Михаил Веллер - Особое мнение - 2012-05-08

О.ЖУРАВЛЕВА: Добрый вечер. Это программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, у нас в гостях – писатель Михаил Веллер. Здравствуйте, Михаил Иосифович.

М.ВЕЛЛЕР: Здравствуйте. И спасибо, что вы меня так часто.

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо вам, что приходите. Какая цитата в последнее время вам кажется самой актуальной?

М.ВЕЛЛЕР: Жванецкого. «Сколько бы ты ни крал у государства, своего все равно не вернешь».

О.ЖУРАВЛЕВА: Вам предлагают другую – из Бальмонта, изысканную: «Кто начал царствовать Ходынкой, тот кончит, встав на эшафот». Как вы считаете, Путин, 3 раза вступив в должность президента и начав с мордобоя в центре, может повторить судьбу Николая Второго и Марии Антуанетты?

М.ВЕЛЛЕР: Как бы Бальмонт не повторил судьбу Солженицына. Какая ужасная цитата. Я думаю, что быть у нас может все. Вот, это прекрасно. Нас в возможностях никто не ограничивает. Начало, на самом деле, скверное. Вот, когда в Древнем Риме при вступлении кого-то в должность в поход в императоры постигало такое знамение, то подданные просто цепенели от ужаса: «Тут что-то не так».

О.ЖУРАВЛЕВА: Но помните, я прошу прощения, Пушкин развернулся, когда ему заяц дорогу перебежал?

М.ВЕЛЛЕР: Было дело. Вот, другое дело, что когда Дантес перебежал, он бы развернулся. Но, видимо, лимит разворотов был исчерпан. На самом деле, конечно же, нужно было сделать все, чтобы эту акцию на Болотной, куда большинство и не дошло, ну, предельно смягчить, предельно рассосать. Хоть курей раздавать, хоть шампанским поливать, хоть говорить, что рядом что-то бесплатное, лучшее в мире. Но устраивать это было нельзя.

О.ЖУРАВЛЕВА: Но простите, тогда это и была бы та самая Ходынка с раздачей бесплатных кружек.

М.ВЕЛЛЕР: В разные стороны, чтобы все бежали в разные стороны, чтобы давали со всех сторон. Нет, можно было все сделать. К сожалению, как я понимаю, по лестнице было спущено распоряжение при необходимости действовать жестко. Все, действовали жестко. А что касается ребят, которые в масках швыряли дымовые шашки и что-то даже говорили про молотовские коктейли... В самом деле, был там какой-то очаг загорания, какой-то костюм на него клали, чтобы погасить. Слушайте, если это не провокаторы, то кто? Какой сумасшедший пойдет туда, где идут в хорошую погоду люди с детьми, для того чтобы там бросать зажигательные бутылки? Ненормальные, что ли?

К сожалению, с акцией все абсолютно понятно и думаю, тут дурной симптомчик. Потому что когда в газетах мира появляются эти фотографии, человек там, кровища, на лице кровь алая, яркая, артериальная, да разве же можно? Ну что вы, честное слово!

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну а воротилы с Уолл-Стрит? В Америке разгоняют, в Греции постоянно там одни бьют витрины, другие их, я не знаю, силовым образом загоняют.

М.ВЕЛЛЕР: В одну демонстрацию в Греции в октябре я даже немножко боком угодил. Отменной бойцовости ребята. Когда идут колонны анархистов под красно-черными знаменами, лица причем что у них, что у афинского спецназа, отличные такие, чистые лица. Злобы никакой. Ну, пошвыряли, поколотили, разошлись. Ни одного увечного.

Что касается Уолл-Стрита, то нужно видеть этих веселых ребят, которые с необыкновенной злобой и агрессивностью отстаивают свое право быть дармоедами и при этом делать все. Мне не нравится с Уолл-Стритом, мне не нравятся спекулянты, не нравятся банкиры. Мне, в принципе, миллиардеры не нравятся – трудом праведным миллиарда не заработаешь. Но те, которые желают паразитировать на них, ну, в чем-то еще хуже.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я напомню, что у нас в студии писатель Михаил Веллер, и свои вопросы вы можете задавать по номеру +7 985 970-45-45. А вот кто-то уже и задал. «Михаил Иосифович, продолжающиеся протесты вас радуют?» Пугают, вызывают тоску? Возможны варианты.

М.ВЕЛЛЕР: Слово «радуют», конечно же, не то. Вариантов много, чувство амбивалентное. То, что народ не весь смирился и не быдло, и имеет свое мнение, и желает отстаивать свои права, как он их понимает, это совершенно замечательно. Просто всем участникам шествия наштамповать почетных памятных значков (я говорю без иронии) типа как и немцам за зимнюю кампанию под Москвой 1941 года. Здесь все совершенно понятно.

Но! Вот, вы знаете, я в свете сегодняшних событий я самым лучшим образом отношусь и к Навальному, и к Удальцову, и к Немцову. То есть, ну, люди проявили мужество, гражданские чувства, стойкость и так далее. Вот, просто низкий поклон.

Но с другой стороны (это только с другой стороны – заранее прошу извинения), ну что же это за попы Гапоны-то? Которые ведут народ. А дальше-то что? Ну хорошо, они добьются честных выборов. Ну хорошо, они выгонят Путина. Ну хорошо, изберут кого-то другого. Что дальше? Политик, который не имеет никакой внятной программы переустройства страны, который не имеет никаких твердых, ясных взглядов, какой стране конкретно надлежит быть, это же не политик. Он же годится только на первый этап, чтобы что-то менять и смещать. А потом он будет сожран и будет вопить «Съедает своих детей!» А ты не будь безмозглым-то дитем.

О.ЖУРАВЛЕВА: Михаил Иосифович, вот мы с вами готовились к передаче, сидели тут неподалеку и все ждали, когда Медведев, наконец, будет представлен Госдуме, уже выступит. Госдума согласилась на назначение Медведева премьером. Какие перспективы?

М.ВЕЛЛЕР: Как говорил боцман на подводной лодке «А куда ж ты денешься?»

О.ЖУРАВЛЕВА: У вас были какие-то сомнения? Но, ведь, вроде бы, что-то новенькое, там коммунисты говорили, что «Нет-нет-нет».

М.ВЕЛЛЕР: Нет, разумеется, у меня не было никаких сомнений, хотя стране доставило бы такую злорадную радость (простите за неуклюжий оборот), если бы Дума отвергла Медведева трижды, после чего была разогнана президентским указом в полном составе. И пришла бы новая Дума, и ее бы тоже разогнали. Ой, как интересно могло бы быть, если бы народ был повеселее и позадорнее.

Но! Когда Жириновский... 65 лет человеку – это уже не молодость, уже не мальчик. Когда сказал, что «Конечно, ЛДПР будет голосовать за Медведева». А куда он денется? Он для того и существует, чтобы делать то, что надо. То есть, ну, есть, конечно, у «Единой России» простое преимущество. Короче на 12 голосов больше, чем надо, больше половины. Но на всякий случай, а вдруг кто-нибудь не захочет проголосовать за Медведева из «Единой России», гадюка подколодная? Мы Жириновского подключим – и Медведев пройдет. А, вот, что дальше будет?

О.ЖУРАВЛЕВА: Что дальше будет, мы обсудим после новостей. У нас сейчас экстренный выпуск новостей. Никуда не уходите, мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, у нас в студии – писатель Михаил Веллер и мы продолжаем. Михаил Иосифович, вот, что будет дальше, неизвестно. Но, во всяком случае, голосование (и мы сейчас в новостях это еще раз услышали), думское голосование – оно нам что-то такое напоминает из прежних времен.

М.ВЕЛЛЕР: Напоминает. Если вглубь времен, прежде всего, оно напоминает жизнеописание 12 Цезарей, страшное жизнеописание. Потом, опять же, Чехов был. Вот, я вечно к Чехову. Мне говорят «Не Чехов». Чехов. Хоть ты Иванов Седьмой, а дурак (история про жалобную книгу). Это нам очень многое напоминает, и вообще 12 часов, полночь бьет... Нет, мне это все не нравится – какие-то дурные предзнаменования. Дурные. Дело пахнет концом.

О.ЖУРАВЛЕВА: Подождите. Дело пахнет концом почему? Вот, даже в Думе нам говорят сейчас про раскол общества, периодически всплывает такая идея. У нас общество было едино, неделимо, ну, вяло, может быть, а теперь даже в Думе нет вот этого прекрасного голосования, там, из 400 – 400 или, там, из 450 – 400 депутатов. Здесь есть фракции, которые консолидированно голосуют против того, что предлагает Владимир Владимирович Путин.

М.ВЕЛЛЕР: Вот, не дай бог...

О.ЖУРАВЛЕВА: Это же говорит о чем-то хорошем.

М.ВЕЛЛЕР: Разумеется. В глазах мировой общественности...

О.ЖУРАВЛЕВА: О демократии.

М.ВЕЛЛЕР: Совершенно верно. Это парад демократии, это апофеоз, это расцвет, это фонтан и фейерверк. Но, на самом деле, конечно, все это совершенно ужасно и прискорбно.

Знаете, я сейчас как раз готовлюсь сдавать в издательство книгу – это интервью с десятком крупных, достойных людей. Один из них – друг мой старый, замечательный человек Владимир Молчанов. И, вот, он вспоминает, как в январе 1991 года позакрывалось все. То есть закрыли «Взгляд», закрыли «Пятое колесо», закрыли «600 секунд» и оставили только его «До и после полуночи», потому что он был персона сильно грата. И ему стыдно было выглядеть иконой гласности на фоне всего закрытого. И он, благородный человек старой школы закрыл свою программу сам.

Вот, чем-то таким попахивает. Есть старая присказка «Никогда не начинай дело, конец которого не в твоих руках». Но иногда мы не можем держать того конца в своих руках. Но! Когда государство в любой момент имеет юридическое право прикрыть все (типун мне на язык), то чувствуешь определенную неуверенность в завтрашнем дне. Я перестал быть оптимистом.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вы лично какую неуверенность чувствуете? Вам-то что угрожает? Уехали в Эстонию и сидите там спокойно.

М.ВЕЛЛЕР: Почему же в Эстонию? Давайте сразу в Америку. А еще лучше в Антарктиду, потому что она никому не нужна, а пингвины – ребята мирные. Вот, просыпаешься и первым делом смотришь: «Ну как там? Ничего еще не закрыли? Спора хозяйствующих субъектов нету?» Я, вот, понятия не имею, что делается на телеканале «Дождь». Вот, я его вчера включаю, позавчера, а там вместо шествий какие-то, знаете ли, светские (найдите слово сами), какие-то там спектакли, нафиг никому не нужные, никакой, понимаете, политики, оппозиции, шествий. Я не знаю, что там на «Дожде», но симптомы дурацкие.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да перестаньте.

М.ВЕЛЛЕР: Я вам клянусь. Любимый мой Михаил Осокин, новости РЕН ТВ. Вот, последний этот выпуск, ну, лучший ежедневный блок теленовостей – вот, его уже что-то, по-моему, с Нового года, с декабря его не видно. И хотя говорят, он на неделю возвращался, но мне он не попадается. Это все дурные симптомы. Поэтому я желаю «Эху Москвы», чтобы, тьфу-тьфу, ни одна зараза его не взяла.

О.ЖУРАВЛЕВА: И Михаилу Иосифовичу Веллеру тоже желаем всяких удач и успехов. Пожалуйста, на вопрос Татьяны ответьте. «Зачищенная Москва при инаугурации – это что? Страх? Недоверие? Путин – одинокий путник?»

М.ВЕЛЛЕР: Одинокий Путин – это хорошо. Я думаю так. Это порядок. Слушайте, я об этом писал в 2005 году в «Последнем шансе». Если бы Россией правил начальник, оккупировавший со стороны, если был бы режим оккупантов, то можно ли было бы изолировать и охранять начальников от народа более, чем это происходит у нас? Задал вопрос сам себе, удивился – видимо, нет, нельзя.

Зрелище ужасное. На фоне этих переживаний толп живых, плачей в Париже, у нас вот эта отличная чистота и пустота. Президент мчится править. Тяжелое зрелище. Я тоже мчался, вы знаете, 6-го числа из-за города мимо Поклонной горы. Свидетельствую как очевидец: никаких 30 тысяч там не было и близко, наглая циничная ложь. И 3-х тысяч там тоже не было. С тех пор, как я научился считать баранов, я научился считать людей тоже. Потому что бараны были на материальной ответственности, а люди – сами по себе. Там было порядка полутора тысяч человек. Вот, полторы тысячи где-то примерно в 5 часов дня были на Поклонной горе.

То, что показывали на Болотной и на набережной, в кадр влезало не все. Но то, что там было около 20 тысяч, это точно не меньше.

О.ЖУРАВЛЕВА: О чем это говорит? Ваши выводы?

М.ВЕЛЛЕР: А когда перестают гонять, давать немножко денег, сажать в автобусы организованно, никому не нужна Поклонная гора и никому не надо выступать за гаранта нашей безопасности (это абсолютно понятно).

О.ЖУРАВЛЕВА: А протестовать? Зачем протестовать? Что значит «Не пустим Путина в Кремль»? Он и так приедет.

М.ВЕЛЛЕР: На самом деле, выступление, конечно, глупое. Но немногим глупее Сахарова, который выступал против «совейской» власти, политбюровской, брежневской, кремлевской, когда она 99,9% населения казалась незыблемой. Что такое вообще любой митинг и шествие? Это сигнал обратной связи правительству: «Пацаны, внизу вами не все довольны, а некоторые довольны сильно. Вам блатные с шестерками кругом говорят, что все путем. Но, на самом деле, есть иные мнения – вы это учтите». Все это совершенно нормально.

О.ЖУРАВЛЕВА: Учли?

М.ВЕЛЛЕР: Я думаю, что учли, но не так, как хотелось бы вот этим вот мужикам внизу. Учли с точки зрения действовать жестко. Я думаю, что совершена огромная ошибка. Я думаю, что все это, к сожалению, будет дальше сыпаться, потому что власть еще на одну дистанцию (опять же дурной оборот) дистанцировалась от народа. То есть это уже идет, далеко скоро будет как Политбюро ЦК КПСС. Они сами по себе, мы сами по себе, и все знают, что для вида произносятся какие слова там о благе, о правильной политике, о том, о сем. Скверно это все.

О.ЖУРАВЛЕВА: Сергей из Кронштадта пишет: «Михаил Иосифович, но возмущен-то не трудовой народ, а креативный. Трудовой-то молчит». Как вы считаете, молчит трудовой народ?

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, креативный от трудового отличается только двумя параметрами. У креативного обычно несколько выше образование, раз. И креативный обычно несколько меньше устает, два. Потому что кто бы, скажем, чего ни говорил о невыносимой тяжести труда писателя, поэта или журналиста, а, все-таки, языком молоть – не уголек колоть. Когда 5 раз в неделю смену хорошо отломаешь и еще полтора часа дороги, еще надо чем-то заниматься дома, то выходить на митинги уже несколько труднее, особенно если живешь черт знает где и до них еще час-полтора надо ехать. Поэтому выходят те, которые живут чуть-чуть полегче.

Дорогие мои, все знают, по-моему, уже: те, которые жили чуть-чуть полегче, все на свете революции, перевороты и устраивали. Все остальные хотели и думали то же самое, но высказывали хуже. Это вроде как, вот, есть писатель и он пишет. Если он пишет только то, что думает он сам, он нафиг никому не сдался. И если через него вылезают чувства и мысли многих, они думают то же самое, но просто им некогда, они слов меньше знают, то тогда получается, что Лев Толстой – зеркало русской революции.

Вот те, которые выходят на митинги, - они зеркало довольно большой части народа.

О.ЖУРАВЛЕВА: Скажите, пожалуйста, Михаил Иосифович, вот мы с вами встречались аккурат после первомайских шествий с народом.

М.ВЕЛЛЕР: 2-го числа.

О.ЖУРАВЛЕВА: Мы наблюдали, как легко и ненавязчиво наши лидеры (оба, тандем)...

М.ВЕЛЛЕР: Пивка попили.

О.ЖУРАВЛЕВА: ...в толпе просто радостных граждан, которые их явно совершенно любят, обожают, симпатизируют... И прошло меньше недели, и вдруг такой ужас. Как это произошло?

М.ВЕЛЛЕР: Во-первых, говорю, сколько потов сошло со службы охраны короны. Можно себе представить.

О.ЖУРАВЛЕВА: ФСО.

М.ВЕЛЛЕР: Это было нелегко организовать, держать все под контролем, расставить своих людей. Молодцы ребята, хорошо работают, хлеб едят не даром. Говорю честно, без иронии. Такая служба есть в каждой стране.

И, вот, вдруг оказалось, что все это была немножко показуха. Вот это вот ужасно. Проходит каких-то, понимаете, 5 дней... Боже мой, что это такое? То есть не 5, 4, да? То есть 3 дня, можно сказать, носков сменить не успели, мы не говорим о стаптывании башмаков. После этого кто же поверит в эту любовь с питьем пива? Да пусть они пьют хоть керосин, зачем дубинками-то дубасить?

О.ЖУРАВЛЕВА: Прекрасная цитата, надо тоже записать. Вообще много цитат вспоминают. Ну, в частности, конечно же, все вспоминают про Дона Рэбу, прекрасный персонаж из известного произведения.

М.ВЕЛЛЕР: Вот, опять же, только креативный класс, только те, кто читали Стругацких и помнят «Трудно быть богом».

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, креативный класс – это те люди, которые в состоянии долго концентрироваться на высказываниях Михаила Веллера, еще и задавать ему умные вопросы. Допустим, это они. Хорошо. Скажите, пожалуйста, ну, неужели люди, которые читали те же самые книжки, по большому счету, жили в той же самой стране, неужели они могут за столько-то лет во власти вообще абсолютно вылететь в космос и перестать понимать, что происходит в стране?

М.ВЕЛЛЕР: Легко. 2 года. 2 года – и ты космонавт. И ты уже готов пилотировать истребитель или доставать со дна амфору, и убежден, что только так и может быть. То, что здесь говорил совсем недавно на моем месте, разговаривал с вами Глеб Павловский, думаю я, в основном, правда. Чего-то я просто не знаю.

Так устроены наши мозги, такова человеческая психология. И народ всегда знает: с кем поведешься, от того и наберешься, гусь свинье не товарищ, сытый голодного не разумеет. Это называется, что психологическое наполнение социальной роли зависит от того, что у тебя вокруг социальное, вот такое у тебя внутри и психологическое. Они убеждены, что они все делают правильно и отлично, а иначе будет еще хуже. А то, что они воруют, ну что же воруют? Ну, жизнь, ну, все-таки, они что-то делают. Ну а что? Зарабатывают это называется. Вот, к сожалению, они не понимают обратной связи. Вот, как государь-император не понял, так и они не понимают. И сравнение то, что произошло на Болотной в последний раз (вот сейчас) с 9-м января, ну, напрашивается. Это все совершенно ужасно. Абсолютно. Это дурной знак. Ну, может быть, еще не 3 слова, но слово «мене» уже было написано из трех на Валтасаровом пиру.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот вам тут Татьяна пишет, что «на Чистые пруды сегодня приехали ребята из Челябинска, Самары, Чебоксар, Нижнего Новгорода, Ставрополя. Как много молодежи было. Все креативные, неравнодушные, думающие. Так мне кажется». А у меня вопрос. У вас есть какое-то ощущение? Действительно ли можно говорить о расколе? Действительно ли, уж настолько есть митингующая часть страны, протестующая часть страны и активно им противостоящая?

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, демагогия - это, строго говоря, подмена контекстов. Когда произносятся сами по себе абсолютно правильные слова и обороты, но они стоят чуть-чуть не на той фразе, не на той мысли, о которой была речь. Таким образом, когда говорят «оранжевая революция», это означает: «Ах вы сволочи, вы хотите, да еще и мирным путем давить на власть, чтобы переголосовали и избрали другого. Вас мог нанять только американский Госдеп». Точно так же и раскол.

А когда в Академии наук голосуют за что-то, это раскол? Когда врачи на консилиуме одни говорят так, а другие эдак, ставя диагноз, это раскол? Это не раскол, это естественные разные мнения. Это мало им вдалбливали с любых концов марксистскую диалектику, хотя, на самом деле, это еще от Гераклита, что противоположности – это и есть источник жизни, развития и движения.

Таким образом 2 точки зрения в любом социуме будут всегда. Если 99 говорят «Стрижено», найдется сотый, который всегда скажет «Брито». Так что разные мнения – это слава богу, это спасительно, это не все строем. Строем надо в армии. А когда все в жизни строем, не туда заходят.

О.ЖУРАВЛЕВА: Хорошо, Михаил Иосифович, хорошо. Но согласно официальным данным, Путин набрал на выборах 63%. Он их набрал?

М.ВЕЛЛЕР: 63 не 63, но он набрал, допустим, что-то вроде половины. Набрал. Что набрал, то набрал. Теперь представим себе, ну, маниловскую такую ситуацию, что у нас как во Франции.

О.ЖУРАВЛЕВА: Давайте мы ее представим после новостей.

М.ВЕЛЛЕР: Вот как во Франции.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот как во Франции. «Сколько волка ни корми, не вынешь рыбку из пруда», - подсказывает вам Митек.

М.ВЕЛЛЕР: Гениально.

О.ЖУРАВЛЕВА: Тоже неплохой тезис. Особое мнение писателя Михаила Веллера. Мен зовут Ольга Журавлева. Никуда не уходите, мы скоро вернемся.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: И снова с вами программа «Особое мнение», меня зовут Ольга Журавлева, наш гость – писатель Михаил Веллер. И мы продолжаем. Михаил Иосифович, вы сказали «Вот у нас как во Франции».

М.ВЕЛЛЕР: Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Что у нас как во Франции?

М.ВЕЛЛЕР: Вот. Теперь представим себе, что у нас для всех кандидатов в президенты равные возможности. Ну, маниловщина такая. Представьте себе, что Путин участвует в дебатах так же, как Саркози с Олландом препираются. Вот, представьте себе, например, встречу Путина и Навального. Представьте себе эти цифры, факты и цитаты. Вопрос: каков будет рейтинг Навального и Путина, например, после таких дебатов? Вопрос: если каждый из кандидатов в президенты получит равное количество эфирного времени, равное количество газетных площадей и так далее, и так далее, сколько проголосует и сколько будет сказано ужаснейшей правды, которая хуже всякой лжи?

В этом случае, конечно же, Путин бы не набрал и 25%. Я вас уверяю. Если бы побежали журналисты и сделали репортаж, как амфоры закладывали на дно и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Михаил Иосифович, в таком случае Путин и его команда абсолютно правы – выберут себе бог знает кого.

М.ВЕЛЛЕР: Совершенно верно. Но когда передача власти превращается в междусобойчик, это означает, что только холопская, плебейская страна с забитым народом после хорошей властной тренировки может это терпеть. И когда Путин говорит в Думе «Надо скорее вступать в ВТО»... Кому выгодно ВТО? Геннадию Тимченко, российскому миллиардеру с финским паспортом женевского местопребывания, экспортеру российской нефти. Дерипаске, Потанину, Прохорову и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, вы наговариваете.

М.ВЕЛЛЕР: Нет. ВТО – это, грубо говоря, вот, чуть упрощая, но чистая правда: это отмена экспортно-импортных пошлин. Таким образом экспортеры... А экспортируем что? Нефть, газ, металл. ...получают больше. А импортеры ширпотреба тоже получают больше, потому что они не должны платить пошлины. Таким образом западные товары на нашем рынке становятся еще более конкурентоспособны, и своя экономика, которая напоминает Винни Пуха, упавшего с дерева. «Винни, Винни, тебе плохо» - «Мне плохо? Да мне уже». Вот эта экономика будет совершенно упавшая с дуба додавлена. Это все совершенно элементарно. И если это тема дебатов кандидатов в президенты, это конец кандидату, который продвигает вступление в ВТО, после того как ему экономически подкованный другой кандидат скажет, на что это похоже. Мы глотаем. Но, вот, то, что это глотаем, вот эти 3 тысячи людей на инаугурации, протягивающие руки, приближенные к власти, которые наверху... Это сладостное чувство входить в закрытую команду наверху. А внизу – омоновцы. Слушайте, нормальные ребята на не самую большую зарплату. Квартира нужна, семью надо завести. И, вот, они лупят по головам, потому что это корпоративные действия профессиональные.

Вот это гигантское количество холопов, хамов, лакеев, каковое лакейство лишь одна из сторон многогранной русской личности. Вот это совершенно ужасно.

О.ЖУРАВЛЕВА: По поводу того, можно ли изменить многогранную русскую личность, тут тоже приходили вопросы. А меня вот зацепила еще одна новость, которую сейчас агентство Интерфакс передало. «Помимо всех членов фракций «Единой России» и ЛДПР (в совокупности 294 депутата) за дачу согласия за утверждение премьер-министром Медведева проголосовало 5 членов фракции «Справедливая Россия».

М.ВЕЛЛЕР: Молодцы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Это Миронов, Гасанов, Зотов, Лакутин и Левин. Ранее руководство фракции в лице Миронова заявило, что ею было принято консолидированное решение голосовать против кандидатуры Медведева. Шизофрения как и было сказано?

М.ВЕЛЛЕР: У меня от этого запершило в горле. Я думаю, что Миронов, все-таки, в глубине по призванию столяр. Может, ему муж Девы Марии покоя не дает. Он сейчас вбил заключительный гвоздик в крышку своего политического гроба, простите за банальный высокий штиль. Потому что он – лидер партии, которая которая. Ему говорят: «А что ж ты поздравил?» Ну, мало ли что поздравил. А теперь еще и проголосовал. Сказал, чтобы партия голосовала так, а сам, как писал когда-то Шендерович, подбежал и незаметно лизнул. Все это совершенно отвратительно. Ну, спрашивается, кто после этого Миронову поверит, кто за него проголосует, кто его будет воспринимать всерьез? Я думаю, что он бы и обошелся без голосования. Ему бы дали задание, что «А ты не голосуешь, ты будь оппозиционером».

О.ЖУРАВЛЕВА: Опровержения уже приходят, уже приходят опровержения о том, что Миронов не голосовал.

М.ВЕЛЛЕР: А в таком случае я беру все свои слова назад, а журналиста повесить. Господин Миронов, приношу свои глубочайшие извинения, меня зло дезинформировали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Еще раз скажу, агентство Интерфакс цитировала – за что купила, за то продаю. Ладно, бог с ним, с голосованием, потом разберутся.

М.ВЕЛЛЕР: Вот, вы видите, кого могут выбрать себе в президенты эти уроды, эти недоумки? Разумеется, ими надо руководить. Правильно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Алкид пишет: «Навальный проиграет Путину. Сейчас на голосовании за премьера Медведева из всех выступающих Путин был лучший». Вот вам и ответ.

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, если Навальный проиграет, то власть имеет прекрасный шанс резко повысить свое реноме в глазах оппозиции и заткнуть ей рот. Надо пригласить Навального и дать ему возможность в условиях равной борьбы честно и с треском проиграть, его больше не будет. А чего же, понимаете, кричать «Фашист, националист, вон его! Бонапарт! Ломайте ему руки, суйте его в автозак». Конечно, проиграет. Если еще рот завяжут, вообще проиграет.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Они не понимают, что выплавляют сталь из руды протеста», - во как формулирует Татьяна.

М.ВЕЛЛЕР: Ух ты. Вот, я понимаю, читали когда-то Островского.

О.ЖУРАВЛЕВА: Учили наизусть фрагменты. Ну что вы говорите?

М.ВЕЛЛЕР: Молодцы. Сталь не сталь, но что-то там такое вытекает и как бы не грохнуло.

О.ЖУРАВЛЕВА: Что-то героическое в этом есть.

М.ВЕЛЛЕР: Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, на самом деле. Вы все время, вот, каркаете с самого начала и говорите, что все плохо-плохо. Наоборот же, должно быть хорошо. Все стонали «Нету оппозиции, мало протестуют, все сидят по домам и только бухтят». Ну, некоторые, правда, сейчас уже тоже поднимают свой голос и говорят, что за 12 лет стало жить лучше, голосовали за Путина и вообще все, на самом деле, хорошо. Не важно. Главное – активность повысилась на местах, люди обрели голос. И сколько их ни дави... Ну, не всех, все-таки, давили, согласитесь.

М.ВЕЛЛЕР: Ну и прекрасно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Значит, есть перспектива.

М.ВЕЛЛЕР: То, что выходят на митинги, это даже не прекрасно, это нормально. Это так и должно быть. То, что бьют и давят, вот это ненормально и плохо. А вот то, что будет дальше, сказать трудно, потому что у нас сейчас кит влазит на слона и, вот, посмотрим, кто кого сборет.

О.ЖУРАВЛЕВА: С другой стороны, если, вот как сформулировала Татьяна, «выплавляют сталь» таким образом, если бы не давили, кто бы ходил сейчас на эти?.. Ведь, очень многие люди выходят именно потому, что возмущены обманом, постоянными какими-то грубостями в их адрес, тем, что их не держат за людей.

М.ВЕЛЛЕР: Вот, «кто бы выходил, если бы не давили» немного напоминает «Давайте легализуем все наркотики, и их сразу перестанут покупать». Если бы все было честно, справедливо, открыто и хорошо, то нечего было бы и митинговать. Иногда бы выходили люди, которые считали, что должна быть монархия или, наоборот, должен быть коммунизм.

О.ЖУРАВЛЕВА: Может быть, нам сейчас куют из Кремля настоящих лидеров для оппозиции, настоящее гражданское общество? Нас учат, как отстаивать свои права. Мы сейчас демократии учимся, благодаря всем этим вещам.

М.ВЕЛЛЕР: Вы знаете, когда куют, бьют металлом по металлу молотом. А здесь все попадают по нежным местам, для ковки совсем не предназначенным. Поскольку власть, ну, уж очень сильно несправедлива, ну, всегда, вы знаете, идеальной справедливости не бывает, но есть же, наконец, какие-то пределы. Слушайте, сколько прошло? 67 лет с тех пор, как окончилась война. Уже вымирает значительная часть мужского населения тех, кто родился после войны. Они все еще говорят, что дадут квартиры ветеранам. Надо же иметь хоть минимальную совесть. Самому молодому ветерану – 84 года. Ну, может быть, кому-то, кто был юным разведчиком, тому 80. Если не дали до сих пор, значит, их не дают в принципе. Вот, поэтому люди и выходят.

Горе только в том, что ежели все это рухнет и лопнет, то начнется страшная смута. Почему и нужна именно политическая партия, которая знает, что она будет делать, которая имеет программу, которая имеет ясный план действий. Потому что выходить просто побузить «Не пустим Путина в Кремль» - это означает: «Мужик, ты нам так надоел, так надоел и молчать мы не будем». Вот вся суть этого протеста. «А чего вы делать-то хотите?» - «А вот мы проголосуем, и тогда будем знать».

Это 1917-й год, это позиция непредрешенчества. Армия должна взять Петроград и взять под козырек. А потом Учредительное собрание само решит, что будет. Кого расстреляли, кого повесили, кто удрал в Европу.

И вот сейчас с этим каким-то генетическим упорством пытаются делать то же самое. Что я могу сделать? Звать немцев в управители в совет Петра Алексеевича?

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. К сожалению, на этом нужно заканчивать. Да, действительно, вкралась чудовищная ошибка. Наши поздравления Миронову. Миронова перепутали с Митрофановым. Бывает. Все бывает. У нас сегодня вообще сплошные нервы.

М.ВЕЛЛЕР: Знаете, в заключение хочется сказать: «С днем нашей победы».э

О.ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое. Михаил Веллер, писатель со своим особым мнением. Меня зовут Ольга Журавлева, всего доброго.