Павел Гусев - Особое мнение - 2012-09-12

К. БАСИЛАШВИЛИ - В эфире программа «Особое мнение». Здравствуйте. Меня зовут Ксения Басилашвили. Мы сегодня беседуем с Павлом Гусевым, главным редактором газеты «Московский Комсомолец». Здравствуйте, Павел Николаевич.

П. ГУСЕВ - Добрый день.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Здравствуйте. Вот, как профессионал вы можете оценить фильм Аркадия Мамонтова «Провокаторы-2». Какую оценку по 5-балльной шкале вы бы поставили этому произведению?

П. ГУСЕВ - Ну, как профессионал я не стал бы смотреть.

К. БАСИЛАШВИЛИ - И не стали? И не смотрели?

П. ГУСЕВ - Я не смотрел. Я видел несколько отрывков, когда, по-моему, анонсировалось или ещё где-то было, я не смотрел, но я прочитал очень много детально то, что там показывали, выступил Мельман, наш обозреватель, телекритик. Я действительно не смотрел, потому что не мог, я не был в это время у экрана, я был далеко от экрана.

К. БАСИЛАШВИЛИ - То есть это не сознательная ваша позиция?

П. ГУСЕВ - Нет. Это не то, что я отказываюсь смотреть. Я как раз смотрю по возможности всё. Это моя профессия.

К. БАСИЛАШВИЛИ - То есть не то, чтобы вы отказывали Мамонтову в профессионализме?

П. ГУСЕВ - Нет, нет. Не из-за того что это Мамонтов, Сидоров или Петров. Я действительно был далеко от телевизора в этот момент и не мог посмотреть. Но то, что я читал у нашего Мельмана и смотрел на сайтах самых разных, слушал «Эхо Москвы» сегодня с утра обсуждение по этому вопросу, ну, я так понял, что натяжек там больше, чем…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ух ты! Вот, видите, всё неслучайно. Это у нас так накалилась атмосфера. Вас не ударило, ничего?

П. ГУСЕВ - Нет пока ещё.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Что прям действительно какая-то бесовщина, господа. Только мы стали говорить о кощунницах и о том, откуда рога растут, как над головой Павла Гусева просто взорвалась наша техника, это осветительный прибор, не выдержал накала.

П. ГУСЕВ - К сожалению…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Вы осторожней, пожалуйста, дальше подбирайте слова.

П. ГУСЕВ - К сожалению, судя по всему, там было много натяжек, а то, что там говорилось, как я читал по поводу всей ситуации, что некий музыкальные продюсеры или ещё кто-то давали информацию о том, что… Это вообще очень натянуто. Я как журналист, например, как главный редактор я бы не пустил такой текст в номер, потому что явная какая-то деза. Какой-то где-то продюсер кому-то сказал, что готовилась провокация против кого-нибудь. Уж в лучшем случае это вылилось бы в такую насмешку над этой информацией, что ей верить нельзя, потому что это не журналистская информация, это абсолютно левая информация. И мне кажется, что… А, потом, уже надоело Березовского слышать пристёгнутым ко всем провокациям. Он, конечно, омерзительный такой человек, для меня, например. Он странный человек, омерзительный, нечистоплотный во многом.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Мало ли странных людей.

П. ГУСЕВ - Но мне кажется, подозревать такой подвох, чтобы Березовский устраивал такие провокации, за 5 тысяч кого-то скупал или за сколько там денег – это вообще какой-то бред сивой кобылы. Тем более что Березовский все эти месяцы был занят, чтобы заработать на другом нашем олигархе, и он оказался в большой-большой непонятной яме, откуда выбраться ему финансово теперь очень сложно. И чтобы сейчас ещё замышлять такие провокации масштабные, связанные с церковью, с Pussy, мусси, тем более, я вам хочу сказать, ведь Пусси-мусси-то эти выступили, сначала в церкви-то ничего за это и не было, их просто выдворили из первой церкви, и провокации как таковой и не получилось, значит, можно было дальше не вкладывать деньги. Понятно, что никто не заметит это. Но вторая акция – она стала заметная.

Я о другом хочу сказать. То, чего я…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Но извините, я просто хотела в связи с этим уточняющий вопрос. А почему тогда такой фильм, который даже с точки зрения профессионалов, как вы, кажется, как вы сейчас сказали, некой дезой? Почему он выходит на главном федеральном канале? Смотрят миллионы человек.

П. ГУСЕВ - Это пропагандистская машина. Это определённо Советский Союз. Нужна контрпропаганда против развязанной действительно на сегодняшний день, практически все средства массовой информации Европы, Америки, да и всего земного шара, может быть, Китай не говорил ничего по этому поводу – не знаю, не читал. А все остальные европейские, американские газеты, пресса, телевидение, сайты –все пестрят обсуждение этого вопроса. Создаётся очень негативная картинка в отношении демократических процессов в России, потому что подаётся там всё очень жёстко. Но это право журналистов и политиков давать оценки в отношении того, что произошло здесь на суде и прочее. У нас тоже у всех есть свои оценки, и они звучат. И как контрпропаганда создаётся такая передача, где и Березовский, и какие-то лихие госдеповские, ещё какие-то, не знаю, там, структуры пытаются создать такую провокацию.

Я хочу сказать другой вопрос, который меня очень волнует, вот, честно меня очень волнует – почему все провокации в отношении церкви, почему все гонения в адрес церкви, почему всё, что связано сегодня с церковью, началось с приходом нашего нового патриарха? Почему при Алексии II никто против церкви не выступал? Не было таких заявлений, открытых писем со стороны церкви. Да, там было… Алексия II, я сам помню, были статьи, выступления, про его прошлое, там, связи…

К. БАСИЛАШВИЛИ – Ну, я вам могу ответить, если вы спрашиваете моё «Особое мнение», хотя оно ваше «Особое мнение», а вы тогда выскажите своё.

Потому что патриарх Кирилл активный политик, потому что он активно высказывается.

П. ГУСЕВ - А я считаю, что не только из-за того, что он активный политик. Он провоцирует на сегодняшний день вокруг церкви такую ситуацию. Провоцирует специально, для того чтобы лишний раз заручиться поддержкой власти, заручиться собственным таким Я, и, на мой взгляд, сегодня церковь находится в странной ситуации, вот, церковные люди. Да, там много верующих, много бабушек, много молодых верующих, много людей. Но посмотрите, сегодня что началось? Сегодня активно, вот, последние десятилетия в церковь приходили люди, далёкие от церкви. Вы посмотрите по последним преступлениям. Эти священники… близко нельзя подступать к церкви. Сегодня уже сообщение, что вся видеозапись по поводу…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Это отдельно, это отдельный бесовский акт, о котором мы с вами поговорим. Но расскажите, вы, извините, я просто к вашим словам тут хотела привязаться, вы тут говорите о неких гонениях, которые есть на церковь, в этом перекликаетесь, в частности, с письмом патриарха, с высказыванием патриарха, который как раз и говорит о гонениях.

П. ГУСЕВ - Да нет, я не вижу гонений.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А, вы в кавычках говорите?

П. ГУСЕВ - Я в кавычках говорю. Я не вижу гонений. Да, критикуют конкретные личности, и в частности патриарха. Но я очень извиняюсь, патриарх не олицетворяет для меня всю церковь, как и для многих. Он один из самых важных священнослужителей в нашей стране. Он патриарх. Но это не значит, что если его критикуют, критикуют Бога, церковь или религию православную в целом. Нет, нет и ещё раз нет. Это не так. Сегодня, вот, православие как таковое, что даже не хочу говорить, что такая, сякая или хорошая религия… каждый выбирает для себя религию – кто-то протестант, кто-то мусульманин, кто-то иудей, кто-то буддист, а кто-то православный, а кто-то католик.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А кто-то атеист.

П. ГУСЕВ - А кто-то атеист.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Но вообще эти проблемы, по мнению экспертов, социологов, волнуют очень малую часть нашего общества. Какие-то проценты. Не то чтобы, знаете, 70% были вовлечены в этот скандал.

П. ГУСЕВ - Это да. Понимаете, всё началось с каких-то странных прожектов о том, что нужно церкви шаговой доступности делать, и прочее, прочее, внедрение жесткого православия в школы, там, ещё и прочее. Что-то удаётся сказать – ребята, мы живём в светском государстве. Да, я верующий, но это не значит, что православие всех сразу спасёт.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А право на безвозмездную собственность земель, то, о чём говорил патриарх в письме Путину, должно быть?

П. ГУСЕВ - Вы знаете, это вопрос, который нужно очень хорошо рассматривать. Вот, сегодня что получилось, например? Я только сам подписал письмо в защиту студентов Московского геолого-разведочного института. У нас была большая статья по этому поводу тоже. В 5 км от Сергиева Посада, от лавры, находится полигон геологический, где есть радиоактивные специально закопанные… это всё разрешённые элементы, геологи ищут как бы уроды, шахты там есть, геодезия и прочее, прочее, карьеры, всё. 80 лет этому объекту. На этой территории меньше сотки (а территория – это гектары там) стоит у дороги старый приёмный дом, то есть там останавливались странники, которые шли в эту лавру. Сейчас церковь заявила права на всю территорию на все века. Почему? Потому что она шикарна по своей конструкции, там подведено электричество, водоснабжение.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Потому что историческая справедливость. Потому что они пострадали.

П. ГУСЕВ - Они пострадали от чего?

К. БАСИЛАШВИЛИ - Во время гонений. Действительно, гонения. В тридцатые годы.

П. ГУСЕВ - Да, что там останавливались странники и там висела икона? Он никогда не был церковной собственностью.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Потому что отнимали, грабили церковь, сбрасывали колокола, сжигали иконы.

П. ГУСЕВ - Я очень извиняюсь, всё это правильно.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Надо восстановить какую-то справедливость.

П. ГУСЕВ - Церкви надо восстанавливать, но здесь причём… причём здесь десятки гектары фантастически интересной земли с речкой, со всеми делами, и маленький дом на одной сотке?

К. БАСИЛАШВИЛИ - Они там возведут монастырь, они там будут обрабатывать поля. Я не знаю.

П. ГУСЕВ - А они не хотят ездить на новых Мерседесах? А металл для этих Мерседесов, кстати говоря, геологи ищут.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А Мерседесы – это прихожане дарят церкви, такое возможно. Почему нет?

П. ГУСЕВ - Всё возможно. Я считаю, что всё возможно, только дурно пахнет всё это.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Павел Гусев, главный редактор «Московского Комсомольца» сегодня в эфире программы «Особое мнение», я надеюсь, что ничего уже у нас не взорвётся ни над вашей, ни над моей головой. Напоминаю, что вы можете присылать ваши вопросы +79859704545. Не забывайте также аккаунт vyzvon, не забывайте нашу кардиограмму эфира на сайте «Эхо Москвы», а здесь, вы знаете, вопросы пришли к вам заранее на сайт «Эхо Москвы». И пишет sparky: «Я посмотрел Госдеп-3 с вашим участием. Вы увернулись от вопроса, зачем в вашей газете была напечатана статья позорная, - как считает наш слушатель, - о счастливой жизни Pussy в КПЗ, которую быстро разоблачили». Так зачем?

П. ГУСЕВ - Значит, это абсолютная ложь, господин spark, mark или как вас там зовут нечеловеческим именем. Я, например, Павел Гусев, не скрываю и говорю свою точку зрения под своим именем, а не под именем какого-то z86/4. Так вот, ничего позорного или плохого в этой статье нет. Ева Меркачева… во-первых, я не уворачивался, а я посчитал, что этот вопрос… я сказал, что я потом отвечу, но дайте сначала… и я высказал свою точку зрения по поводу сложившейся ситуации.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Вы можете ответить сейчас, пожалуйста.

П. ГУСЕВ - На вопрос сейчас я отвечу. Так вот, Ева Меркачева, наша журналистка, которая на протяжении последних 5-7 лет в журналистике занимается, меняя профессию. Кем она только за это время ни была – и акушеркой, и в детском доме работала нянечкой, и у инвалидов лежачих, и в хосписе, ну, и милиционеров работала, и гаишником. Ну всё она делала. Вот, она договаривается, и она договорилась. Она работала в том месте, где находились или сейчас находятся эти девушки. Она там работала.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Работала кем?

П. ГУСЕВ - Она работала там надсмотрщиком. Ей разрешили, форму дали, всё. И она ходила в сопровождении, естественно, сотрудников там. Она работала. Меняла профессию. И она сделала материал о внутреннем порядке тюрьмы. Что там происходит. Вот, всё расписала. Плохое, хорошее. И, в частности, она удивилась сама, что в этой тюрьме есть комната, где девушкам делают маникюр, женщинам, потому что, представьте себе, женщина с когтями – не очень это смотрится. Если вы отметите, у них на процессе, у девушек, были аккуратные маникюрные пальцы, всё было нормально.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Это я не заметила.

П. ГУСЕВ - Это можно легко посмотреть взять любой… Так вот, ножницы заключённым нельзя брать, правильно? В камере не оставляют ни ножниц, ни пилок, даже лак не дают, потому что нюхать можно его, там ацетон и прочее-прочее. Так вот, им делают, и ничего в этом зазорного нету, они заказывают и делают пальчики. Вот, о чём был материал. Это не говорилось о том, что они прямо там находятся. Но ничего сверхужасного с ними там не происходило… С ними ужасно обращались, когда водили с собаками, когда их там, так сказать…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Спать не давали.

П. ГУСЕВ - Спать не давали. Когда перевозка была по 20 машин с автоматами. Это всё выглядит как-то по-уродски. Но она писала то, что есть в этой тюрьме.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А вас удивило это? Вы вообще часто корреспондентов отправляете в тюрьмы? Я к чему? Здесь Зара Муртазалиева, конечно, известная фамилия, которая недавно была отпущена по УДО, отсидев почти полный срок за клеветническое обвинение, сфальсифицированное. Все это признали уже. Правозащитники, да кто угодно. И вот она в интервью “New Times” говорит о страшных вещах, которые происходят в мордовских лагерях.

П. ГУСЕВ - В мордовских – да. Но…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Кстати говоря, в том лагере, где она сидела, вот тут бы направить корреспондента в том числе.

П. ГУСЕВ - С удовольствием, но чтобы попасть…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Вряд ли туда пустят.

П. ГУСЕВ - Чтоб попасть в такие точки… в Москве это легче сделать, потому что здесь руководство, мы обращаемся, просим. Они разрешают это делать. Но боюсь, что туда сложнее будет, хотя и это будем пробовать. Я говорю, она пробовала самые разные профессии. И потом описывает, что там. Очень честно всё пишет. Поэтому ничего позорного в этой статье нету. Она описывает то, что есть. Конечно, все хотят, чтобы эти девушки несчастные – их там били палками, бейсбольными битами, под ногти… ну, не было. Вот, именно когда… она видела этот маникюр, вот она и описала, что…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Слава Богу, что это было так и что был маникюр, они разрывали ногти, правда? Это хорошо.

П. ГУСЕВ - Кстати говоря, после этой статьи, которую видели и адвокаты, и девушки, никто из них никаких возражений не прислал, что это всё ложь и этого у них нет в месте, где они в заключении находились.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Павел Гусев. «Московский Комсомолец». Поэтому у нас сегодня профессиональных вопросов. Вот, в частности, меня волнует вопрос освещения процесса по теракту в Домодедово. Мы знаем, что процесс идёт в закрытом режиме. Создаёт наверняка особые сложности, для того чтобы получать информацию. С чем вы сталкиваетесь, как работаете в таких ситуациях?

П. ГУСЕВ - Ну, к сожалению, я могу в данной ситуации сказать, что это практика не только России, когда терроризм и когда различные силовые структуры участвуют в подготовке таких вещей. Ну, суды проходят в закрытом содержании. Это и в Соединённых Штатах такое есть, и в других, европейских, странах. Удивительного нету.

Ну, работаем с адвокатами частично, работаем с родственниками, работаем в окружении всевозможном, пытаясь найти хоть какую-то информацию и добыть в отношении, но то, что такие суды бывают закрытые, мне, например, это неудивительно. Ну, да. Очень специфическое это дело, очень специфическое. Делать его открытым? Ну, я не думаю, что это сделано специально с целью нарушения каких-то демократических принципов. Я думаю, что это сделано специально, с тем что там задействованы были спецслужбы по отслеживанию, прослеживанию ряда фигур, и различные приводятся факты, ну, как это всё делалось и откуда получались документы. Я думаю, только из-за этого закрытое это дело.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Вы верите в то, что мы будем знать, кто, зачем и почему взрывал «Домодедово»?

П. ГУСЕВ - Думаю, что до конца нет, так же как, например, по домам, которые была годовщина недавно Каширки. Мы до конца ведь там тоже не знаем результат того, что произошло в конечном счёте. Знаем о каких-то грузовиках, знаем о многом другом, но не знаем, почему всё это произошло, почему именно в тот период времени, почему именно такое количество, как они проехали и так далее, то есть там масса вопросов осталось.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Хорошо. Ваша газета сегодня открывается главной темой. Это Анастасия Доронина, которую отпустили, у которой больна дочь. Её отпустили. В ДТП с её участием погибло двое подростков. Помните, да? Вся эта история, напоминаю нашим радиослушателям, это человеческая история. Поэтому вы поместили на первую полосу?

П. ГУСЕВ - Ну, я считаю, что на сегодняшний день таких случаев много. Сегодня очень часто стали сбивать людей. А всё это идет от того, что люди начинают привыкать к зебре, переходить, их сбивают. Сейчас очень много… такая ситуация сложилась, когда участилась вся вот эта… И в данной ситуации мы этот материал поставили, потому что я считаю, что это очень характерный материал для современного нашего общества, вот, то, что произошло и как всё сложилось, и как концовка, вот, по крайней мере, на сегодняшний день этой ситуации.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ну, концовка, что её выпустили наконец, да, спустя… что есть некое милосердие, что это говорит о некоем милосердии, которое существует, да?

П. ГУСЕВ - В конечном счёте и об этом говорит.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Что есть надежда на то, что милосердие будет проявлено.

П. ГУСЕВ - И в других случаях тоже.

К. БАСИЛАШВИЛИ - И в других случаях тоже. И тоже я не могу не вспомнить интервью Зары Муртазалиевой в “New Times”, которая говорит о тех нелепых случаях, когда отсиживают сроки по 5 – по 6 лет за то, что неправильно рассчитались в магазине, за то, что украли хлеб, а там дети, семьи. И в то же время убийца отсиживает 6 лет и выходит по УДО. В чём здесь дело? Возможны ли изменения?

П. ГУСЕВ - Если их не будет, это караул будет. По-моему, уже даже «Единая Россия» говорит о том, что… ну, представители этой партии, что нужно изменение всей ситуации в судебной системе. Мы сегодня подошли, когда судебная система… мы сделали ряд законов, оградили судей, так, грубо говоря, если судья заявит, что ей угрожали, ей дают взвод автоматчиков, охраняют квартиру, семью и всё. То есть мы добились определённой безопасности самих судей от кого-то со стороны. Но мы не добились их безопасности со стороны звонка руководителя той или иной степени, и так далее, и тому подобное. То есть мы этого не смогли добиться. И здесь требуются абсолютные изменения в совершенствовании судебной системы. Когда в суд как свидетеля пригласят президента или премьер-министра, вот тогда судебная система, наверное, можно будет считать, что она подошла к своему какому-то рубежу, когда любой человек обязан в суде ответить за те или иные действия.

К. БАСИЛАШВИЛИ – Ну, это же чистой воды может быть политизация или пиар. Вам ответят.

П. ГУСЕВ - Может, может, может, может, может. Понимаете, мы на любое действо всегда можем говорить противодействие. Но давайте всё-таки добьёмся того, чтобы, как в других странах демократических, когда генпрокурор и судья верховный принимают решение вне зависимости должности. И остальные судья тоже.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ой, тогда после короткого перерыва мы с вами поговорим всё-таки о том, верите вы или нет в то, что видеозапись о ДТП с игуменом Тимофеем сожрал некий загадочный вирус. Но мы оставим тоже некоторое время на размышление над этой темой. Я напомню, что это программа «Особое мнение». Сегодня в гостях у нашей передачи Павел Гусев, главный редактор «Московского Комсомольца». Эфир веду я, Ксения Басилашвили. До встречи после перерыва.

НОВОСТИ

К. БАСИЛАШВИЛИ - Продолжается «Особое мнение» с Павлом Гусевым, главным редактором «Московского Комсомольца». Итак, игумен Тимофей и вся эта история вокруг ДТП с его участием. Там много выясняется подробностей, вот, сейчас в ходе следствия. Итак, во-первых, пропажа этой записи, которая фиксировала ДТП. Как вообще такое может произойти?

П. ГУСЕВ - Я считаю, что руководство московского ГАИ, а может быть лично министр должны вмешаться в эту историю, и те сотрудники, которые имели отношение к этой записи, должны быть уволены. Потому что это абсолютнейшее нарушение всех возможных принципов. Понимаете, это дело настолько сейчас резонансное, и как из такого резонансного дела вирус сжирает именно момент аварии – это говорит или о коррупции, или о желании помочь одному из лиц. Лицо в данном случае игумен, священнослужитель.

То, что священнослужитель ездит на спортивной машине, на то, что он, по сути дела, угнал её, потому что уже он говорил, что без спросу её взял. Потом хозяин машины говорит, что не знал, что взял. Это уголовная статья. Угон машины. Покушение на собственность.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Так он вроде выпимши… а сейчас выясняется, что это шок у него.

П. ГУСЕВ - То он пьяный, то он больной. То это шок, то он здоровый. Враньё. Как может священнослужитель так врать? Ну покайся. Покайся, скажи – ну, был грех, сделал своё дело…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ну, смотрите, другие священнослужители.

П. ГУСЕВ - Самое интересное. Он говорит. То он не нарушал, потом он говорит – да, 2-3 раза я, наверное, нарушил. У него постоянно меняются показания. Ну как можно так? Ну как можно так…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ну что ему светский суд? Его суд религиозный накажет, уже обещали, в том числе Владимир Легойда, глава информационного отдела.

П. ГУСЕВ - Ну, посмотрим. Понимаете, мы с вами… я верующий, я не знаю, вы верующая или нет, но для меня главное ведь не то, что церковный суд как его накажет, это ведь их внутренние разборки. Я светский человек в конечном счёте. Я хочу, чтобы нарушение, которое было совершено, было дано процессуальное какое-то наказание или уголовное, или административное. Как посчитает… но то, что сейчас происходит выгораживание этих лиц…

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ну а кто выгораживает? Простите, я же не поверю, что это патриарх садится за телефон и звонит. Или Владимир Путин. Или Березовский тот же самый. Нет. Кто тогда этим занимается? Почему это происходит?

П. ГУСЕВ - Там огромный чиновничий аппарат, который, для того чтобы прикрыть такие дела, будет решать и другие дела.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Но он лицо святое, да, святой отец, он игумен.

П. ГУСЕВ - Нет, стоп, стоп, стоп, он не святой.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Он священник.

П. ГУСЕВ - Да. Святым он может стать только после того как он умрёт и потом через 10, по-моему, или 5 лет, сколько там проходит, его признает церковь, что он совершил такие чудесные творения, когда кого-то излечил, кого-то на ноги поставил, кого-то от сумасшествия избавил, тогда его признают святым.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Но он не чиновник. Я согласна с вами. Я немножко превысила планку. Он не чиновник. Или, скажем так, он чиновник от церкви.

П. ГУСЕВ - Да, да.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Кому может быть выгодно выгораживание его?

П. ГУСЕВ - Имидж. Имидж церкви. После всех месячных наших всех баталий и с часами, и с квартирой, то священник пенсионеркам по физиономии ударил, по лицу, то другой священник сбил кого-то на пешеходной дороге. Это уже тенденция. А это только, понимаете, микроскопические капельки того, что происходит. Сегодня из-за того что церковь нахватала земель огромное количество и стала восстанавливать, не хватает священнослужителей. Священнослужителей набирают скопом. И туда идут люди как бы из толпы.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Как в полицию, да?

П. ГУСЕВ - Как в полицию приблизительно. Только они проходят соответствующую быструю подготовку – и вперёд, значит, вот ты и святой отец.

К. БАСИЛАШВИЛИ - «Маникюром не зачеркнёшь беззаконие, которое власть чинит над “Pussy riot», как бы Гусев ни расписывал, что девушки были с маникюром», - считает Наталья.

П. ГУСЕВ - Причём здесь беззаконие? Ну чего вы говорите? Я же тысячу раз уже говорил. Я не расписываю этот маникюр. Я говорю о том, что беззаконие произошло в нарушении судебной системы, что два года – это дурное всё это дело, это никому не нужно. Но я этих девушек осуждаю, мне не нравится то, что они сделали. Могу честно сказать. Мне не нравится то, что они сделали. Мне не нравится, как они поют. У них нет голоса, у этих девушек. Но, наверное, это панк, рок и прочее, наверное, так это принято у панков петь. Хорошо. Я не вмешиваюсь в их творческую жизнь. Если им нравится так орать и так дрыгаться, это их проблема. Пусть они это делают. Но я считаю, что они поступили плохо, некрасиво. За это нужно административный штраф и работы, не работ, и забыть этих девушек. Не надо их судить на 2, 3, 4, 5, месяцы, года. А маникюр-то здесь причём? Девушка написала, журналистка, о том, что есть маникюрная, где заключённые могут себе сделать маникюр, чтоб с когтями не ходить.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ладно, оставим когти и маникюр тогда. Скажите, Людмила Алексеева здесь высказала такую точку зрения, что, на её взгляд, вся эта ситуация с “Pussy riot”, она была раздута, специально чтобы оставить в тени дело, процесс о 6 мая, и чтобы мы не обращали внимание на тех заключённых, которые там, на то беззаконие, которое происходит по отношению к этим людям.

П. ГУСЕВ - Ну, у Людмилы Алексеевой может быть и такая точка зрения. Почему нет?

К. БАСИЛАШВИЛИ - Как вы считаете?

П. ГУСЕВ - Я не исключаю такого.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Вы следите за этим процессом вообще? Что там происходит с этими людьми.

П. ГУСЕВ - Я знаю, что было несколько арестов. Следствие проводится. Дело в том, что…

К. БАСИЛАШВИЛИ - В Европейский суд по правам человека уже обратились.

П. ГУСЕВ - Да, обратились. Но я особенно глубоко не слежу за этим процессом сейчас. Просто как-то были более такие жесткие… те же девушки.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Вот, вот, пожалуйста. Подчеркивает как раз мысль, высказанную Людмилой Алексеевой. Вы не следите – другие не следят.

П. ГУСЕВ - Да, да, да. Там тоже происходят определённые, наверное, нарушения. Я думаю, что Людмила Алексеева… она мудрая женщина. Я думаю, что она просто обратила внимание на некое несоответствие, что… Но знаете, что? Я думаю, что это не только вкинуто, предположим, властью, эти Pussy, нет, не думаю, что это уж так откровенно сделано. Я думаю, что это настолько вкусная для журналистики, для Twitter’а и Facebook’а, и «Контакта» везде тема, и для нас с вами всех, что поневоле, вот, посмотрите, куда ни приходишь, везде эта тема поднимается.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Утыкаешься.

П. ГУСЕВ - Ну, это значит наше общество что-то в этом узрело. Значит, какие-то процессы… Потому что, если честно, из моего окружения большого значительного я не знаю ни одного человека, который бы поддерживал “Pussy riot” как их действия. Но все абсолютно, ну, может, за исключением 2-3 человек, все категорически против заключения.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Павел Гусев, «Московский Комсомолец». Марш оппозиции 15 сентября. Уже известен маршрут и время. С 14 до 22 часов. Ваши ожидания тревожны или спокойны?

П. ГУСЕВ - Абсолютно.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Тревожные?

П. ГУСЕВ - Абсолютно не тревожные.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Нет. Почему?

П. ГУСЕВ - Я думаю, что всё будет в порядке.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А почему вы так думаете? Что даёт вам…

П. ГУСЕВ - Я думаю, что ни власти, ни кому другому сегодня просто не нужно… ну, я не знаю. Мне сложно представить, чтобы кому-то сейчас очень хотелось бойню какую-то устраивать. Я думаю, даже людям, которые пойдут туда, они просто не хотят, чтобы что-то приключилось. Никто не хочет, чтобы в них слезоточивый класс шёл, или поливали из… или дубинками лупили. Я думаю, что никого… Самое главное организаторам – быть организаторами. Должны быть внутренние дружинники, как в любой демонстрации в любой стране, и как было, кстати говоря, на Сахарова, везде. Везде были внутренние дружинники, которые должны пресечь провокаторов, если они появятся. Вот, то, что провокаторы могут появиться, не обязательно присланные властью. У нас есть достаточно политических и не только структур, которые заинтересованы в том, чтобы, ну, столкнуть с мирного пути это действие.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Хорошая организация с той и с другой стороны – это, конечно, важно. У меня последний вопрос. Бывший главный редактор журнала «Вокруг света» Маша Гессен поплатилась потерей работы за то, что отказалась отправить корреспондента наблюдать за стерхами в кампании Путина. Вы считаете, она зря поступила так?

П. ГУСЕВ - Я считаю, что она поступила непрофессионально.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Ну отчего же?

П. ГУСЕВ - Да потому. Это ж интересно, что произошло. Другое дело, как это описать. Понимаете, ведь если происходит событие, в данном случае это событие, что президент летит на какой-то летательной машине, одетый в чём-то. Я не говорю, нравится это или не нравится. Это абсолютно другое. Но как журналист она не может не присутствовать. Понимаете, она может потом сказать – ребята, я считаю, что этот материал не должен стоять в номере.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Он политизирован, он пиар.

П. ГУСЕВ - Он политизирован. Он не для нашего журнала. И т.д. и т.п. Или вообще написать так, как журналист это видел, ну, написать без… то есть в рамках того журнала и в рамках того действия.

К. БАСИЛАШВИЛИ - А то, что в связи с этим редактора увольняют, как вы к этому относитесь?

П. ГУСЕВ - Я давно… вот, как председатель комиссии Общественной палаты по СМИ и защите свободы слова, я вообще давно уже веду речь о том, что сегодня владелец у нас абсолютно и зачастую главный редактор вне рамок закона могут действовать в отношении журналистов. Не имеет право владелец вмешиваться в творческую и содержательную часть работы журналиста. Не имеет. Он может только разрабатывать концепцию. Вот, он захотел вложить деньги в географический журнал – всё. Если захотел в «Эхо Москвы» вложить деньги – всё. Это разные вещи. Дальше вы сами определять в рамках закона свою позицию.

К. БАСИЛАШВИЛИ - Спасибо. Павел Гусев, главный редактор «Московского Комсомольца». Эфир провела Ксения Басилашвили.