Александр Проханов - Особое мнение - 2012-09-19

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здравствуйте. В эфире – программа «Особое мнение», и это особое мнение Александра Андреевича Проханова. Добрый вечер, добрый день, доброе утро. Кому как. Здравствуйте.

А.ПРОХАНОВ: К вашим услугам. Здравствуйте.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Здравствуйте. Эфир проведет Ксения Басилашвили. Александр Андреевич, отчего же такой саботаж в правительстве указов Владимира Владимировича Путина, что главе государства даже приходится отчитывать этих нерадивых министров публично? В чем дело?

А.ПРОХАНОВ: Давнишняя история. Это не саботаж. Это свидетельство того, что практически государства не существует или почти не существует. Когда разрушается система исполнения указаний, идущих по централистским структурам, это говорит о том, что эти системы разрушены. Если они разрушены на уровне правительства, есть опасение, что они разрушены и на уровне Министерства обороны и на всех других уровнях. Мы живем в стране, в которой нет государственных институтов. Я помню, что несколько лет назад, по-моему, еще Путин, когда он не отказался от третьего срока и был президентом второго срока, он говорил, что примерно 25% его указов выполняются. Я могу ошибиться, но мне так казалось.

А потом эта цифра снизилась до 13%. Вы представляете? 13% указов или приказов, которые могут касаться и вопросов безопасности, и вопросов чрезвычайного положения, и вопросов, ну не знаю, суперразвития – они не выполняются. Это огромная драма.

Но странно, что Путин так мягко реагирует на вот эту данность. По существу, мы имеем дело не с саботажем, а с отсутствием страны. И в этом отсутствии в момент отсутствия страны Путин и я вместе с ним, мы замышляем рывок в развитии, мы замышляем прорыв. Путин сказал, что нужно совершить рывок, как это сделал Советский Союз и Сталин в 30-е годы, чтобы нас не смяли. А нас сомнут, потому что вокруг границ наших бушуют огромные бури, может быть, пока невидимые.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но если нету страны, тогда что же, собственно, возглавляет Владимир Владимирович Путин?

А.ПРОХАНОВ: Во многом он возглавляет пустоту. Во многом он возглавляет пустоту, и эта пустота, мне кажется, должна быть немедленно заполнена.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Чем, простите?

А.ПРОХАНОВ: Страна должна появиться. Конечно, я – централист, я – ужасный человек, я, в общем, чудовище, вы это знаете, поэтому мы с вами и вместе. Но, по существу, за невыполнение указаний или указов такого рода полагается расстрел. Как норма 30-х годов. Потому что только расстрелы в ту пору позволили стране в кратчайшие сроки выстроить свою оборонную промышленность и экономику, и сломить самые разные саботажи, в том числе саботаж лени, бездарности, апатии.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть вы считаете, что только репрессии смогут подстегнуть развитие России?

А.ПРОХАНОВ: Только мобилизационный проект.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это репрессии?

А.ПРОХАНОВ: Самого разного рода репрессии. Не обязательно расстрелы. Но насилие необходимо. Отсутствие насилия со стороны государства делает государство, по существу, отрицает сам фактор государства. Потому что государство – это насилие.

К.БАСИЛАШВИЛИ: К кому нужно применять насилие? Ну, в данном случае вот эти 3 министра – я полагаю, что вы бы более жесткие меры к ним предложили, да? Вот сейчас уже прозвучал расстрел, но у нас нет смертной казни.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что насилие должно быть применено в самых разных областях. Ну, одно само по себе насилие бессмысленно, оно еще больше просто разбалансирует систему. Насилие как элемент мобилизационного проекта, как элемент прорыва. Потому что как воздействовать на, как бы, врагов модернизации, врагов этого рывка? А они есть (враги этого рывка). Может быть, среди этих министров есть враги, которые не заинтересованы в мобилизации? Им нравится эта расхлябанность, эти потоки...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну вот конкретный пример мне бы, все-таки, хотелось. Итак, здесь последовало такое, либеральное наказание, выговор, указание.

А.ПРОХАНОВ: Ну, это смехотворное наказание.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Что бы вы предложили?

А.ПРОХАНОВ: Я бы предложил как минимум их увольнение. Если Путин поступил так мягко, одно из двух: либо у него, действительно, нет кадров, существует кадровый голод...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Что он с трудом подскребал вот этих вот министров по сусекам, да?

А.ПРОХАНОВ: Он с трудом подскребал этих министров как с трудом подскребают квалифицированных рабочих, скажем, на военных заводах. Или с трудом подскребают реальных специалистов управления в зонах, где необходим, действительно, экономический прорыв.

Значит, либо, повторяю, нет кадров и эти министры являются незаменимыми. Ну, он расстреляй их или выкини, придут еще более худшие.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Хотя, Сталин считал, что незаменимых нет, как вы помните. Это тоже была такая, кто-то говорит, сильная позиция руководителя.

А.ПРОХАНОВ: Ну, это ходячая фраза, конечно. Он знал цену кадровикам, он знал цену специалистам, «Кадры решают все», - сказал он одновременно с этим. И говоря, что «Незаменимых нет», у него был огромный этнический резерв. Сталин создавал элиту из крестьян, из рабочих, из простолюдинов. И тогда этот резерв казался неисчерпаемым. Огромное количество талантливых русских людей от сохи шли в университеты, становились красными профессорами, создавали космические аппараты. Сейчас этого нету.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вторая причина.

А.ПРОХАНОВ: Вторая причина – он не свободен. Он не смеет. Он не является хозяином положения. И если это так, то тогда ему не осуществить этот рывок.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А кто управляет Путиным?

А.ПРОХАНОВ: Путиным управляют обстоятельства. Путин принял страну, которая была и остается во многом оккупированной. Он взял эту страну от Ельцина, который был, конечно, только номинально президентом. После разгрома Советского Союза в 1991 году страна была оккупирована. Как правило, победители не уходят с покоренной территории.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И мы тоже не уйдем. Мы вернемся после короткого перерыва с Александром Прохановым в студию.

РЕКЛАМА

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы продолжаем «Особое мнение» с Александром Прохановым, эфир веду я, Ксения Басилашвили. Присылайте ваши вопросы, +7 985 970-45-45 и не забывайте также про Twitter-аккаунт @vyzvon, и тогда вы попадаете со своим вопросом ко мне на экран, а я его могу задать.

Александр Андреевич, кстати говоря, о Twitter’е. К Путину мы еще вернемся сегодня и неоднократно, я думаю. Что такое случилось с Геннадием Андреевичем Зюгановым? То ли он написал это сообщение...

А.ПРОХАНОВ: То ли я.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Может быть, вы надиктовали ему об этом убитом после?

А.ПРОХАНОВ: В общем-то, эта сентенция – это в моем стиле.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Что происходит? Геннадий Андреевич объяснял, но как-то мне невнятной осталась его позиция.

А.ПРОХАНОВ: Продолжая тему лидера. Это очень важная тема настоящего периода.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да, мы вернемся. Просто сначала мне хотелось... Я знаю, что эта тема тоже близка вам с Зюгановым.

А.ПРОХАНОВ: Продолжая тему лидера, потому что Геннадий Андреевич – это лидер Коммунистической партии РФ, причем лидер с огромным стажем, с большим, чем Путин.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И вот он жестко высказался относительно американцев, которые наступили на свои грабли.

А.ПРОХАНОВ: И вот Геннадий Андреевич, лидер партии, который сложился для себя самого и для партии, для общества как лидер спокойный, взвешенный, умеренный, иногда очаровательный, иногда веселый, лидер, не позволяющий себе грубостей и резкостей, лидер, который нам рассказывал о пчелах, которыми он увлекался, лидер, который демонстрирует свою игру в волейбол, лидер, который выпустил книжку смешных анекдотов. И вдруг, действительно, он сорвался.

Может быть, он не сорвался. Может быть, это шалуны помощники и референты сделали. Но мне кажется, что, может быть, это, все-таки, сделал он. Потому что он получил доступ к новой игрушке, к Twitter’у.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну что же, он такой шалунишка (Геннадий Андреевич)?

А.ПРОХАНОВ: Ну, Twitter – это ошеломляющая вещь. Человек, который всю жизнь занимался пчелами, например, и провел половину жизни на пасеке, например, или человек, который другую половину жизни провел на волейбольных площадках, человек как фольклорист опытный собирает анекдоты, который курсирует у нас в коридорах власти, он вдруг получил игрушку. И, ведь, сейчас это очень модно иметь эту игрушку. Первым ее завел, по-моему, президент Медведев. А потом все остальные завели и обмениваются...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, сначала Обама, а за ним уже...

А.ПРОХАНОВ: Ну, Обама, а за другим уже вся его, так сказать, рать. И мне кажется, что Геннадий Андреевич просто слегка немножко перевозбудился, увидев перед собой возможность посылать эти смски миру, урбе, торбе. И он, действительно, совершил эту ошибку.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну а по сути вы согласны с ним?

А.ПРОХАНОВ: Ну, по сути я, конечно, согласен. Это абсолютно моя сентенция. Человек, американский посол, который управлял катастрофикой ливийской, который вверг ливийский народ в эту бездну, в эту беду, который посеял зло, который превратил в руины цветущие города, который так страшно убил Каддафи, который гарантирует Ливии многие годы гражданской войны, неразберихи. Этот человек является преступником и он заслуживает кары. Его расстреляли гранатометчики, но, может быть, это, на самом деле, метеорит на него упал, посланный господом богом. И, действительно, эта смерть – это возмездие за эти грехи. И это еще мягкое слово – там «собаке – собачья смерть».

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы готовы сказать даже жестче. Но я думаю, что в этом эфире можно обойтись без этих слов. Я вас очень прошу.

А.ПРОХАНОВ: Ну почему? Наш эфир всё, ведь, стерпит, потому что это не более, чем воздух, который мы с вами сотрясаем. Но мне почему-то кажется, что, все-таки, проблема лидера сегодня чрезвычайно важна.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Я согласна с вами. Тем более что если говорить о Каддафи, то те же самые слова, которые вы сейчас сказали об американском после, можно было и многие обращали именно к этому лидеру, к Каддафи. И так же говорили о его смерти, понимаете?

А.ПРОХАНОВ: Понимаю, да. Но Каддафи умер прекрасно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы считаете?

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно. Он умер как герой, как солдат. Он сражался, он не убежал. Он не просил пощады, он не прятался в подвале. Он встретил смерть с оружием в руках.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, ну он сначала пытался спрятаться. Просто не удалось.

А.ПРОХАНОВ: Да где? Он не пытался спрятаться, он не убежал из Ливии. Многие убегали – кто-то убежал в Италию, кто-то на Кипр. Он сражался. Он сказал, что «лучше умру на родине». Он умер как герой, он умер как Альенде. Это почетная и прекрасная смерть.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А как вы думаете, во Владимире Путине есть задаток вот этого героизма, который есть в Каддафи?..

А.ПРОХАНОВ: Вот я и хотел сказать.

К.БАСИЛАШВИЛИ: ...есть задатки той силы, которую вы отмечаете в Сталине?

А.ПРОХАНОВ: Вот я и хотел сказать об этом, если мне будет позволено это сделать с третьей попытки.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Пожалуйста.

А.ПРОХАНОВ: Я считаю, что наступило время лидера. Потому что рубежи трагедии приблизились к нашим очагам. Страна находится накануне войны, накануне катастрофы экономической, политической, военной в том числе. И в этих условиях лидер должен создать себе абсолютно другой образ. Если это коммунистический лидер, он не должен собирать анекдоты, он должен был воспользоваться 20-летним перерывом в гонениях и создать новый левый коммунистический красный проект. Они проболтали все это время, они не сделали это.

Время полета с журавлями, поцелуев в уста белух и бенгальских или уссурийских тигров прошло. Эти затеи пиаровские, которые ему создают его пиарщики, они ему были хороши в тот, спокойный период. А сейчас период грозный. Сейчас период, по существу, предвоенный, а, может быть, и военный. И в этот период лидер должен быть другим. Если мы замышляем рывок, о котором сказал Владимир Владимирович, этот рывок должен совершать не юный натуралист, не человек, который катается верхом на журавле или на дельтаплане. Этот рывок должен совершать очень жесткий страстный, спокойный, может быть, молчаливый лидер, который говорит чрезвычайно редко.

Слава богу, что Путин не пользуется вот этой игрушкой (Twitter’ом). Слава богу, что он не предстает перед нами как некоторые представители власти таким веселым дурачком, который каждые 2 минуты рассказывает миру, что они едят, какую креветку они обсасывают и что они видят сквозь окошко своего лимузина. Поэтому, повторяю, образ лидера, я думаю, что в ближайшее время будет трансформирован. И Путин должен будет почувствовать, что страна нуждается в лидере, который как статуя на носу корабля летит впереди экипажа, вот этого ковчега, и принимает на свою грудь и в свой золоченый лоб удары бурь.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть вы думаете, как из осла Пиноккио может появиться этот лидер из Владимира Путина?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я думаю, что он может появиться как в свое время из тихого, робкого, подвергаемого насмешкам с плохим русским языком и грузинским акцентом, не совсем здоровой рукой появился грозный, великий мировой лидер Иосиф Сталин.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Понятно. Это особое мнение Александра Проханова. Александр Андреевич, мне бы хотелось перейти, тем более, что тему Грузии сейчас вы сами задали этим акцентом. Скажите, вот в Грузии. Ну, наконец-то, да? Тема, которая, может быть, близка вам, В том числе и там пытки, там пытают. Как оказалось, в тюрьмах Грузии пытают. Что скажете? Для вас это неожиданность или?..

А.ПРОХАНОВ: На холмы Грузии легла ночная тень. Я думаю, что мы увидели изнанку вот этого грузинского чуда. Я думаю, что Грузия, пережившая драму или несколько драм, это больная страна. Это не страна благоденствия, это страна с огромным гигантским комплексом потери Абхазии и Южной Осетии, комплексом потери того значения, которое Грузия имела в составе Советского Союза как элитарная страна. Грузия, которая потеряла половину своего населения, Грузия, которая реально потеряла свою интеллигенцию, она живет в состоянии огромного комплекса. И народ грузинский комплексующий – он эти комплексы проявляет самым разным способом, в том числе и в тюрьмах, в том числе и в этих пыточных камерах. И никакого благолепия, связанного с Саакашвили, нет. Есть мучительная, разломанная, страдающая, комплексующая страна.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть вы не считаете, что это просто ошибка системная? Или вы думаете, что это система? Пытки в грузинских тюрьмах – ваше мнение?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что Саакашвили пришел в Грузию для того, чтобы облагородить страну в целом. Он ликвидировал коррупцию на дорогах, он создал прекрасный, комфортный образ жизни, он повысил статус каких-то культурных учреждений.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы признаете это, правда?

А.ПРОХАНОВ: Так говорит пропаганда. И если это так...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, достаточно там побывать просто в Грузии, чтобы признать.

А.ПРОХАНОВ: Ну, достаточно побывать в этих камерах. Достаточно побывать в этих тюрьмах, чтобы понять, что все это блеф, что никаких больших достижений там нет и быть не может. Потому что рай – он везде рай, он не может быть раем только вокруг Месхети. А в тюрьмах пытают и насилуют.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Но блеф ли то, что уже в связи с этими фактами, обнародованными, кстати, на сайте Министерства внутренних дел Грузии, что тоже говорит о многом, что уже, например, подала в отставку министр по исполнению наказаний, которая сочла это своей ошибкой.

А.ПРОХАНОВ: Это не ошибка.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Хорошо. Которая сочла это своим преступлением.

А.ПРОХАНОВ: Это болезнь страны, которая проявляется в страшных кавернах именно этой системы.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Реакция. Смотрите, Патриарх грузинской православной церкви тут же выступает и говорит о том, что необходимо создание комиссии, которая бы расследовала пытки, и осудил. Тут же на следующий день буквально, да? А то и в тот же день.

Смотрите, задержаны сотрудники тюрьмы в тот же день.

А.ПРОХАНОВ: Вы хотите меня убедить, что эти пытки являются, на самом деле, благом? Что они демонстрируют процветание страны? Нет, это не так.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Снят с должности глава департамента по исполнению наказаний. Вот реакция какова?

А.ПРОХАНОВ: Она такова, что мы не знаем, в каких камерах каких грузинских тюрем сейчас продолжают пытать и насиловать.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы не знаем. Но давайте перейдем сразу же с Грузии в Россию. Хоть одна такая громкая отставка была у нас по поводу вот этих пыток?

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Министров снимали?

А.ПРОХАНОВ: Там весь ГУИН сменили.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Министров снимали?

А.ПРОХАНОВ: Конечно. Где начальник ГУИНа?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Всех министров?

А.ПРОХАНОВ: Реймер, по-моему, был. Правильно назвал?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Подождите. Сколько у нас было обнародовано, сколько у нас было роликов в том же самом несчастном YouTube, посвященных этим пыткам. Сколько людей говорили об этом.

А.ПРОХАНОВ: И сколько чисток было. Просто вы не следите за процессами, которые идут в МВД. Огромное количество чисток было.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, правда?

А.ПРОХАНОВ: Ну вот, как говорят. Правда, честное слово. Просто эти отставки, эти чистки ликвидировали ли пытки? Едва ли, потому что по-прежнему информация об этих пытках просачивается. А то, что на сайте МВД Грузии появились эти кадры, они сначала появились не на сайте – они появились просто в интернете.

Поэтому, повторяю, никакого благоденствия в Грузии нет. Грузия больна.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А что тогда говорить о пытках в России? Мы можем те же самые слова, которые вы сейчас сказали о Грузии, сказать о России?

А.ПРОХАНОВ: По сравнению с Грузией пытки России еще ужаснее. Вообще Россия – ужасная страна, вы согласитесь со мной?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, я не согласна с этим, потому что Россия – это моя родина. Нет, абсолютно нет.

А.ПРОХАНОВ: Эта маленькая цветущая Грузия...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну просто мы с такой страстью обсуждаем Грузию.

А.ПРОХАНОВ: Вы мне предложили обсуждать Грузию. Если хотите, я буду обсуждать Кампучию или пытки в тюрьмах ЦРУ.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, в России. Россия меня интересует. Есть ли, на ваш взгляд, адекватная реакция в России? Потому что мне кажется, что вот та реакция, которая последовала по поводу ужасных фактов в Грузии...

А.ПРОХАНОВ: Вам не удастся убедить меня, что реакция грузинского руководства на эти пытки является благородной, а русская власть является сучьей и позорной.

Пытки и там, и здесь, и в тюрьмах ЦРУ – это мерзкая вещь. И в Абу Грейб это пытки страшные. И они (эти пытки) продолжаются на Гуантанамо. И эти пытки – это результат мира, в котором царствует насилие. Мир преисполнен насилия. И это кошмарная норма сегодняшнего мира. И нечего сравнивать, где это насилие ужаснее, в пытках где-нибудь в Вологодской тюрьме, в СИЗО или в Гуантанамо. Все хороши, все помазаны одним миром насилия.

К.БАСИЛАШВИЛИ: В данном случае сложно с вами не согласиться, пытки ужасны. «Сталин невозможен сейчас – ресурсов нет», - считает Андрей.

А.ПРОХАНОВ: Ну, я согласен, что Сталин невозможен сейчас, ресурсов нет. Во-первых, нет кадровых ресурсов. Сталин не выпекается как булочки. Сталин рождается один раз на стыках исторических массивов, монолитов и второго Сталина не будет в России. Причем, даже если бы он, например, появился, что невозможно, мобилизационный проект Сталина невозможен, конечно же. Нет ресурсов. Но мобилизационный проект вовсе не предполагает ГУЛАГи, он вовсе не предполагает расстрелы. Мобилизационный проект, в сущности, это концентрация власти и эффективное расходование ограниченных ресурсов. У нас же нет ни концентрации власти (мы видим, как ведут себя эти министры), и ресурсы, которые ограничены, они не сконцентрированы, они тратятся, они разворовываются, они рассеиваются.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, все-таки, процесс над Pussy Riot – это мобилизация власти? Все-таки, это такой шажок в ту сторону?

А.ПРОХАНОВ: Как они мне осточертели.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, ну это...

А.ПРОХАНОВ: Процесс над Pussy Riot – это мобилизация либерального крыла.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Хорошо, а процесс над участниками 6 мая?

А.ПРОХАНОВ: Процесс над Pussy Riot – это гигантская мобилизация либерального мира как в России, так и за рубежом.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Оставим это. Оставим.

А.ПРОХАНОВ: Почему «оставим»? Я хочу договорить. Я люблю эту тему, вы мне подбросили. Я давно не говорил на тему этих трех сикух.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Хорошо, давайте.

А.ПРОХАНОВ: Повторяю, что это потрясающая и блестящая мобилизация всего либерального контекста с огромными достижениями. Понимаете? Это гигантская победа либерального мира.

Что касается процесса над вот этими бузотерами, он не мобилизовал никого. Власти не удалось мобилизовать на этом процессе государственников и народ, потому что у власти нет мобилизационных технологий. Мобилизационный проект – это целая культура, огромная культура, которую еще предстоит предложить сегодняшней власти и научить ее пользоваться этой культурой.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Мы продолжим с Александром Прохановым после выпуска новостей.

НОВОСТИ

К.БАСИЛАШВИЛИ: Продолжается программа «Особое мнение» с Александром Прохановым. Смотрите, говорят, что могут прикрыть YouTube, из которого я, например, скачиваю бесплатные мультфильмы для своей дочери, очень благодарна этому ресурсу. А нужно, необходимо это сделать, ну, для того, чтобы мы не смотрели вот этот вот, действительно, ужасный фильм «Невинность мусульман», который вызвал такие трагические события в мусульманском мире.

А.ПРОХАНОВ: Если удастся этому ресурсу оградить себя от показа подобных фильмов, то, конечно, не нужно его закрывать. А если не удастся или, не дай бог, этот ресурс будет настаивать на том, чтобы фильмы подобного рода прокачивались сквозь него, конечно, этот ресурс должен быть закрыт. Потому что слишком большая цена. Понимаете? Ведь, в итоге могут убить еще одного американского посла. Еще один какой-нибудь коммунистический или социалистический лидер этого убитого назовет «собакой».

Это очень серьезная вещь. Мир наполнен ненавистью. И есть особая игра, такая, садистская игра поджигать этот мир. Причем, иногда это делается из политтехнологических соображений, ну, скажем, направить шиитов на суннитов или натравить либералов на церковь или советских тоже на церковь. А иногда это делается из соображений просто ненависти и садизма. Вот в этот период, когда была такая экзальтация всех вот этих Болотных площадей, были аресты... Например, я знаю, что многие из моих близких и я сам, а также люди противоположного, либерального стана получали чудовищные телефонные сообщения, сымитированные. Они были склеены из выступлений нас по телевидению, по «Эхо Москвы» и они были чудовищные, они зажигали нас, они провоцировали ссоры, скандалы. В этом есть сатанизм. Мир наполнен бесами.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы обратились в полицию, конечно?

А.ПРОХАНОВ: Нет, я не обращался в полицию.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Вы просто удаляете в данном случае эти сообщения.

А.ПРОХАНОВ: Ну, я просто знаю технологию вот этой ненависти, технологию страхов и я в какой-то степени защищен от всего этого.

К.БАСИЛАШВИЛИ: +7 985 970-45-45 плюс аккаунт @vyzvon в Twitter’е. Присылайте, пожалуйста, свои вопросы Александру Андреевичу Проханову. Но у меня пока есть свой. А что, вы считаете, что, действительно, Россия так легко способна зажечься от этого ролика, от этого фильма, ну, в общем-то, бездарного?

А.ПРОХАНОВ: Давайте попробуем? Давайте попробуем? Если мы попробовали, например, осквернить алтарь...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, я не пробовала. И думаю, что вы тоже не будете.

А.ПРОХАНОВ: А почему бы, действительно? А я тоже не знаю. А чтобы узнать, способно или не способно, давайте попробуем. Мы же гадаем. Вдруг не способно. Так давайте качать.

Но если даже есть малейшее подозрение, что способно, для чего же рисковать?

К.БАСИЛАШВИЛИ: А почему тогда не встал тот же самый вопрос в связи с роликом Pussy Riot, который тоже на YouTube существует и до сих пор?

А.ПРОХАНОВ: Ну почему? Он встал (этот вопрос).

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, но почему тогда никто не говорил о том, что «Давайте закроем», чтобы, действительно, не оскорблять чувства православных людей.

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что просто православная церковь – она гораздо мягче, она пластилиновая в каком-то смысле по сравнению с этим огненным исламом. И поскольку православный люд по природе своей более мягкий, более кроткий и более, как бы, терпимый, то православных до поры, до времени можно оскорблять, рубить иконы, осквернять алтари, резать кресты, осквернять святыни. Но это до поры, до времени. В какой-то момент, действительно, может быть и будут стрелять из гранатометов.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, на самом деле, может быть, этот ролик никого не оскорбил, по большому счету?

А.ПРОХАНОВ: Pussy Riot?

К.БАСИЛАШВИЛИ: Да. Если такое отношение. Если мы так исследуем то, что происходит сейчас в мусульманском мире, и предлагаем по этому поводу, по следам этого закрыть доступ в YouTube у нас. А тот факт, который есть у нас в России, не вызывает подобных инициатив.

А.ПРОХАНОВ: Это потому что, повторяю, может быть, та же самая власть, связанная со СМИ, она не боится обидеть своих соотечественников, не боится оскорбить православных людей. думая, что сойдет, русские все стерпят. Они терпят вот уже там 20 лет, а, может, и 50 лет, они и теперь стерпят. А, вот, с мусульманами шутки плохи. И я думаю, что эта ненависть и это возмездие, как бы ни запрещали, оно перенесется в Дагестан, перенесется в Кабардино-Балкарию и, может быть, в Татарстан. Так что здесь все дышит огромной опасностью.

И повторяю, есть поджигатели, которые делают это из сложных политтехнологических соображений, а еще некоторые просто делают, потому что они – сатанисты: им нравится видеть людское страдание и вот эту огромную свару. Они сеют рознь, сеют бурю.

К.БАСИЛАШВИЛИ: «Александр Андреевич, где грань между свободой слова и оскорблением чувств верующих?» - спрашивает Дмитрий. Ваше мнение?

А.ПРОХАНОВ: Ну, я не знаю, я вообще не маркировал эту границу. Я просто для себя самого. Например, если мне хочется написать пасквиль, например, на какого-нибудь святого либо православного, либо исламского, я просто проверю, зачем я хочу это сделать. Мне нужно для чего это? Для того, чтобы кому-то досадить, отомстить? Или в этом есть какая-то метафизическая истинная сущность? И мое внутреннее чувство – оно говорит мне, что нужно очень бережно относиться к ценностям.

Кстати, для меня непонятно, почему с такой завидной периодичностью либералы, а также православные травмируют красное сознание, упоминая постоянно о Ленине, которого нужно выкинуть из Мавзолея, называя это воблой, селедкой. Я считаю, что, ведь, Ленин – это тоже святыня. Это святыня. Он – часть такого, великого красного пантеона. И делать такого рода заявления – это осознательное травмирование такого, красного сознания. И это же приведет и уже привело к тому, что начнут взрывать памятники царям, начнут осквернять храмы...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Простите, я прерву. Может быть, частично в этом сам Владимир Ильич виновен?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что Адам.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Потому что он сам травмировал в свое время людей.

А.ПРОХАНОВ: Ну, конечно-конечно. И поэтому нужно сейчас травмировать. Давайте мстить. Давайте мстить всем. Давайте мстить церковникам за то, что они плохо себя вели...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Нет, ну, мстить Ленину бессмысленно абсолютно. Как можно ему отомстить? Ну, изучать можно. Почему бы нет?

А.ПРОХАНОВ: Это месть не Ленину. Это не месть, это поджигательство. Идея соединения, прекращения Гражданской войны, прекращения внутренней розни, идея, с которой Патриарх поехал в Польшу, прекратив войну и рознь двух государств и народов столетнюю. Неужели, мы внутри себя не можем помириться, красные и белые не могут помириться? Могут, если захочет власть. Но есть силы и тенденции, которые постоянно ввинчивают вот этот винт, этот гвоздь, не дают примириться. В этом есть особая политтехнология. И я считаю, что это кошмарно, это ужасно.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну что, вы нам предлагаете просто верить в Ленина, верить в Сталина? Понимаете, это тоже невозможно сегодня.

А.ПРОХАНОВ: И в Ворошилова, и в Кагановича, и в Павлика Морозова.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Невозможно. Ну, как это невозможно? Есть история. Как это? Историю мы изучаем, узнаем факты.

А.ПРОХАНОВ: Зачем верить в Ленина? Зачем?..

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, тогда и возникает критика, понимаете?

А.ПРОХАНОВ: Какая критика? Зачем старику, который носит на теле в кармане партбилет, говорить, что «твой Ленин – мерзавец, убийца, кровопийца»? Зачем ему это говорить? Что этим достигается? Этим достигается только одно – смерть старика, старика нужно убить. А в ответ, повторяю, посыпятся другие ответы. Будут взрывать памятники царям, как это делают. Это нужно? Нужно, это нужно. Это нужно тем, кто не хочет большого глубинного русского мира, который травмирует русское сознание и русскую историю, который колет историческое пространство России. Потому что раздробленное историческое пространство России – им легче управлять. И разрушенный, и взорванный изнутри русский народ является добычей.

К.БАСИЛАШВИЛИ: А кому нужно было удалять из России USAID, который занимался спонсированием в том числе организации «Голос», следившей за ходом выборов в России?

А.ПРОХАНОВ: Я думаю, что это грандиозное событие. Я поздравляю с ним власть и Путина. Наконец-то в нем проснулся разведчик или контрразведчик. Вся страна покрыта сетью шпионских организаций. Все эти получающие зарубежные транши некоммерческие организации – это форма мягкой, бархатной оккупации России после 1991 года. Все они занимаются в той или иной степени разведывательной деятельностью. Одни мониторят радиоотходы в почве, другие мониторят уровень преступности и наркомании, третьи создают кадровый резерв для либеральных манифестаций, четвертые отыскивают среди талантливых русских студентов гениев и переправляют их за границу. Это все враги.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Ну, сейчас вы какие-то новые нам сведения говорите, потому что пока что никто не заявлял, что они удаляются в связи со шпионской деятельностью на территории России. Не было такого официального заявления Министерства иностранных дел.

А.ПРОХАНОВ: Но это говорю я. Я же не официальный человек, я же просто сотрясатель воздусей.

К.БАСИЛАШВИЛИ: То есть вам просто нашептал кто-то?

А.ПРОХАНОВ: Мне просто нашептало. Мне просто нашептал это Брод, Александр Брод, который идет по пятам за мной несколько лет. Хорошо бы, все-таки, его тоже отключили от траншей, которые он получает от американских еврейских сообществ. Я думаю, то, что выкинули этот фаундейшн, это огромное достижение, это разгром, по существу, шпионской сети в России. Это начало большой чистки. Я поздравляю, повторяю, государство и Путина с тем, что оно начало это делать. Вслед за этим нужно прогнать министров.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Но тут не так сложно было, мне кажется. Ну, взяли, закрыли, удалили. С чем тут поздравлять-то? Только теперь непонятно, кто же будет осуществлять контроль за выборами.

А.ПРОХАНОВ: Кто же теперь будет вылавливать гениальных русских мальчиков и отправлять их в Штаты? Действительно, некому будет. И некому будет заниматься экологическим, военным, политическим шпионажем.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Зачем отлавливать мальчиков? Они сами могут уехать, если захотят, если они талантливые.

А.ПРОХАНОВ: Нет-нет. Их просто выискивают и предлагают им транши, и направляют их на стажировки в вузы, обласкивают их. Это целая процедура.

К.БАСИЛАШВИЛИ: И все это делала в том числе USAID, вы считаете?

А.ПРОХАНОВ: Это делают некоммерческие организации, которые живут на иностранные транши. Это и есть форма сетевой оккупации России.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это только начало, вы думаете, этой самой борьбы шпионской?

А.ПРОХАНОВ: Я очень надеюсь, что это только начало.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Это и есть рождение нового Путина?

А.ПРОХАНОВ: Это есть рождение новой России, это есть освобождение России от оккупации. А в недрах освобождения...

К.БАСИЛАШВИЛИ: Изгнание USAID – это рождение нового Путина?

А.ПРОХАНОВ: А в недрах рождающейся новой России родится и новый Путин.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Спасибо большое. Александр Проханов был в эфире программы «Особое мнение».

А.ПРОХАНОВ: Вкушайте-вкушайте. Милости просим.

К.БАСИЛАШВИЛИ: Спасибо. Ксения Басилашвили провела эфир.