группа "Полюса" - Попутчики - 2010-12-19
Д. БОРИСОВ: Кхе-кхе!
А. ПЛЮЩЕВ: Что ты хыкаешь-то в эфире? Что ты хыкаешь?
Д. БОРИСОВ: Ты раньше времени в эфир не надо выводить, тогда никто не будет хыкать. 23:10 в российской столице, вы слушаете радио «Эхо Москвы», прямой эфир, программа «Попутчики» начинается. Дмитрий Борисов – это я, Александр Плющев – это человек, который сегодня весь в мобильном телефоне сидит глазами.
А. ПЛЮЩЕВ: Да.
Д. БОРИСОВ: В нашем большом.
А. ПЛЮЩЕВ: +7 985 970 45 45 – его номер, и можно туда чего-нибудь SMSнуть, и я увижу это как-нибудь.
Д. БОРИСОВ: Да, с информационными агентствами он уже договорился, что ему SMSят там сообщения.
А. ПЛЮЩЕВ: Тут спрашивают, в Минск ли я еду. В Минске Тихон Дзядко, он оттуда передает, зачем я туда еще приеду, мешаться там.
Д. БОРИСОВ: Нет, наш поезд в другом направлении сегодня следует, туда не решились. Мы едем, как всегда.
А. ПЛЮЩЕВ: Туда вообще поезда не ходят, куда мы едем.
Д. БОРИСОВ: Сегодня мы будем, как обычно, ехать не одни. До нуля часов вместе с нами «Полюса», а точнее, «Полюс».
И. РАЗИН: «Полюс», один из.
Д. БОРИСОВ: Один «Полюс».
И. РАЗИН: Ага.
Д. БОРИСОВ: Привет.
И. РАЗИН: Привет, привет, Дим.
Д. БОРИСОВ: Куда едем?
И. РАЗИН: Ну, куда билеты взяли, насколько хватило, собственно, туда и поедем.
А. ПЛЮЩЕВ: Илья веселый человек, молодец.
И. РАЗИН: Да ладно, мы только познакомились, уже начинается, чем это закончится тогда?
Д. БОРИСОВ: Я объясню. Просто я-то, как всегда, в последний момент зашел в купе, поэтому не знаю, чем вы занимались до этого.
И. РАЗИН: Знакомились как раз.
А. ПЛЮЩЕВ: Обычно я в последний момент захожу в купе, зачем ты это сделал сейчас? Дима, ты сыграл не свою роль просто, тебе выпал счастливый билет.
Д. БОРИСОВ: Александр, расскажи мне… сначала я, можно? Я просто давно его не видел.
А. ПЛЮЩЕВ: Ну, как обычно.
Д. БОРИСОВ: Как обычно, расскажи, как прошла твоя неделя?
А. ПЛЮЩЕВ: Ничего себе, нормальный вопрос в начале гостевого эфира!
Д. БОРИСОВ: Мне просто всегда очень нравится, когда ты смотришь на меня такими глазами, в которых…
А. ПЛЮЩЕВ: О, давай я все время буду на тебя так смотреть? Так вот, оп!
Д. БОРИСОВ: На меня будет находить ступор в такие моменты.
И. РАЗИН: Слушайте, а я пока схожу тогда, попрошу, чтобы так не топили, потому что натоплено вообще… как мы будем спать сегодня?
А. ПЛЮЩЕВ: Да ладно, подожди, знаешь, что…
Д. БОРИСОВ: Вы нам, я так понимаю, из поезда в поезд пересели фактически?
И. РАЗИН: Конечно, вся жизнь в пути проходит.
Д. БОРИСОВ: Из Санкт-Петербурга.
И. РАЗИН: Ну да, из Санкт-Петербургского.
Д. БОРИСОВ: Ну, правда, да? Только приехал?
И. РАЗИН: Да, конечно. Уехал от снега, там завалено все к чертовой матери, вот, пройти невозможно, проехать можно на поезде только. Чтобы двигаться как-то, нужно садиться на что-то и ехать.
Д. БОРИСОВ: Ну в Москве тоже, говорят, обещают какой-то снегопад жуткий, по крайней мере, мне Плющев пообещал.
И. РАЗИН: В Москве все врут.
А. ПЛЮЩЕВ: Всегда врут в Москве причем.
И. РАЗИН: Всегда врут, да.
А. ПЛЮЩЕВ: Что при старом, что при новом.
И. РАЗИН: Говорили, что в Москве завалено, а вот и не завалено было.
А. ПЛЮЩЕВ: У нас, смотри, у нас второй эфир подряд музыкальный попутчитский, вот, и мы…
Д. БОРИСОВ: Предлагаю ни слова о музыке.
А. ПЛЮЩЕВ: Более того, это радикальное слишком предложение, Дмитрий, я не могу на него пойти, не могу согласиться, потому что я давно хотел познакомиться с группой «Полюса» воочию. Потому что до этого, например, я был знаком по единственному, собственно говоря, произведению.
Д. БОРИСОВ: Саша преданный, до сих пор, фанат группы «Тату».
А. ПЛЮЩЕВ: Да, да.
И. РАЗИН: А мы про них писали песни.
А. ПЛЮЩЕВ: Вот видишь, как хорошо, конечно, я хотел посмотреть, кто же это был.
Д. БОРИСОВ: Этим и обусловлено ваше появление в нашем купе, по секрету расскажу.
А. ПЛЮЩЕВ: Зачем вы это делали?
И. РАЗИН: Да нет у меня телефона их, что ты!
А. ПЛЮЩЕВ: Это отлично. Я сразу вспомнил, как, когда был эфир с Лаэртским, он сказал: «Зачем ты меня за коленку хватаешь».
И. РАЗИН: А зачем ты хватал?
А. ПЛЮЩЕВ: Не «зачем», а «за что».
Д. БОРИСОВ: Одно дело, зачем.
И. РАЗИН: А что, у него одна коленка, что ли?
Д. БОРИСОВ: Одно дело, зачем хватать, а другое – зачем об этом говорить.
И. РАЗИН: На двух ногах по одной.
А. ПЛЮЩЕВ: А, одна коленка на двух ногах.
Д. БОРИСОВ: Так, подождите, возвращаемся. Александр, он шутит.
И. РАЗИН: Это сиамская коленка.
Д. БОРИСОВ: Но его-то интересует больше всего, зачем нужно было вам писать для группы «Тату». Где Петербург, где Москва.
А. ПЛЮЩЕВ: С одной стороны, да, где альтернатива какая-то, а где…
Д. БОРИСОВ: А где попсень.
А. ПЛЮЩЕВ: Да.
Д. БОРИСОВ: Хоть и любимая нами.
И. РАЗИН: Да мы написали песню, вообще, не для «Тату», а для себя, и с удовольствием ее исполняли, а потом вот кто-то ее услышал, и у кого-то родилась идея, чтобы почему-то эту песню спели вместе с нами поэты-шестидесятники. Но поскольку поэтами шестидесятниками группа «Тату» не являлась, я, естественно, сразу согласился на поэтов шестидесятников, а потом мне подсунули совершенно, ну, в общем, блефовали.
А. ПЛЮЩЕВ: А пришли они.
И. РАЗИН: Да, пришли они. Ну вот, поэтов-шестидесятников-то я, в принципе, помню так.
Д. БОРИСОВ: Визуально.
И. РАЗИН: Визуально, да.
Д. БОРИСОВ: Не похожи.
И. РАЗИН: Вроде как не похожи, вроде по возрасту не подходят, но может, думаю, хорошо сохранились, а может, думаю, я лицо плохо помню.
Д. БОРИСОВ: Пол сменили.
И. РАЗИН: А может пол сменили, это сейчас модно.
А. ПЛЮЩЕВ: Да нет, просто понимаешь, в бумажке-то было написано все нормально, просто 9 и 6 похожи цифры, как мы знаем, это просто поэты-девяностники.
И. РАЗИН: А, девяностники.
А. ПЛЮЩЕВ: Поэты-девяностники. Понимаешь, просто циферка перевернулась и все, вверх ногами бумажку дали, все, поэты-девяностники.
Д. БОРИСОВ: И как, хорошо заработали? Это вот в глазах у Саши следующий вопрос я читаю, там суфлер у меня идет в его глазах.
И. РАЗИН: Хорошо ли зарабатывали поэты-девяностники? Ну, трудно сказать, не знаю, я даже не знаю, серьезно. Но я запомнил их, в общем, они симпатичные вполне оказались, жили тогда, как это, в поднебесной вообще, гостиница «Пекин», последний этаж, пентхаус, с потолка течет вода, ведра на полу стоят. Вообще веселая атмосфера.
Д. БОРИСОВ: Ну, это был такой уже, закат.
И. РАЗИН: Ну, это была ночь вообще, я тебе скажу, какой закат.
А. ПЛЮЩЕВ: Закат. Это была ночь в творчестве группы «Тату», хорошо.
Д. БОРИСОВ: Это была одна разве песня? Это же была не одна песня?
А. ПЛЮЩЕВ: Да одна.
И. РАЗИН: Просто в поднебесной ни одной песни с тех пор не родилось.
А. ПЛЮЩЕВ: На Новый год одна песня была.
И. РАЗИН: Да, на Новый год ее включили.
А. ПЛЮЩЕВ: Народу нужна поэзия.
И. РАЗИН: Да, люди хотят, ну что-то я не помню. Ну, в общем да, на Новый год ее включили в программу «Неголубой огонек», вот, и там группа «Тату», собственно, не появилась, ее там показали на экране, как всегда, они пели под минус, вот. Мы только исполняемся живьем, а они, как обычно, под минус.
А. ПЛЮЩЕВ: Мы только под плюс.
И. РАЗИН: Да.
А. ПЛЮЩЕВ: А они под минус, понимаешь.
Д. БОРИСОВ: То есть вы вживую так и не увиделись?
И. РАЗИН: Плюс и минус, видишь, в полюсах опять перепутаны, всегда, да, то плюс, то минус. Это переменное напряжение.
Д. БОРИСОВ: Но ведь, будем откровенными, явно же что-то, как-то повлияло на вашу известность более-менее широкую?
И. РАЗИН: Слушай, точно не повлияло, вообще никак.
Д. БОРИСОВ: Да ладно?
И. РАЗИН: Да абсолютно. Ну вот смотри, Плющев, как, собственно, не был на концерте группы «Полюса», так и не пришел до сих пор.
Д. БОРИСОВ: Зато он знает, что такое группа «Полюса».
А. ПЛЮЩЕВ: Да, это правда.
И. РАЗИН: Так он думает, что она подпевала группе «Тату».
А. ПЛЮЩЕВ: Нет, я был уверен, что «Тату» подпевала группе «Полюса», и думал – вообще это круто.
И. РАЗИН: А давай я тебе руку пожму?
А. ПЛЮЩЕВ: Давай, давай. Нет, я серьезно.
Д. БОРИСОВ: Это коленка, Саша. Опять наткнулся.
А. ПЛЮЩЕВ: Я серьезно подумал, знаешь, как в анекдоте: «Не знаю, что за мужик, но водителем у него Брежнев». Примерно такая история – не знаю, что за ребята…
Д. БОРИСОВ: Но на разогреве «Тату».
А. ПЛЮЩЕВ: Нет, у них «Тату» на подпевках, вот что я подумал тогда.
И. РАЗИН: Ну, в общем, смешная история получилась, веселая, как мы любим.
Д. БОРИСОВ: Давайте сейчас послушаем песню сразу.
А. ПЛЮЩЕВ: Да.
Д. БОРИСОВ: Не сразу, точнее. Какую еще песню могла бы группа «Тату» спеть с группой «Полюса»? Вот, например.
А. ПЛЮЩЕВ: Кстати, хорошая мысль.
Д. БОРИСОВ: Вот я предлагаю слушать, ну Саша-то во всех песнях слышит Юлю Волкову.
И. РАЗИН: Они ту-то не смогли спеть, о чем ты говоришь.
Д. БОРИСОВ: Вот начинается разбор.
А. ПЛЮЩЕВ: Давай мы вместо них будем сейчас подпевать, давай.
Д. БОРИСОВ: Ты готов? А ты текст выучил?
А. ПЛЮЩЕВ: Я всегда готов, я всегда с невыученным текстом.
Д. БОРИСОВ: Ну так, давай, три-четыре.
ПЕСНЯ
Д. БОРИСОВ: Плющеву «двойка».
А. ПЛЮЩЕВ: Я не мог подпевать, потому что я читал телеграммы. Знаешь, как показывают, Ленин, он стоит около аппарата.
Д. БОРИСОВ: И думает о стране.
А. ПЛЮЩЕВ: Нет, он, еще аппарат, главное дело, такой трр-тых-тых-тых-тых, трр-тых-тых-тых-тых, из него такая лента вылезает, там пробоины в ней, а он понимает, что это азбука Морзе, ну вот и читает.
Д. БОРИСОВ: Давай сделаем вид, что ты тоже понимаешь SMSки, которые тебе присылают.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, и вот что мне прислали, ИТАР ТАСС пишет мне, спасибо дорогой ИТАР ТАСС. Митингующие на Площади Независимости в Белорусской столице, Минск она называется, взламывают двери в здании парламента и правительства, пытаются ворваться внутрь, бьют стекла, – пишет мне ИТАР ТАСС. А РИА Новости мне пишут то же самое примерно, только еще пишут, что ломают двери здания Дома Правительства, где расположены совет министров, нижняя палата парламента и Центризбирком, разбили уже одно из стекол двери и пытаются выломать эту дверь. С помощью нашей вот этой телетайпной ленты мы будем держать вас в курсе событий.
Д. БОРИСОВ: Да.
А. ПЛЮЩЕВ: Может быть,даже и прервемся в 30 минут, если нас вырубят на новости, не знаю.
Д. БОРИСОВ: Эффект присутствия.
А. ПЛЮЩЕВ: Некоторый существует.
Д. БОРИСОВ: Может, повернем поезд?
А. ПЛЮЩЕВ: Может быть.
Д. БОРИСОВ: Группа «Полюса». Я тут, когда слушал песню, вспомнил, что я наткнулся на определение, что же такое главная характерная черта группы, вот, она описана у вас на сайте, я не смог бы повторить эту фразу, специально сейчас открыл в нашем поездном ноутбуке. Цитата: «Предельно интеллигентный, мягкий, по-особому питерский юмор».
И. РАЗИН: Вот это да, ничего себе определение.
Д. БОРИСОВ: Кто придумал это?
И. РАЗИН: Не знаю, не знаю.
Д. БОРИСОВ: Я просто, слушая песню, пытался представить, где там интеллигентный…
А. ПЛЮЩЕВ: Пытался понять юмор питерский.
Д. БОРИСОВ: Да, юмор.
И. РАЗИН: Мы вот, например, в этом альбоме, который называется «Дальше» и который вышел в 2010 году, мы старались вообще не шутить, прямо вот старались. Все песни с юмором…
Д. БОРИСОВ: То есть шутка проскакивала, а вы ее оттуда.
И. РАЗИН: Да, как мне сказал басист одной группы, мы недавно были на концерте случайно, и басист… один музыкант другому говорит, что - «Нет, ты знаешь, хорошо вы сыграли, хорошо, но просто, вот надуманность, я просто нутром чувствую надуманность», тот говорит: «А ты знаешь, с надуманностью мы боремся». Ну да, они борются с надуманностью, вот, а мы с юмором боремся, прямо чуть что смешное, мы такие - «нет, нет, нет, это не для нас, мы серьезные ребята», вот уже смешного напелись.
Д. БОРИСОВ: А чем отличается питерский юмор от не питерского?
И. РАЗИН: Ты не поймешь. Ну прости, прости. Послушай, ну, на самом деле это true…
А. ПЛЮЩЕВ: True-юмор.
И. РАЗИН: Да, true-юмор, нет, ну сложно. Ну это, знаешь, элемент какой-то непривязанности и полного безумия, вот, мне нравится в таком, хорошем петербургском юморе. Но я думаю, что это есть везде, просто вот с такими людьми приятно сталкиваться. Знаешь, кто-то говорил, что… а, Фрай, говорил же, что настоящую близость определяет не занятия любовью, можно жить вместе, можно заниматься любовью, есть вместе, там, я не знаю, платить вместе за квартиру, но только занятия полным безумием совместное, оно-то определяет настоящую близость. Вот, мне кажется, в юморе это очень чувствуется.
А. ПЛЮЩЕВ: То есть, Борисов, мы с тобой близки, я даже не знал.
И. РАЗИН: Даже не коленки Лаэртского определяют настоящую близость, понимаешь. Хотя, может быть, это было безумие с твоей стороны, трогать его за коленку.
А. ПЛЮЩЕВ: Возможно, возможно. А с его-то какое! Возможно.
Д. БОРИСОВ: После этого даже не знаю.
А. ПЛЮЩЕВ: Я даже не знаю, можно закрывать и расходиться.
Д. БОРИСОВ: Все, расходиться, ждать…
А. ПЛЮЩЕВ: Зачем мы это делали, непонятно.
Д. БОРИСОВ: … презентацию нового клипа Бориса Моисеева.
И. РАЗИН: Нового радио-клипа.
А. ПЛЮЩЕВ: Продолжаем. Ты знаешь, мне вот показалось, ну чисто показалось, я когда…
Д. БОРИСОВ: Через розовые очки.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, слушал песню вашу, мне показалось, что время, так сказать, стиля, которого вы придерживаетесь, оно, может быть, было несколько раньше. Я не хочу сказать «прошло», потому что время от времени время возвращается.
И. РАЗИН: Постоянно, оно петляет, петляет.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, оно, мне показалось, было несколько раньше у нас в музыке. Я вот, не хочу сказать, что-то подобное, но подобного, скажем так, направления, слышал по радиостанции «Наше радио» лет этак 10 назад, много.
И. РАЗИН: Да, ну например?
А. ПЛЮЩЕВ: Ну я не знаю, у меня стирается в памяти вот все подобное.
И. РАЗИН: Правильно, потому что не надо было слушать 10 лет назад всякую ерунду. Ну, нет, ты хочешь, чтобы я подтвердил – да, время этой музыки ушло? Нет, не могу подтвердить, потому что я вот ее играю, и мне кажется, она актуальна, я считаю, что это актуальная музыка, вот для меня она актуальна, абсолютно. А вообще трудно говорить сейчас о стилях в музыке, в принципе.
А. ПЛЮЩЕВ: Это правда.
И. РАЗИН: Потому что все настолько перемешано и какого-то чистого стиля, как и чистого русского, например, человека, выщепить, так сказать, из общей массы довольно сложно, вот, поэтому это такой вопрос непростой.
А. ПЛЮЩЕВ: Москва, похоже, нас выключает, нам сигналят красной лампочкой, что пора, друзья. Сейчас, мы вернемся.
Д. БОРИСОВ: Мы вернемся, да.
НОВОСТИ
А. ПЛЮЩЕВ: Раз-раз.
Д. БОРИСОВ: Думаешь… да, уже слышно. 23 часа и 23 минуты, мы продолжаем. Программа «Попутчики», Дмитрий Борисов, Александр Плющев и «Полюса», точнее «Полюс», Илья Разин, здесь с нами едет. Ты начал мысль.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, более того, Илья даже на нее ответил, в некотором смысле. Мы о стилях говорили, просто мне казалось, что, вот знаешь, заявишь человеку: «Вот вы играете, там, рок», условно говоря, а он тебе сразу там - «тьфу-тьфу, сплюнь, иди отсюда, какой рок, мы никогда рок не играли», поэтому я без определений сегодня обхожусь вот так, на всякий случай. Я просто, видишь, обрисовал в общих чертах. А вы как-нибудь сами определяете, вот это что?
И. РАЗИН: А мы специальную песню написали для этого, называется «Че за мьюзик».
А. ПЛЮЩЕВ: Вот да, что за мьюзик, чего хорошего?
И. РАЗИН: Вот так и определили, потому что это непонятно, что, на самом деле. А люди, которые вешают объявления о концертах, например, там, клубные арт-директора, они какие только названия не придумывали.
А. ПЛЮЩЕВ: Самое экзотическое какое?
И. РАЗИН: Ну какое, дрим-рок, например.
А. ПЛЮЩЕВ: Дрим?
И. РАЗИН: Дрим-рок, да, например.
А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо.
И. РАЗИН: Ну и так далее, там по списку.
Д. БОРИСОВ: Звучит красиво.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, все, дрим-рок, хорошо.
И. РАЗИН: Видишь, тебе кажется, красиво звучит.
А. ПЛЮЩЕВ: Что-нибудь так…
Д. БОРИСОВ: Рок для сна, да.
А. ПЛЮЩЕВ: Романтик-поп-соплюжн. Снарок.
Д. БОРИСОВ: Снарок.
И. РАЗИН: Снарок, да. Вот, так что каждый придумывает, так сказать, в меру своей просвещенности и вообще вникания в проблему, вот. Мне кажется, сейчас в принципе несерьезно говорить о стилях.
Д. БОРИСОВ: Много концертов?
И. РАЗИН: Главное, главное контент же, правильно? А что там он...
А. ПЛЮЩЕВ: Как назвать это, ну другое дело, что…
Д. БОРИСОВ: Контент, контакт, свои стихи, контент…
И. РАЗИН: Ну правильно, не поезд же главное, правильно, а контент купе. Или мы в плацкарте, подожди, я не понял?
Д. БОРИСОВ: Нет, у нас здесь, на самом деле, такие мягкие вагоны, хоть, не смотря на их состояние, они все-таки мягкие.
И. РАЗИН: А в чем…
Д. БОРИСОВ: У нас в СВ.
И. РАЗИН: В СВ втроем.
А. ПЛЮЩЕВ: Слушайте, а у нас опять телетайп, собака, стучит. Он вообще сегодня не умолкает просто, он стучит нам о том… ага, это кто…
Д. БОРИСОВ: Секунда серьезности.
А. ПЛЮЩЕВ: Это ИТАР ТАСС, что белорусский ОМОН начал разгон митингующих на Площади Независимости в белорусской столице, а РИА Новости…
Д. БОРИСОВ: И оттеснил.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, пишет, что оттеснил уже.
Д. БОРИСОВ: Да, оппозицию на несколько метров, на несколько метров, не десятков, а несколько метров.
А. ПЛЮЩЕВ: Следим за развитием событий с помощью нашего телетайпа. Извини, пожалуйста, Илья.
И. РАЗИН: Да ничего страшного, когда двери ломают в Белоруссии, мы же не можем оставаться равнодушными.
Д. БОРИСОВ: И правда, трое на двух местах ушли в свои прекрасные темы. Много концертов в Питере у группы «Полюса»?
И. РАЗИН: Ну, случаются, довольно много, да, случаются.
Д. БОРИСОВ: А за пределами Петербурга?
И. РАЗИН: И за пределами тоже довольно часто случаются.
Д. БОРИСОВ: То есть, есть некоторые люди, которые понимают питерский юмор?
И. РАЗИН: Да, да. Ну, или, знаешь, мы растим же поколение, например.
А. ПЛЮЩЕВ: Они с собой возят.
И. РАЗИН: Приучаем к юмору, потом родители, они учат детей, те вырастают и начинают…
Д. БОРИСОВ: Потом устраиваете экспорт кадров.
И. РАЗИН: Да, и начинают ходить на концерты, то есть мы воспитываем поколение. Знаешь, как некоторые музыканты рожают детей себе, а потом делают из них свою группу.
А. ПЛЮЩЕВ: А это кто такие?
И. РАЗИН: Ну, я не знаю, ну вон, у вас прекрасный есть гитарист, Иван Смирнов, он же вот, например, у него дети в группе играют, «Квартет Ивана Смирнова», вы что, не знаете инструментальной музыки своей?
Д. БОРИСОВ: Нет, Плющев не знает своих гитаристов по именам.
А. ПЛЮЩЕВ: Я вообще… кто мои гитаристы?
Д. БОРИСОВ: У него очень большая группа.
И. РАЗИН: Потому что ты поп играешь, у тебя вообще гитары нет в группе.
А. ПЛЮЩЕВ: У меня одни клавиши.
И. РАЗИН: Да, только клавиши.
А. ПЛЮЩЕВ: И барабан.
И. РАЗИН: Вот, так что некоторые так делают, а мы вот растим, видишь, тех, кто ходит на наши концерты, прям приучаем именно через юмор все это.
Д. БОРИСОВ: При этом от юмора отказываетесь.
И. РАЗИН: Да.
Д. БОРИСОВ: Это, видимо, великая питерская логика, которую я слышал.
И. РАЗИН: Нет, видишь, в чем дело, надо же, чтобы концерты отличались от пластинок, правильно? На концерте ты одно, а на пластинке будет другое.
Д. БОРИСОВ: Ох, как не люблю этого, ох как не люблю! Я главный борец с этим.
А. ПЛЮЩЕВ: Сейчас ты наступил прямо на мозоль, ты наступил на больной зуб.
Д. БОРИСОВ: Это же, это…
И. РАЗИН: Ты «Полюса» не любишь, видишь, не любишь ты «Полюса». Да нет, я не в этом смысле, понимаешь?
Д. БОРИСОВ: Я не люблю, вот, когда заманивают одним, а потом предлагают в качестве, на концертах, в качестве товара, да, ведь звук это товар на концертах, другое.
И. РАЗИН: А с чего ты взял, что я тебя заманиваю? Я же вообще не заманиваю никого.
Д. БОРИСОВ: Если мне дают диск и я его слушаю, мне он нравится, это есть заманивание на концерт.
И. РАЗИН: Так нет, диск это для того, чтобы ты послушал это, в магнитофон вставил себе пластиночку, вот. Многие люди, которые слушают диски, они вообще на концерты никогда не ходят. Это другое.
Д. БОРИСОВ: И правильно делают, да, если им на концертах предлагают совсем другое.
И. РАЗИН: А некоторым, да, нравится ходить на концерты, а некоторым нравится и то, и то.
Д. БОРИСОВ: И песни там еще другие.
И. РАЗИН: Подожди, я тебя напугаю, нет. И песни другие, например, да, и песни бывает что, знаешь, бывает, музыканты играют музыку, которая вообще не записана, ты представляешь? Это дикость!
Д. БОРИСОВ: Вот сейчас, в век развития нанотехнологий и инновационных центров, надо заказать какому-нибудь биохимику какую-нибудь замечательную микстуру, а лучше инъекцию, которую я всем гостям бы вкалывал, чтобы они переставали на концертах петь другие песни, те, которые на дисках в другом исполнении, переставали обманывать и вводить в заблуждение свою аудиторию.
А. ПЛЮЩЕВ: Почему, тоже прекрасно. Мы здесь антагонисты.
И. РАЗИН: Видишь, вот ты посмотри на пластинку, и где там написано «Приходите на наш концерт»? Да нигде вообще на этой пластинке не написано, вообще нигде. Там даже я бы написал - «Не приходите».
А. ПЛЮЩЕВ: Диме просто кто-то однажды, ну понимаешь, кто-то обманул в юном возрасте, знаешь, какой-то нехороший дядя…
Д. БОРИСОВ: Хотел сказать, кто, а потом решил, что раз в юном возрасте, лучше не говорить.
И. РАЗИН: Слушайте, я пошутил.
А. ПЛЮЩЕВ: То есть нехороший дядя сначала кормил его конфетами, вот, и всякие такие слова говорил, а потом сунул, ну, диск дал ему, в смысле, и сказал, дескать, «а потом приходи на концерт, услышишь то же самое», он с тех пор и думает, что всегда, когда дядя дает диск…
И. РАЗИН: Саша, Дима, на самом деле, вот о чем говорит. Ему нравится максимально правильная ситуация, когда она в записи и на концерте она максимально приближена к записи, правильно, да?
Д. БОРИСОВ: Да.
И. РАЗИН: Ну это, вот, Филипп Киркоров – это вообще идеально просто, это просто вообще идеально. Это то же самое, что на записи, вообще ты не отличишь, вообще не отличишь. Вот, так что, ты любишь.
А. ПЛЮЩЕВ: И хорошо же.
И. РАЗИН: Ну скажи же, ты любишь!
Д. БОРИСОВ: Филиппа?
И. РАЗИН: Филиппа Киркорова. Нет, ну записи его и концерты.
А. ПЛЮЩЕВ: Хорош.
И. РАЗИН: Ну потому что это вообще один в один. Он, кстати, вообще никого не обманывает, просто, ну вот треснет иногда, но он не обманет никогда.
А. ПЛЮЩЕВ: Я вот репетиции его люблю.
Д. БОРИСОВ: Плющев немножко мазохист.
А. ПЛЮЩЕВ: Нет, не в смысле, участвовать в них, я имею в виду, следить за ними.
Д. БОРИСОВ: Ты еще и вуаерист. Да нет, ты следил, конечно. Я понял.
И. РАЗИН: Плющев – наружка Киркорова, вот так вот.
А. ПЛЮЩЕВ: Норушка, была в смысле мышка-норушка, а теперь…
Д. БОРИСОВ: Плюшка-норушка.
А. ПЛЮЩЕВ: По-моему, прекрасно.
Д. БОРИСОВ: Я теперь знаю, как тебя буду называть.
А. ПЛЮЩЕВ: Хорошо.
И. РАЗИН: Ну нет, ты согласись тогда, правильно?
Д. БОРИСОВ: Я даже не про звучание, на самом деле, мы, может быть, друг друга не так поняли. Я про то, что вот…
А. ПЛЮЩЕВ: Про набор песен – слова, музыка, аранжировки.
Д. БОРИСОВ: Вот есть хоть одна песня, которая принесла популярность, ну у группы «Полюса» есть такая, вот одна, которая задолбала?
И. РАЗИН: Нету, ни одной.
Д. БОРИСОВ: Вот, поэтому вам пока это не грозит, но как только появится такая, что прямо вот из каждого утюга вообще и на каждом корпоративе, каждый день, то на 2038-й раз ее не захочется петь, а публика-то будет просить, и я в том числе.
И. РАЗИН: Ты знаешь, я приходил на один лейбл, помнится, типа хотелось там на лейбле издать пластинку, ну вот, я прихожу, говорю: «Вот, смотри, классная, клеевая демо-запись, я вот принес», а человек послушал и говорит: «Слушай, Илья, а можешь такую написать песню, вот чтобы тебе самому даже не хотелось ее петь».
А. ПЛЮЩЕВ: Это хорошая такая песня должна быть.
И. РАЗИН: Вот, и это будет точно, это прям туда, куда надо будет.
А. ПЛЮЩЕВ: Это хит.
И. РАЗИН: Потому что, я чувствую просто, ты можешь, но вот...
А. ПЛЮЩЕВ: Но поешь не то, что нужно.
И. РАЗИН: Да, да, поешь то, что тебе нравится, а надо вот такую сделать, чтобы самому даже вот не хотелось, может быть, даже чтобы немножко противно было.
А. ПЛЮЩЕВ: Может быть, даже, чтобы немножко не моглось.
И. РАЗИН: Да-да-да, не моглось. Вот, так что нет, мы как-то то, что доходит, те песни, которые доходят уже до того, что мы их начинаем исполнять на концертах, они как-то долгоиграющие оказываются, для нас лично.
Д. БОРИСОВ: Я думаю, у группы «Полюса» получилась бы хорошая колыбельная.
А. ПЛЮЩЕВ: Почему?
Д. БОРИСОВ: Ну такая, нестандартная, знаешь.
И. РАЗИН: А мы много таких написали.
А. ПЛЮЩЕВ: Давайте какую-нибудь послушаем.
Д. БОРИСОВ: Под которую засыпают?
И. РАЗИН: Да, да, засыпают. Медленно, уверенно.
А. ПЛЮЩЕВ: Это тоже искусство, знаешь. Не все дрыгаться.
И. РАЗИН: Да, знаешь, это тебе не таблетку какую-нибудь съесть и заснуть.
Д. БОРИСОВ: Мы вернемся сюда совсем скоро. Отвлеките, пожалуйста, Плющева от информационных агентств, пришлите ему уже какую-нибудь добрую SMSку на +7 985 970 45 45.
А. ПЛЮЩЕВ: Вариант!
Д. БОРИСОВ: Да, тогда он вернется к нам, а то ему тут уже это, и французы тут пишут что-то про ля полис, и прочее. Он тут на всех языках мира читает SMSки от информагентств, пусть он ваши почитает, дорогие слушатели. Подпевай, кстати.
ПЕСНЯ
Д. БОРИСОВ: Просыпайся! Не спать, Плющев!
А. ПЛЮЩЕВ: А? Кто здесь?
Д. БОРИСОВ: Вот я говорю, хорошая колыбельная получилась, вот спит.
А. ПЛЮЩЕВ: Слушайте, а мне тут много, на самом деле, пришло сообщений на SMS +7 985 970 45 45, сейчас, секундочку.
Д. БОРИСОВ: Ты песню слушал?
А. ПЛЮЩЕВ: Да, по Крыму, на батареях солнечных, все нормально, все, я даже выучил, видишь, много, для меня.
И. РАЗИН: Многое.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, многое. Хороший вопрос пришел. Вы хотели в начале творческого пути, музыкой изменить мир? А я бы добавил альтернативу такую - «или просто заработать».
И. РАЗИН: Просто заработать? Нет, музыкой, во-первых, заработать непросто.
А. ПЛЮЩЕВ: А кстати, удается хоть как-нибудь?
И. РАЗИН: Удается иногда зарабатывать музыкой.
Д. БОРИСОВ: А чем вы зарабатываете, если не музыкой?
И. РАЗИН: Просто приходится, да, приходится еще…
Д. БОРИСОВ: Ну-ка, быстро, честно, откровенно.
И. РАЗИН: Ну, музыкой, да, сейчас музыкой. Но вообще, да, я занимался, чем только я не занимался – я был фотографом профессиональным, долго, много лет работал фотографом, в издательствах, например. Я занимался полиграфическим дизайном и сейчас занимаюсь иногда.
Д. БОРИСОВ: Один из наших попутчиков на такой вопрос как-то сказал: «Ну, в общем, ну нет, я, конечно, музыкой недавно занимаюсь, ну вообще, я вице-президент нефтяной компании».
И. РАЗИН: Ну, вот видишь.
Д. БОРИСОВ: Неожиданно. Было такое, да.
И. РАЗИН: Видишь, да, а у меня на участке не нашли нефть, вот, на том, что я купил, ну нет нефти там, нету, вот. Хотя, конечно, я рыл и в поисках алмазов, и золота – ну ничего, ничего, только клубни прошлогодние я нашел там, клубни, ну, картофельные.
Д. БОРИСОВ: Потому что дачу надо было покупать под Якутском, летнюю.
И. РАЗИН: Ну вот, а что же раньше-то я тебя не встретил.
А. ПЛЮЩЕВ: Когда распродажа была участков.
И. РАЗИН: Чтобы с таким советом-то ты бы ко мне обратился. Нет, ну как-то, знаешь, скорее, хотели изменить себя, когда начинали играть музыку, себя хотели изменить. Вот себя до сих пор и меняем, потому что это самое сложное.
Д. БОРИСОВ: Ну хоть чуть-чуть удалось?
И. РАЗИН: Еще как удалось.
Д. БОРИСОВ: В чем?
И. РАЗИН: Да во всем.
Д. БОРИСОВ: Раньше были злые, а стали добрые?
И. РАЗИН: Музыка – это вот, такая вот, ну, много надо, много, в общем, надо работать. Вот, а для того, чтобы работать, надо как-то себя все время заставлять и иногда не так лениться, как хочется, и вообще, творчество меняет человека, я думаю, я надеюсь, к лучшему.
Д. БОРИСОВ: Судя по тому, что у нас только один Илья имеет слово в поезде, хотя у нас в соседнем купе еще целая группа «Полюса», им запретили разговаривать, открою вам секрет.
А. ПЛЮЩЕВ: Напрочь.
Д. БОРИСОВ: Абсолютно авторитарный, да?
А. ПЛЮЩЕВ: В группе ты?
И. РАЗИН: Нет, вообще не авторитарный.
Д. БОРИСОВ: Авторитарный режим установлен в коллективе.
И. РАЗИН: Это я просто к вам сюда один.
А. ПЛЮЩЕВ: Они сейчас будут ломиться и взламывать двери.
Д. БОРИСОВ: Зачем там они закрыты, Илья?
И. РАЗИН: Как зачем? Они косноязычные просто. Они хорошие ребята, просто они музыканты, они на музыкальных инструментах играют, а я еще и поговариваю, вот. Может, кстати, начнут и петь, я надеюсь. Я вот уговариваю уже несколько лет, говорю: «Когда вы начнете мне подпевать?» А они боятся микрофона.
Д. БОРИСОВ: А кто они, откуда они появились в жизни вашей, Илья?
И. РАЗИН: Послушай, вот судьба сводит же людей и подбирает таких достойных, которых они достойны.
А. ПЛЮЩЕВ: Это точно.
И. РАЗИН: Вот.
Д. БОРИСОВ: То есть ты достоин тех, кто не говорит?
И. РАЗИН: Достоин, вот я достоин своих друзей.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, слушайте, сейчас еще пару вопросов.
Д. БОРИСОВ: Да слушаем мы тебя, слушаем!
А. ПЛЮЩЕВ: Ну, дайте, мне хочется как-то встрять в вашу беседу, так, знаешь, активно переговариваетесь между собой, а тут, между прочим, наш один из слушателей спросил: «Что вы думаете, когда слышите группы, играющие музыку, похожую на вашу?» Это он, очевидно, мне помогает таким образом, я-то ни одной не вспомнил, потому что, конечно из памяти стирается все, а он перечисляет вот, не стесняется Кирилл, пишет: «Сансара, Чебоза, Враги, Знаки».
И. РАЗИН: Я, вот не слышал… нет, «Враги», например, слышал, это же из Питера такие ребята, да, слышал. Но мне, вот, например…
Д. БОРИСОВ: Чибозу мы слышали, причем не только Чебозу, но и Чебозу из Магадана.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, Вася Обломов, а как же, конечно.
И. РАЗИН: Группа «Знаки», но мне…
Д. БОРИСОВ: «Еду в Магадан».
И. РАЗИН: Мне, например, не кажется, что хотя бы одна эта группа играет музыку, похожую на музыку, которую играем мы.
А. ПЛЮЩЕВ: Хорошая песня, хорошая.
И. РАЗИН: Так что вот, совершенно, я считаю, что мы играем совершенно разную музыку и поем разные песни.
А. ПЛЮЩЕВ: Смотри, я, знаешь, тут себя на мысли сегодня прям поймал, на ужасной, ужасной-ужасной, а сейчас вот, не дай бог, еще после нас какой-нибудь «Битловский клуб» поставят, меня вообще просто раздербанят поклонники. Я ехал и услышал по одной радиостанции песню Джона Леннона «Imagine», я не буду тебя о ней спрашивать.
И. РАЗИН: Ну почему, спроси меня.
А. ПЛЮЩЕВ: И мне пришла в голову следующая мысль, ну, там такие очень правильные слова, прям такие, ну вообще, очень наивные, вот особенно сейчас это слушать наивно.
Д. БОРИСОВ: «Let me speak from my heart»?
А. ПЛЮЩЕВ: Да нет, дело даже не в этом, а там, ну, там - «настанет день, и ты к нам присоединишься», ну и все такое, люди там живут без религии, туда-сюда.
Д. БОРИСОВ: Ты успел перевести?
А. ПЛЮЩЕВ: Ну я же ее с детства знаю хорошо.
И. РАЗИН: Слушай, да, вот такие слова, казалось бы, да, ерунда, а ведь как его притесняли за эту песню, между прочим, в Англии-то плющили его практически, плющили.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, понимаешь, я вот подумал – ну вот, а человек при этом, ну, Леннон, в жизни, он довольно цинического склада весьма и такого, злого на язык, а при этом сладкий, наивный и добрый. И я вот, когда слушал вашу песню, я тоже поймал себя на этом некоем диссонансе, не в том смысл, сто ты циничный, а ты, наоборот, такой, очень здравомыслящий человек, с юмором, опять же, с хорошим, а песни, они такие, романтические, ну я не знаю, как это сказать, романтического склада. У тебя есть диссонанс между тем, что ты поешь, и тем, что ты говоришь в жизни?
И. РАЗИН: Да нету никакого диссонанса.
А. ПЛЮЩЕВ: Долго я что-то спрашивал так.
Д. БОРИСОВ: Ты же поговорить хотел, мы поняли.
И. РАЗИН: Нету никакого диссонанса. Бывают разные настроения, и в разных настроениях пишутся разные песни, поэтому группа называется «Полюса», потому что мы не связаны и себя пытаемся не связывать никакими форматами и рамками.
А. ПЛЮЩЕВ: Чтобы было, может быть, еще понятнее, ну, я из разряда тех людей, которые объясняют и объясняют, а делают все непонятнее, и непонятнее. Помните замечательный фильм про мушкетеров?
Д. БОРИСОВ: Какой из них?
А. ПЛЮЩЕВ: Ну, вот самый первый, собственно, наш, отечественный, с Боярским – «ух, канальи!»
И. РАЗИН: Ты надеешься, что мы скажем: «Нет, не помним»?
Д. БОРИСОВ: Боярский? А кто это, да?
А. ПЛЮЩЕВ: Да, и там они поют, значит, все такую отличную песню «Перед грозой так пахнут розы».
Д. БОРИСОВ: У тебя хорошо получается.
А. ПЛЮЩЕВ: И идут убивать людей, понимаешь, вот, вот такой некий диссонанс происходит.
И. РАЗИН: Да, и я так же.
А. ПЛЮЩЕВ: Вот как раз это я хотел от тебя услышать. Спасибо, Илья.
И. РАЗИН: Иду и проткну потом кого-нибудь шпагой, например.
А. ПЛЮЩЕВ: Экстремизм, мне кажется, сейчас прозвучал.
И. РАЗИН: Нет, то вот говоришь – «а, вы песню поэзию написали, смотри какая для вас необычная песня!»
А. ПЛЮЩЕВ: Точно, да.
И. РАЗИН: «А не хотелось бы еще таких написать?» - говорят, задают вопросы. Нет, не хотелось бы. А эти что-то, какие-то другие, а эти какие-то романтические, а не хотелось бы еще таких написать? Хотелось бы.
Д. БОРИСОВ: Часто критикуют?
А. ПЛЮЩЕВ: А мы чем сейчас занимаемся?
И. РАЗИН: Да, а чем вы сейчас…
Д. БОРИСОВ: Ну не мы, мы-то ладно, мы разве критикуем? Вообще, вокруг, окружающие говорят «Эй, Илья, что ты написал, Илюх, какую-то несуразность».
И. РАЗИН: Слушай, ведь из критики, собственно, сделан весь путь музыканта и начинающего в том числе, и если слушать всю критику, которая валится или, там, по-доброму говорится - «ну что ты, ну», можно я за коленку?
А. ПЛЮЩЕВ: Да, да, конечно. Теперь, после всего, что было, вообще, не только на коленку можно.
И. РАЗИН: На коленку руку так кладут: «Ну что ты, ну, хорошая музыка конечно, но смысл-то какой в этом, ну зачем, зачем?»
Д. БОРИСОВ: Сейчас я выведу вас из эфира. «Кто для вас главный критик?» спрашивает наш слушатель из Киева, Сергей Соседов.
И. РАЗИН: Я для нас главный критик.
А. ПЛЮЩЕВ: Правильно, а чего стесняться-то, с другой стороны.
И. РАЗИН: Да, я для нас, потому что, вот да, то что не переваривает душа, того спеть не смогу и сыграть. И если будешь слушать всех вокруг, у всех свое мнение. Если всех вокруг слушать, ничего дельного не добьешься.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, с ума сойти можно, запросто.
И. РАЗИН: Да, абсолютно.
Д. БОРИСОВ: Гениальный вопрос пришел. Обычно спрашивают, вот почему вы не общаетесь, не отвечаете на форумах, не сидите в Интернете, на поклонников не обращаете внимания, ла-ла-ла. А тут: «Зачем «Полюса» постоянно общаются со своими поклонниками?» - строго задает вопрос некто из Москвы.
И. РАЗИН: Зачем «Полюса» общаются со своими поклонниками… подожди.
Д. БОРИСОВ: Зачем «Полюса» постоянно общаются с поклонниками, зачем?
И. РАЗИН: Слушай…
Д. БОРИСОВ: Здесь еще первая часть вопроса: «Основаны ли тексты на реальных событиях?»
И. РАЗИН: Многие основаны, многие абсолютно абстрактны.
Д. БОРИСОВ: Особенно вот на батарейках по Крыму.
И. РАЗИН: А вот это, кстати, основано на реальных событиях, вот эта песня конкретно, да. Было такое дело, я ездил на машине и доехал там до моря, остановиться в гостинице не удалось, потому что драли три шкуры. Лег на берегу, в 7 часов утра проснулся – дельфины плавают в пяти метрах от берега, ну вот, ну и красиво. Я полез, конечно, к ним, но они уплыли. Не приняли меня. Поэтому пришлось написать романтическую песню, как будто бы они меня приняли.
А. ПЛЮЩЕВ: Как, собственно, не принял спецназ демонстрантов в Минске, потому что, как сообщил только что Интерфакс мне, спецназ уходит с площади перед окнами правительства Белоруссии. Неожиданное продолжение, знаете ли. Как передает корреспондент Интерфакса, сотрудники милиции уходят.
Д. БОРИСОВ: А участники акции кричат им: «Милиция с народом!»
А. ПЛЮЩЕВ: О, после того, как подход к Дому Правительства стал свободным, демонстранты продолжили бить стекла, уточняет Интерфакс, интересно.
Д. БОРИСОВ: Все на самом деле не так смешно, просто телеграфный стиль, да, SMSка не может передать всего, что происходит на самом деле, но текст иногда…
А. ПЛЮЩЕВ: Будем надеяться, что, в общем, стеклами все и ограничится там.
Д. БОРИСОВ: Да.
А. ПЛЮЩЕВ: Еще через три минутки вы все узнаете в информационном выпуске от нашего корреспондента Андрея Белькевича, в Москве.
Д. БОРИСОВ: Наконец-то, да, наконец-то все о тебе узнали наши слушатели. Тут, видишь, какие разоблачения?
А. ПЛЮЩЕВ: Смотрите, что, у меня все время сегодня прямо красной нитью проходит, что время прошло, ну, видимо, к пенсии все идет, поэтому так время прошло. Я о том, что вообще роль музыки, допустим, в детстве моем, когда, соответственно, тополя-то были большими и росли на Плющихе…
И. РАЗИН: И трава была зеленее.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, и вообще трава была, собственно. Ну, роль музыки, мне кажется, совсем изменилась у нас, и я даже с трудом себе могу представить, для чего люди идут играть на музыкальных инструментах и петь песни, потому что, ну, если раньше ты мог стать героем поколения, как Цой, условно говоря, то сейчас по клубам будешь или вон, там, бить женщин на сцене. Вот, собственно, две альтернативы такие, хотя нельзя говорить альтернативы. В общем, два пути.
И. РАЗИН: Видишь, ты совершенно с другой точки зрения рассматриваешь людей, которые хотят заниматься музыкой. У тебя какие-то прикладные цели.
А. ПЛЮЩЕВ: В чем результат. Да, что я могу с этого поиметь.
И. РАЗИН: А главное-то, да, удовольствие.
А. ПЛЮЩЕВ: В процессе.
И. РАЗИН: Да, в процессе, именно в процессе главное удовольствие, в пути удовольствие, а не в…
А. ПЛЮЩЕВ: То есть музыканты даосы такие.
И. РАЗИН: Да, ну что, ну и что мы сейчас вот приедем, там, через пять часов туда, куда мы едем, ну и что, а вот беседа-то была.
Д. БОРИСОВ: Там вас встретят.
И. РАЗИН: Беседа-то была, мы же встречались, и видишь, провели время с пользой, в разговорах. А, между прочим, ну и где бы мы еще поговорили, как вот не в этом купе? Так что путь, он имеет колоссальное значение, его содержимое, а куда это приедет, мы даже не знаем.
А. ПЛЮЩЕВ: Я предлагаю немедленно начать это обдумывать.
И. РАЗИН: Немедленно.
Д. БОРИСОВ: Я уже думаю, ты знаешь.
А. ПЛЮЩЕВ: Вот молодец.
Д. БОРИСОВ: Мы вернемся в эту нашу поездную студию импровизированную, в следующее воскресенье, в 23:05, программа «Попутчики» вновь будет здесь. Дмитрий Борисов, Александр Плющев, а вот группы «Полюса» не будет с нами.
И. РАЗИН: А она, потому что, будет 4-го января в клубе «16 тонн», вот так.
Д. БОРИСОВ: Да, вживую можете посмотреть.
А. ПЛЮЩЕВ: Прекрасно. Спасибо большое Илье и, в общем, до свидания.
Д. БОРИСОВ: Всего доброго.
А. ПЛЮЩЕВ: Пока.
И. РАЗИН: Пока, с наступающим.