Павел Гусев - Особое мнение - 2013-04-19

М.КОРОЛЁВА: Здравствуйте. Это, действительно, «Особое мнение». Я – Марина Королёва, напротив в студии «Эха Москвы» и RTVi – Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец». Здравствуйте.

П.ГУСЕВ: Добрый вечер.

М.КОРОЛЁВА: Кавказский след в бостонском теракте. Предполагаемые террористы – Джохар и Тамерлан Царнаевы, по возрасту дети чеченской войны. Кто виноват, что это произошло? Чечня, Россия, война, никто?

П.ГУСЕВ: Ну, здесь сложно сказать. Дело в том, что самое главное, мне кажется, чтобы в будущем никто не стал бы искать след российский в этом страшном террористическом акте и след как когда-то был след, помните, с убийством Кеннеди, и там тоже искали активно советский след, руку Москвы.

М.КОРОЛЁВА: Но, ведь, даже что-то и нашли потом.

П.ГУСЕВ: Да, конечно, нашли, потому что он жил в Белоруссии, там у него девушка была и учился, и массу других вещей нашли. Чтобы сейчас этот след не превратился в некую такую, знаете, что это была целенаправленная акция со стороны России, мне кажется, что это полная глупость. Действительно, вы точно сейчас охарактеризовали, это дети той страшной трагедии, которая произошла на Кавказе в 1996 году. И она началась (эта трагедия), и она продолжается в конечном счете по всему миру, потому что и в Турции огромное количество беженцев.

М.КОРОЛЁВА: Ну, не в 1996-м, даже раньше, да? Если мы вспомним, 19 лет Джохару Царнаеву.

П.ГУСЕВ: Да, 19, да-да, да-да. Ну, я имел в виду 1994-й, 1995-й, 1996-й – это вот эти самые трагические годы, когда все проходили события. Ну, дальше они развивались. И мне кажется, что, конечно, это дети войны и еще перекошенная, к сожалению... Это вот религиозный шовинизм, перекошенное внутри состояние молодежи, которая каким-то образом сумела, все-таки, выбраться из Чечни, переехать жить в США. Хотя, отец... Мы дозвонились сегодня до отца, он отказался комментировать и беседовать, и не общается сейчас ни с прессой, ни с кем, насколько я понимаю. Мы дозвонились до школы. Обычные нормальные ребята, в школе учились. Они учились недолго в школе. И затем переехали уже и стали путешествовать по миру. И более того, один из них уже, насколько я понятно, уже убит. Тот, кто убит, имел вид на жительство в США. То есть у них были все перспективы стать гражданами, адаптироваться к США. Хотя, насколько, опять же, я понимаю, в одной из своих записей, по-моему, в Twitter’е он написал, что «у меня здесь нет друзей в Америке, я их не понимаю и меня не понимают». И он, в общем-то, был в определенной степени в религиозности, уход в религию.

М.КОРОЛЁВА: Ну, на самом деле, нам еще только предстоит понять там мотивы. Надо думать, что полиция Бостона в этом разберется.

П.ГУСЕВ: Да, конечно.

М.КОРОЛЁВА: Но вот, все-таки, возвращаясь к кавказскому, ну и отчасти, никуда не денешься, к российскому следу. Вот то, что это выходцы из России изначально, хотя они много перемещались, вот, чем это может обернуться, как вам кажется, для отношений Москвы и Вашингтона? Может ли чем-то?

П.ГУСЕВ: Ну, я не думаю. Нет, я не думаю, что это скажется на большую политику. Понятно, что, все-таки, к большой политике это не имеет отношения. Это имеет вообще к состоянию, внутреннему состоянию общественной моральной внутренней жизни в России нынешней. Вот то, что эти молодые ребята от нас туда переехали вот в таком состоянии и оказались в состоянии, которое привело их к совершению этого страшного поступка, террористического акта, причем бессмысленного. Это просто уничтожение людей, просто. Это целенаправленное уничтожение людей. Вот, что самое страшное и бессмысленное в этом поступке, в конечном счете.

М.КОРОЛЁВА: Хорошо. Но представим себе просто массовое сознание американцев. Хорошо. Там, если это не скажется на отношениях двух государств, на дипломатии, да?

П.ГУСЕВ: Но в массовом сознании...

М.КОРОЛЁВА: Будут писать «Это выходцы из России».

П.ГУСЕВ: Будут, будут. Да. Будут.

М.КОРОЛЁВА: После того, как был принят еще антидетский закон, о котором много говорили...

П.ГУСЕВ: Да. Я думаю, что это сыграет свою роль, что психологически особенно сейчас, когда и антидетский закон, и вот это состояние неуравновешенности в отношениях. Я думаю, что вот такие американцы, которые консервативны и очень консервативны в отношениях СССР, Россия и вообще все, что связано с нашей страной, они, конечно, воспримут это негативно, и негативный вот этот вот душок будет. И в Сенате, наверняка, будет, кто-то выступит из сенаторов и так далее, и тому подобное, из политиков.

То есть я думаю, что определенное нагнетание будет. Но, в целом, на политике я не думаю, что это отразится.

М.КОРОЛЁВА: Ну, то есть новой холодной войны?..

П.ГУСЕВ: Нет, нет. Она просто не может быть уже.

М.КОРОЛЁВА: И еще один момент, он связан уже с журналистикой и с журналистами в Бостоне. Вот там бостонская полиция сегодня запретила журналистам и блогерам сообщать о своих действиях по поимке Джохара Царнаева, вот как раз одного из подозреваемых. Правильно делает полиция?

П.ГУСЕВ: Ну, я думаю, что это очень похоже на Норд-Ост. Помните, первые 2-3 дня тогда НТВ вело прямые передачи, съемки и террористы, сидя внутри театра, следили по телевизору вообще за передвижением, что вообще все происходит. И после этого был запрет введен. Нас собирали всех журналистов, руководителей СМИ. Был введен табу, запрет на показ прямых всех действий, что происходит вокруг этого центра, где были заложники и террористы. И в конечном счете результат всем известен.

Я думаю, что в целях высшей безопасности для общества вот такие вещи...

М.КОРОЛЁВА: То есть временное ограничение на информацию для граждан?

П.ГУСЕВ: Да. Я считаю, что это возможно в таких случаях. Особенно прямые. Вот, прямые передачи и прямые, что полиция сейчас окружила такой-то дом и всё. Потому что через современные интерактивные средства все это ловится. И, естественно, террорист или человек, который сейчас находится в розыске, он, естественно, получает информацию и может существенно повлиять на всю ситуацию.

М.КОРОЛЁВА: Хорошо. Ситуация в Бостоне развивается, следите в наших новостях за этим. Мы же вернемся в студию «Особого мнения» буквально через минуту, поговорим уже о наших журналистах и журналистике.

РЕКЛАМА

М.КОРОЛЁВА: И сегодня это особое мнение Павла Гусева, главного редактора газеты «Московский комсомолец». Я напомню, что у нас есть средства связи. Можно нам написать +7 985 970-45-45 – это для ваших SMS-вопросов, в Twitter’е есть аккаунт @vyzvon и вы можете выстраивать кардиограмму эфира на нашем сайте, на сайте «Эха Москвы».

Так, Павел Николаевич, что там с плакатом-то на съезде Союза журналистов, на котором было написано «X-й съезд журналистов»? Я просто для слушателей и зрителей поясню, что это через римскую цифру «X», дефис и «й».

П.ГУСЕВ: Да. Но еще десятка может читаться как буква «Хэ».

М.КОРОЛЁВА: Ну да.

П.ГУСЕВ: Да. И дефис, естественно, и «й». Естественно, ну, в общепринятой у журналистов, так скажем, словесности, когда ты хочешь это слово изобразить, как раз оно так и пишется. Если честно, я сидел на этом съезде, смотрел и не понял.

М.КОРОЛЁВА: У вас-то были нежелательные ассоциации.

П.ГУСЕВ: Нет, у меня не было нежелательных. Но когда я сегодня с утра прочитал все это. В интернете было дано, что один из депутатов заметил и срочно заклеили вот эту римскую цифру...

М.КОРОЛЁВА: Нет, оставили римскую цифру как раз десять, а все остальное заклеили.

П.ГУСЕВ: Да, а «й» заклеили. Я думаю, что... Ну, во-первых, это привлекло внимание большего количества и стало в определенной степени таким анекдотом, тем более, что считалось, что съезд мог получить определенное прилагательное звучание, качество того, что там происходило. Но, на самом деле, мне кажется, что в целом ребята, которые приехали со всей России, они не виноваты в том, что они к этому прилагательному оказались причастны. Они, действительно, хотят что-то изменить. Они хотят увидеть новую журналистику. Они болеют...

М.КОРОЛЁВА: Вы имеете в виду региональных журналистов?

П.ГУСЕВ: Региональные, да. А это ж основа нашей журналистики. Мы часто думаем, что вот мы сидим в Москве и мы вот здесь вот, знаете, мы самые главные здесь журналисты. Да, мы самые известные, может быть, и на «Эхе», и в «МК», и в других СМИ. Но основная масса журналистов работает в России, вот, именно там, вот в этих огромных-огромных пространствах, в городах, поселках. Маленькие газеты, муниципальные, районки, маленькие каналы телевидения, которые буквально перебиваются с воды на хлеб, там они живут, еле-еле выживают. Но они есть. Но самое печальное, что 80% практически всех СМИ находится на дотации и кормится из рук государства.

М.КОРОЛЁВА: Вот.

П.ГУСЕВ: По сути дела, вся эта масса...

М.КОРОЛЁВА: Я читала даже такое выражение как «информационное обслуживание», например, мэрии там или префектуры.

П.ГУСЕВ: Ну да. Да, совершенно верно. Это заключаются договора. Но больше всего, чаще всего сейчас это не договора, а гранты. Это выигрывают гранты на обслуживание. Причем, не обязательно даже информация там (НЕРАЗБОРЧИВО).

М.КОРОЛЁВА: Вы так спокойно говорите слово «обслуживание», как будто это нормально.

П.ГУСЕВ: Вы знаете, в чем дело? Дело в том, что я по роду своей общественной деятельности в Общественной палате очень много ездил и езжу по регионам. И когда встречаешься с главными редакторами, с ребятами, ты видишь, что если бы не эти гранты, им каюк был бы полный. Полный каюк. Других средств там вообще не существует.

М.КОРОЛЁВА: А вы говорили об этом обо всем на съезде?

П.ГУСЕВ: Да, да, да. Только на этом съезде я не говорил, потому что я не выступал на этом съезде.

М.КОРОЛЁВА: Ну а вообще народ-то говорил?

П.ГУСЕВ: Да.

М.КОРОЛЁВА: Просто поскольку никто из моих знакомых на этом съезде не был, поэтому...

П.ГУСЕВ: Да, об этом говорят постоянно. Об этом все знают, говорят.

М.КОРОЛЁВА: А выход?

П.ГУСЕВ: Выхода нет практически на сегодняшний день. Нет, есть выход, есть. Я неоднократно предлагал этот выход. Надо, во-первых, те огромные деньги, которые тратятся, 171 миллиард рублей был истрачен за последние 2 с небольшим года на содержание. Это официальных. Это не считая тех, так скажем, знаете, еще внебюджетных и малых средств, которые там везде распылены вот в этих маленьких муниципальных образованиях.

М.КОРОЛЁВА: Это кто потратил-то?

П.ГУСЕВ: Это государство, 171 миллиард потратили. Так вот и я думаю, эту цифру уже переплюнули, давно ее перепрыгнули.

Так вот. Эти средства нужно пустить. Если это печатные СМИ, давайте мы доплачивать будем всем типографиям, чтобы практически бесплатно были. Давайте будем доставку газет. Давайте на бумагу введем дотации. То есть дотировать всех тех, кто работает на общественно-политическом и экономическом, деловом фронте, то есть все те газеты не из рук губернатора кормить, а целенаправленно.

Второй путь – это используя общественные структуры, через них распределять. Чтобы не губернатор или глава муниципального образования...

М.КОРОЛЁВА: Ну еще скажите «через НКО».

П.ГУСЕВ: Нет. Их подключать надо было бы, но, к сожалению, с НКО такая проблема, что сейчас непонятно, будут ли они вообще существовать и в каком виде. Поэтому я и не назвал их. Но существуют общественные структуры, которые могли бы, в частности, и Союз, и Медиасоюз, и Ассоциация главных редакторов есть, и есть Гильдия главных редакторов. Есть структуры, которые могли бы в этом участвовать.

Я понимаю, что можно сказать, что это некая завиральная или такая вот идея. Но она осуществима. Но! Она не будет никогда осуществима, потому что...

М.КОРОЛЁВА: Почему?

П.ГУСЕВ: А потому что выгодней кормить из рук непосредственно представителя власти деньгами, налоговыми деньгами, которые... Он же не свои собственные деньги, глава того или иного образования дает, мелкого или крупного.

М.КОРОЛЁВА: Это понятно.

П.ГУСЕВ: Он дает те налоговые деньги, которые у него образовались и которые он перераспределяет и дает. Но! Получается, что это лично он из рук кормит. И если ты не будешь писать так, как нужно тому или иному представителю власти, ты вылетишь. И уже таких случаев полно, когда увольнение главных редакторов, журналистов. Но представьте, вы уволены в Москве, вы здесь можете из 180 СМИ где-то пристроиться. А что делать в районке, где больше ничего нету? Зарплаты мизерные. Он уволен и он оказался просто...

М.КОРОЛЁВА: Ну, только профессию менять.

П.ГУСЕВ: Да, менять профессию.

М.КОРОЛЁВА: Хорошо. А, вот, как вам кажется, люди, которые приехали из регионов на этот съезд, они смирились с такой ситуацией?

П.ГУСЕВ: Многие да, многие нет. А большинство из них в той или иной степени живут за счет государства, за счет вот тех денег, которые аффилированные государству структуры... Существуют там, предположим, крупные предприятия, которые являются...

М.КОРОЛЁВА: Ну, понятно.

П.ГУСЕВ: Ну, они, так сказать, выплачивают тоже деньги.

М.КОРОЛЁВА: Я просто к чему это спрашиваю? Дело в том, что там у вас на съезде, я так понимаю, были еще некие такие скандальные моменты, вот, когда Сергея Железняка, который пришел приветствовать от «Единой России», там, захлопали, говорят, просто буквально не дали человеку говорить.

П.ГУСЕВ: Ну да.

М.КОРОЛЁВА: Ну, можно ли это считать проявлением такой, журналистской солидарности, что ли?

П.ГУСЕВ: Да, я думаю, это яркий пример журналистской солидарности. Хотя, даже несколько человек там встали и сказали, как не стыдно, что не дали слова представителю власти сказать, он хотел с вами поговорить, а вы его не услышали. Люди прямо из зала сказали «Потому что этот человек делает все для того, чтобы, так сказать, надавить на прессу». И они четко сформулировали свою позицию. И то, что ему не дали говорить, потому что он опять начал разговор о том, как должен себя вести журналист. Журналист должен себя вести в рамках закона о СМИ, всё, точка.

М.КОРОЛЁВА: Но, на самом деле, не только Сергей Железняк говорил о том, как должен вести себя журналист. Владимир Путин тоже говорил, как должен вести себя журналист. Слова прекрасные. Вот я смотрю вот это приветствие журналистам. Кстати, не захлопывали это приветствие, когда читал Михаил Федотов?

П.ГУСЕВ: Нет, нет, нет-нет-нет.

М.КОРОЛЁВА: То есть аплодировали в конце?

П.ГУСЕВ: В конце аплодировали.

М.КОРОЛЁВА: Вот то, что честное слово журналиста имеет огромный вес, и что журналистика – это не просто летописец, это участник. Ну, прекрасно. И что?

П.ГУСЕВ: Слова прекрасные, блестящие слова.

М.КОРОЛЁВА: И что?

П.ГУСЕВ: Только, вот, к сожалению, эти слова не привяжешь к конкретному изданию и к конкретному губернатору, и они этого просто не услышат и слышать не хотят. Путин далеко, говорит он свои приветственные слова в адрес определенного количества делегатов, а мы живем здесь по старинке, мы здесь работаем так, как мы считаем нужным. Денежки, вот, у губернатора – они остались в бюджете, он распределил, сколько нужно, и вы будете отрабатывать, господа журналисты, так, как скажу я вам тот или иной руководитель того или иного подразделения. Вот так происходит на местах.

М.КОРОЛЁВА: И никто на съезде не возмутился при этих словах, не встал и не сказал, что это просто слова, красивые слова?

П.ГУСЕВ: Никто, никто, никто не возмутился. Но слова-то, действительно, красивые, хорошие слова.

М.КОРОЛЁВА: Ну так слова. Вопрос от нашего слушателя в связи с этим: «Чувствует ли и является ли Союз журналистов сейчас, действительно, четвертой властью в общественно-политической жизни? Вообще какова роль Союза журналистов?» Я не член Союза журналистов, поэтому мне интересно вас об этом спросить.

П.ГУСЕВ: Я думаю, что нет. Конечно же, нет. На сегодняшний день мы в Общественной палате, я инициировал этот вопрос, мы провели исследование, сколько же у нас вообще сегодня общественных структур, которые работают по всей стране в рамках того, чтобы называть себя, ну, некоей структурой, помогающей журналистам. Оказалось, 526, по-моему, или 528.

М.КОРОЛЁВА: Ух ты!

П.ГУСЕВ: Да, да. И, вот, представляете, вся эта массовка так или иначе хочет оказать свое существенное влияние или поддержку, или сконцентрировать, сгруппировать, или что-то для журналистов. Мы предложили, давайте, ребят... Вот, понимаете, ведь, Союз журналистов России – это не все журналисты, это только определенная часть. Причем возрастной состав...

М.КОРОЛЁВА: Ну, людей в возрасте.

П.ГУСЕВ: Да. Возрастной состав выше среднего.

М.КОРОЛЁВА: То есть кто когда-то вступал в Союз журналистов, возможно, еще в Советском Союзе, да?

П.ГУСЕВ: Да. Или Советский Союз, или уже в первые годы образования России. Так вот. На сегодняшний день, к сожалению, Союз журналистов России не лидер. И не лидеры многие другие организации, которые сегодня существуют на медийном пространстве. Конечно, есть, например, Ассоциация главных редакторов регионов. Очень хорошая структура. Они проводят огромную работу по учебе, по круглым столам, они пытаются найти пути как-то выжить в современных условиях. Но влияния на власть они не имеют никакого. Власть практически на них смотрит, ну, вы есть, вы занимаетесь, ну и давайте, ребята.

М.КОРОЛЁВА: Павел Николаевич, вот такой наивный вопрос. Смотрите, вот эти все структуры – Союз журналистов, Союз кинематографистов, Союз писателей, который тут тоже всплывал – вот это все, что нам досталось от Советского Союза. Может быть, просто взять это все да и распустить?

П.ГУСЕВ: Нет. Ни в коем случае.

М.КОРОЛЁВА: Тем более если не имеет влияния, как вы говорите, не действует, не работает.

П.ГУСЕВ: Нет. Ну, во-первых, я не хочу сказать, что совсем не имеет влияния. Конечно, так сказать, считаются, когда нужно и когда, ну, бывает очень остро. Ну, замечают. Но я хочу сказать, что более существенным и лоббирующим фактом как лоббисты выступают зачастую руководители СМИ. Потому что мы имеем прямой выход на руководителей государства, ну, несколько раз в году. Нас собирают, мы встречаемся и мы, так скажем, в закрытом...

М.КОРОЛЁВА: Ну, так это главные редакторы. Для этого, наверное, не обязательно быть членом Союза журналистов.

П.ГУСЕВ: Может быть. Может быть. Но когда за тобой... Вот, я, например, главный редактор и председатель Союза журналистов Москвы. Когда я выступаю, я выступаю не только как главный редактор, я всегда подчеркиваю перед руководителем страны, что я выступаю как представитель журналистского медийного сообщества, за которым сегодня у нас 15 тысяч журналистов.

М.КОРОЛЁВА: Ну, то есть такой колокольчик для власти, но очень маленький.

П.ГУСЕВ: Да.

М.КОРОЛЁВА: Хорошо. Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец». Мы снова здесь буквально через несколько минут.

НОВОСТИ

М.КОРОЛЁВА: Программа «Особое мнение», я – Марина Королёва, Павел Гусев – главный редактор газеты «Московский комсомолец» здесь в студии. +7 985 970-45-45, в Twitter’е – аккаунт @vyzvon, все остальное на нашем сайте. Ну вот уточнение новости, которая касается того, что Сербия де-юре признала независимость Косово, заявил премьер самопровозглашенной республики, вот сообщение из Белграда, ИТАР-ТАСС. Парафирование договора о нормализации отношений между Белградом и Приштиной означает признание независимости Косово. Вот такая новость.

П.ГУСЕВ: Ну, я только могу здесь сказать, что признать – это не значит нормализовать до конца все взаимоотношения, потому что на уровне правительства, на уровне руководства стран признание будет подписано и сделаны все необходимые документы. Теперь самое главное – что делать с теми людьми, которые помнят и резню, помнят убийство близких, родных, помнят то море крови, которое там пролилось. Я не хочу нагнетать обстановку, но все это было. Как это все забыть, чтобы все это ушло, для этого, все-таки, наверное, надо будет еще десятилетия. И дай бог, чтобы это, конечно, ну, ушло когда-то на нет. Но все равно останется. Мы все знаем с вами многие случаи вот таких межнациональных конфликтов, возьмем хотя бы Армению и те проблемы, которые исторические есть. Все это остается в памяти на долгие-долгие столетия.

М.КОРОЛЁВА: Ну, на самом деле, там есть еще один момент, вот, премьер, да? Он что говорит еще? Что страны, которые до сих пор не признали независимость Косово, они теперь сделают это как можно скорее, потому что, вот, видите, произошло, все-таки, парафирование договора.

П.ГУСЕВ: Ну да. Дипломатически это ход очень сильный, он...

М.КОРОЛЁВА: В состав ООН может входить теперь.

П.ГУСЕВ: Да, да, да, да.

М.КОРОЛЁВА: То есть все это вероятно?

П.ГУСЕВ: Да. Это очень сильный дипломатический ход.

М.КОРОЛЁВА: Мы, тем временем, к нашим делам. Здесь довольно много вопросов, которые связаны с нашей Госдумой. Ну вот давайте один из них. Дмитрий спрашивает «Насколько этично поведение 30 депутатов, которым из-за декларации пришлось развестись?»

П.ГУСЕВ: Ну, вообще то, что сейчас происходит с Государственной Думой, мне кажется, даже человеку не очень интересующемуся политикой, кажется очень все странным, необычным и вообще немножко хочется, знаете, вот, с мылом руки помыть, потому что...

М.КОРОЛЁВА: Да чего ж там необычного? Разве не логичен был ход? Если тебя начали уличать, ты ищешь пути отступления. Вот они находятся.

П.ГУСЕВ: Вот поэтому и хочется руки... Вместо того, чтобы или наводить порядок, или реально решать проблемы с депутатским корпусом, который нас с вами всех учит нравственности, чтобы мы были высоконравственны, мы всегда говорили теми словами, какими хотим говорить, чтобы мы задумывались и не превышали уровень свободы слова, который невозможно превысить, потому что нет показателей, больше свобода слова или меньше свобода слова... Вот эти люди учат нас, как мы должны жить, чистыми, красивыми и добропорядочными. Вот, я, к сожалению, хочу помыть руки. Мне очень противно от того, что я слышу и вижу.

М.КОРОЛЁВА: Смотрите, этика этикой, но закон есть закон. Значит, в данном случае вот здесь вас спрашивают, конечно, насколько этично поведение депутатов.

П.ГУСЕВ: Не этично.

М.КОРОЛЁВА: Это не этично, понятно. А как вам кажется, может быть, надо двигаться в каком-то законодательном направлении? Ну вот 30 депутатов берут и разводятся. Или мы ничего не можем сделать? Общество может сделать что-нибудь в этой ситуации?

П.ГУСЕВ: Я думаю, что общество практически ничего не может здесь сделать. Они поступают вполне законно. Мы можем только (журналисты)...

М.КОРОЛЁВА: А, кстати, Жириновский с его церковным браком.

П.ГУСЕВ: Ну да, вот Жириновский со своим церковным браком. Другие ищут другие пути. Вы знаете, мы, журналисты только можем это описывать и писать, ну, с долей иронии и чтобы все знали эти примеры, как муж и жена, которые продолжают жить вместе, уже давно разведены, якобы, по бумагам и все равно жена, на нее записано все и так далее, и тому подобное. Все понятно, что это все финансовые махинации прикрываются. Прикрывается собственность, прикрываются махинации. Для чего все это делать? Ну, уйди или, так сказать, тогда голосуй против. Ведь, они даже против не голосуют этих законов, которые сами же и принимают, только ищут махинации. Они поддерживают общую линию партии, но продолжают при этом заниматься махинациями. Это вообще безрассудство какое-то.

М.КОРОЛЁВА: Если продолжить немного эту линию на парламент, и на нижнюю палату парламента, и на сенат, то чего вы ожидаете в ближайшее время в связи со всеми этими ужесточениями и наблюдениями над депутатами?

П.ГУСЕВ: Ну, я, во-первых, ожидаю определенного исхода.

М.КОРОЛЁВА: Ну, он начался, но...

П.ГУСЕВ: Я думаю, что будет еще. Что так или иначе подводка тех или иных людей к той черте, когда они должны сдать мандаты в той или в другой, или в Совете Федерации, или в Госдуме, она очень близка и будет не массовый, но будет исход.

Второе, я, все-таки, думаю, что будут придуманы совершенно для нас с вами фантастические схемы ухода от этих законов. Потому что если есть закон, существует несколько всегда путей, как обойти этот закон. Он всегда и пишется так, потому что они и писали этот закон. Соответственно, будут соответствующие пути.

Вот посмотрите, сегодня Шувалов уже выступил, что не чрезмерно ли мы боремся с коррупцией? Это было у него выступление, что не перегибаем ли мы палку? Хотя, с другой стороны, понимаете, ведь, тоже есть интересные факты. Вот посмотрите, если очень мощный бизнесмен, очень мощный руководитель соответствующей отрасли бизнеса придет руководить той или иной структурой на уровне министра, предположим, правительства. Это очень хороший, порядочный бизнесмен, который платит налоги, который всё... Он очень хороший. Если он придет министром, вы за или нет? Я за, за такого человека, хочу голосовать за такого человека.

М.КОРОЛЁВА: При том, что он останется в бизнесе?

П.ГУСЕВ: Нет. Естественно, он должен уйти из бизнеса. Тут разговоров нету. Но собственность-то у него, накопленная за эти годы. У него есть там 10 банковских счетов в разных банках, так сказать...

М.КОРОЛЁВА: Так это за эти годы, Павел Николаевич.

П.ГУСЕВ: Естественно! Так, он все равно должен будет от этого как-то открещиваться, потому что эти счета будут пополняться, на них будут и деньги идти, там проценты идут, бумаги ценные и так далее. Они ж работают. Он не может не работать с этими ценными бумагами, которые у него там хранятся. Понимаете, в чем история? То есть мы таким образом сейчас можем отсечь определенное количество очень здравых, мощных, интересных, действительно, интересных людей из бизнеса, кто бы мог прийти на смену, ну, так скажем, серости.

М.КОРОЛЁВА: Борьба с коррупцией, вы сказали. Есть борец с коррупцией, зовут его Алексей Навальный. Спрашивает наш слушатель Илья из Ярославля «На ваш взгляд, это дело политическое? И каков ваш прогноз, что будет с Навальным?»

П.ГУСЕВ: Ну, конечно же, это политическое дело, по-другому его расценивать нельзя. Другое дело, что абсолютная глупость то, что делается сейчас по этому делу. Прежде всего, наступают на грабли, на которые уже наступала власть неоднократно. Вспомним Ельцина, которого там исключали из партии, хотели уничтожить и он на этом получал бешеную популярность. Люди любят обиженных, они гордятся тем, что они могут помочь своим сочувствием, действиями тем, кого обижают.

М.КОРОЛЁВА: И обиженных за правду, заметьте.

П.ГУСЕВ: Да. И обиженных за правду в данном случае. Так вот. Популярности только прибавляется всем этим судебным процессом. Я думаю, что для власти очень важно сегодня, чтобы он не сел даже, а чтобы была просто судимость. Судимость за растрату в особо крупных размерах или хищения. Не важно, как это будет.

М.КОРОЛЁВА: Вы тоже думаете как многие, что ему не грозит реальный срок?

П.ГУСЕВ: Я думаю, что срок ему не грозит, что будет судимость. Судимость – это крест на всей его политической карьере: он не сможет стать депутатом, он не сможет стать кандидатом в президенты, он не сможет стать губернатором. И для него крест на органах власти на этом. а дальше...

М.КОРОЛЁВА: Ну так это при нынешней власти, Павел Николаевич. А если народный любимец? А если народный герой?

П.ГУСЕВ: Вы знаете, при нынешней власти это время еще у власти много, по крайней мере, официально. И эта власть для того, чтобы удержаться у власти, или люди, которые хотят прийти во власть, они должны иметь определенное по законодательству... Ну, форму заполнить, бумажки заполнить. Без бумажки ты, так сказать, никто сегодня. Так вот эти бумажки будут работать против Навального. Он не сможет сегодня попрать эту власть. Другие? Ну, наверное, когда-то кто-то придет. Но к этому времени...

М.КОРОЛЁВА: Но сегодня не сможет? Послезавтра сможет.

П.ГУСЕВ: Ну а что будет...

М.КОРОЛЁВА: Станет лидером партии, например.

П.ГУСЕВ: Лидером партии он может стать.

М.КОРОЛЁВА: Его будет знать абсолютно каждый россиянин на это время.

П.ГУСЕВ: Да. Лидером партии он может стать, но официально участвовать в выборах он не сможет.

М.КОРОЛЁВА: 30 секунд остается. Вопрос от слушателя: «Смена руководства в Почте России, как вам кажется, поможет улучшить ее работу?»

П.ГУСЕВ: Думаю, что в какой-то степени да. Почта нуждается не просто, вот, знаете, вот, вынул человека, переставил. Там нужна сложнейшая операция. Я занимаюсь почтой последние 7-8 лет беспрестанно. Где я только ни выступал, что мы только ни делали. Мы добились кое-каких перемен. Но это страшная машина. Страшнейшая коррупция там происходит. Вот, лично наши главные редактора...

М.КОРОЛЁВА: Деньги-то дают. И мы платим.

П.ГУСЕВ: И мы платим, все платят. Но самое интересное, что все наши с вами деньги сначала в свое время через Сейшельские острова отмывались. И мы вскрыли это, убрали этот закуток. Но, к сожалению, очень многое остается нерешенного и на сегодня просто тупикового.

М.КОРОЛЁВА: Павел Гусев, главный редактор газеты «Московский комсомолец», я – Марина Королёва. Всем счастливо.