Сэм Клебанов - Попутчики - 2009-05-02

А.ПЛЮЩЕВ: Я сегодня испугался, когда вошел в вагон, услышал голос и даже посмотрел на этого человека – я, честно говоря, подумал, что мы сегодня с Сергеем Доренко едем, потому что ужасно похож вам говорили когда-нибудь, что вы похожи на Сергея Доренко?

С.КЛЕБАНОВ: Ну, если его побрить наголо, я не знаю, что из него получится. Первый раз я это слышу.

А.ПЛЮЩЕВ: Первый?

С.КЛЕБАНОВ: Обычно меня с другими бритоголовыми людьми сравнивают. Чаще всего с Маяковским.

А.ПЛЮЩЕВ: Чисто скорее по манерам, не знаю, похожий на Доренко Сэм Клебанов сегодня с нами едет в поезде. Добрый вечер.

Д.БОРИСОВ: Программа «Попутчики» начинается. 21:08 – это точное московское время. радио «Эхо Москвы». Прямой эфир из вагона с логотипом программы «Попутчики». Александр Плющев – это человек, который сейчас скажем привет.

А.ПЛЮЩЕВ: Привет.

Д.БОРИСОВ: И Дмитрий Борисов – это я. Сэм Клебанов с нами. Еще раз добрый вечер.

С.КЛЕБАНОВ: Который тоже сейчас скажет привет.

Д.БОРИСОВ: Привет, да. Как бы вас так представить тем из наших слушателей, которые не очень хорошо вас знают… Одним словом можете сказать?

С.КЛЕБАНОВ: Ой, вы знаете, про меня недавно написала газета шведская «Гетеборг Постен», назвала меня «культурстратег», то есть культурный стратег. Это, конечно, громко звучит, но мне было приятно.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну, наверное, большинство все-таки чисто образ ваш знают по телеканалу «Культура» по передаче.

С.КЛЕБАНОВ: Некоторые знают, я думаю, даже гораздо превосходящее количество зрителей, наверное, по клипам Аллы Пугачевой. Все-таки клипы Аллы Пугачевой в России смотрит больше людей, чем канал «Культура».

А.ПЛЮЩЕВ: Но вряд ли там тогда идентифицируют.

С.КЛЕБАНОВ: Да, там такой большой лысый дядька.

А.ПЛЮЩЕВ: Конечно. Там же не написано – «Вот это тот самый Сэм Клебанов». А программа на телеканале «Культура» выходит сейчас ваша?

С.КЛЕБАНОВ: Выходит, но не моя. Я ее уже с сентября не веду.

А.ПЛЮЩЕВ: А что-нибудь случилось или это было личное решение?

С.КЛЕБАНОВ: Нет. Ничего не случилось трагического. Просто я эту программу довольно долго совмещал с тем, что у меня своя кинопрокатная компания. И, в общем, оказалось, что это очень много работы – совмещать две работы. А потом я стал еще и сам снимать кино, где я был и сценаристом, и продюсером, и в небольшой роли там отметился, а потом еще это кино собирался прокатывать. В общем, я подумал, что я просто не выдержу всего этого…

Д.БОРИСОВ: Да, но программа же с вами выходила довольно много лет. У вас она началась тогда же, когда «Серебро» началось.

А.ПЛЮЩЕВ: Да-да, точно.

С.КЛЕБАНОВ: Да, то есть я провел в эфире «Магии кино» столько же сезонов, сколько Эльдар Рязанов в эфире «Кинопанорамы». Вот так.

А.ПЛЮЩЕВ: Рязанов, кажется, сидел вечно в телевизоре.

С.КЛЕБАНОВ: Я тоже довольно долго сидел.

А.ПЛЮЩЕВ: Так что все, кто видел хотя бы раз программу «Магия кино», уже представили себе, что за человек едет с нами вместе в поезде. Вам легче будет воспринимать, я надеюсь.

Д.БОРИСОВ: Но нас, дилетантов-кинозрителей Сэм будет в первую очередь интересовать скорее как глава компании «Кино без границ», которая занимается, строго говоря, прокатом.

С.КЛЕБАНОВ: Прокат, да. Но сейчас я же еще и продюсер. Мы только что произвели наш первый фильм «Горячие новости», который буквально через пять дней выходит в прокат. Так что я сейчас прыгаю, перемещаюсь между креслом продюсера и креслом прокатчика по несколько раз в день.

А.ПЛЮЩЕВ: О, давайте к нам сначала придет Сэм Клебанов прокатчик, потом выйдет из купе, а зайдет уже Сэм Клебанов продюсер?

С.КЛЕБАНОВ: Потом выйдет и зайдет Сэм Клебанов сценарист.

А.ПЛЮЩЕВ: Или они будут все вместе сидеть.

С.КЛЕБАНОВ: И спорить друг с другом.

А.ПЛЮЩЕВ: О, отличная идея.

Д.БОРИСОВ: И, кстати, наш смс-приемник, мобильный телефон всегда с собой - +7 985 970 4545. Если захотите к нам присоединиться, легко – присылайте нам сообщения прямо в поезд.

А.ПЛЮЩЕВ: Те, кто знают телефон Сэма Клебанова, он тоже не выключен, как всегда, это у нас в купе бывает, звоните ему, пожалуйста. Может быть, отвлечете его от беседы с нами. Знаете, я когда смотрел вопросы, которые поступили к вам к эфиру, они касались как раз торговли DVD, и очень многие спрашивают о том, что у вас одна из самых высоких цен на диски. Говорят, так.

С.КЛЕБАНОВ: У нас?

А.ПЛЮЩЕВ: Да.

С.КЛЕБАНОВ: А сколько у нас диски стоят? Понимаете, цену на диски определяют магазины, продавцы. Но они должны, нормальные издания, порядка 250-300 рублей. Ну, в общем, они столько и стоят. Это вообще довольно дорогостоящее удовольствие. Мы же должны, в отличие от пиратов, и налоги платить, и отчисления правообладателям, и, собственно, каким-то образом компенсировать свои затраты. Мы, в общем, кино покупаем легально. Другое дело, что когда выходит более массовое кино, всегда есть региональные издания, они упрощенные, и стоят 100-150 рублей. Понятно, что они называются региональными для проформы, потому что достаточно зайти в любой супермаркет в Москве, и около кассы всегда есть стойка с этими дешевыми дисками. Когда мы выпускаем артхаусное кино, мы все-таки не хотим выпускать его в таком удешевленном варианте. Во-первых, кино от этого теряет – там и звук получается хуже, и невозможно уже смотреть с субтитрами, надо смотреть с закадровым переводом, а он, мне кажется, убивает кино. Ну и плюс – все-таки мы считаем, что это кино более коллекционное. Такова наша политика.

Д.БОРИСОВ: А отбивается вообще? Удается получить прибыль от выпуска DVD по таким ценам?

С.КЛЕБАНОВ: Вы знаете, что значит получить прибыль от выпуска DVD? Кино стоит определенную сумму. Предположим, 15000 долларов стоят права на фильм. Например. Дальше я начинаю зарабатывать деньги на кинопрокате, на продаже DVD и на продаже на телевидение. По идее, все это вместе должно кино окупить и принести прибыль. Но, как правило, если фильм на телевидение не продан, то он остается убыточным. Только DVD и кинопрокат очень-очень редко окупают кино. Такой вот небольшой секрет.

Д.БОРИСОВ: То есть главная статья – это все-таки телевизор?

С.КЛЕБАНОВ: Да. К сожалению. Потому что мы живем в стране, где такое пиратство безумное. Я сейчас с промотуром «Горячих новостей» ездил по стране, посетил 10 городов, а потом еще и Нью-Йорк. Так вот, где-то в Перми в большом торговом центре смотрю, магазин DVD – я туда зашел: ни одного легально выпущенного диска я там не увидел. А мой вопрос «А есть ли у вас какие-то нормальные, лицензионные DVD?» на меня очень подозрительно посмотрел продавец. Я говорю: «Ну как, у вас тут что, только одна пиратка?» Он говорит: «Почему пиратка? Копии с лицензий». Понимаете?

А.ПЛЮЩЕВ: Написано же: «Все права защищены».

С.КЛЕБАНОВ: Да. Поэтому понятно, что такая ситуация может существовать только благодаря очень высокому уровню коррупции. Потому что в Нью-Йорке тоже продают пиратку. Там идешь по Манхэттену – там какая-то картонка лежит, стоят какие-нибудь ушлые ребята и продают диски с голливудскими блокбастерами с обложками, распечатанными на цветном принтере. Но понятно, что это их такой маленький кустарный бизнес и их полиция гоняет периодически. А тут в торговом центре магазин. Ясно, что их не гоняют. Значит, они кому-то платят. И все в доле.

А.ПЛЮЩЕВ: У меня только что была передача другая – про торренты. Мы говорили там про пиратство, не пиратство и так далее. Как вы относитесь к этому виду? Интересно, как с точки зрения кинопрокатчиков. Говорят, они как раз, с одной стороны, убивают пиратов, но с другой стороны, точно так же они…

С.КЛЕБАНОВ: Точно такое же пиратство, собственно говоря. Ну конечно, большой соблазн. Интересный фильм, в кино не пойду, с торрента скачаю. Качайте, да, но просто поймите – если так будет дальше идти, кина не будет. Или останется только кино, которое снимают супербольшие голливудские студии, они каким-то образом смогут отбивать свои бюджеты. А другого кино не будет просто. Потому что есть же некая производственная цепочка. Мы сняли фильм, чтобы вы его смотрели. Мы затратили деньги. Ну люди, имейте совесть, заплатите нам немножко за это удовольствие. Мы же, в общем-то, много-то и не просим. Тем не менее, каждый должен выполнять свою функцию. Что-то у меня телефон зазвонил, что ли, или смска пришла.

А.ПЛЮЩЕВ: Ну я же призвал звонить – вам сразу и позвонили моментально.

Д.БОРИСОВ: Но взывать к совести же бесполезно.

А.ПЛЮЩЕВ: Абсолютно, знаете, когда мы стали обсуждать это дело, я сразу получил тут же смс, где человек писал, что при нашем уровне бедности пиратство абсолютно оправдано.

С.КЛЕБАНОВ: Как сказать… Что получается – что не работают в области легальных DVD нормальные рыночные механизмы. Потому что когда вклинивается в конкурентную борьбу кто-то, кто может иметь цену сколь угодно низкую, то я, например, не могу… то есть этот инструмент, когда цена регулируется спросом и предложением, уже не действует. Может, и легальные DVD упали бы в цене, если бы не было пиратов. Это, в общем, такая, достаточно неоднозначная вещь. А потом – уровень бедности – просто посчитайте, сколько, например, налогов недополучает государство за счет того, что миллиарды долларов крутятся в пиратском обороте. То есть как-то это все очень связано. Сколько денег попадает в организованную преступность благодаря пиратству.

Д.БОРИСОВ: Так может, наоборот, выкладывать фильмы на торренты или на свой сайт бесплатно, но вставлять какую-то свою рекламу и зарабатывать таким способом? Музыканты же как-то делают это.

С.КЛЕБАНОВ: Ну, просто создать песню и снять кино – это настолько несоизмеримые бюджеты. Как-то я не очень верю в то, что это можно сделать, если честно.

А.ПЛЮЩЕВ: Во всяком случае, ни одной жизнеспособной модели не было до сих пор предложено. Просто нет опыта, нет прецедента.

С.КЛЕБАНОВ: Ну, во-первых, это довольно новая вещь. Во-вторых, есть жизнеспособная модель – это когда все больше развиваются нормальные, легальные интернет-сервисы. Я, например, очень много скачиваю музыки из интернета, но я скачиваю ее с нормальных лицензионных магазинов. И я понимаю, что этот магазин глобальный, он работает с независимыми мьюзик-лейблами, и я понимаю, что когда я покупаю музыку, эти деньги в итоге поступают музыкантам. Это недорого стоит, на самом деле. Я могу себе позволить 16 долларов в месяц. Появляется довольно много, сейчас все больше и больше, таких сервисов для кино. И мне кажется, больше людей в какой-то момент появится, которые готовы платить небольшие достаточно деньги за то, чтобы получать фильм в хорошем качестве и понимать, что они это делают легально. Может быть, это будет работать. Мне сейчас сложно сказать.

А.ПЛЮЩЕВ: Но продажи дисков сейчас падают вообще? Не в целом, а вот у вас, например? Как с кризисом, так и с развитием торрентов?

С.КЛЕБАНОВ: Скажем так. Они, в общем-то, никогда толком и не выросли. Потому что Россия, что касается DVD-продаж, находится в каком-то… весь этот рынок занимает очень небольшой фрагмент того, чем он мог бы быть. Например, в Америке, когда выпускается фильм, он сначала проходит в кинотеатрах, и, в общем-то, это считается как некая довольно дорогая рекламная кампания для того, чтобы потом зарабатывать деньги на DVD-продажах. Просто кино очень дорого выпускать. Понятно, что там окупается. Но главное – это подготовить почву для того, чтобы о фильме все узнали, чтобы потом он активно продавался на DVD . А в России ты в прокат мы его выпустил, и все, мне говорят наши дистрибьюторы: «Ну если все будет хорошо, сто тысяч экземпляров мы продадим». Мне смешно. Опять вот, возвращаясь к фильму «Горячие новости» - мы сняли фильм, где играют суперактеры, это боевик, это крутое жанровое кино, и мне говорят, что сто тысяч – это будет фантастический хороший результат. Сто тысяч дисков на страну, где живет 140 миллионов. В общем, как-то грустно.

Д.БОРИСОВ: Про прокат кино. Сколько процентов забирает кинотеатр себе?

С.КЛЕБАНОВ: 50.

А.ПЛЮЩЕВ: Пополам.

С.КЛЕБАНОВ: В России очень простая система сложилась – 50 на 50. Например, когда я в Швеции занимался прокатом, там очень сложные нелинейные формулы. Первая неделя, вторая, третья, процент заполняемости зала, у каждого зала свои формулы. В России – 50 на 50.

Д.БОРИСОВ: То есть выгоднее быть не производителем кино, а компанией, владеющей сетью кинотеатров?

С.КЛЕБАНОВ: Ну, наверное, да. Хотя там свои проблемы, наверное. С другой стороны, она зарабатывает гораздо больше денег, чем на кино, наверное, на попкорне, пиве, кегельбанах.

А.ПЛЮЩЕВ: Это точно. Давайте о кино о вашем поговорим о вашем.

С.КЛЕБАНОВ: Давайте. Я это больше всего люблю.

А.ПЛЮЩЕВ: О чем фильм?

С.КЛЕБАНОВ: Фильм о милиции, преступниках и пиар-технологах. Такой вот треугольник. То есть мы все знаем, что милиция должна ловить бандитов. Не всегда это у нее получается. Но тут в нашем фильме в дело вмешивается пиар-директор при московской милиции, который говорит: «Давайте пропиарим, что у нас это очень хорошо получается, и для этого превратим операцию по поимке особо опасной банды в реалити-шоу». Ну потому что у нас наша героиня такая молодая, красивая, хорошо образованная, но при этом явно очень поверхностная девушка, которой кажется, что она может срежиссировать реальность и любую проблему решить правильно написанным пресс-релизом. Таких девушек мы знаем, их много, на самом деле. Они есть в каждой уважающей себя организации. И начинается вся эта история. И понятно дело, что все идет не по плану. И операция вроде проваливается. Но опять же – есть же искусство монтажа, и можно все смонтировать. В нашем фильме это видно – как можно взять имиджи, их очень ловко перемонтировать, сделать так, что будет вообще ничего не понятно, наложить бодренькую музыку и закадровый комментарий, и все будет отлично. Но есть и бандиты, которые тоже грамотные и современные ребята, которые умеют пользоваться интернетом и веб-камерами и все снимают на мобильные телефоны. Они начинают собственную пиар-акцию в интернете. Такая война и в реальном, и в виртуальном пространстве. Есть еще один герой, его у нас играет Андрей Мерзликин. Это такой вот настоящий опер, которому наплевать на любые медийные проекты, который хочет поймать этого бандита во что бы то ни стало. У него с ним свои личные счеты. А бандита главного играет Евгений Цыганов. И это для него вообще первая отрицательная роль. Это уже вызывает столько шума в интернете. Все уже обсуждают, как Цыганов будет смотреться в роли злодея. Кроме того, там есть еще Сергей Гармаш, который, по-моему, впервые в своей карьере играет киллера. Причем такого, очень серьезного человека. И Маша Машкова, которая играет эту самую пиарщицу.

Д.БОРИСОВ: А как же из артхауса вдруг вас так потянуло в коммерцию?

С.КЛЕБАНОВ: Понимаете, дело в том, что я не вижу противоречия между количеством зрителей, которые увидят фильм, и его качеством. Я против того, чтобы говорить: «Знаете, мы сейчас сядем в свою башню из слоновой кости и будем у себя тут смотреть артхаус и поглядывать на это серое быдло, которое смотрит коммерческое кино». Ничего подобного. И жанровое кино может быть качественным. А потом, смотрите, тут есть еще такая история. Наш фильм снят по мотивам гонконгского фильма 2004 года. Это официальный римейк, мы купили права. Мы этого не стыдимся, наоборот – мы этим гордимся, что мы первыми в истории до этого додумались. Так вот, когда я привозил сюда тот фильм в 2004 году, это был такой артхаусный гонконгский боевик. Я переработал сценарий, сделал его более сатирическим, более российским. Теперь мне говорят: «Это же мейнстрим». То есть, понимаете, эти все определения условны, они служат только какими-то ориентирами для зрителя. Я считаю, что качественное кино может существовать в любом формате для любого сколь угодно широкого зрителя.

Д.БОРИСОВ: В любом бюджете?

С.КЛЕБАНОВ: Да. Бюджет – 4 миллиона долларов. Вы знаете, есть еще один важный момент. Этот фильм является, по сути дела, несмотря на эту яркую жанровую упаковку боевика, по сути мы снимали такую жесткую социальную сатиру. И люди это считывают – я уже показывал в разных городах этот фильм – и смеются. Так вот, сатира может действовать только тогда, когда ее увидят широкие массы. Потому что, знаете, нет никакого смысла снимать сатиру для моих друзей. Мои друзья и так знают все, что я думаю. Я им и так могу рассказать, не тратить деньги на съемки фильма. Поэтому мы ориентировались на классических режиссеров советских времен, как Данелия, Рязанов, которые снимали кино, которое всегда оказывалось острым социальным высказыванием, при этом его смотрели миллионы. Это абсолютно массовое кино, но при этом классика, золотой фонд нашего кинематографа.

А.ПЛЮЩЕВ: По идеологии, по сверхзадаче фильма, получается, зритель по идее должен задуматься о том, что он слышит, о том, что он видит. Правда ведь?

С.КЛЕБАНОВ: Конечно, да.

А.ПЛЮЩЕВ: Соответственно, меня всегда это… это ж не первый фильм такой вообще в истории человечества, когда человека пытаются заставить задуматься о чем-либо. Ну, самый расхожий пример – «Хвост виляет собакой».

С.КЛЕБАНОВ: Но в России-то ничего подобного не снимали.

А.ПЛЮЩЕВ: Нет, я не к тому, что зря вы это сделали. Я как раз спросить чисто по философии хочу. Но у меня в конце каждого такого фильма или каждого спектакля подобного, книжки, каждый раз я думаю – господи, а я ведь заплатил за это деньги. А не надурили ли меня вот в этом месте как раз?

С.КЛЕБАНОВ: А мы никого не дурим. Мы вам предлагаем почти два часа качественного развлечения. Но если у вас после этого качественного развлечения останется что-то в голове и вы будете об этом думать и говорить, считайте это бонусом. Мы вам говорим – вы увидите боевик. Мы вас не обманываем. Боевик такой, которых, правда, зритель наш российский и не видывал. Мы говорим – это смешной боевик. И действительно – мы возили его по разным городам, были предпремьерные показы. Везде – Новосибирск, Омск, 11 городов России. Плюс Нью-Йорк, где мы были на фестивале Tribeca. Везде люди смеются. Значит, будете смеяться. Вот это я вам обещаю за ваши деньги, которые вы заплатите за кинобилет. Все умные мысли считайте бонусами.

А.ПЛЮЩЕВ: В широком прокате он пойдет?

С.КЛЕБАНОВ: В широком. Порядка 350 копий. Не «Адмирал», конечно, но за нами нету и больших телеканалов, олигархических групп. Это в прямом смысле независимое кино, которое мы снимали на деньги частных инвесторов , на деньги шведского кинофонда. Настоящее независимое кино, где нет ни копейки денег налогоплательщиков и полугосударственных организаций.

Д.БОРИСОВ: Интересно. Вы когда переехали в Швецию… кстати, вы живете сейчас там?

С.КЛЕБАНОВ: Я живу и там и здесь. Постоянно в дороге.

Д.БОРИСОВ: А чаще бываете где?

С.КЛЕБАНОВ: Зависит от моего графика. Например, когда у нас был постпродакшн нашего фильма, я чаще бывал в Швеции, потому что весь постпродакшн делался там – звуковики у нас там работали великолепно, цветокоррекция, все-все делалось там. Сейчас мы готовимся к релизу, и я, конечно, плотно нахожусь здесь. При этом надеюсь опять больше быть в Швеции.

Д.БОРИСОВ: Но домом считаете Швецию?

С.КЛЕБАНОВ: Наверное, да. Хотя и здесь тоже вроде бы дом. У человека может быть, наверное, два дома.

А.ПЛЮЩЕВ: Да может быть и больше, мне кажется.

С.КЛЕБАНОВ: Конечно. Мне кажется, человек может жить в разных странах и чувствовать себя дома и там и там. Как-то так у меня получается.

А.ПЛЮЩЕВ: Но это с одной стороны. А многие говорят, что как-то если ты уехал в другую страну и нашел там себя, то ну и сиди там. Вообще, как-то, что ты не здесь, это совсем плохо, это не здорово. Ну, наверное, от трудностей ты уехал. Ведь правда?

С.КЛЕБАНОВ: Нет, я уехал в 1991 году, в общем-то, понятно – никто не знал, что будет. Это была такая авантюра – взять и уехать.

Д.БОРИСОВ: Странный выбор. Почему Швеция?

С.КЛЕБАНОВ: Такая цепочка случайностей меня туда привела, что если я буду ее рассказывать, то до станции назначения не расскажу. Так получилось. Судьба меня туда привела. Но я на самом деле очень ей благодарен, потому что мне очень нравится Гетеборг, где я живу. Мне очень нравится жить на берегу моря. Я даже обзавелся катером, который стоит буквально в семи минутах от дома на машине. Хорошо там. Купаться можно летом, там чистый воздух. Я занимаюсь там велоспортом, чего я не могу позволить себе здесь. Как-то мне там хорошо.

Д.БОРИСОВ: Когда вы уезжали, чем вы занимались здесь на момент отъезда?

С.КЛЕБАНОВ: Был программистом.

Д.БОРИСОВ: А почему вдруг такой резкий поворот? Откуда? Я знаю эту историю с сериалами, когда вам удалось невозможное – пропихнуть на отечественное телевидение шведские сериалы, которые, мягко скажем…

С.КЛЕБАНОВ: А вы их видели?

Д.БОРИСОВ: Да.

С.КЛЕБАНОВ: Какие вы видели сериалы?

Д.БОРИСОВ: Они в тот момент не были…

А.ПЛЮЩЕВ: Дима телеман у нас, поэтому он все видел.

Д.БОРИСОВ: Я видел сериал, который на РЕН ТВ, на Ren-TV тогда еще, один из первых. Они не сказать, что попсовые. Они же явно не для очень широкой аудитории. Тем более, Швеция у нас не так популярна. Есть ее любители у нас – всего шведского, шведского языка, шведского телевидения, шведских сериалов, но сказать, что это прямо массово популярно…

С.КЛЕБАНОВ: Вы знаете, что интересно. Наш первый сериал который я продал на пятый канал, назывался «Ищейка», про частного детектива, который живет в Стокгольме на кораблике со своей собачкой, симпатичный очень парень, в нем был свой шарм. Мы его продали на один прокат всего. И он так удачно прошел, что они заплатили деньги нам, чтобы мы им продали права на повтор. То есть все-таки, я считаю, мы этим занимались совсем не зря. Понятно, что это шло какое-то ограниченное время, потом шведские сериалы исчезли, как вы заметили, с российских телеканалов, потому что Россия превратилась в самую телепроизводящую страну мира, и, в общем, как-то изменилось все.

А.ПЛЮЩЕВ: А это действительно так? Вы сейчас ответственно говорите? Или это метафора?

С.КЛЕБАНОВ: Это метафора. Я не знаю – может, в Египте больше производят.

А.ПЛЮЩЕВ: Или Венесуэла какая-нибудь.

С.КЛЕБАНОВ: Да. Но по крайней мере, Россия входит по количеству часов телевидения в высшую лигу.

Д.БОРИСОВ: Потому что дешевле и проще и выгоднее, явно, снимать сериалочасы.

С.КЛЕБАНОВ: Я вот, кстати, получил только что смску от одного из тех, кто посмотрел фильм. Хотел сказать просто про его политическую подоплеку. Уместно это в этом вагоне?

А.ПЛЮЩЕВ: Попробуйте. Может, мы доедем даже до конца.

С.КЛЕБАНОВ: На самом деле, мне-то казалось, что никакой особой политической подоплеки нет. Просто если снимать сатиру в наше время, то от политики никуда не уйти. Но забавно – мы с этим фильмом пропутешествовали по городам – был Новосибирск, Омск, Пермь, Челябинск, Уфа, Краснодар, Ростов, Воронеж, Ярославль, будет еще Рязань, Питер, в Москве была премьера – и везде такие обсуждения с публикой. Так вот, вопрос, который звучал везде – во всех российских городах и даже в Нью-Йорке после премьерного показа на фестивале Tribeca: всегда кто-нибудь встанет и скажет – «а вы не боитесь, что вас запретят?» - и так смотрят испуганно на нас. На это Женя Цыганов очень хорошо ответил, по-моему, в Омске, мы с ним там были. Он говорит: «А вы не боитесь, что такие вопросы приходят вам в голову?» Мне кажется, что политическая сторона в нашем фильме, конечно, присутствует, особенно сейчас, потому что один из главных героев у нас – начальник московского ГУВД, который все время боится, что его президент снимет с работы.

А.ПЛЮЩЕВ: Фильм-то снимался давно.

С.КЛЕБАНОВ: Да, я сценарий писал полтора-два года назад. И там постоянно так витает какой-то призрак страшный Кремля.

А.ПЛЮЩЕВ: Согласитесь, это все-таки ваши пиартехнологи выясняли с помощью своих людей о начальникоах ГУВД, чтобы раскрутить фильм.

С.КЛЕБАНОВ: Вы знаете, я скажу все-таки, что не дай бог к таким пиар-технологиям прибегать с учетом того, что это событие вызвало, но как-то вдруг…

А.ПЛЮЩЕВ: Нет-нет, я имел в виду то, что было уже дальше.

С.КЛЕБАНОВ: Да, вы знаете, но просто получается так, что жизнь с кинематографом играет в такие догонялки. И вот получилось, что мы это сняли, и такие вещи происходят.

А.ПЛЮЩЕВ: Нет, подождите. Это чистая фантазия была или нет? Тут, знаете ли, беседовал я с одним человеком, который был на недавних выборах на одних. И человек этот говорит: «Слушай, это «День выборов» реально, вплоть до того, что приходят бить казаки».

С.КЛЕБАНОВ: По поводу выборов есть еще одна история. Я рассказывал, что наш фильм – это такой вольный римейк картины Джонни То, это такой замечательный гонконгский режиссер. У него есть фильм «Выборы» и «Выборы-2», и вот выходил фильм «Выборы-2» я прихожу тоже в прямо эфир, рассказываю о кино и говорю: есть одна преступная организация, там должны выбрать лидера, лидер, по идее, хотел бы остаться и на следующий срок, но по их бандитской конституции он не может переизбираться, он должен назначить преемника, и вот он темнит, то на одному намекнет, что он будет преемником, то другому, все между собой грызутся, и становится понятно, что лидером хочет остаться он сам, нарушив все законы, но остаться на следующий срок; приходят ребята из китайских спецслужб и говорят: «Значит так, мы знаем, кто будет следующий лидер», и вот я вижу, ведущий начинает бледнеть. Я говорю: погодите, это все гонконгский фильм Джонни То, который мы сейчас выпускаем в прокат, а это было в марте 2008 года, между прочим. Мы не подгадывали никак. И меня вот спрашивают: «Сэм, а вы не хотите переснять здесь в нашей стране римейк фильма «Выборы-2»?» Я говорю: «А зачем его переснимать? Его и так все видели уже». Так что бывает такое периодически.

А.ПЛЮЩЕВ: Я возвращусь к вопросу. Я имею в виду, есть ли какие-то реальные истории, которые легли в основу фильма? Ну хотя бы какие-то ответвления от основных?

С.КЛЕБАНОВ: Про реальные истории. Смотрите, например, наша банда в фильме занимается ограблениями инкассаторов таких реальных историй можно сколь угодно много найти.

А.ПЛЮЩЕВ: Особенно в последнее время.

С.КЛЕБАНОВ: Последнее время были серьезные вооруженные перестрелки, и что интересно – у нас кино российско-шведское, так вот в Швеции были и покруче истории, потому что Швеция – страна спокойная, но там периодически появляются банды, дико вооруженные, которые совершают ограбление банка с использованием такого оружия – там у них даже крупнокалиберные пулеметы в ход пускаются. Про одну такую банду писали – у них было оружия достаточно, чтобы начать небольшую гражданскую войну. Так что такие вещи случаются. Что касается того, как преломляется действительность на телевидении, вы такую историю каждый день можете увидеть в выпуске новостей. И интересно, опять же, мы показываем фильм, по стране ездим, начинается обсуждение – встает какая-нибудь девушка в Воронеже, студентка, и говорит: «Извините, а вам не кажется, что вот этот ваш фильм заставляет нас задуматься о том, как освещалась на телевидении война в Грузии?» То есть люди начинают какие-то параллели проводить. Хотя, опять же, когда мы писали сценарий, никакой войны в Грузии не было. Но я помню, что выкладывали ролики, которые снимались на мобильные телефоны, накладывали на эти ролики какой-то комментарий, и таким образом имидж, который, в общем-то, был достаточно нейтральным, начинал служить какой-то определенной цели. Потом – сколько было историй с захватом заложников? Еще одна тема в нашем фильме. Как это все освещалось, как это происходило, когда террористы наблюдали в прямом эфире, что происходит снаружи. Потом, я помню, в Омске встает человек во время обсуждения и говорит: «Ну, вы знаете, как сказано в одном фильме, бывших сотрудников не бывает, но я в прошлом как раз сотрудник органов государственной безопасности, я вам скажу – и 20 лет назад все было точно так же: что-то где-то произойдет, в газетах что-то напишут совсем другое, кому-то потом дадут награды, чтобы все замолчали, а как было на самом деле, никто и никогда не узнает». Так что наш фильм не основан на какой-то конкретной реальной истории. Он основан на сценарии, который написали два китайских сценариста пять лет назад. Мы его просто творчески переработали. Но у всех людей, которые видели фильм, я вижу, что возникают какие-то параллели с нашей действительностью. Может быть, этим наше кино и интересно.

Д.БОРИСОВ: Вы упомянули, что самая доходная часть – это продажа прав на телетрансляцию. Наверняка, если вы сейчас выпускаете этот фильм, вы уже задумывались или уже даже продали…

С.КЛЕБАНОВ: Уже продали. На самом деле, это для артхаусного кино самая доходная часть. Когда выпускаешь большой коммерческий фильм в прокат, если он по-настоящему сильно выстреливает, то он, конечно, может принести гораздо большие деньги именно в кинопрокате.

Д.БОРИСОВ: То есть через некоторое время этот фильм будет-таки показан по телевидению.

С.КЛЕБАНОВ: Вы знаете, у нас же показывают по телевизору фильм «Хвост виляет собакой», он же известный в России как «Плутовство». Ну, то есть, мне кажется, у людей, которые занимаются телевизионным программированием, зачастую хватает самоиронии, чтобы это показать. А потом они понимают, что ругают телевидение, хвалят – если фильм дает рейтинги, значит, его надо показывать, потому что на этом можно зарабатывать деньги. Достаточно цинично, в принципе.

Д.БОРИСОВ: Цинично, но в общем…

С.КЛЕБАНОВ: Телевидение – очень циничное медиа.

Д.БОРИСОВ: Наши слушатели пишут на мобильный телефон Плющева – все не может их отпустить тема дешевых DVD. Вот из Самары, из Перми тут сообщения. Вот, например, Евгений из Самары пишет: «Вам надо выпускать диски в самой дешевой упаковке, не тратить ни на какие красоты денег, с дешевой печатью и без бонусов. Пираты тогда сдохнут. Знаю, что говорю. У нас в городе ценят независимое кино».

С.КЛЕБАНОВ: Пираты не сдохнут. А можно, я отвечу? Кто-то звонит – тоже хочет вопрос задать

А.ПЛЮЩЕВ: Мы не будем подслушивать. Мы потихонечку с тобой поговорим.

Д.БОРИСОВ: Вот ты упомянул в начале… я сейчас поглядываю на Сэма, и мне хочется надеяться, что я через секунду не услышу – «Здррравствуй, великий город!»

С.КЛЕБАНОВ: Это было не по теме передачи. Смотрите…

А.ПЛЮЩЕВ: Правда. Извините.

С.КЛЕБАНОВ: Я что-то пропустил, кажется.

А.ПЛЮЩЕВ: Все нормально.

С.КЛЕБАНОВ: Это такие догонялки, где я никогда не смогу догнать пиратов. Как в этой известной истории про Ахиллеса и черепаху – Ахиллес, который никогда не может догнать черепаху. Я буду делать дешевле, и пираты тоже будут делать дешевле, потому что им не надо платить НДС, не надо платить налоги и, опять же, им не надо тратить деньги на покупку прав. То есть пираты, условно говоря, могут прибавить 10 копеек к стоимости диска, и эти 10 копеек они себе положат в карман. А я так сделать не могу. Плюс – пирату могут положить на диск кучу всяких фильмов. Я этого тоже сделать не могу. Потому что есть договора лицензионные, которые не дают мне этого делать. Я могу, конечно, делать фильмы дешевле. И, наверное, это надо. Но не до такой степени, как пираты. А потом – поймите, это довольно сложная такая цепочка. Я правообладатель. Чтобы выпустить фильм на DVD, я обращаюсь к DVD-компаниям, передаю им права, и они занимаются ценовой политикой. Они исходят из того, что диктует рынок. В общем-то, у любого такого правообладателя типа меня не так много инструментов воздействия на эти большие DVD-компании. Ты хочешь быть в их каталоге – ты играешь по их правилам. Так что вопросы и претензии лучше не ко мне.

А.ПЛЮЩЕВ: Сэм, скажите, что из нашего отечественного кинематографа в последнее время заставило вас по меньшей мере досмотреть картину до конца?

С.КЛЕБАНОВ: Ну, было пару фильмов за последнее время, которые мне понравились. Во-первых, «Дикое поле». Видел на фестивале в Венеции. Тогда я как раз делал свой последний выпуск «Магии кино». Считаю, что очень достойная картина, и было приятно, что она попала на такой представительный фестиваль. Потом – явно меня порадовал Валерий Тодоровский своими «Стилягами». Все-таки можно обсуждать на каком-то уровне киноведческом, правильно ли была построена драматургия финала, например, или нет, но это отличное кино, где есть и яркие образы, и совершенно потрясающие музыкальные номера. Но главное – там есть нечто большее, чем этот поверхностный уровень. Там есть идея. Там есть конфликт между одиночкой-конформистом и обществом, которое что-то ему диктует. И мне кажется, этот фильм актуален и сейчас не меньше, чем для тех времен, когда происходит действие этого фильма. А что еще назвать? Я могу только углубиться немножко дальше – вспомнить, например, фильм «Свободное плавание» замечательный Бориса Хлебникова. Чудесный фильм «Простые вещи» Алексея Попогребского. Я могу назвать еще пару фильмов довольно нашумевших, которые мне было бы интересно посмотреть. Это «Закрытое пространство» - фильм, в котором тоже сыграла Маша Машкова, которая у нас в «Горячих новостях» главную роль играет. Но, к сожалению, не могу его нигде найти на DVD. И вот я пропустил как-то на фестивале «Все умрут, а я останусь». Сегодня опять захожу около дома в магазинчик DVD – нет ни того ни другого фильма, мне продавец говорит: «Ну вы же Сэм Клебанов – неужели вы эти фильмы не видели?» Я говорю: «Вы знаете, когда очень много работаешь над своим фильмом, очень часто упускаешь чужие, потому что времени физически не хватает». Надеюсь эти фильмы тоже увидеть в ближайшее время. Ну, потом, Борис Хлебников снял новый фильм «Сумасшедшая помощь», который, на мой взгляд, очень интересен, но не настолько удачен, как «Свободное плавание», но по-своему тоже интересная работа. Ну и «Россия-88» - фильм, про который много слышали, мало кто видел его. Я посмотрел его на Берлинском фестивале – я считаю, это работа, которая, в общем, в некотором роде взорвет общество, вызовет очень бурную дискуссию, если выйдет в прокат.

А.ПЛЮЩЕВ: Правда, его нигде не показывают, да.

С.КЛЕБАНОВ: Знаете, я даже в свое время сам предложил Роднянскому выпускать в прокат этот фильм. Жду ответа. Может быть, мы будем его выпускать сами.

А.ПЛЮЩЕВ: Это Сэм Клебанов у нас в эфире, между прочим.

Д.БОРИСОВ: Фильм «Все умрут, а я останусь» я совсем недавно тоже посмотрел – мне очень понравилось. Надеюсь, что мы позовем обязательно создательницу съездить с нами и обсудить, как же до жизни такой все докатились. У вас бывает чувство, когда вы выпускаете в прокат какое-то кино не для всех, вы несете в массы какое-то такое альтернативное сознание?

С.КЛЕБАНОВ: Ну естественно. Потому что когда мы начинали всем этим заниматься, когда я перешел от продажи шведских сериалов уже к кинопрокату в 98-м году, в общем-то, я стал заниматься этим только потому, что когда я занимался тем, что продавал сюда кино, когда я пытался продать фильмы, которые нравились мне, все мне отвечали: «Слушай, старик, это не для нашей страны, это никому кроме тебя здесь не надо». Кто такой Такеша Китана, кто здесь его знает, кому здесь это интересно? А мне почему-то казалось, что я же не фрик какой-нибудь – если мне нравится Такеши Китана или Микаэль Ханеке, то, может, и другим будет интересно это посмотреть. И в общем-то, мне кажется, мы произвели такую небольшую революцию в нескольких отдельно взятых кинотеатрах. Но тем не менее. То есть у людей появилась какая-то альтернатива. И вот сейчас ко мне подходят какие-то уже вполне взрослые люди, 25-летние, например, и говорят – «Слушай, мы выросли на твоих фильмах. У нас дома с детства коллекция твоих кассет сначала, потом DVD». Очень приятно быть прокатчиком – ты приобщаешься к великим режиссерам. Я даже иногда призы получаю. Например, «Белый слон» - за лучший иностранный фильм в российском прокате. Я выхожу и говорю: «Как хорошо быть прокатчиком!» Это кратчайшая дорога к призам. Я сначала пугаюсь – господи, сколько ж мне лет, если люди выросли на моих фильмах, а они уже вполне взрослые.

А.ПЛЮЩЕВ: Еще интересно, что они знают прокатчика, что человек каким-то образом поинтересовался. Это же не написано крупными буквами перед началом фильма.

Д.БОРИСОВ: Почти написано. Это не так сложно.

А.ПЛЮЩЕВ: Ты обращаешь на это внимание?

С.КЛЕБАНОВ: Не, ну написано «Кино без границ». Но когда я только начал этим заниматься, я стал лицом своей компании. А наша компания всегда имела сопредставителя в эфире. И я потому и попал на канал «Культура», потому что то, что мы начали заниматься прокатом артхаусного кино, это вызвало столько всякого шума, что меня стали звать во всякие телевизионные ток-шоу, гостем студии туда, гостем студии сюда, и в итоге вдруг на канале «Культура» мне предложили свою студию, чтобы я к себе звал гостей.

А.ПЛЮЩЕВ: Вы использовали служебное положение когда-нибудь?

Д.БОРИСОВ: Да все используют, Саш.

С.КЛЕБАНОВ: Как вам сказать…

Д.БОРИСОВ: Все говорят, что нет.

С.КЛЕБАНОВ: Это было неизбежной ситуацией. С одной стороны, я прокатчик. С другой стороны, человек, который говорит о кино на канале «Культура». То есть, говоря о кино, я должен говорить и о своем кино. Поэтому я сказал сразу на канале: «Если вам кажется, что это неправильно, давайте я тогда не буду вести программу, потому что я не могу отказаться от своей фирмы. Но я обещаю не превращать программу в некую витрину собственного кино, а равномерно освещать все фильмы, которые выходят, которые находятся в формате нашей программы. А программа была ориентирована – это же все-таки канал «Культура» - на более такое арт-кино. Поэтому когда другие фирмы выпускали такое кино, мы об этом говорили. Но если моя фирма выпускает фильмы, получившие «Золотую пальмовую ветвь», «Золотого медведя». Новый фильм Такеша Китана сейчас вот мы выпустили «Ахиллес и черепаха». Как об этом не сказать? Плюс – я пользовался своим служебным положением в таком смысле, что когда ты выезжаешь на кинофестивали, хочется взять хорошее интервью. Например, тот же Такеша Китана или, например, Ларс фон Триер, братья Дарден. Естественно, все хотят с ними поговорить. И тогда прокатчик должен сам выбирать тех журналистов, которых он номинирует на интервью в первую очередь. Ну и, понятное дело, я сам себя и номинировал в первую очередь, потому что мне хотелось, чтобы в моей программе были режиссеры, с которыми я работаю. Таким образом, я подружился с тем же Такеша Китаной, с тем же Джонни То, который мне, кстати, пожал руку, когда узнал, что я буду делать римейк его «Горячих новостей», и пожелал удачи.

Д.БОРИСОВ: Не посмотрел еще?

С.КЛЕБАНОВ: Нет, еще не посмотрел.

Д.БОРИСОВ: Будете показывать?

С.КЛЕБАНОВ: Будем. Потому что компания, у которой я купил этот фильм, с ним работает, она и продюсирует его фильмы, и прокатывает их, и по миру продает, и в Гонконге прокатывает. Они уже видели рабочую версию фильма – им очень понравилось, они сказали, что хотят прокатывать его в Гонконге. Так что компания Джонни То будет прокатывать нашу версию фильма в Гонконге. Мне кажется, это некоторый признак признания.

А.ПЛЮЩЕВ: Легко быть кинопрокатчиком? Это легкий бизнес?

С.КЛЕБАНОВ: Нет, это дико сложный бизнес. Он связан с очень большими рисками. Это очень интересный бизнес. Потому что у вас действительно есть такая привилегия – вы можете ездить на фестивали, смотреть фильмы, и то, что понравилось вам, вы можете купить и сделать всеобщим достоянием. Это дико приятно. Я знаю, что например, бывают фильмы – вот, например, Такеша Китана: чтобы сейчас купить его фильм, надо всех расталкивать локтями, потому что понятно – когда мы первый раз сюда привезли фильм «Фейерверк», то никто не знал вообще, кто это такой, никто не хотел его прокатывать. Потом были «Куклы», от которых всем крышу снесло. Потом был «Затоичи», хит. Все. Все бросились покупать фильмы Такеши Китана. И поэтому сейчас приходится держать оборону. Другое дело – что благодаря передаче и вообще постоянной работе, мы с Такеши Китаной подружились, и он уже знает, что прокатчик его, поэтому меня немножко бесполезно стараться перебить деньгами, потому что Китана работает со мной. Но при этом мне приходится платить гораздо большие деньги. Сейчас вышел фильм «Ахиллес и черепаха». Это вообще потрясающая работа. Потому что он снимал такую трилогию о себе самом, о своих творческих метаниях, снял два фильма, они были по-своему смешны, но при этом дико сумбурны, такие хаотичные, и обычного зрителя, который совсем не является поклонником Китана, это оттолкнуло. А тут вроде бы по-прежнему продолжается исследование творчества, но там при этом такая потрясающая история, это история художника, который на грани таланта, но он никак не может эту грань пересечь. Как история – Ахиллес и черепаха. Этот софизм известный, что Ахиллес никогда не догонит черепаху, потому что если Ахиллесу до черепахи метр, пока Ахиллес пройдет этот метр, черепаха отползет на 10 сантиметров, Ахиллес пройдет 10 сантиметров, черепаха отползет на сантиметр. Ахиллес пройдет на сантиметр, черепаха отползет на миллиметр. И так до бесконечности. Вот так же история художника в погоне за признанием – он все ближе и ближе, а никак не догонит. Так что посмотрите – очень хороший фильм.

Д.БОРИСОВ: Вы как-то рассказали, что на заре карьеры кинопрокатчика вам, чтобы купить права на один из фильмов, пришлось чуть ли не закладывать квартиру.

С.КЛЕБАНОВ: Нет, по-другому в тот момент было. Мы продали квартиру в Москве и достаточно серьезная часть денег пошла на покупку первого фильма – как раз фильма «Фейерверк» Такеши Китана.

Д.БОРИСОВ: Сейчас бы рискнули так?

С.КЛЕБАНОВ: Сейчас бы…

Д.БОРИСОВ: Ну, конечно, сейчас была бы уже другая сумма – конечно, не 15000 долларов.

С.КЛЕБАНОВ: Я постоянно рискую сейчас деньгами, который, в общем-то, я беру под личную ответственность. Да, я продолжаю рисковать. Другое дело, что сейчас, понимаете, у меня уже есть компания, уже есть место на рынке, ну и рынок более жесткий стал. Я говорю, работа прокатчиком очень тяжелая. Ты покупаешь кино, тебе кажется оно супер, а люди могут пойти, а могут не пойти. Тебе кажется – этот фильм у тебя купит такой-то телеканал, потому что понимаешь, какие у них вкусы, какая у них программная политика, а в этот момент снимают генерального директора, меняются хозяева, и все по новой. Ты не знаешь, к кому пойти, потому что поменялись все люди, поменялась программная политика. Или просто они скажут: «Парень, кино у тебя отличное, но у нас кризис – извини, денег нет». Поэтому сложно. Но интересно.

А.ПЛЮЩЕВ: Что будет с прокатом как с отечественным, так и с зарубежным ввиду кризиса?

С.КЛЕБАНОВ: Ну смотрите. Кино по-прежнему будет существовать. Я вот ездил по стране с «Горячими новостями», говорил с владельцами кинотеатров, с директорами. Где-то есть спад, где-то особого спада нет. Где-то спад 10%, где-то 15%, где-то, может, 20%, но все равно это не в разы. По крайней мере, я видел толпы людей в кинотеатрах. Другое дело, что, во-первых, рубль упал, и это стало все гораздо дороже, а билет в долларовом эквиваленте стал стоить гораздо дешевле, что для прокатчика нож в сердце. А потом – с отечественным кино возникают проблемы, потому что частные инвесторы как-то сейчас не очень готовы на него давать деньги, а государство тоже как-то затаилось, потому что система господдержки очень непрозрачна, очень забюрократизирована. В общем, непонятно, как эти деньги получить. Например, мы обращались, но не смогли на наши «Горячие новости» получить деньги в России, господдержку, зато очень легко получили ее в Швеции. Там просто показываешь фильм одному человеку, который принимает решение, и он тебе говорит, будут деньги или не будут.

А.ПЛЮЩЕВ: Показываешь сценарий.

С.КЛЕБАНОВ: Сначала мы показывали сценарий – от одного фонда получили деньги. Там непосредственно общаешься с людьми, принимающими решения. Потом нам нужны были деньги на завершение, на какие-то моменты постпродакшна, мы показали рабочую версию в киноинституте – человек посмотрел, принял решение и сказал: «Могу выделить столько-то денег». Все. Дальше начинаешь уже готовить бумаги. Но главные решения принимаются быстро.

Д.БОРИСОВ: Это возвращаемые деньги?

С.КЛЕБАНОВ: Они какие-то возвращаемые, какие-то невозвращаемые. Разные есть условия. Но касательно отечественного кино, они уже, по-моему, сказали в Госкино, Министерство культуры, что денег никому не дадут в этом году больше.

А.ПЛЮЩЕВ: Значит, вообще фильмов не будет.

С.КЛЕБАНОВ: Мы пытались получить деньги на фильм Отара Иоселиани новый, мы же продюсировали его предыдущую работу «Сады осенью», он сейчас новый сценарий написал, и мы не смогли ничего получить. Поэтому, я думаю, сейчас как раз российское кино ждут очень тяжелые времена. Но я надеюсь, что есть какие-то инвесторы и они останутся, для которых это еще и увлечение. Инвесторы, которые не потеряли все свои деньги пока и которые еще готовы какими-то, может, для них и незначительными, но для кинематографа серьезными сумами рискнуть. Просто, может быть, они будут сейчас более тщательно выбирать проекты, в которые вкладывать деньги, продюсеров, которым они доверяют. Посмотрим. Никто не знает, что будет с российским кино.

Д.БОРИСОВ: А весь постпродакшн фильма своего вы делали здесь или в Швеции?

С.КЛЕБАНОВ: Нет, я говорил, мы делали это в Швеции.

Д.БОРИСОВ: Дешевле? Или потому что удобней?

С.КЛЕБАНОВ: Вы знаете, во-первых, это были условия. Мы же часть денег получили от кинофонда, западного шведского, который, например, дает деньги Ларсу фон Триеру. Нет ни одного фильма Ларса фон Триера, где не было бы этих денег. Поэтому у нас с Ларсом фон Триером сейчас общие сопродюсеры, что довольно приятно. И мы даже снимали в том же павильоне «Горячие новости», где снимался «Догвилль». Плюс – очень хорошее качество работы в Швеции, конечно. Звук там потрясающий. Потому что мало того, что его здесь хвалят, но когда мы привезли фильм в Нью-Йорк на фестиваль Tribeca, американцы спрашивали про наш очень хороший звук. Если мы американцев удивили нашим звуком, значит, наши ребята молодцы. А они были в этот момент в зале, я говорю: «Давайте им похлопаем». Они встали, и все поаплодировали.

Д.БОРИСОВ: Сэм Клебанов в программе «Попутчики». Спасибо, что согласились проехаться с нами.

С.КЛЕБАНОВ: Спасибо, что составили компанию.

А.ПЛЮЩЕВ: Спасибо большое.

Д.БОРИСОВ: Программа «Попутчики» в следующую субботу будет не совсем обычная». Пока.