Дмитрий Муратов - Особое мнение - 2012-10-18

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здравствуйте. В эфире – программа «Особое мнение», приветствую в этой студии Дмитрия Муратова, главного редактора «Новой газеты».

Д.МУРАТОВ: Здрасьте.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здравствуйте. Эфир проведу я, Ксения Басилашвили. Дума занялась санацией, самоочищением. И они извергают из своих недр...

Д.МУРАТОВ: (смеется) «Извергают из недр».

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Ну, как-то очищаются. И, знаете, за все, видимо, ответит депутат-единоросс Алексей Кнышов, потому что пока что в отношении него, действительно, комиссия проводит расследование, и почему-то выяснилось, что с остальных депутатов-единороссов Борцова, Аникеева и Плигина вот это подозрение в бизнесе вне пределов Государственной Думы почему-то снимается. Ну, нашлись веские обстоятельства. У кого-то это наследство в крупном размере, просто незарегистрированное.

Д.МУРАТОВ: В особо крупном размере наследство.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Вот, это такая показная порка.

Д.МУРАТОВ: А что вас удивило, Ксения?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вас это не удивляет, что они вообще этим занимаются?

Д.МУРАТОВ: То есть я, в принципе, уже готов за депутата Кнышова, конечно, заступаться, потому что его состояние и его финансовая деятельность по сравнению с деятельностью других людей, в том числе из правящей партии, она, конечно, не входит в Топ-10. Я вам хочу сказать, что то, что проверял наш отдел расследований вслед за публикацией деклараций, которые делал Дмитрий Гудков, показывает, что, конечно, это бизнес-партия. Я потом вернусь еще сегодня, наверное, к Джанни Родари. Там был принц Лимон, а у него были Лимончики.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да.

Д.МУРАТОВ: Вот, Лимончики его такие, которые голосовали послушано. Вот это Лимончики, а это даже Мультилимончики. Потому что а как не расследовать коммерческую деятельность, например, отеля, как бы он ни назывался, православным или неправославным, в Германии господина Исаева? Я Андрея давно знаю, он очень умный парень, но, видимо, безнаказанность позволила семейный отель такой с большим участком завести. Как не исследовать историю?..

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но он, может быть, уже давно не ему принадлежит, а какому-то другому лицу?

Д.МУРАТОВ: Нет-нет. Принадлежит ему, но тут, понимаете...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Или он не управляет им.

Д.МУРАТОВ: Тут, понимаете, вот, депутат Пехтин точно так же. У него тоже благородные мотивы незаконной собственности. Это он выкупил участок, через который должна пройти трасса в Санкт-Петербурге, поскольку это его родовое гнездо. И выкупил еще рядом участки. Это были уже не его родовые гнезда, но, ведь, интересно, чтобы родовое гнездо как-то дальше разрасталось, гнездилось, кустилось, чтобы могли перелетные птицы в эти гнезда прилетать.

Я могу сказать, что депутат Владислав Резник, безусловно, обладатель определенных активов, связанных с Испанией, где сейчас находится один из деловых партнеров, находящийся в розыске, господин Петров.

И я могу приводить множество таких случаев, и выход тут один. Мы написали это письмо...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Самораспуститься.

Д.МУРАТОВ: Они уже распустились полностью, уже дальше распускаться некуда. А на самом деле, выход один: не они должны себя исторгать из недр, Ксения, о чем вы сказали, и не они должны себя самоочищать. В таких случаях есть институт независимого прокурора. Когда-то Владимир Путин, пытаясь разобраться с гигантской контрабандой и коррупцией спецслужб, приглашал из Санкт-Петербурга среднего уровня прокурорского работника господина Лоскутова, который расследовал все дело Гранда и «Трех китов». Но, во всяком случае, результатов этого расследования сильно нет – там чего-то 200 тысяч долларов насчитали какого-то убытка, посадили Саенко и Зуева. Однако, всю картину этой коррупции он на стол тогдашнего и нынешнего президента Путина положил. Вот, если Дума хочет действовать правильно, должен быть институт независимого прокурора, который проверит декларации Совета Федерации (ну, там вообще бизнес-СИЗО), проверит все, что связано с подозрениями в отношении депутатов. Кроме того, депутаты, в отношении которых есть подозрения, должны сделать одну вещь. Для того, чтобы остаться в сознании народов людьми благородными, они должны на время проверки снять с себя иммунитет, приостановить свою деятельность, не мешать, не вмешиваться, не долбить запросами.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То, что предлагал Илья Пономарев в частности.

Д.МУРАТОВ: Ну вот я не знал про его предложение. Ну, правильно, есть же мировая практика. И мы написали такие письма, кстати говоря, и в администрацию президента, и в Верховный суд, и в правительство России о том, что должен быть институт независимых прокуроров, который это проверит. А вот ему мы готовы предоставить и кое-какие материалы, которые у нас не до конца еще отработаны, которые есть в распоряжении газеты.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вот ответ на вопрос.

Д.МУРАТОВ: Да. Будет независимый прокурор – поверим... Как вы, еще раз, сказали?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Исторгая нечистот.

Д.МУРАТОВ: Да. Ну, потому что сейчас-то как? Ведь, сейчас как? Как было сказано в последней книге Натана Дубовицкого, дочка спрашивает у папы «А говорят, ты – вор» - «Знаешь, дочка, я родину люблю, поэтому мне воровать можно». Это очень важная мысль воры-государственники, к которой я не раз возвращаюсь здесь в этой студии, они почему так безнаказанно воруют? Ну, они ж за родину!

К.БАСИЛАШВИЛИ: Наделен полномочиями.

Д.МУРАТОВ: Демократы и либералы воруют незаконно. Они не любят родину, поэтому им воровать нельзя. А нам, поскольку мы родину (депутаты-единороссы) любим, воровать можно и нужно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Давайте тогда о либералах, потому что единороссы сами пока с собой разбираются и недоступны для нас. Дмитрий Муратов сегодня в «Особом мнении» на «Эхе Москвы». +7 985 970-45-45 и Twitter-аккаунт @vyzvon, присылайте, пожалуйста, вопросы. И первый вопрос я хочу задать от нашего слушателя, который пришел к нам еще на наш сайт echo.msk.ru. Скажите, Удальцов и его помощник (вот эти аресты, задержания, допросы) – это только начало?

Д.МУРАТОВ: «75 лет 1937 году, будут ли они праздноваться широко?» - это вот этот вопрос, да?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Имеется в виду, это такая многоходовка или это все продолжение нелюбви власти по отношению к одному Удальцову?

Д.МУРАТОВ: Ну, я должен сразу сказать, что я не являюсь сторонником, поклонником ни методов, ни призывов, ни практики революционной Сергея Удальцова. Мы с ним даже публично переписывались. Я не очень понимаю, зачем нужно людей все время оставлять ночевать на площади. Ну, есть же у кого-то и другие, в общем, планы на эту ночь. Однако, я вам хочу сказать, что провокация, устроенная в отношении Удальцова, имеет все признаки не реальной борьбы с экстремизмом, терроризмом или за соблюдение закона, а имеет признаки абсолютно чекистской разводки.

Один пример. Я разговаривал позавчера с опытным очень оперативным работником, который занимается подобными делами. Когда оказывается в руках специальных служб подобный материал, он сначала не показывается по телевизору, а спустя 8 дней после этого приходят с обыском. Это только адвоката Виолетту Волкову удивило, что пришли с обыском. Ну как же не прийти с обыском-то? Прошло 8 дней после фильма.

Все делается наоборот. Вся логистика другая. Сначала проводят все оперативные действия, а потом уже что-либо показывается по телевизору и про это рассказывается. В случае с Удальцовым это пропагандистская операция, связанная с замаранием его имени. А он – человек бескорыстный, вот это безусловно.

Вторая вещь. Существует вообще, как написал у нас в газете доктор Пастухов, оксфордский замечательный. Существует такое Общество ожидания провокаций. Кто такой Таргамадзе, вот этот человек, с которым они на какой-то квартире?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Якобы вели переговоры, да.

Д.МУРАТОВ: Вели или не вели, допустим, вели. Допустим, вели. Посмотрите манеру переговоров. Таргамадзе все время предлагает находящиеся за гранью закона какие-то вещи, от которых присутствующие достаточно лениво отбрехиваются, ведя свою историю к тому, что а неплохо бы нам, все-таки, договориться о каком-то более конструктивном, в том числе материальном сотрудничестве. Это Таргамадзе им говорит «А вот надо бы чеченских боевиков, а вот надо бы революцию там вот и там вот, а вот надо бы вот это сделать». Выясняем, кто такой Таргамадзе. Мы до него дозвонились в тот день, когда вышел этот фильм. Он сказал «Не было встречи. Не помню, ничего не знаю». А он – профессиональный бродячий провокатор.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да вы что?

Д.МУРАТОВ: Да. Провокидзе. Да. Бродячий такой провокатор.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть уже есть?..

Д.МУРАТОВ: В 2006 году, например, он поддерживал в борьбе против... Он борется с оппозицией, как бы ее поддерживая, на самом деле обслуживая интересы верховной власти стран постсоветского пространства. 2006 год, Лебедько, кандидат в президенты Белоруссии борется с Александром Лукашенко за пост президента. К нему в качестве технолога приезжает господин Таргамадзе. Все разговоры, о том, о чем они говорят, а также разговор с еще одним деятелем, с госпожой Красовской, все выкладывается в интернет и в эфир официальных СМИ. И становится понятно: «Ну что вы, это экстремист, а не кандидат в президенты».

Если я не ошибаюсь, 2010-й год. Тимошенко борется с Януковичем, и господин Таргамадзе сообщает своим украинским друзьям, которым он помогает как политтехнолог, что сейчас под видом наблюдателей он срочно привезет в Донецк 2 тысячи настоящих грузинских боевиков, и уж они Донецку зададут. Там нецензурная лексика.

Это профессиональный провокатор.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Потрясающе, да. Почему бы не задаться целью как-то привлечь к ответственности Таргамадзе?

Д.МУРАТОВ: Мы задались сейчас. Наши собственные корреспонденты и газета работаем с тем, чтобы это сделать. Павел Шеремет тоже сделал свое исследование, это уже доступно, это уже можно читать. Это против Удальцова проведена провокация. То, что Удальцов ведется на такие вещи, ну, к сожалению. И даже не это обидно, а то, что Сергей, например, в первый день, когда это произошло, сказал, что он не помнит такой встречи. Ну, нужно было, все-таки, вспоминать. Это слабая позиция. Но то, что в отношении него сделана провокация, и то, что власть не считает его террористом, поскольку обыск проведен спустя 9 дней, это тоже очевидно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Кстати, есть еще такая точка зрения, что ждали 9 дней, потому что думали, что Удальцов уедет из России и таким образом вся эта история рассосется.

Д.МУРАТОВ: Вот, я не конспиролог. Вот, чтобы Удальцов уехал из России, не верю. Он не раз и внятно заявлял, и я склонен доверять Удальцову, что он свою-то чашу здесь до дна. Вот, он из таких людей. И пугали его, и не пугали, вот, в этом смысле, в смысле личного бесстрашия и личного бескорыстия абсолютно безупречный человек.

Другое дело, вот тот же Пастухов у нас в газете пишет. Он говорит, что террор и провокация очень похожи. Террор дезориентирует общество, а провокация ориентирует на нужных врагов.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, а цель этой провокации в данном случае что? Чтобы оппозиция отвернулась от Удальцова, потому что?.. Уже, вот, возникает недоверие, вы сказали «Зря он говорил, что не встречался», да? Значит, встречался.

Д.МУРАТОВ: Ну да. Ну, встречался. Ну, конечно. Но он же потом-то сказал.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но понимаете, да? Уже возникает и нет уже безграничного доверия.

Д.МУРАТОВ: Ну, конечно. В отличие от первой «Анатомии протеста» эта сделана по спецслужбистским... Ну, более профессиональным сценаристом. Если бы это был журналистский материал, то, естественно, как и положено, Удальцов был бы приглашен в эфир, чтобы объясниться прямо там, была бы устроена очная ставка или ему отправлены запросы, на которые он должен был бы ответить.

Провокация здесь направлена против всех людей, которые оппонируют существующей власти. Идея очень проста: все, кто оппонируют власти, являются наймитами, уродами, террористами, экстремистами. В общем, нормальные люди, среди тех, кому не нравится власть, есть. Следовательно, все нормальные люди – это те, кому нравится власть, а все ненормальные и враги – те, кому не нравится. Это примитивная абсолютно история. Тут что ты с ней сделаешь? Ничего. Вот, она такая.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но вообще удивительна эта мгновенная реакция. 9 дней не 9 дней, но, все-таки, это мгновенная реакция на фильм.

Д.МУРАТОВ: Ну, посмотрите. Мгновенная не мгновенная, а вот за последнее время. Вот, у нас все шутили люди, которые ездят на хороших машинах, они все время шутят о том, что «О! Привет тебе от кровавого режима. А как поживает кровавый режим?», да? А вот на самом деле, послушайте. Вот, смерть Магнитского и сегодня было доказано, что он был запытан там, а не умер своей смертью. У нас в онлайн-трансляции «Новой газеты» вы увидели показания Корнилова, врача «Скорой помощи», который говорит, что он приехал к мертвому человеку, хотя и заставляли лжесвидетельствовать, что он приехал к живому человеку.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, это сенсация. Я обращаюсь сейчас тоже к сайту «Новой газеты», где, действительно...

Д.МУРАТОВ: Да, Алексей Померанцев ведет онлайн-репортаж из суда.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И врач-психиатр – он, действительно, говорит о том, что Гаусс – она просто врала.

Д.МУРАТОВ: Вот вам Магнитский. Вот история, когда фактически пытают. Правда, он жесткий человек, он вряд ли от этого застонет. Там, Платона Лебедева, то обещая ему УДО и сокращая срок приговора, то снова его увеличивая. Помните «Каштанку»? Дают колбаску проглотить, а потом вынимают. Вот это изощренные такие истории. Вот уже возбуждают дело по поводу Белых, уже весь лес, естественно, украл Навальный. Нашего издателя Лебедева просто прессуют по всей программе, не давая нормально вести бизнес, и при этом вменив ему не драку с Полонским, хулиганство (ну, хулиганство, да), но теперь это ему инкриминируется как разжигание вражды. То есть это уже не удар по морде, а политический удар. Это другая штука.

И вот таких случаев у нас набирается огромное количество. Провокации, прослушивание разговоров, съемки людей в интимные моменты жизни, троллинг. Это все уже очень непростая штука. Сидящие по Болотному делу, на 2 года отправившиеся в колонию, а не оставшиеся в СИЗО участницы панк-группы. Количество вот этих фактов уже переходит все точечные пределы. Такое ощущение, что это коса уже, что это коса.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы чувствуете такое форсирование, да?

Д.МУРАТОВ: Форсирование. У меня в данном случае даже есть конспирологическое предположение.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, давайте, да. Дмитрий Муратов.

Д.МУРАТОВ: Я не помню, делился им со слушателями или нет.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Просто напомню тем, кто только что подключился, Дмитрий Муратов в «Особом мнении».

Д.МУРАТОВ: С Ксенией Басилашвили.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да.

Д.МУРАТОВ: У меня даже есть предположение, почему такая зачистка свирепая там происходит сейчас. А, то же самое, кстати говоря, к этой зачистке. Посмотрите, смена руководства в, допустим, «Большом городе», в руководстве издательского дома «Коммерсантъ», смена руководства в «Известиях». Дожатый Госдеп. Вот, правда. Минкин, по-моему, сказал «Вот, где должны нашисты». Госдеп вмешивается в нашу жизнь, не протестует.

Множество вещей, от персон, там, Дзядко, Роман Боданов и других до запрета на профессии массе людей среди тех, кто делал свободные медиа. Радио «Свобода» - последний один из таких, ярких примеров. Так что вот эта зачистка глобальная.

Почему? Мне кажется, вот как. Нужно до конца этого года постараться всех врагов вычистить, обезопаситься, как кажется, от них. Я думаю, кстати, что когда года 3-4 назад они устраивали репрессии, они в это не сильно верили, ну, просто придумывали такую волну. А сейчас верят.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, это такой сталинский путь, по-моему.

Д.МУРАТОВ: Да-да-да. Когда сам веришь, и от тебя, вот от этого идет, накручивается и накручивается, и надо быстро пройти все это дело, быстро очень. Потому что если будет в 2014 году происходить, то мало ли, приедут на Олимпиаду или не приедут, еще неизвестно. И получится, что это не зимняя Олимпиада 2014 года, а летняя 1980-го.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. И какие люди на этом фоне вылезают на поверхность. Бурматов, да? Бурматов вновь объявился и написал фактически донос на Илью Пономарева в связи с задержанием Удальцова, в связи с «Анатомией протеста». И я тут же вспомнила о том, как на страницах вашей газеты Аркадий Бабченко, в общем-то, вызвал на дуэль Бурматова за оскорбление Юрия Шевчука. В данном случае кто-то вызывать на дуэль будет? Я не знаю. 2 года прошло.

Д.МУРАТОВ: Ну видите ли, я просто хотел бы напомнить, что это подрастающий, перспективный провокатор (господин Бурматов). И я не ошибусь, если скажу, что это именно он в чистых ботинках тушил искусственный пожар в Воронежской области...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Он, он. Поэтому его не удивила «Анатомия протеста».

Д.МУРАТОВ: ...возглавляя как один из нашистских главарей...

К.БАСИЛАШВИЛИ: В Рязанской области. В Рязани, по-моему, он там под Рязанью тушил.

Д.МУРАТОВ: Я не буду сейчас спорить по регионам. Ну хорошо, может быть. По поводу моего друга Шевчука он, действительно, напоролся и мог напороться не только на Бабченковский, но и на другие, если бы он согласился за это там каким-то образом ответить.

Вы помните, в чем он Шевчука обвинил?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. В том, что он с погон...

Д.МУРАТОВ: В том, что он снял звезду с погибшего офицера в Чечне. Ну, большую историю ненависти возбудить к себе у военных, у спецназовцев, у тех, кто с Шевчуком прошагал по Чечне 2 войны, было, конечно, невозможно. Знаменитое стихотворение, посвященное капитану Марковцу, это как раз то, которое пытался вот так вот унизить Бурматов. Это друзья погибшего капитана Шевчуку на память подарили звезду с его погона. Шевчук чуть ли не каждый год ездит в Волгоград, туда, где похоронен Марковец. И они остались друзьями, все вот это подразделение. На Шевчука вообще сейчас пытаются, зная, что он безукоризненный моральный лидер, тоже пытаются спускать собак потихоньку. Один популярный обозреватель, который у вас блог ведет (не буду называть фамилию, он мой товарищ), написал, что когда Шевчук подписал свою статью в «Новой газете» «С уважением ко всем инакомыслящим», это означает, что он уважает еще и педофилов, и фашистов. Я когда это прочитал в «Московском комсомольце», я озверел. Я подумал «Ну как так? Инакомыслящие – это протопоп Аввакум, это те, про кого писал замечательный драматург Александр Володин, инакомыслящие – это те, кто издавали газеты «Гласность», «Хроника текущих событий». В нашей русской истории инакомыслящий – это точно абсолютно не педофил и не фашист. Но зачем-то уважаемый журналист пытается вслед за Бурматовым устроить такую историю снижения морального авторитета. Это, безусловно, тоже провокация, чего там говорить?

К.БАСИЛАШВИЛИ: А как вы думаете, журналист Мамонтов и его фильмы – это личная точка зрения?

Д.МУРАТОВ: Вот я думаю, вот сидит напротив меня Ксения Басилашвили, я с ней обсуждаю Бурматова и Мамонтова. Это, конечно, абсолютно непозволительная трата времени.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Почему?

Д.МУРАТОВ: А что там у нас с Мамонтовым?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, меня просто интересует, как вы считаете? Вы, наверняка, ведь, тоже знакомы с ним.

Д.МУРАТОВ: Ну, когда-то давно. Я даже сейчас не помню, знакомы ли мы.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы сейчас просто говорите о провокациях, о провокаторах, у нас уж об этом речь зашла.

Д.МУРАТОВ: Ну чего? Ну, понимаете, ну, была прекрасная Наташа Метлина, которую я 100 лет знал, а сейчас с какой-то внутренней истерикой там пытается что-то сказать. Я, вот, знаете, что не знаю? Вот, на самом деле, с Мамонтовым как-то все понятно. Я, вот, знаете, чего не знаю? А чего поперлись на НТВ в программу к Наташе Метлиной, ну, 2 бывших правых человека? Ну ладно Надеждин. Видимо, все-таки, у бывших членов СПС... Знаете, они оживают, гальванизируются, когда видят загорающийся красный огонек Бетакама. И вот тогда они начинают двигаться и ощущать полноту жизни. А чего там Яшин делал? Чего поперся?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Трибуну дали. Дали трибуну, воспользовался трибуной.

Д.МУРАТОВ: Сам же говорил «Игнорируем НТВ». Нельзя. Значит, надо следить за... Он – внятный человек. Зачем? Следи. Не только за тобой должны следить, но и сам за собой следи.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Надо следить за своим лицом, как говорил Володин.

Д.МУРАТОВ: Конечно. Как Володин говорил, да-да-да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. И вот зажглась лампочка, это значит, что нам следует на время удалиться из эфира с Дмитрием Муратовым. Мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы продолжаем с Дмитрием Муратовым, главным редактором «Новой газеты» в «Особом мнении». Бурматов. Вы хотели дополнить к биографии этого господина несколько штрихов.

Д.МУРАТОВ: Я хотел сказать. Понимаете, это то, что мы с вами говорили про депутатов Госдумы, которые отягощены незаконной или недекларированной собственностью. Бурматов отягощен собственной репутацией. Вот то, что они очень уязвимы в смысле собственности или репутаций, позволяет им в угоду действующей власти принимать законы, как их принимали в сказке Джанни Родари. Вот это, то, что я назвал здесь в студии «режим взбесившихся принтеров», они принимают незаконные законы. Они делают то, что люди скоро перестанут верить всем законам, ходить на их выборы, как они не пришли на них... Просто не пришли. Это же, на самом деле, против вас проголосовали, не пришли на выборы.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Неявка вот эта 14-го.

Д.МУРАТОВ: Да-да-да. У Джанни Родари помните? Решили принять налог на дождь. Потом подумали «Не, не только на дождь, давайте еще на туман. Мало. Давайте еще примем на росу, на тучи». И вот эти Лимончики принимают эти законы. А суд спрашивает «Законы законны?» Им говорят «Законны. Они же на гербовой бумаге». Показывают: «Бумага гербовая? Всё».

Но народ это уже абсолютно не воспринимает. Посмотрите, я вам приведу 2 цифры. Например, во Владивосток на выборы пришли 13% избирателей.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Смешно.

Д.МУРАТОВ: А знаете, сколько проголосовало за «Единую Россию» от общего числа избирателей на выборах в городской парламент? От общего числа избирателей за «Единую Россию» проголосовало 5,4%. А в Барнауле от общего числа избирателей за «Единую Россию» (всюду там празднуют победы) – 10,3%. В Твери – 10% от общего числа избирателей. В Петропавловске-Камчатском – 8,5%. Ну, в Черкесске, конечно, 44%, а в Ярославле – 9,72%.

То есть они празднуют победу, а люди не пришли, поскольку не верят, поскольку вы всеми своими сломанными КОИБами... КОИБы были одним из важных спасений, но они всюду почему-то срочно взялись ломаться и, например, в тех же Химках. Посмотрите, когда КОИБ стоит у Потомского... Где выборы были Потомский против Денина в Брянске, всюду, где стоит КОИБ, побеждает Потомский, потому что не подделать, не вбросить. Он же сам потом металлическим голосом объявит, сколько у него голосов за кого. А там, где стоят деревянные инновационные ящички, там прямо противоположный результат.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Денин.

Д.МУРАТОВ: Да. И люди больше не верят в эти выборы. Следовательно, те, кто победил на них, являются, уж извините, не вполне легитимными.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Дмитрий Муратов. А здесь вас... Ну, это не вас благодарят, это Родари за налоги на дождь и на воздух, что это перспективная задумка.

Д.МУРАТОВ: Да-да-да, перспективная вещь.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Может быть, так и будет.

Д.МУРАТОВ: Туман, снег. А, на град у Родари налог повышенный, да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Конечно, да. Потому что он большой, похож на яйцо иногда.

Д.МУРАТОВ: Да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здесь, вы знаете, очень интересное сейчас происходит в суде, в суде по делу Магнитского. Очень интересные показания идут. И хотелось бы процитировать Виталия Корнилова, врача скорой психиатрической помощи, который как раз приехал в день, ну, пожалуй, что и в час гибели Сергея Магнитского. Я просто процитирую.

Д.МУРАТОВ: Это с нашего сайта вы имеете в виду?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, с вашего сайта, с сайта «Новой газеты». Вот вопрос адвокатов к Виталию Корнилова: «Встречались ли вы с врачом Гаусс?» - «Да, на очной ставке. Она лгала про реанимацию, что они его переместили в медсанчасть, пытались привести в чувства» - «Сколько времени вы находились рядом с Магнитским?» - «Минут 15-20» - «Смогли бы вы опознать медработников, с которыми столкнулись в СИЗО?» - «Да, смог бы» - «Все присутствующие медработники были согласны с констатацией смерти?» - «Да, конечно» - «Что должен делать врач, получивший пациента с панкреонекрозом?» - «Это очень простой вопрос. Конечно же, сразу приступить к лечению» - «И психоз не мог помешать этому лечению?» - «Конечно, нет. Ведь, речь идет о жизни больного» - «Что должен делать врач не психиатр, то есть Гаусс при подозрении психоза?» - «В данном случае он должен лечить панкреонекроз и психоз параллельно. Вызов скорой не обязателен». Ну все? Эти показания?..

Д.МУРАТОВ: Вот и все.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Ставят точку?

Д.МУРАТОВ: Эти показания ставят точку для всех кроме, скорее всего, российского суда. Потому что это в результате длительных пыток над Магнитским, переселения из камеры в камеру, этот страшный конвейер, который ему устроили, который довел его до панкреатита. Он не получал лекарства. Мы здесь в студии «Эха Москвы» впервые читали его дневники. Эти пытки привели его к смерти. Это убийство. Это убийство, и по-другому это интерпретироваться не может в отличие от тех провокаций, которые устраивают и которые мы обсуждали сегодня.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, но невозможно такие показания, показания врача-профессионала, который присутствовал на месте преступления, не принять к сведению и не пересмотреть. Невозможно, да?

Д.МУРАТОВ: Вот и все. Да.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, будем ждать, как будет развиваться дело. Скажите, пожалуйста. Мне бы хотелось еще, конечно, к делу об убийстве Анны Политковской сейчас обратиться, потому что, ведь, есть заявление детей Анны, которые говорят о необходимости расторжения сделки Павлюченкова со следствием.

Д.МУРАТОВ: Ну, я коротко напомню, что Павлюченков был на первом судебном процессе свидетелем со стороны обвинения, то есть он был со стороны Следственного комитета свидетелем. Однако, добытые в том числе, уж извините, я не часто про это говорю, в том числе и газетой новые данные, тщательно проверенные, изученные и дополненные бригадой Петра Гарибяна, привели к тому, что Павлюченков из свидетеля превратился в реального организатора этого преступления. Он пошел на сделку со следствием. Однако, сделка со следствием, Ксения, подразумевает искренность человека, который идет со следствием. А Павлюченков – это человек, который отвечал в Москве за наружное наблюдение за людьми. Вот эти машины наружного наблюдения, которые вели Политковскую и подвели к ней убийцу – за них отвечал Павлюченков, он был начальником оперативно-поискового управления ГУВД Москвы в эпоху до Колокольцева. Я хочу подчеркнуть, он расчистил это страшное подразделение.

Вот, Павлюченков, угадывая политические веяния, заявил, что, например, заказчиком был Березовский и никаких доказательств по этому поводу не предоставил. Ну, мы уже устали от того, что у нас за все в стране отвечает Березовский. А нам еще и смешно, потому что, ведь, убийца Политковской я не сомневаюсь, что Искандер Махмудов, тот человек, который стрелял в Анну – у нас есть тому все доказательства. Что же, ему Березовский загранпаспорт выдал? И прятал его все это время? Что-то не сходятся здесь концы с концами.

И поэтому я и Вера, и адвокаты... Ну, я говорю «наши адвокаты», потому что я не разделяю в данном случае семью Ани, Илью и Веру и редакцию газеты, в которой она работала и из-за работы в которой ее убили. Мы потребовали расторжения сделки с правосудием, потому что Павлюченков не искренен.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Отметим, потому что заключение сделки со следствием означает, что следствие идет в закрытом режиме и судебный процесс идет в закрытом режиме.

Д.МУРАТОВ: Конечно. И он не допрашивается, он не отвечает на вопросы. Он пошел на сделку со следствием, рассказав, кто еще. И дал показания на ряд людей, других организаторов этого преступления. А, вот, заказчика он фантазирует, пытаясь угадать верховную волю с тем, чтобы потом получить как можно меньший срок и чтобы его заслуги непременно зачлись. Мы считаем это неправильным, но уже и Генеральная прокуратура, и Следственный комитет сказали, что нет, они эту сделку расторгать не будут. Вот, в наших глазах (я прямо говорю) мы всю дорогу все эти годы с 2006 года поддерживали усилия Следственного комитета, и мы сейчас работаем тесно с Петром Гарибяном. Но в данном случае с решением Следственного комитета России, с решением следственной группы пойти на сделку с человеком, который заведомо обманывает следствие, мы не можем. Поэтому на судебном процессе в этой его части мы будем противниками, это точно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Дмитрий Муратов. И, Дмитрий, у нас остается буквально несколько минут до конца эфира, и мне хотелось бы вам вопрос по Координационному совету. Вот это странное уголовное дело, которое возникает. И вы знаете, я обнаружила, вчера в Facebook люди публикуют свои паспорта, те люди, которые проходят верификацию.

Д.МУРАТОВ: Красивая такая Синдеева, Журавлёва с паспортами отличными. Мы сегодня в газете напечатали.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Верификация проходит так называемая на части, чтобы участвовать, принимать участие в голосовании. И вот эта волна вновь зарегистрировавшихся, она была подстегнута арестами. Я знаю, что вы один...

Д.МУРАТОВ: Слушайте, я не собирался участвовать. Я был, честно, противником выборов в Координационный совет.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Почему?

Д.МУРАТОВ: Не буду сейчас углубляться в причины, потому что теперь, когда к ним начали так относиться... У нас вообще, заметили, мы начинаем защищать тех, кто нам не нравился, потому что к ним применяют совершенно дикие, незаконные методы. Это относится к панк-группе, это относится к Удальцову, для меня это относится к выборам в Координационный совет. Мне казалось, что сначала они, все-таки, должны договориться между собой.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть сначала казалось, что Координационный совет – это такая, внутренняя тусовка такая, да?

Д.МУРАТОВ: Ну, мне казалось, да, что это, скорее, сторонники Алексея, уважаемого мною, Навального вот так решили. Но когда секта МММ, когда Мавроди закрыл доступ к своему кабинету (а люди все время надеются у него деньги какие-то получить), если они не зарегистрируются в качестве кандидатов в Координационный совет и не заплатят эти деньги. И люди пошли регистрироваться, резкий приток туда этих самых кандидатов в Координационный совет. И теперь, когда их как секту исключили, возбуждают уголовное дело, что они перечислили деньги. Да пожалуйста, их деньги не куда не делись, деньги-то лежат на счету, они будут отправлены тем, кому возможно сразу, остальные могут их получить. Но тут же возбуждается уголовное дело. Ну, как же надо бояться... Значит, это дело достойное, раз его так боятся. Раз Синдеева с паспортом и Журавлёва там сфотографировались, раз вот так против них даже Мавроди с государством попер на Координационный совет, я зарегистрируюсь и пойду в Политехнический музей в субботу голосовать. Потому что вот это уже становится не фикцией. Есть у меня 5 секунд еще?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Есть, есть. Буквально 5 секунд.

Д.МУРАТОВ: Вы знаете, мы нашли, как 204 тысячи избирателей появились в Санкт-Петербурге перед выборами президента России, а сразу после выборов исчезли. И Генпрокуратура нам подтвердила это, что, действительно, ни с того, ни с сего появились 204 тысячи избирателей, а потом исчезли. Вот так нечестно. Якобы, это люди из новых домов. А потом что, они уехали из этих домов? Поэтому надо честно участвовать в выборах с улыбкой, и придется, видимо, это делать.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Давайте будем улыбаться тогда, да?

Д.МУРАТОВ: Ну, конечно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Можно улыбаться в том контексте, о котором мы сегодня говорили?

Д.МУРАТОВ: Конечно-конечно! За все последнее время общество так изменилось, что оно стало понимать. Оно стало более бесстрашным и оно стало очень много понимать, оно сделало гигантский шаг вперед в своем осознании.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Спасибо большое. Я благодарю Дмитрия Муратова, «Новая газета» и эфир провела я, Ксения Басилашвили.

Д.МУРАТОВ: Спасибо.