.ПЛЮЩЕВ: Мы думаем, почему у нас наводка...
М.ГУЛЕГИНА: Это как раз муж звонит.
Д.БОРИСОВ: И говорит: "Где ходишь?"
М.ГУЛЕГИНА: Нет, он знает. Я с дочерью. Кстати, вот ещё одна моя дочка.
Д.БОРИСОВ: Да. Зрители Сетевизора на сайте echo.msk.ru не могут увидеть, вдруг сейчас я понял, потому что здесь у нас камера выключена на этом месте, но могли бы увидеть Ануш прекрасную. В 2010 году вы вышли замуж за Вячеслава?
М.ГУЛЕГИНА: Да.
Д.БОРИСОВ: Это была довольно, такая, громкая история. Я помню, читал. Что связывает звезду мировой оперной сцены с борцом какого, греко-римского стиля?
М.ГУЛЕГИНА: Да. Он не просто борец, он единственный тренер. Он был гостренером Советского союза. Правильно. Вот это он, видите, мигает всё время?
Д.БОРИСОВ: Извините. Я положу чуть подальше от микрофона.
М.ГУЛЕГИНА: Он единственный, который был государственным тренером Советского Союза и перешёл на государственного тренера России. А что связывает? Понимаете, какой-то пришёл момент в жизни, когда я поняла, что так жить, как я раньше, невозможно, и что невозможно, как бы... В общем, было плохое состояние у меня душевное, очень плохое. И в этот момент наши друзья познакомили меня с Вячеславом. А Вячеслав когда меня увидел, он понял, что такую женщину, как я, нужно любить, оберегать, подставить плечо... И он это так "раз"... У него незадолго... За 3 года до этого у него случилось большое горе, у него жена скончалась. И он тоже себя чувствовал очень одиноко и очень, так, плохо. И когда мы встретились мы так вот решили друг другу, так вот, плечо подставить и... Теперь у нас на двоих трое детей, 4 собаки и одна кошка.
Д.БОРИСОВ: 4 - это же с учётом новой?
М.ГУЛЕГИНА: Нет. Раз, 2, 3... Правильно, конечно, с учётом новой.
Д.БОРИСОВ: Большая семья. Вячеслав Мкртычев - идёт речь о нём. Мы не назвали его.
М.ГУЛЕГИНА: Мы его не назвали, а он названивает.
Д.БОРИСОВ: Он чувствует, что речь идёт о нём. Мне кажется, что вы такая женщина, которую нужно обуздать, что ли... Как-то покорить. Долгий процесс должен быть. А там вроде прошло с момента знакомства до свадьбы совсем чуть-чуть.
М.ГУЛЕГИНА: Вы знаете, Слава очень похож на моего отца. Очень. Его русский язык, если это называется так - русский язык, очень похож на русский язык моего отца, к которому я привыкла, что нужно это с переводчиком. Потом, он спортсмен. Мой отец тоже был спортсмен. Что-то вот... Он, конечно, добивался... Я так подумала, что да, это тот человек.
Д.БОРИСОВ: Что вы слушаете в обычной жизни для того, чтобы расслабиться, получить удовольствие и отвлечься от работы? Вряд ли же какие-нибудь?..
М.ГУЛЕГИНА: Тишину.
Д.БОРИСОВ: Тишину?
М.ГУЛЕГИНА: Лес. Самое большое счастье - выйти в лес и слушать, как поют птички.
А.ПЛЮЩЕВ: В Бельгию, очевидно?
М.ГУЛЕГИНА: Ну да, у нас, знаете, идёшь - 10 метров люксембургский лес, потом бельгийский. И когда людей встречаешь, если говорит "Bon jour", значит из Бельгии. "Моен", значит люксембуржцы. Так что у нас там всё общее, такое. Но вот самое большое счастье - слушать лес, шум моря. Вот это для меня релакс, если я хочу действительно отдохнуть. А музыка для меня - это обычно даже я могу ехать в машине, я могу даже разговаривать с человеком, а у меня какая-то моя фраза пропевается... Над чем я сейчас думаю, над чем я сейчас работаю. Это не тяжело. Это не диагноз... Хотя это, может быть, тоже диагноз.
А.ПЛЮЩЕВ: То есть у вас фоном тоже проходит рабочий процесс?
М.ГУЛЕГИНА: Да. И во сне тоже. Перед спектаклем я сплю и я пропеваю вот это то, что я должна буду завтра петь.
А.ПЛЮЩЕВ: Бывает так, что это мешает заснуть?
М.ГУЛЕГИНА: Это надо у мужа спросить.
Д.БОРИСОВ: Ночные репетиции.
А.ПЛЮЩЕВ: Нет, ну серьёзно, если на чём-то сконцентрируешься или думаешь, то мешает...
М.ГУЛЕГИНА: Например, когда я готовилась к Макбет, так получилось, что моя дочь старшая, тогда ей было ещё только 10, она меня увидела, когда я ночью вскочила и репетировала вот это вот НРЗБ. Ей было страшно. А мне нормалёк. Я занималась, я погружалась. Вы знаете, я не могу сказать, что это так ужасно. Это то, что тебя захватывает. Понимаете, вот это то, что интересует. Я не знаю, может быть, это моя однобокость такая. Это то, что даёт мне жизнь - опера. И не только опера, театр, персонаж, жизнь персонажа, что она говорит, кто должен что понять. Понимаете? Это для меня интересна - каждая фраза, развитие фразы. Мне это интересно. Вот голос - это, как бы, первый этап. Голос необязательно должен быть всегда красивым, ровным. Это пресно и нехорошо. Он должен выражать что-то. Когда Каллас пела, это не всегда было красиво, но это было так, что всегда мороз по коже бежал. Это самое главное. И это очень интересно - этого добиваться.
Д.БОРИСОВ: И вы добиваетесь. Когда я вас слышал, именно мороз по коже, мурашки - это факт.
М.ГУЛЕГИНА: Спасибо.
Д.БОРИСОВ: Это точно, совершенно искренне говорю.
М.ГУЛЕГИНА: Спасибо.
А.ПЛЮЩЕВ: Подтверждает это Наталья, приславшая нам SMS: "Спасибо Марии Гулегиной за искренность и человечность. Слышала её великолепное. Желаю огромного счастья ей и её семье".
М.ГУЛЕГИНА: Спасибо большое.
Д.БОРИСОВ: С наступающим Новым годом вас.
М.ГУЛЕГИНА: Спасибо.
Д.БОРИСОВ: Спасибо, что выбрались к нам. Очень приятно вас здесь было видеть.
М.ГУЛЕГИНА: Спасибо большое.
Д.БОРИСОВ: Приезжайте к нам ещё.
М.ГУЛЕГИНА: С большим удовольствием. Теперь уже все знают про мою личную жизнь. Поскольку я уже москвичка... Так что с большим удовольствием.
Д.БОРИСОВ: В марте в следующий раз?
М.ГУЛЕГИНА: Да. А я всем желаю счастья, здоровья в Новый год. И не только в Новый год. В каждую минуту, чтобы каждая минута была счастливая, радостная, чтобы все были живы-здоровы, никто не болел.
Д.БОРИСОВ: Мария Гулегина. Мы - Дмитрий Борисов и Александр Плющев. Программа попутчики. С Новым годом! Пока.
А.ПЛЮЩЕВ: С наступающим. Пока.